Глава 21 — Нет будущего
— Ягодка моя…
Это так тепло и проникновенно, что во мне отключается какой-то важный предохранитель, который исправно работал с самого детства. Есть такие имена, у которых нет ласковых сокращений. Сокращения есть, а ласковых нет. И моё имя именно такое. И так вышло, что меня никогда не называли ласково. А вот в этот момент предохранитель, который всегда заставлял держать себя под контролем, вдруг неожиданно перегорает. Ещё неотвратимее, чем тогда, когда его пальцы творили что-то невообразимое с моим телом. Но там было тело. Всего лишь… А сейчас он попал гораздо глубже. В душу.
Оказываюсь беспомощной перед его нежным, настойчивым натиском. И отказать не могу ни его губам, ни его голосу!
Мне вдруг становится безразлично, кто я, кто он, что нас связывает и разделяет…
Я превращаюсь вся в это чувственное мгновение. И кажется, даже сама первая целую шепчущие нежности губы. Мне хочется раствориться в ощущениях, распасться на атомы и больше никогда не приходить в себя.
В моих ушах стучит пульс. Я жадно ловлю его двигающиеся губы. Наши стоны смешиваются.
Пусть мгновение никогда не заканчивается. Никогда-никогда…
Ощущаю кожей, как мощными толчками под моими ладонями пульсирует кровь по его крепкой раскалённой шее. Мне хочется всего его зацеловать от этой головокружительной нежности. И словно оба понимая, что всё сейчас закончится, мы срываемся, ещё более жадно и требовательно впиваясь друг другу в губы.
Его руки сжимают мои бёдра прямо под ягодицами, в каких-то неизвестных мне ранее чувствительных местах. Сквозь всё тело простреливает наслаждением. Мозг опять превращается в фейерверк. Ладони скользят на его рельефную грудь, колотящееся сердце.
Подсадив на тёплый капот своей машины, впивается губами в шею. Меня передёргивает от накатившей чувственной волны. Кусает за мочку… И я тону ещё глубже. Губы скользят по кромке ушка, опять ласковый укус. Потом обратно на шею. Я растворяюсь в разнообразных и неизведанных ощущениях, захлёстывающих меня как цунами! И когда его ладонь сжимает меня высоко в паху, и большой палец обрисовывает всё, что требовательно ноет под мокрыми трусиками, я понимаю, что мне не выплыть из этого моря чувств. Я захлебнулась. Тело больше не подчиняется мне, двигаясь навстречу его рукам, губам, выпрашивая ещё этих упоительных ощущений.
Оказываюсь распята на капоте…
Как самка покоряюсь терпкому мужскому запаху, силе, уверенности каждого его движения. Ласка мгновенно превращается в требовательную жёсткость. Пальцы сжимают меня до боли, бёдра впечатываются так, что я вскрикиваю. Сорванные трусики оставляют болезненные полосы на бёдрах. Плевать! Я хочу этого всего, я благодарна за каждое это искреннее, страстное ощущение.
Губы горят — наши поцелуи превращаются в нетерпеливые укусы.
Сорвав с плеча халат, впивается в грудь. С криком прогибаюсь навстречу. Слышу, как рывком расстёгивается его ширинка. Зажмуриваюсь, вцепляясь в него крепче.
Ожог раскалённой влажной плотью. Мы задыхаемся, громко глотая воздух.
Уверенный резкий толчок его бёдер… Мне кажется, этот твёрдый член врезается в какое-то новое место во мне. Потому что моё лоно никогда не было способно на такие ощущения. Я растянута до сладкой боли, заставляющей меня умолять его двигаться.
И, глубоко вдыхая, сжимаю его член внутри, пытаясь почувствовать его ещё болезненней, ещё ярче!
Он выпрямляется, удобнее перехватывая меня за бёдра.
Шокированно смотрю на него, всё расплывается…
Между ног вибрирует так, что мои бёдра в его руках дрожат. Не двигаясь, он полыхающим взглядом съедает мою оголённую грудь. И меня даже не беспокоит, что она неидеальна в этой позе… что она в принципе неидеальна теперь… Он смотрит та-а-ак жадно, с таким кайфом и возбуждением… И мне кажется в этот момент, что я прекрасна!
Мы встречаемся пьяными взглядами… Меня вообще не беспокоит больше ничего на свете, кроме всепоглощающего желания стать для него таким же удовольствием, как он для меня!
Подхватив мою ногу под колено, он давит, прижимая её к моей груди. Это так откровенно, что краска заливает моё лицо и грудь. Пьянею ещё сильнее. От изменения позы мне ещё чувствительнее и острее.
Двигается он так, словно хочет вколотить в меня что-то! Толстая головка ощущается, как поршень, позволяя почувствовать каждый сантиметр нашего движения навстречу друг другу.
Я больше не могу… Вот всё это не могу… Я умру сейчас от того, как это близко, красиво, пронзительно, больно, сладко…
Тот самый шар удовольствия, что взорвался во мне от его пальцев, снова начинает раздуваться, заполняя собой всю меня всё сильнее и сильнее на каждый жёсткий толчок его бёдер. И, теряя голос, я содрогаюсь от взрыва. Взрывные волны накатывают и накатывают, подчиняясь движению его члена, сводя с ума!
