Часть 4

Дни потянулись за днями. Унылые, обыденные, похожие один на другой так, что Виолетта и не стала бы считать их, если бы ни условия, выставленные отцом. Она прекрасно была осведомлена о делах в семье и понимала, что лорд Рулл исполнит свое обещание.

Девушка даже всерьез подумывала о побеге из дома, но понимала, что у нее нет денег. Все всегда оплачивала мать, либо счета приходили в дом лорда Рулла. Оставалось надеяться лишь на чудо. Или же… или на Демона.

Днем, прогуливаясь в парке, Виолетта ловила себя на том, что ищет высокую фигуру мужчины в черном плаще. А ночью… Ночью Виолетта постоянно вспоминала Демона, его жадные губы, его руки. Часто она принималась ласкать себя, чтобы вновь ощутить хотя бы отголоски тех чувств, которые испытала тогда в объятиях мужчины в маске.

Балы, развлечения, маскарады казались глупыми и фальшивыми. Даже некогда любимый театр не радовал. Теперь девушка прекрасно видела, что актеры всего лишь кривляются в угоду публике.

– Да что с тобой такое? – то и дело спрашивала Милдред, видя, что подруга вновь погружена в себя. Та лишь пожимала плечами и улыбалась, пытаясь скрыть отчаяние, которое то и дело охватывало её. Срок, установленный отцом, подходил к концу, а Виолетта так и не приняла ни одного предложения. После Демона все мужчины, которых она видела вызывали лишь отвращение. Наконец лорд Рулл вызвал дочь к себе в кабинет. Высокий, с седыми, точно припорошенными снегом висками, он чинно восседал за огромным столом.

– Я получил приглашение от графа Эстлея.

– Вот как? – прежняя Виолетта Рулл была бы польщена. Граф Эстлей, глава гильдии магов, советник короля и загадочный чародей, умело избегавший брачных сетей, редко удостаивал кого-то приглашениями погостить в своем имении, считавшимся восьмым чудом света.

– Да, и ты примешь это приглашение, как и любое предложение, которое его светлость тебе сделает! – лорд Рулл многозначительно посмотрел на дочь. Она нервно улыбнулась:

– Говорите так, словно его интерес ко мне – решенное дело.

– В своем письме он прямо спрашивает позволения ухаживать за тобой. Я дал свое согласие.

– То есть он выкупил ваши долговые расписки? – небрежно осведомилась Виолетта. Еще месяц назад она побоялась бы это сделать, сейчас ей уже нечего было терять.

– Более того, он купил патент твоем брату.

– Но… – только и пробормотала девушка. Мир вокруг рухнул. Граф Эстлей играл всерьез, и никто не смог бы противостоять ему. Лорд Рулл поднял руку, показывая, что не желает больше слушать.

– Виолетта, мне надоели твои капризы. Я проглотил разрыв с де Мерсером, но не потерплю отказа графу Эстлею. Надеюсь, я ясно выразился?

– Конечно, – только и пробормотала она, опуская голову.

Невыплаканные слезы жгли глаза. Хотелось убежать, спрятаться в свою комнату, чтобы вновь помечтать о Демоне. В глубине души Виолетта прекрасно понимала всю тщетность своих надежд. Если она и отдала тогда всю себя таинственному незнакомцу, для мужчины та ночь была лишь развлечением.

Она слышала, что маги заключали союзы лишь со своей истинной половиной, частицей своей души, и ничто не могло помешать им. И если бы Демон появился на пороге её дома… Но он так и не пришел. Виолетта сомневалась, чтобы маг не смог найти её. Значит… значит, ей следовало подчиниться воле отца и все-таки жить дальше.

Сборы были не слишком долгими, дорога – достаточно приятной, и в скором времени карета Руллов уже въезжала в таинственное имение графа Эстлея.

Когда экипаж миновал чугунные ворота, Виолетта невольно приникла к окну, с интересом рассматривая разноцветные клумбы и огромные лабиринты, созданные из высоких кустов прихотью садовников. Поговаривали, что хозяин имения увлекался садовым искусством и сам выращивал цветы с помощью магии. Но это были лишь слухи.

Дворец показался огромным, два его крыла напомнили Виолетте ворона. Она вздрогнула и старательно прогнала крамольные мысли прочь.

Отец первым вышел из экипажа, протянул руку жене и проигнорировал дочь. Виолетта лишь усмехнулась. Она легко спрыгнула со ступенек кареты и поспешила за родителями, чинно поднимающимися по ступеням высокого крыльца.

