Глава 2

В этот вечер я особенно тщательно собираюсь. Обычно я хожу к отцу по пятницам и ночую у него. Точнее, у нас! Уже и не знаю, как называть. В этом доме я вырос.

Затем, когда мать с отцом развелись, то они решили, что отец останется жить в доме. Так как мама — женщина и ей будет трудно ухаживать за целым домом. А она переедет в квартиру, которую они «берегли для меня».

В общем, они разъехались, а я остался без квартиры! И теперь на два дома живу. Как-то так...

На пороге я ещё раз смотрюсь на себя в зеркало. Мама говорит, что я крупный, в отца. Он у меня тоже плечистый и высокий. Другие парни проводят вечера напролёт в тренажёрке, а мне просто нужно поддерживать форму. Иногда прикладываться к штанге и планку держать.

Надеюсь, что в сорок пять на меня тоже будут западать ровесницы сына!

Я смеюсь своим же собственным мыслям. Блин! Сын. Сорок пять. Это когда ещё будет?

Сую ноги в кеды и уже собираюсь выходить. Как вдруг мама ловит меня на пороге.

— Данюш, ты там смотри... Ну, в общем! Гляди в оба, — она делает козу из пальцев и подставляет к глазам.

Я не могу сдержать смех.

— Есть, босс! — отвечаю.

Она целует меня в щеку, и я ухожу. До отца добираюсь на такси. И так уже опаздываю, кажется?

И чем ближе мы подъезжаем к знакомому дому, тем сильнее бьётся сердце. Я даже практикую дыхание «три через три». И чего я так напрягся? Ну, ужин, ну девушка! Ну, познакомимся.

Может быть, потому, что с прежними своими пассиями он не торопился меня знакомить?

Значит, что с этой всё действительно настолько серьёзно? Не поверю!

Я тру подбородок и подавляю зевок. В конце концов, это и мой дом тоже. И я имею право приходить сюда, когда захочу.

Вдруг меня настигает догадка. Ведь папа может съехаться с нею? И что тогда? Тогда я не смогу появляться здесь, когда хочу? Или как?

От этого мысли мои путаются и в голове становится мутно и тревожно. Я трясу головой, прогоняя их. И они разлетаются, словно рой пчёл, облепивших меня.

Всё! Приехали. Спокойно, мужик. Ты справишься.

Я расплачиваюсь с водителем. Иду по дорожке к двери. Звоню в дверной звонок.

Дверь открывается не сразу. По ту сторону я слышу шаги. Но не тяжёлые папины. А какие-то лёгкие. Словно кошка ступает.

И вот, дверь открывается! Девушка, ростом ниже меня. С офигенной копной волнистых тёмных волос. На ней трикотажное платье. Не в облипку. Но сквозь него проступают намёки фигуры. Она стройная, кажется. И даже слишком...

Я сглатываю и понимаю, что тупо пялюсь на незнакомку. Разглядываю её. А она в свою очередь, изучает меня, не теряя времени даром.

И тут наши взгляды одновременно достигают лица друг друга и встречаются. Мы даже отшатываемся, сделав шаг назад. Словно током ударили!

— Э..., — начинаю я, — Привет! Я туда попал? Это дом Крюкова Валерия Валентиновича?

Она улыбается и заправляет за ухо тёмную прядь:

— Привет. Ты, наверное, Данил? А я Стефания.

— Как? — недоумеваю я, сомневаясь, правильно ли расслышал.

— Стефания. Имя такое. Стеша сокращённо, — отступает она, наконец.

Я вхожу, привычно разуваюсь и вижу отцовские боты.

Её кеды аккуратно стоят в уголке.

— Вот это имечко, конечно! — хмыкаю себе под нос.

Она в носочках. Её маленький аккуратные ступни в белых носочках — это что-то... Точно, как кошачьи лапки.

Я поднимаю глаза и ищу отца взглядом. Он не заставляет себя долго ждать. Выходит из кухни. Какой-то странный!

Взгляд, как будто после сна. Волосы влажные. Рубашка липнет к телу. Я вдруг понимаю, отчего у него такой взгляд? Они трахались! Ну, точно. Накануне моего появления, в этом доме был секс.

Отлично! Ничего не скажешь. И после этого я должен ужинать с ними за одним столом?

Я как могу, скрываю своё недовольство. Мы с отцом обнимаемся. От него пахнет цветами. Блин! Женскими духами какими-то. Хрень собачья!

Но я, сцепив зубы, молчу.

