Глава 34 — Будущее

— Стеф…

— Мм?

— А у тебя мама есть?

— Есть, — улыбаюсь я. — И она будет тебе бабушкой. Её зовут Татьяна Ивановна.

— А папа?

— Дмитрий Михайлович. Мы к ним съездим. Вот только ногу твою долечим. А ещё у меня есть сестра Алёна. Будет тебе тётей… Хочешь, фотки покажу?

— Хочу!

Пересаживаюсь к Илье на кресло, листаю на телефоне фотки, комментируя, кто есть кто.

— А вот видишь дом на дереве? Это я строил, пацаном ещё.

Закрывая фотографию, всплывает окно переписки из мессенджера.

Борис: Степан, добрый вечер. Я обещал сделать Вам предложение.

— Ладно, засыпай.

Гашу бра над его креслом. Илья уже пару дней как перекочевал на него. Компания котов на ночь его вполне устраивает. И мы с Викой тихо отрываемся по ночам.

Ухожу на диван.

Степан: Весь во внимании.

Борис: Во внимании скорее я. Какую сумму Вы бы рассмотрели, чтобы оставить мою семью в покое? Сколько? За то, что исчезнете из жизни Виктории.

Степан: В прошлый раз Вы мне платили за то, чтобы я в её жизни возник. Отчего же такие перемены?

Борис: Вам кажется забавным происходящее? Вы разрушили мою семью.

Степан: Нет, Вашу семью разрушило Ваше решение купить для жены сексуальную утеху в моём лице.

Борис: Я и не думал её утешать. Вы ошибаетесь.

Степан: Зачем же тогда?

Борис: Это была попытка объяснить ей, что плотские утехи не столь значительны, как она себе нафантазировала, и точно не стоят того, чтобы рушить наш брак.

Степан: А в чём проблема как следует трахнуть жену самому? Такая мысль в голову не приходила? Нет?

Борис: Каждый специализируется на своей области. Вы на утехах, я на маркетинге и финансах. Не вижу причин менять специализацию на менее статусную. Успешный экономист не обязан осваивать навыки сантехника. Он может его просто нанять.

Степан: Посыл ясен. Тогда Вам следовало бы завести постоянного партнёра для жены. Или Вы, Борис, предполагали, что одного оргазма ей хватит на всю жизнь, чтобы ужаснуться и больше не страдать от его отсутствия?

Делаю несколько скринов, чтобы сохранить эту беседу. Что-то мне подсказывает, что она будет удалена. А у нас впереди суд…

Борис: Для большинства женщин этот вопрос непринципиален на фоне других возможностей. Итак, сколько?

Степан: Счастье не продаю. Мне, знаете ли, зашло недооценённое Ваше.

Борис: Отчего же недооценённое? Пятьдесят тысяч евро?

Степан: Торги! Как дёшево. Но уверен — легко найдёте себе в этот бюджет новую жену. И вопрос будет решён.

Борис: Неудачный тон для сотрудничества.

Степан: Каков посыл, таков и тон.

Борис: Окей. Давайте попробуем ещё раз. Сто тысяч. И не спешите мне отказывать. Клиника, в которой Вы работаете, скоро будет вынуждена Вас уволить. А в другие Вас не возьмут. И тогда Вы точно не потянете мою семью.

Степан: Уйду в частную практику. Не беспокойтесь за наше благополучие.

Борис: Сто и моё обещание не организовывать Вам неприятностей. Это много! А Викторию с сыном я заберу всё равно. Вопрос — какой кровью. Эти сто тысяч — попытка вернуть всё на свои места без крови. Одолжение ей, в первую очередь, и желание не травмировать сына.

Степан: Тронешь Вику…

Борис: О чём Вы? Я люблю свою жену. Готов простить ей неразумный порыв. Вот и всё! А Вы, Степан, неуместный и лишний человек. Пройдёт пара недель, и она будет стыдиться интрижки с Вами. Неужели Вы сами этого не понимаете? В наш круг Вам не войти. Здесь все начнут презирать её за этот мезальянс. Она остынет и вернётся.

Только к тому времени опозорит нашу семью. Или Вы думаете заменить ей тот уровень жизни, к которому она привыкла, парой мгновений физического удовольствия?

Степан: Если Вы забыли, то я, в некотором роде, «специалист по женскому телу».

Так что пара мгновений — это не ко мне, это, видимо, к маркетологам и экономистам.

