Глава 13

Арен прошел внутрь помещения, остановился перед ректором.

— Чем обязан вашим визитом, господин Михвир? Мне кажется, мы уже все обсудили сегодня.

Огромный ректор заложил мощные руки за спину и качнулся с пятки на носок, словно разминался перед нападением.

Что-то мне страшно!

— Арен, ты совсем обнаглел. Нахамил мне при учениках. Я едва сдержался. И только потому, что в присутствии дам не распускаю лапы.

— Прошу прощения, господин ректор. Вы превысили полномочия, а я защищал свою территорию.

— Извинения приняты. Но ты сегодня поднял руку на куратора! — пробасил оборотень.

— Он тоже превысил полномочия!

— Не в твоей компетенции было наказывать. Тем более куратора, старшего по курсу и званию выпускника, проходившего преддипломную практику. К счастью, пощечина — это не совсем драка. Но ты врезал ему по роже при свидетелях. И так хитро, что побитый отлетел и, увы, вывихнул руку. Так в один голос утверждают свидетели ссоры. Ты не мог выяснить отношения с куратором наедине?

— Не мог. Он при свидетелях облапал мою мрийту.

— «Мою»? — усмехнулся ректор.

— Нашу, — поправился вожар. — И отпор должен был получить прилюдно. Всё в рамках Кодекса.

— Ты же знаешь, Кодекс Тхет — не закон империи, не имеет юридической силы и не стоит выше Правил академии, подписанных советом опекунов. Мы вынуждены зафиксировать грубейшее нарушение тобой правил Школы Тхет. Администрация должна тебя наказать, парень. На отчисление проступок пока не тянет, но еще раз… и даже я не смогу тебя отстоять перед советом и, главное, перед нашим высочайшим покровителем.

— Я готов к любому взысканию.

— К любому? Даже к отстранению от ближайших соревнований всей семерки.

— Не согласен. Мои парни не должны расплачиваться за личную ошибку вожака.

— Личной твоя ошибка была бы в отсутствие свидетелей, парень. Ну хорошо, с соревнований снимать не буду. Но будет понижение статуса для всей семерки. Кроме того, ты и твои подчиненные должны воздержаться от услуг мрийты Гвен на неделю, не меньше. Это требование пострадавшего куратора, и администрация с ним согласна.

— Хорошо. Даю слово вожака неделю не пользоваться услугами мрийты Гвен. Но она останется жить с нами.

— Уверен? Проще отселить.

— Нет. Это мое условие.

— Смотри-ка на него! — гулко хохотнул ректор. — Он еще ставит условия!

— Вряд ли вы захотите, чтобы я подал протест и жалобу на куратора Риайна, — вожак растянул губы в улыбке.

— Ну, жалобой меня не напугать, а твой протест — как комариный писк. Но я сегодня добр и благодушен, как видишь. Так и быть, пусть мрийта Гвен проживает в твоей семерке, если сама захочет. Кстати, хочу взглянуть на эту деву.

— Девушка не выходила из комнаты, она здесь, жива и невредима, сидит в шкафу. Это добровольное заточение, я ей не приказывал. — Вожак, не поворачивая головы, вполголоса приказал: — Выходи, Гвен.

Как! Как он узнал? Я даже почти не дышала!

Разумеется, убежище я не покинула. Прикинулась тряпочкой.

— Гвен, хватит подслушивать! — устало повторил Арен. — И хватит мять мою одежду, замучаешься гладить! Особенно, мою парадную форму. Мне не в чем будет идти к императору на прием. Не к Мариэль же мне обращаться!

— Почему бы и не к ней? — проворчала я, вылезая из шкафа. — Пусть еще простыню с нашей кровати постирает и погладит, она ее пометила своим суккубьим задом. Здрасьте, господин ректор!

Подняв бровь, главный оборотень академии скептически разглядывал меня с ног до головы и обратно.

Да, выглядела я эффектно, не поспоришь.

— Арен, где-то я видел такой аксельбант. По-моему, как раз на твоей парадной форме, — хмыкнул боевик.

И тут я с ужасом осознала, что теплая и мягкая куртка, в которую я заворачивалась как в одеяло, оказалась шикарным парадным мундиром тхета. И два золотых шнура оторвались. Да еще и разлохматились на конце в львиную кисточку, и теперь испорченный аксельбант починке не подлежит.

Арен что-то простонал, схватившись за голову. А ректор неожиданно расхохотался.

— Наконец-то! — хохотал он, утирая слезу. — Наконец нашлась мрийта тебе под стать, Арен! Бешеный и Сумасшедшая! Идеально!

Ну всё, у меня появилась кличка. Сумасшедшая мрийта.

А для своих я стану Сумасшедшая принцесса.

Эволюционирую. Для первой сестры Чен, чопорной как накрахмаленный воротничок, я была в детстве просто Дурочка. Она называла меня так, ласково улыбаясь, но это была ласка ядовитого шипа, спрятанного в кисточке хвоста мантикоры.

— Ну, удачи с приборкой и расселением, мрийта Гвен. Когда парни выделят тебе и подругам комнату, придешь к коменданту за постельным и прочим, у вас будет все свое, в отличие от остальных. Конечно, если ты хочешь остаться здесь. — Оборотень красноречиво посмотрел на шкаф, из которого вывалилась половина одежды, когда я выбиралась.

Я кивнула:

— Пожалуй, пока останусь, господин ректор.

— Ну смотри, если что, можем тебя переселить до окончания срока… кхм… воздержания.

Ректор, прощаясь, хлопнул боевика по плечу и направился к выходу. А проходя мимо расколотой двери, приподнял ее, хлопнул по створке так же небрежно и… полотно стало целым.

Оборотень аккуратно прикрыл ее за собой.