— Ну, что? Проходи! Мы уже заждались, — говорит он.

— Да я вижу, — бормочу себе под нос.

— Стеша готовила гарнир, а я жарил мясо, — рассказывает отец.

«А ты мастак жарить! Это уж точно», — мелькает в моей голове. Я хочу сесть на тот стул, где обычно сижу. Но он занят...

— Э... А можно? В смысле..., — начинаю я, глядя, как девчонка уже поместила свой зад.

— Чё ты топчешься, как будто в гостях? Давай, садись уже! — с усмешкой командует папа.

Блин! Тупая ситуация. Наверное, она просто не в курсе, что обычно я здесь сижу? Конечно, не в курсе. А иначе бы стала занимать чужое место за столом?

Сажусь на другой стул. И мне уже неуютно от этого! Да ещё и приходится смотреть на неё. Так как глаза деть некуда.

Ужин вкусный. Гарнир картофельный. Просто пюре, но такое непривычно воздушное и мягкое. Как творожная масса.

— Ну, как тебе? — интересуется отец.

— Да, кажется, картошка слегка недосолена, — выдаю с лёгким сомнением.

— Да? — оттопыривает он губу, — Не заметил. Много соли вредно! Ешь, давай, — треплет он меня по плечу.

Я стесняюсь такого обращения. Хотелось бы чуть более уважительного, без всех этих папиных замашек и приколов.

— Как в институте дела? — интересуется он, — Сессия скоро. Ты сдашь? Я надеюсь.

Он подмигивает мне, как бы напоминая о том, что в прошлый раз меня чуть не отчислили. Скучно всё это! Учёба. Я могу учиться на отлично, если захочу. Да только, какой в этом толк?

Ну, получу я диплом, и что дальше? Идти к отцу работать? И вечно быть обязанным ему за это? И чтобы все вокруг смотрела и сравнивали. И сравнение, естественно, будет не в мою пользу.

Я вдруг понимаю, как трудно мне будет говорить с ним при этой девчонке. Она как третий лишний, сидит и подслушивает наши с ним разговоры. И что теперь?

Я вообще-то затем и прихожу сюда, чтобы провести время с отцом. Пообщаться нормально. Без лишних свидетелей...

— Да нормально всё будет, — отвечаю и кошусь на неё.

Отец замечает моё раздражение и переводит разговор.

— А Стефания дизайнер, она флорист и делает потрясающие букеты!

— Не знал, что для того, чтобы делать букеты, нужно образование, — хмыкаю.

— Ну, образование лишним не будет в принципе, — вкрадчиво произносит отец.

Я усмехаюсь тихо. Ну, началось!

Однако тему эту он не развивает. И остаток ужина мы доедаем под неспешное бормотание телика. И периодические короткие вспышки бесед.

Девчонка берёт на себя уборку стола. Это правильно! Место женщины на кухне. Вот пускай хоть что-то полезное сделает, раз уж пришла.

Мы с отцом выходим покурить. Это при матери я не курю. А при отце можно...

Он и сам курильщик со стажем. Так что, дымим и наблюдаем за звёздами.

— Я понимаю, как это выглядит со стороны, — говорит он неожиданно.

— Ты о чём? — интересуюсь я.

— Я о Стеше. Она ещё так молода.

— Н-да уж, — подтверждаю усмешкой.

— Ну, жизнь непредсказуема бывает. Я ведь не целенаправленно искал помоложе. Просто так вышло. Я бы и рад, чтобы она была старше.

— Или чтобы ты сам помолодел, да? — подначиваю я.

Знаю ведь, что отец как раз-таки намеренно ищет девушек помоложе, чтобы и самому на их фоне казаться себе молодым.

— Годы не спишешь, — вздыхает он тяжело. Как-то по-стариковски.

— Да ладно тебе! — толкаю его плечом, — Какие твои годы?

Он усмехается и толкает меня в ответ.

Мы докуриваем неспешно, как будто смакуя...

Тут в дверь позади стучат. И физиономия девчонки в обрамлении густой шевелюры возникает за шторой. Она жестами показывает, что пора пить чай.

Теперь так будет всегда? Теперь нигде от неё не спрячешься?

Меня одолевают странные чувства. Во-первых, злость и раздражение. Во-вторых, и это ещё более странно! Волнение и любопытство.

— Ну, что? Идём? Я там тортик купил. Твой любимый, — приглашает отец. И мы возвращаемся в тёплое гнёздышко нашего дома.