Войдя в холл, девушка приняла самое надменное выражение лица в расчете на то, что их будет встречать сам хозяин. Но в холле были лишь несколько лакеев и чопорный дворецкий, известивший, что его светлость будет чуть позже.

Виолетта зло сверкнула глазами, но промолчала, предоставив родителям высказать свое возмущение подобной дерзостью. Но лорд Рулл промолчал. Что, впрочем, было неудивительно, учитывая сумму его долговых обязательств, выкупленных графом Эстлеем. Леди Рулл, недовольно поджав губы, попросила слугу проводить их в гостевые комнаты, чтобы отдохнуть после долгой дороги.

– Разумеется, миледи, – судя по насмешливому тону, дворецкий прекрасно знал, что дорога до имения занимает не более часа, но указывать на это гостям было ниже его достоинства. Отдав распоряжения лакеям, почтенный хранитель дома удалился.

Обедала семья Руллов в одиночестве. Хозяин дома так и не появился, передав через дворецкого очередные извинения. Виолетта уж было открыла рот, чтобы возразить, но отец бросил на нее строгий взгляд, и девушка промолчала. После того, как отцу подали портвейн, она предпочла не оставаться в гостиной, а, сославшись на головную боль, поднялась в отведенную ей спальню.

Роскошная комната с огромной кроватью под голубым балдахином в любое другое время поразила бы её, но не сейчас, когда все мысли были заняты Демоном. И графом Эстлеем. Поведение хозяина дома не укладывалось в обычные рамки. Девушка мало что знала о магах, но даже просто правила приличия требовали бы, чтобы хозяин показался гостям. Создавалось ощущение, что граф Эстлей чего-то опасался. Хотя чего мог опасаться могущественный маг?

Признаться, Виолетта была рада передышке. Одна мысль о том, что ей придется улыбаться человеку, попросту купившему её, словно вещь, была ненавистна.

Желание бежать снова всколыхнуло душу, но Виолетта прогнала его прочь. Даже если и удастся выбраться из имения, у нее не хватит денег, чтобы жить так, как она привыкла Найти работу не представлялось возможным. Для горничной она была слишком образована, а для гувернантки – красива.

Виолетта с тоской взглянула на свое отражение в зеркале, а потом сердито отвернулась и прикрыла глаза. За все это время Демон так и не дал о себе знать, для него это действительно было просто незначительным эпизодом. Он не придет. А лорд Рулл просто оставит дочь в имении графа Эстлея. Что будет дальше, Виолетта предпочитала не думать.

Ужинали они вновь одни. Хозяин дома избегал появляться перед своими гостями. Правда, дворецкий снова принес извинения от имени графа, сказав, что тот еще не оправился от сильного магического истощения, вызванного недавней битвой с хтоническими тварями.

Виолетта кивнула. В последнее время все только и говорили о разрыве грани миров, произошедшем где-то в горах, и о том, как граф Эстлей возглавил сражение с чудовищами, хлынувшими в мир людей. Вполне понятно, что после такого маг нуждался в отдыхе, тогда зачем он пригласил гостей?

– Что за безобразие! – опасаясь сплетен лакеев, лорд Рулл говорил вполголоса, хотя его серые глаза заблестели гораздо ярче – верный признак того, что отец сердился. – Если граф думает, что богатство и титул дают ему право поступать так с теми, кто ниже его, то осмелюсь напомнить, что мои предки ведут свой род от самого Джильберта Великого!

– Наши предки, милый, – проворковала его жена, разделывая перепелку на своей тарелке. Лорд Рулл насмешливо взглянул на жену:

– Насколько я помню, ваши предки когда-то были торговцами, моя дорогая.

Леди Рулл поджала губы, но не стала возражать мужу.

Виолетта тоже молчала. Первым порывом было предложить отцу уехать, но девушка понимала, что это бесполезно. Лорд Рулл никогда не изменит своего решения, участь дочери решена, и она останется в этом имении навсегда.

Вновь вспомнился Демон. Его сверкающие сквозь прорези маски глаза, его улыбка, его прикосновения. Виолетте показалось, что она буквально чувствует его запах. Лесная свежесть, виски и еще что-то, неуловимо чувственное. Девушка до боли в пальцах стиснула столовые приборы. Слишком погруженная в свои воспоминания она не сразу услышала, что мать обращается к ней.

– Простите? – она подняла голову.

– Милая, принесли портвейн, что значит… – леди Рулл многозначительно посмотрела на дочь. – Да… конечно, – Виолетта встала, расправила свое платье.

Сегодня по требованию родителей она надела лучшее: белый шифон, украшенный вышивкой и розовыми лентами. Точно такую же ленту леди Рулл лично вплела дочери в волосы. И все впустую. Виолетта почувствовала злорадство из-за того, что план матери разрушен.

