Глава 9

У двери номера я задержалась.

Нахлынули воспоминания, как я стояла у этой двери в прошлый раз, поспешно надевала маску, парик. А сейчас все это уже ни к чему. Этих атрибутов не было в клубе – к чему они, если он знает обо мне и без того слишком много.

Да и после того, как он вручил мне «подарок», прятаться за мишурой как-то глупо.

Открыв дверь, я вошла в номер. Осторожно, как будто меня могли ждать там неожиданности и непрошенные гости.

Но нет, номер был совершенно пуст.

На широкой кровати, застланной белоснежным покрывалом, лежала чёрная повязка на глаза, а к ней была привязана записочка: «Надень меня».

Я усмехнулась: вот уж действительно, очень кстати. Повзрослевшая Алиса всё глубже погружается в кроличью нору.

Но, как и Алиса, я не могла отступить.

Осмотрелась, решая, что делать дальше – лечь, сесть или остаться стоять?

Я не знала, чего хочет он, а потому надела повязку, взялась рукой за изголовье, чтобы чувствовать хоть какую-то уверенность, и осталась стоять. Тишина надавила на плечи, а потом тихо открылась дверь, впуская шаги грозовой ночи, которая надвигалась.

Я не только слышала, как мужчина вошел, я его чувствовала. Дыхание стало тяжелым, прерывистым, волнуясь, я прикусила губу и вздрогнула, когда по моему рту скользнул палец мужчины.

– Не стоит, – сказал холодно незнакомец. – Твои губы могу кусать только я.

Я послушно выполнила его распоряжение. И тут же его палец неглубоко скользнул вглубь моего рта. Не задумываясь, облизала его, и потянулась за пальцем, когда он снова вернулся к губам.

– Что ж, согласен, – сказал мужчина, – начнем с того, чего ты хочешь сейчас больше всего.

Он обошел меня, провел рукой по спине, заставляя прильнуть к нему, повернуть голову, чтобы уловить его дыхание, и чтобы стоять было легче. Потому что я сама не заметила, как отпустила спинку кровати, и теперь моим единственным ориентиром был лишь незнакомец.

Незнакомец, чей член теперь плотно прижимался ко мне, и я могла чувствовать, как он возбужден. Даже через два слоя ткани. Хотя мое короткое платье казалось почти невесомым, и словно таяло от мужских рук.

Я слышала, как медленно оно поднимается вверх, ведомое горячими ладонями. И перестала дышать, когда рука мужчины уверенно скользнула в развилку между моих бедер и ласково погладила. Так же, как голос:

– Хорошая девочка. Не забыла, что я не люблю тратить время на трусики.

Мою щеку обожгло жарким дыханием и сладостным ощущением, когда пальцы мужчины потерли мой клитор и опустились чуть ниже.

– И влажная, – заметил он то, что скрыть было уже невозможно. – Трудно представить, какой влажной ты будешь, когда получишь мой член в рот.

Я прерывисто выдохнула.

А в следующую секунду он свел за спиной мои запястья, и я ощутила на них что-то твердое, неудобное. Веревка! – догадалась, вспомнив о его предпочтениях.

– Не дергайся, – посоветовал он, заметив мою реакцию. – Не заставляй связывать тебя туже, чем нужно.

– Вы уверены… – начала я, облизав пересохшие губы.

И тут же мужчина показал свое недовольство. Схватив меня за волосы, потянул мою голову, заставив прогнуться, и прикоснулся к моим губам своим языком.

Жарко.

Но всего лишь касание, чтобы я поняла главное правило: да, он уверен. А мои губы – в его полном распоряжении.

И это только начало, с учетом того, что он хотел, чтобы я взяла в рот его член.

И с учетом того, как сильно этого хотелось и мне.

Но я не представляла, что делать дальше. Куда идти, как двигаться, и надо ли развернуться к нему, надо ли сказать ему, намекнуть, что я готова попробовать…

И не пришлось.

Жесткое нажатие на мои плечи, и я опускаюсь на пол. Послушно скольжу по телу мужчины, с удовольствием ловлю его выдох и мат, который срывается, когда я попкой задеваю каменный ствол, который уже рвется наружу, ко мне, но пока мешают моя медлительность и его брюки.

Мужчина обходит меня, на этот раз становится напротив.

И вновь тишина.

Он словно дает мне время представить, как мы с ним выглядим. Я – с завязанными глазами, с путами на руках, на коленях. Жадно хватающая приоткрытым ртом воздух. И он, полностью владеющий ситуацией.

