Глава 22

— Кто это? — переспросила я, смотря на четко прорисованные мышцы и бандитский сурой взгляд.

— Арсений. Или просто Сеня, но это только для своих.

Марк подошел к резиновому мужику без рук и начал советоваться по-братски. Я смотрела на всю картину с округлившимися лазами и приоткрытым ртом, не понимая, что вообще между ними происходит.

— Ну, и как она тебе? Ты не смотри что она тощая, это замануха, чтобы противники расслабились. Бьет она знатно — рука тяжелая. Завтра на груди будут синяки, я уверяю тебя… — Марк похлопал Арсения по плечу, а затем подставил ухо, якобы слушает его. — Что говоришь? Ага, я сейчас передам ей…

Я похлопала глазами, и ткнула пальцем себя в грудь, задавая немой вопрос «Меня?»

— Арсений говорит, что ты достойный противник. Он оценил твое телосложение и готов принять вызов.

— Что за хрень ты несешь, мы попали в комнату дурдома?

— Не заставляй Арсения ждать, а то он может разозлиться и надавать тебе по щам. — нахмурился Марк, хотя губы изогнулись в усмешке.

— Я пошла. — встряхнула головой, поражаясь развитому воображению Марка. — Сами тут давайте себе по щам… Подожди — ка, а для чего тебе этот резиновый мужик?

— Как ты думаешь?

— Уж не знаю. — закатила глаза. — Не заставляй меня придумывать, я та еще выдумщица.

— Это тренажер для бокса. Тебе полегчало?

— Может быть.

— Ну да, изображать девушку гея, куда менее приятнее… — усмехнулся Марк.

— Значит, занимаешься? — смеряла его взглядом, с виду так и не скажешь, что он поклонник бокса.

— Типа того. — Орловский ударил по лицу Арсения и тот слабо пошатнулся. — Попробуй, давай, три минуты назад тебя было не остановить…

Я подошла поближе и посмотрела на лицо манекена… Жуть какая.

— Арсений, извини… — не заметила, как сама начала разговаривать с манекеном. Видимо, это заразно. — Но ты тот еще урод.

— Представь, чтобы ты сделала, если бы вот такой тип зажал тебя в углу?

Я покосилась на Марка, понял, что ему лишь бы меня спровоцировать, а потом на Арсения, который угрожающе пялился на меня.

Я подошла поближе и неуверенно ударила манекен в живот. В ответ он даже не шелохнулся.

— Посильнее.

— Без сопливых солнце светит. — огрызнулась я и встала в стойку, в которых обычно стоят боксеры.

Вложив все свои силы, я замахнулась и от души треснула Арсения по груди. Тот пошатнулся назад.

— Вот же черт! — заорала я, тряся кулаком от боли. Кожа на костяшках покраснела, а выступы заныли. — Козел!

От обиды я зарядила хлесткую пощечину по резиновой морде, и под смех Марка села на кровать, обиженно потирая ушибленные места.

— Я смотрю, вы подружились, нашли общий язык.

— Да иди ты. — фыркнула в ответ и прилегла на кровать, отвернувшись от Марка к стене.

— Ладно, пойду. — усмехнулся он. — Только переоденусь сначала, не возражаешь?

— Вообще до лампочки. — все еще злясь сказала я… и притихла.

Марк начал копошиться около шкафа и снимать с себя костюм. Сначала избавился от пиджака и перешел к пуговицам на рубашке…

Зеркало, которое расположено на противоположной стене от шкафа дает мне хороший обзор, и почему то начала следить за действом раздевания, хотя и не должна.

Он снял рубашку, и я протяжно вдохнула, вновь увидев его идеальный торс… Арсений нервно курит в сторонке по сравнению с ним. Марк принялся расстегивать ремень и припускать брюки… Я сглатываю в предвкушении. Натянутые боксеры сидят как влитые и хорошо очерчивают упругие ягодицы и достоинство Марка. Я уже не дышу… и не моргаю.

Когда Марк начинает складывать одежду на вешалку, я изучаю его со всех сторон и замечаю на его ребрах татуировку. Даже мое тело не кснулось руки тату мастера, хотя я хотела, ой как хотела!

Тут же позабыв об обиде, я повернулась к Марку и вскочила с кровати, задавая вопрос, который выдает меня с потрохами:

— У тебя татуировка?!

Марк опешил от внезапного вопроса.

— Я вообще думал, ты уснула..

— Ага, даже не надейся, — я подошла к нему и с любопытством потрогала татушку, касаясь пальцами его горячего тела. — Настоящая?

Марк вздрогнул.

— У тебя чего такие руки ледяные?

— Не увиливай от ответа, горячий мальчик… — сыграла бровями и не стесняясь просканировала Марка, стоящего передо мной в одних трусах.

— Настоящая. У меня ВСЁ…настоящее. — он многозначительно выделил слово и изогнул одну бровь.

Я даже на время даре речи лишилась. А что ему ответить? Ему нечего скрывать, все видно и так…

Когда Марк начал натягивать футболку, я сориентировалась, и по деловому облокотившись на шкаф, прямо заявила:

— Мне тоже надо.

— Что?

— Футболку. Мне надо переодеться. Я что в платье должна спать? — с претензией в голосе сказала я.

— А ты что собираешься спать у меня?

— Не знаю, чем я буду тут заниматься… Но если ты решил, что напоишь бедную девушку, и в таком состоянии отправишь ее в родительский дом — то ты глубоко ошибаешься!