Вслед за леди Рулл она прошла в гостиную, посидела там от силы минут пять, и, сославшись на усталость, поднялась в свою комнату. Отослав горничную, Виолетта распахнула окно и прямо в платье села на подоконник, обхватила колени руками. В саду звучали цикады, и это вновь напомнило ей о Демоне.

– Летта… – послышалось ей в шуме ветра.

– Мой Демон…

– Я жду тебя…

Повинуясь порыву, Виолетта вышла из своей комнаты и спустилась в сад. Запах цветов окружил её, буквально призывая следовать дальше. Все еще считая, что находится во власти обмана, девушка повиновалась. Аллея свернула к лабиринту. Высокие, гораздо выше человеческого роста, кусты надежно скрывали смельчаков, которые решились бы бродить по дорожкам.

Ведомая ветром Виолетта смело шагнула на тропинку. Сердце билось все сильнее. Подгоняемая надеждой девушка почти бежала, безошибочно находя верный путь среди обманчивых тропинок, ведущих в никуда. Еще поворот, и она оказалась в самом центре лабиринта.

Он стоял там. Высокий. В черном костюме и черной полумаске, надежно скрывающей лицо.

– Демон… – все еще не веря в случившееся, Виолетта замерла, чтобы мигом позже кинуться в распростертые объятия. – Мой Демон!

– Виолетта…

От его проникновенной хрипотцы по телу пробежали мурашки, а тело затрепетало. Низ живота свело сладкой судорогой. Она прильнула к твердому мужскому телу, стремясь раствориться в знакомой неге, стать с ним единым целым.

Такие знакомые горячие руки скользнули по плечам, подбираясь к шнуровке платья. Мягкие губы касались лица девушки: волосы, глаза, скулы, губы…

Поцелуй моментально вскружил голову, отзываясь в теле сладостной истомой. Тонкое платье упало к ногам. Девушка перешагнула через него, давая возлюбленному полюбоваться ее совершенным телом.

– Моя Виолетта…

Ладони Демона легли ей на плечи, несколько ударов сердца он всматривался в лицо девушки, а потом резко притянул к себе, снова осыпая поцелуями. Жаркая волна охватила Виолетту, предвкушение заставляло дрожать все сильнее, а кожу покрыли мурашки.

Она и сама не поняла, как вновь оказалась лежащей на заблаговременно расстеленном покрывале, а полураздетый Демон склонился над ней, опираясь на ладони. Такой мощный и красивый. Девушка невольно залюбовалась мускулистым поджарым телом. Мышцы бугрились под кожей, а на руках были видны слегка вздувшиеся вены. Розовые шрамы пересекали плечо мужчины. Больше всего они напоминали следы когтей. Глаза Виолетты расширились:

– Что это?

– Гарпия, – Демон вздохнул. – Я не успел увернуться.

– Ты сражался там? – потрясенно прошептала она. – У разрыва?

Виноватая улыбка была ей ответом.

– Прости, что оставил тебя тогда…

Виолетта приложила палец к его губам, призывая к молчанию. Осмелев, она поцеловала уродливые розовые полосы, а потом пощекотала кожу кончиком языка, словно проверяя каков Демон на вкус. Он шумно выдохнул.

Темные глаза загадочно блестели сквозь прорези маски. Виолетта подняла руки, чтобы развязать атласную ленту, но Демон покачал головой и нежно сжал запястья девушки, препятствуя задуманному.

– Не так быстро, моя дорогая…

– Но я хочу увидеть твое лицо, – жалобно попросила она. – Хочу знать, кто ты…

– Все потом…

Он нежно поцеловал её ладони, сначала одну, потом другую. Скользнул языком по запястью, нежно прикусывая кожу там, где билась голубая жилка. В глазах девушки потемнело, а тело свело сладкой судорогой.

– Пожалуйста, – шептала Виолетта, выгибаясь навстречу, – пожалуйста…

Демон усмехнулся и вновь припал к ее груди, доводя своими ласками почти до безумства. Не в силах терпеть больше, она сама потянулась к его брюкам, попыталась расстегнуть пуговицы. Пальцы дрожали и удалось с трудом. Кажется, две медные пуговки отлетели и затерялись в траве. Но это было неважно. Все было неважно, кроме мужчины, который сейчас проник в ее тело. Виолетта с силой стиснула пальцами обнаженные мужские ягодицы, желая полностью слиться с ним в единое целое желая. Он вошел еще глубже. Еще…

Она тихо вскрикнула. Демон замер и обеспокоенно взглянул на партнершу.