Он рассматривает меня. Наверняка видит мое нетерпение и желание, а еще понимает, что мне это нравится.

Нравится быть такой с ним.

Нравится ему подчиняться.

И нравится эта тишина, которая не дает возможности одуматься – нет. Она дает попробовать еще один вкус – нетерпения.

И предвкушения, когда я слышу, как лязгает пряжка ремня, как ползет вниз молния брюк. Я успеваю лишь облизнуть свои губы, когда их касается что-то твердое, теплое, и я, даже ни разу не испытав этого прежде, безошибочно понимаю, что это член.

Делаю жадный вдох, прислушиваясь к своим ощущениям – неприятия нет. Мне нравится этот непривычный запах мужчины, хотя пробовать как-то боязно. Но скорее, это страх того, что у меня не получится доставить ему удовольствие.

– Смелее, – напутствует меня мужской голос.

И я неловко пробую языком, провожу по головке, скольжу по ней. Хочется провести по стволу рукой, ощутить его мощь, узнать, действительно ли он такой длинный и толстый, как мне сейчас кажется.

Но решаю не я…

Щеки пылают от легкого стыда, но я не хочу останавливаться. Понятия не имею, что чувствует мужчина, но мне кажется, что я просто горю. Горю изнутри.

– Ну же, милая, – подстегивает меня незнакомец, – пока незаметно, что ты действительно этого хочешь.

Я пробую впустить член в себя, но он такой большой, что в меня едва ли помещается половина. Совершенно не представляю, как это получается у других, и начинаю разочарованно хныкать.

И словно жалея меня, пальцы мужчины собирают в кулак мои волосы, притягивают к своему хозяину мою голову, а он…

Он делает резкий выпад вперед.

У меня темнеет в глазах от этой наполненности, от этого солоноватого вкуса, который во рту. И от взгляда незнакомца, который рассматривает меня в эту минуту, наблюдая за тем, как его член входит в мой рот – жестко, но пока еще неглубоко.

Пока еще…

Но мы оба знаем, что этого мало.

Пальцы мужчины сжимают мои волосы еще жестче, и он практически насаживает меня на себя. Заставляя меня принимать его. Принимать – это все, на что я способна в таком бешеном темпе.

Мелькает мысль, что я могу задохнуться, но он четко контролирует не только свои движения. Выходит из моего рта, дает сделать вдох, отдохнуть, и снова проникает внутрь.

С удовольствием, подтверждая его резким выдохом и тем, что пальцы в моих волосах сжимаются еще сильнее, чем раньше. И неимоверным образом заставляя и меня разделить его удовольствие.

Я так увлекаюсь, что не сразу понимаю, почему вкус меняется. И почему движения мужчины становятся еще резче, а из его горла раздается длинный, приглушенный стон.

А когда осознаю, и пытаюсь остановиться, отодвинуться, слышу новый приказ, сметающий все преграды:

– Глотай!

Я делаю первый глоток, с непривычки давлюсь, морщусь невольно.

– Глотай! – повторяет он, извергаясь в мой рот обжигающей гортань спермой.

Не отпускает.

И не отпустит.

И все, что я могу сделать – это глотать, как он и велит.

– А теперь оближи меня досуха, – вынув член, требует он.

Я скольжу по его головке своим языком. Я делаю все, как он хочет. И за это он снова прикасается к моим волосам. Только на этот раз не сжимает их в кулаке, а гладит, как породистую кошку, которая заработала первый приз, но способна на большее.

– Для первого раза неплохо, – говорит он, подтверждая мою догадку. – Ты заслужила маленькое поощрение.

Не могу сдержать изумленного выдоха, когда он неожиданно подхватывает меня на руки – легко, как пушинку. И так же неожиданно бросает меня на кровать.

Прохладное покрывало прикасается к немного саднящим из-за веревок запястий. Пытаюсь устроиться чуть получше – не успеваю. Меня тут же накрывает собой незнакомец.

Но, видимо, он держится на руках, потому что эта тяжесть приятная. Как и ощущения, которые дарит новая поза. Его горячее дыхание у моих губ, и горячий, влажный после моего рта член, который уверенно располагается там, где томительно ноет и сжимается в узел.

Это произойдет сейчас? Прямо сейчас? И я даже его не увижу? Плевать! Даже если и так.

Я настолько хочу этого, что с готовностью раздвигаю ноги шире и выгибаюсь, трусь о мужчину, призываю к себе.

– Не так быстро, – тихо смеется он.

