Глава 28

Борис

Маленький Ванька забавно морщит губки и отворачивается от бутылочки. Наелся. Ёрзая и хмуря бровки, даёт мне понять, что пора менять памперс. А когда он бьёт ножками, я точно знаю, что у него болит живот. И сразу же начинаю гладить его животик по часовой стрелке.

За неделю, проведённую с сыном, я стал понимать его довольно хорошо. У нас почти идиллия. Если, конечно, не считать моих бессонных ночей. Первую половину ночи я не могу сомкнуть глаз, потому что думаю о Тане. А потом просыпается Ваня, и я снова не могу спать. Кормлю, меняю памперс, пеленаю... Меня вырубает на пару часов под самое утро, и удаётся поспать, пока не встаёт Дамир. Иногда я ещё могу вздремнуть днём вместе с сыном. Но, в основном, предпочитаю бодрствовать и смотреть на него спящего. Нет ничего лучше этих мгновений.

Я прекрасно понимаю, что уже изрядно вымотался за эту неделю. Но в этом есть свой плюс. Уставший, я не наделаю глупостей. Не сорвусь и не позвоню Тане. Не поеду к ней, в конце концов.

Она меня наверняка ненавидит. Ведь я отказался от неё. В первую очередь – из-за её карьеры, ведь Таня так боялась потерять свою профессиональную репутацию.

А я боялся потерять Ваню и выбрал его. И меня теперь рвёт на части оттого, что всё произошло именно так.

В таком вот состоянии пороховой бочки, которая ни в коем случае не должна рвануть, я нахожусь уже целый месяц. Ваня растёт не по дням, а по часам. Мы уже дважды были в поликлинике, и врач заверил меня, что он здоров как богатырь. А сегодня я решил устроить нам маленькое приключение. Мы все трое (вместе с Дамиром) отправились в торговый центр.

– Тебе идёт, мамочка! – потешается Дамир над моим видом.

Я положил Ваню в слинг. Его быстро утомило наше путешествие. Он уснул, и теперь спокойно дремлет у меня на груди. Дамир катит перед собой тележку с продуктами. Я вишу на телефоне, выслушивая инструкции от нанятой мною няни. Пелёнки, салфетки, смесь, новые соски для бутылочек, пустышки...

Няня приходила всего лишь пару раз, да и то ненадолго. Но на следующей неделе мне придётся доверить ей Ваню на целых два дня. Мне нужно отлучиться по работе. Мог бы оставить сына тёще, но решил, что не стоит всё время её дёргать. У меня должен быть запасной вариант, и это няня.

– Так... Салфетки положил. Что-то ещё? – спрашиваю в трубку.

– Боря, да не переживайте Вы так, – мягко говорит Елизавета Григорьевна. – Если что-то вдруг понадобится, пошлю Дамира в магазин. Выдыхайте уже. У нас всё будет нормально.

Няня Елизавета Григорьевна – приятная интеллигентная женщина. И она пока терпеливо сносит мою истерию, которая накрывает меня почти всегда, когда дело касается Вани. Этот бешеный шопинг – моя инициатива. Няня просто попросила купить запасную банку молочной смеси. А я куда-то разогнался и распотрошил весь детский отдел.

Собираюсь ответить, что предпочитаю обо всём позаботиться заранее, но глаз вдруг цепляется за женский силуэт, мелькнувший в проходе между полками с детским питанием и соками.

– Я перезвоню, – роняю в трубку и отключаюсь.

– Боря, давай попкорн возьмём и фильмец какой-нибудь глянем, – говорит Дамир, боднув меня тележкой. – Мы ведь так и не попали на премьеру последнего «Форсажа». Вроде хотели вдвоём посмотреть, не?

– Да, конечно, давай глянем, – не глядя на брата, выхожу из отдела.

– Попкорн в другой стороне, – недовольно говорит Дамир и катит тележку в противоположном направлении.

Мне плевать, куда он её катит. И на попкорн тоже плевать. Я, словно наркоман, иду за вожделенной дозой, которую не получал целый месяц.

Таня. Я не мог ошибиться. Это была именно она.

Выйдя в широкий проход, сразу вижу её. Стройная и изящная как фарфоровая статуэтка. На ней привычная классическая юбка до колен, светлая блузка и коротенькое расстёгнутое пальтишко. Таня подходит к отделу с фруктами, что-то кладёт в тележку. Рядом с ней, судя по всему, её дети и... муж. Он взвешивает на весах пакет с яблоками. С улыбкой смотрит на Таню, подмигивает сыну, гладит по голове дочь. Теперь я отчётливо вижу, что это тот же тип, который целовал молоденькую девицу на той стройке.

Медленно отступаю, не сводя взгляда с Татьяны. У неё всё хорошо. Я за неё счастлив. Обязан быть счастлив. И обязан найти в себе силы просто убраться отсюда.

Почти дохожу до большого стеллажа, желая скрыться за ним, когда Таня резко оборачивается, и мы встречаемся взглядами. В первую секунду в её глазах появляется замешательство. Потом – боль... И она взглядом умоляет меня не приближаться. Я отчётливо считываю её эмоции.

Да, я не буду подходить... Не имею права.

Её муж прослеживает её взгляд и тоже смотрит на меня. Потом, вопросительно, на Таню. Она что-то сбивчиво объясняет ему, натянуто улыбаясь. Он снова смотрит на меня. В его взгляде появляются какие-то претенциозные нотки. Мы недолго сверлим друг друга глазами, после чего я разворачиваюсь и ухожу.

Таня наверняка сказала ему, что я её клиент. Точнее, был им.

Нахожу Дамира, и мы идём на кассу. Усмешка судьбы вновь сталкивает нас с Таней. Она со своей семьёй занимает очередь к соседней кассе. И я просто не могу не смотреть на эту женщину... Мой взгляд сам по себе приковывается к её лицу.

Я всё ещё влюблён в неё по уши. И уверен, что она тоже меня любит.

Мне этого достаточно. Достаточно понимания того, что всё, что между нами было, было настоящим.

Таня тепло смотрит на спящего Ваню. А потом незаметным движением смахивает слёзы с глаз.

Уже в машине мне приходит смс. Видимо, последнее от неё.

«Я счастлива за тебя».

С грустной улыбкой набираю ответ.

«А я за тебя».