Тело словно кисель…
В ушах звенит…
Сердце гулко вздрагивает на каждый удар!
Но это не всё, нет… Я хочу ещё кое-что очень ценное! И с трудом разлепив веки, ловлю его остекленевший взгляд. Хочу почувствовать его оргазм… почувствовать этого мужчину!
Сжимаю его кисть, стиснувшую моё бедро. Дрожь и напряжение его тела — как подарок. Я чувствую счастье. Чистое. Мне так удивительно хорошо от осознания, что я могу давать мужчине такие ощущения! Такому мужчине! Я сомневалась, да. И практически поверила, что проблема во мне.
Вскрикиваю от слишком жёстких толчков. Пытаюсь проникнуть в его ощущения, вглядываясь, вчувствываясь в его вздрагивающее от удовольствия лицо… напряжённый изгиб бровей… застывший взгляд… налитые и расслабленные губы… И я опять взрываюсь, чувствуя, как он увеличивается внутри и скользит… Я вся там в его сперме… чувствую её запах… он бьёт в голову, отключая все страхи и сомнения.
Я хочу побыть в этом ещё немного… Ещё немного минут… Реальность, не возвращайся!
Но она возвращается. Вместе со звуком застёгивающейся ширинки.
Растерянно поднимаюсь с капота, оглядываясь вокруг. В голове всё ещё звенит. Я словно контужена…
— Вика… — прижимает меня к себе.
Я молчу… не сопротивляюсь… Всё уже произошло. Объятия ничего не изменят.
Прячу лицо у него на груди, пытаясь надышаться впрок его запахом.
Всё тело болит, как будто по мне пробежало стадо быков. Но мне почему-то очень приятны эта боль и усталость…
Обнимая его за талию, сижу на капоте. Смотрю на текущую воду… Он разбирает пальцами мои растрепавшиеся пряди. Чувствую, как прижимаясь к моей макушке носом, глубоко вдыхает запах волос.
Мои минуточки утекают вместе с водой. Реальность заполняет меня всё неотвратимее и плотнее. Дома Илюшка, Кате пора уходить, скоро приедет Борис…
— Стеф, — сглатываю я ком в горле. Отстраняюсь, отталкивая его ладонью в грудь. — Отвези меня домой. Мне нужно к сыну.
— Вика, — поднимает моё лицо ладонями, ловя взгляд. — Не сожалей об этом.
Обещаешь?
— Обещаю.
Взяв меня крепко за руку, усаживает в машину. И пока едем, он заставляет мои пальцы разжаться и соединиться в замок нашим кистям. Его руки такие тёплые и живые. Большой палец гладит, кисть сжимает меня. То сильно, то ласково. Это похоже на разговор. Это похоже на признания… И я даже замечаю, как он порывается что-то сказать. Но каждый раз прикусывает губы, передумав и отрицательно покачивая головой в своём внутреннем монологе.
В этот раз я не прячусь от камер на посте охраны. Меня всю выжгло. Эмоций не осталось. Страхи ещё не вернулись.
Мы останавливаемся там, где он забрал меня. Сдавливает мою руку до боли.
— Не возвращайся туда.
Желваки на его лице напрягаются.
— Куда возвращаться тогда?.. — непонимающе ловлю его взгляд.
Закрывает глаза, отпуская мою руку.
— Я напишу тебе, ладно?
— Зачем? — срывается мой голос.
— Что? — на лице застывает болезненная судорога.
Реальность накрывает непроглядным колпаком. Я вспоминаю, кто я и кто он. Что нас связывает и разделяет. Мой муж… Его женщины…
— Не надо писать, — прошивает меня болью от понимания, что будущее невозможно.
Мне так больно от того, что он не обычный, влюблённый в меня мужчина. А тот, кто он есть. И хочется убить его за это. За то, что только подразнил. Что за этим не стоит будущего.
— Я не твоя клиентка, Стеф. И никогда ей не стану. Как бы хорош ты ни был.
Извини… Холостой выстрел!
Открываю дверь. Едва держась на ногах, иду домой, не оборачиваясь. Колени дрожат. Реву… Моя контузия не отпускает.
Тихонечко прохожу, придерживая дверь. По бёдрам течет его сперма… Меня вдруг накрывает! Накрывает так, что я рыдаю до истерики, уткнувшись лицом в подушку. Без единой мысли и смысла. Выпуская свои эмоции.
Я не смогу без него теперь! Не смогу! Без вот этих «разговорчивых» трепетных рук, без голубых бездонных глаз. Я не хочу без него!
Дотягиваюсь до телефона, чтобы написать ему. Хоть что-нибудь. Просто чтобы ответил. Чтобы чувствовать то, что он существует.
«Абонент ограничил Вам возможность писать сообщения».
Смотрю с ужасом на эту надпись. Набираю дозвон.
Занято…
Занято…
Занято…
Занято!!!
Я заблокирована. Всё.