Оставляет меня, заставив почувствовать обиду и пустоту, слышу, как прогибается рядом матрас, а в следующее мгновенье сильные руки меня снова подхватывают. С единственной целью – усадить на бедра мужчины, и снова почувствовать острое удовольствие от прикосновения его члена.

Делаю неловкую попытку, пытаюсь привыкнуть, понять… Он лежит на кровати, а я на нем восседаю…

– Красиво, – доносится сквозь легкий туман в ушах скупая похвала незнакомца. – Но так будет лучше.

И его ладони прикасаются к бретелям моего платья, заставляя скользнуть их вниз и оголить мою грудь.

– Бесподобно, – он поочередно поглаживает и взвешивает мои полушария, а потом говорит: – Если хочешь, чтобы я пососал твои соски, постарайся, милая, порадуй меня.

Медлю, привыкаю к новым ощущениям, отгоняю от себя остатки стыда, уже ненужного, и делаю плавное движение бедрами. И стону от легкого разряда тока, который меня пронизывает.

Да, мне хочется этого, мне нравится скользить по твердому члену. Твердому, несмотря на то, что мужчина недавно кончил. И если так, значит, ему тоже более чем нравится то, что я делаю.

Мысль о том, что он мною доволен, доводит до сумасшествия. И я начинаю не просто бестолково скользить по нему. С каждым движением я задеваю его член своим клитором, и вздрагиваю от этого прикосновения. А еще от дыхания мужчины, которое поощряет меня.

И от голодного рта, который наконец накрывает мои соски и начинает играть ими, пока я раскачиваюсь, несусь в бешеном темпе, объезжаю мужчину.

Стоны… Перестаю контролировать или считать их.

Не могу разобрать, что мне нравится больше – член подо мной или язык на сосках. Тем более когда он перестает нежно ласкать, а начинает буквально сосать, и мять мою грудь жесткими длинными пальцами.

Я становлюсь жадной. Мне хочется заполучить не только язык, и я наклоняюсь вперед, чуть подвигаюсь, и теперь головка опасно и так приятно скользит у моего входа. И с каждым моим толчком чуть-чуть почти проникает в меня.

– О, господи… – бормочу я срывающимся от стонов голосом.

– Скачи сильнее, милая, – хрипит мужчина, подбадривая меня. – Давай, ты такая красивая, когда твоя грудь раскачивается…

И я опять его слушаюсь.

Я хочу быть красивой.

Хочу ему нравиться.

И хочу победить в этой гонке, где нет тормозов, и где даже путы мне в помощь, потому что соски выпирают вперед, и их лижут с большим удовольствием.

Стирается время, стирается все, что не имеет значения. Несусь без света, не страшно, хочется большего, хочется дальше, хочется…

И вдруг я словно врезаюсь в стену из огненных искр, которыми меня накрывает, опутывает, заставляя подняться вверх и взлететь… чтобы вскоре упасть. На грудь мужчины, который дышит так же тяжело, как и я. Потому что тоже прочувствовал на себе эту скорость, и тоже взлетел. Но на этот раз одновременно со мной.

Чувствую, как внизу становится жарко от спермы мужчины, и еложу по сильному телу.

Приятно.

Так приятно, что хочется немного продлить удовольствие.

– Молодец, – меня целуют в висок, но уверенно отстраняет, не позволяя разнежиться.

Слышу, как тянется уголок покрывала, слышу какой-то едва уловимый звук. И только когда ткань прикасается к моему животу, понимаю, что он стирал свою сперму с себя, а теперь помогает и мне.

На стыд меня уже не остается.

И все, что я в состоянии делать – позволять ткани скользить по мне, позволять пальцам мужчины натянуть бретельки моего платья обратно.

Я не могу даже пошевелиться, когда мужчина встает. Уходит… он уходит, а я…

Не представляю, что делать мне. Понятия не имею, надо ли что-то сказать на прощанье.

Это делает он.

Освобождает меня от веревок, о которых я даже забыла. Слышу, как его шаги отдаляется от кровати, а потом…

– Когда мы встретимся в следующий раз, – раздается его голос уже у двери, – я тебя трахну.

Ни тени сомнений – сухая констатация факта.

И я решаюсь задать вопрос, который меня волнует.

– Как вас зовут? – И сама пугаюсь. Вдруг я нарушила какое-то правило? Вдруг на этом игра закончится? Я добавляю совсем тихо: – Это ведь просто имя…

Но он ничего не отвечает. Уходит.