Глава 10 — Мальчик по вызову

Не понимаю, как это вышло…

Тонкий, тёплый запах её желания, поплывший взгляд и чутко отвечающее на каждое прикосновение тело вскружили голову. В какой‑то момент я увлёкся, играя с её возбуждением, и собственное затопило меня до краёв, отключая голову и… руки сами скользнули ниже. И я… даже не прикоснулся ещё толком. Только вжал пальцы в точку на лобке, усиливающую ощущения при оргазме.

Но вот эта чувствительная девочка выгибается, содрогаясь от удовольствия. От этого горячего зрелища я забываю, кто я, где я и зачем. Остаётся только она, мой невыносимо болезненно пульсирующий член и рефлексы…

Уплывая от оргазма, она шокированно влетает в мои руки, резко присев. Теряя контроль, подхватываю её за талию, не позволяя отстраниться. Её «спелые ягоды» так близко… И судорожное дыхание…

Пальцы машинально отыскивают чувствительную точку на шее по линии роста волос и вдавливаются туда. Вздрогнув, закрывает глаза. Ловлю её бесконтрольный стон губами, утекая от яркости ощущений.

Сладенькая… испуганная, растерявшаяся… как нечаянно растаявшее мороженое! И я хаваю это, да! Мне вставляет! Мне сейчас плевать на всё… Я утонул и захлебнулся в этой эмоции!

Со стоном углубляю поцелуй, как во сне покусывая её губку и лаская языком. Она почти не отвечает, задыхаясь, и вцепляется в мои плечи. Мои пальцы вжимаются в нервные окончания. Они знают, что делать. Всё давно на уровне рефлексов. А я…

Я, блять, сейчас кончу прямо так! В голове нарастает гул, вжимаю её в себя, впиваясь в шею. Наслаждаюсь её тихими вскриками.

Иди ко мне, пожалуйста!

Тяну за бёдра ближе.

Я сдохну сейчас, если не войдут в тебя!

Мозги в нокаут…

Толчок в плечи, но я больше ничего не осознаю и едва ли ощущаю это… Тяну её трусики ниже… Да чёрт с ними, пусть будут… И просто смещаю тонкий, восхитительно мокрый насквозь перешеек этих трусиков вбок и вхожу в неё пальцами. За затылок прижимаю крепко к своим губам, слыша жалобное, возмущённое мычание.

Мне похуй сейчас…

Несколько рывков пальцами внутри горячего тела, и я снова чувствую её сладкие судороги, ловлю губами стоны. Коготки вспарывают мою кожу прямо через футболку.

— Я хочу тебя… — голос ломается от возбуждения.

Ловлю её пальцы, кладу на свою рвущуюся ширинку.

Вскрикивает, рефлекторно сжимая мой член, и тут же отдёргивает руку. Отрезвляющая пощёчина прямо по разбитой скуле. Громко вдыхаю от неожиданной боли, отстраняясь от неё.

Ошарашенно смотрю ей в глаза, ничего не соображая.

Её ресницы часто‑часто порхают, глаза блестят, и лицо стыдливо покрывается румянцем. Беспомощно закрывает лицо руками.

— Уходите…

Растерянно смотрю на неё. Я же не хотел… Как меня так снесло?.. Нет, хотел, конечно, адски! Но не собирался!

— Вика…

Ищу слова, чтобы извиниться, и не могу найти. Потому что не хочу. Хочу целовать насильно, пока не оттает, пока не сдастся! И трогать её, пока не начнёт умолять о продолжении. Вколачиваться в неё, доводя до воплей и исступления…

— Я Вам не Вика! — отнимает от лица руки. — Убирайтесь!

Расстроена и потеряна…

— Виктория… — сглатываю я.

А мне на самом деле нечего сказать. Я сжимаю её кисть, мне становится вдруг стрёмно и хреново, что она может почувствовать всю эту историю грязной.

И деньги ещё эти…

Какой‑то пиздец.

Сжимаю её кисть крепче, потому что пытается вырваться.

— Да отпустите же! — подлетает с дивана. — Не смей ко мне прикасаться! Уходи немедленно… Сейчас муж мой придёт… Он руки тебе оторвёт.

— И чем же тебе не угодили мои руки? — взрывает меня вдруг. — Ты наслаждалась сейчас ими, нет?

Слишком много во мне сейчас неслитого тестостерона, чтобы просто съехать с этой ситуации. Тоже подлетаю на ноги.

— Убирайся!

— Как скажешь! — вызывающе развожу руками. — Мавр сделал своё дело?.. — зло прищуриваюсь я. — Привет тогда мужу!

Вытаскиваю из кармана те бабки, что заплачены за массаж. Это же не финансовая история для меня. Не из‑за них я согласился. Поэтому — логично вернуть! Кидаю на диван.

— Верните их ему, Виктория! Надеюсь, следующий массажист устроит Вас больше!

Ревность захлёстывает, и меня несёт. Я долбоёб… Другое сейчас надо говорить. Но меня вынес этот «муж». И сорвало!

— Что Вы себе?.. — возмущённо задыхается она. — Да как Вы… смеете?! Ты!!! — с яростью сжимая кулаки. — Мальчик по вызову!

— Я?!

Мои брови ползут вверх.

— Вон отсюда!

С колотящимся сердцем и ощущением, что накосячил дальше некуда, но с упрямым желанием всё доломать вхлам выхожу в прихожую. Обуваюсь.

— И масло своё заберите! — обиженно и показательно брезгливо протягивает она.

— Дарю! У тебя же МУЖ! Пусть использует по назначению!

Из её глаз брызгают слёзы.

Вылетаю из дома.

«Ты дебил, Державин, — ругаю себя на чём свет стоит. — Просто идиот! Истерил, как пацан! Понятна же её реакция. Ну почему ты никогда не можешь закрыть свой рот, а? Или говорить что‑нибудь примирительное?»

Сижу в тачке напротив её дома, пытаясь отдышаться.

«Ну и забей теперь!» — пытаюсь уговорить себя.

Изначально нехуй было за неё вписываться! Чужая же женщина! И потом укосячился по всем статьям! И ты же хотел, чтобы не позволила! А в итоге обиделся, как мальчишка! Вот теперь — реально как мальчишка!

Пойти извиниться?

Сука… Не могу.

Через какое‑то время возле её дома притормаживает Кайен. Из тачки выходит муж.

Раздражённо впечатываю кулак в панель.

Открывает заднюю дверь. Оттуда выходит мальчик лет шести. Заплаканный?.. Вжимая голову в плечи, идёт до двери. Я вижу в нём черты Виктории. Сын?!.. А мне она показалась совсем ещё девчонкой!

Ильницкий открывает ему с брелока дверь. Мальчик заходит внутрь. Борис садится в тачку и уезжает.

При ребёнке объясняться нехорошо…

Поворачиваю ключ зажигания. И уезжаю отсюда с тяжёлым сердцем и бунтующим от голода телом.

Охуеть…