Спасибо за беседу. Неубедительно.

Но внутри меня колотится страхом, что это, может быть, так и будет.

Борис: Как знаете, я предупредил.

Сообщения начинают исчезать с экрана. Прячу телефон под подушку, съезжая чуть ниже.

Вика выходит из душа. Садится на меня сверху. Я чувствую поясницей её влажную попку.

— Мне нужно перевернуться… Я сейчас диван проткну!

— Не нужно… — слышу в её голосе улыбку. — Я хочу научиться делать тебе так же хорошо, как ты мне, — ложатся её руки на мои плечи.

Чувствую, как на спину льётся тёплое масло. И со стонами урчу не хуже Зидана под её не слишком уверенными, но очень нежными руками.

— Ммм…

— Научи меня.

— Ооо… всё чудесно… Просто потискай меня.

Пальчики вдавливаются под лопатки. Меня простреливает удовольствием. С шипением веду плечами. Запомнила…

Зубки впиваются в мой загривок. В глазах искрит.

— Какая талантливая ученица…

Впивается в кромку уха и снова скользит на шею…

— Это хорошо?

— Ммхммм, — нечленораздельно выдаю я, плавая в наслаждении.

Пальцы скользят… Сквозь шквал ощущений улавливаю некоторые профессиональные приёмы.

— Кисонька… ты… смотрела обучающее видео про массаж, пока меня не было?

— И про минет… — шепчет она, сползая ниже.

— Вау…

Ложится мне на спину. Чувствую её твёрдые соски.

— Пора гасить свет…

Переворачиваюсь и с ходу пытаюсь воткнуться во влажные губки.

Уворачивается.

— Стёпочка, нет.

— Почему это?

— Нужен презерватив. Я пропустила таблетку вчера, прости… И сегодня не выпила вовремя. Совсем с тобой голову потеряла. Теперь надо ждать начала нового цикла.

— Сильней потеряй, — переворачиваю под себя, закрывая рот поцелуями.

Мы соприкасаемся, обжигая друг друга.

— Вика… Ты же выйдешь за меня, правда? Это же не интрижка?

Нежно и проникновенно молча целует моё лицо.

— Всё, что захочешь… Я за тобой без оглядки… Только не оставляй нас с Ильёй!

— Давай детку сделаем? — выдыхаю я.

— Что?..

— Если ты меня любишь… Если хочешь будущего со мной…

— Стёпа, да ты что… Надо же спланировать… витамины пропить… анализы сдать…

Да твою мать! Если бы все так детей делали, человечество бы вымерло к чёрту!

Распиная, закрываю поцелуем рот. Вдавливаюсь в неё, крепко перехватывая за бёдра и не позволяя выкрутиться.

— Пожалуйста, Ягодка… давай сейчас!

Впиваюсь в шею, делая толчок внутрь, и замираю. Обхватываю её ягодицы, массируя пальцами нужные точки, чтобы отключить ей мозги.

Не хочу, чтобы думала… Только чтобы чувствовала… Хочу, чтобы всё случилось вот в этом остром чувстве любви. Ну что изменят полгода-год? Это моя женщина. Я это сразу остро ощутил. И я хочу, чтобы точно так же она чувствовала и меня. И шла за мной…

— Без оглядки… как обещала… — задыхаясь, напоминаю я.

— Я, наверное, дура… — шепчет, тяжело дыша.

— Почему?..

— Я так хочу тебе родить…

Вжимаясь лицом в моё, подаётся бёдрами навстречу.

И я слетаю, растворяясь в экстазе от нахлынувших чувств, её доверия…

Мне кажется, нет ничего более крутого, чем услышать от женщины, что она хочет тебе родить. Не в дешёвых версиях женского пикапа, когда это просто способ потешить твоё чувство собственной важности. А когда вот так… Быть может, нелогично и не вовремя, только на одном доверии друг к другу и чувстве любви!

Во мне столько всего, что я хочу вложить в неё, вколотить, отдать… что у нас обязательно должно всё получиться!..

Это так интимно и лично, как никогда у меня не было.

И всё очень просто сейчас, без изысков… Тела медленно двигаются навстречу друг другу. Но весь кайф происходящего не в телах… а в трепете, в котором мы плывём, касаясь друг друга, тонем, захлёбываемся и тихо умираем… И так и не разлепляясь, мы обнимаемся крепче, вырубаясь в этой нежности.