Пьяный от страсти взгляд был ему ответом. Демон то замедлялся, то ускорялся, заставляя вновь и вновь устремляться к пику блаженства. Виолетте уже казалось, что она умрет, не выдержав эту сладостную пытку когда движения мужчины стали более резкими. Сквозь пелену страсти, окутавшую ее целиком, она вдыхала его запах, ласкала бугрящиеся мышцы спины, по которым то и дело пробегала судорога, слышала прерывистое хриплое дыхание. Еще миг, резкий толчок, заставляющий всхлипнуть, и все вокруг пропало, рассыпавшись на осколки.

Придя в себя, Виолетта долго лежала, боясь открыть глаза. Мысль о том, что Демон вновь ушел, доводила до отчаяния. Она ведь так и не увидела его лицо. Но он был здесь. Сидел рядом и терпеливо ждал, пока девушка придет в себя. За его головой все еще темнело ночное небо.

– Ты здесь… – она улыбнулась, протянула к нему свои руки, желая обнять и уже никогда не отпускать.

– Летта, – выдохнул он, вновь опускаясь на покрывало рядом с девушкой. – Моя Летта.

На этот раз поцелуи были неистовыми, жгучими, просто обжигающими. Нежно прикусывая кожу, Демон устремился вниз, осторожно развел ноги девушки и лизнул языком чувствительный бугорок. Виолетта ахнула. Она и не думала, что можно целовать ее там.

Демон лукаво взглянул и вновь приник к лону, заставляя извиваться и стонать от обуревавших чувств. Она даже не успела опомниться, как мужчина вновь вошел в нее. Виолетта чувствовала его везде, его руки, его губы, его естество, наполняющее ее невыносимым блаженством. Его крик и ее тягучий стон слились воедино.

– Как ты? – на этот раз Демон остался лежать рядом, прижимая девушку к широкой груди. Она прильнула к нему всем телом, слишком уставшая, чтобы мыслить связно. Ей лишь хотелось, чтобы эта ночь длилась вечно.

Длинные мужские пальцы перебирали золотистые волосы. Демон все еще был в маске, и его лицо сливалось с темнотой ночи. Виолетта приподнялась на локте и обеспокоенно заглянула в его глаза.

– О чем ты думаешь? – тихо спросила она.

– Что летняя ночь слишком коротка.

– Ты прав, – Виолетта отвернулась, понимая, что с рассветом Демон вновь исчезнет. Она прикусила губу, чтобы сдержать рыдания, но плечи все равно вздрогнули, выдавая её. Демон моментально сел и притянул ее к себе.

– Ну что ты… – прошептал он слегка растерянно. – У нас будет еще много ночей…

– Нет, – Летта покачала головой. – Ты опоздал.

Она почувствовала, как напрягся Демон. В глазах защипало от вдруг появившихся слез.

– Граф Эстлей… он выкупил долги моего отца, оплатил офицерский патент моего брата… проклятый богач!

– Ты говоришь так, словно ненавидишь его!

– Он купил меня, – наконец она сказала правду. К её удивлению, Демон лишь расхохотался. – Возможно, граф хотел лишь купить тебе свободу? Но скажи, Летта, разве тебе не нравится здесь? – он обвел рукой заросли. – Эти сады, роскошный дом…

Виолетта покачала головой:

– Это все равно тюрьма…

Темные глаза удивленно блеснули:

– И ты готова оставить все и уйти со мной? Даже если я живу в убогой лачуге на краю мира?

– Да, – она не видела причин, чтобы лукавить.

Демон восторженно улыбнулся.

– Спасибо, – прошептал он, обхватывая ладонями лицо девушки и целуя в податливые губы.

– Ты и вправду возьмешь меня с собой? – спросила она, все еще не веря.

– Да.

– А как же граф Эстлей? – в памяти всплыли слова отца. – Он не отступит от своего…

– Летта, – Демон озорно улыбнулся. – Впрочем, лучше, если ты просто все увидишь!

Не стесняясь наготы, он встал и поднес руку к затылку, развязывая ленту. Маска упала. От неожиданности Виолетта вскочила, прижимая к груди покрывало.

– Вы… – только и выдохнула она, с ужасом смотря на мужчину. Слишком уж хорошо она знала это надменное красивое лицо.

– Зачем? – только и спросила девушка, все еще до конца не понимая происходящее. Она дрожала не то от ночного холода, не то от страха, смешивающегося с возбуждением. Виолетта уже не знала, действительно ли этот человек был тогда на маскараде, или же он каким-то образом узнал её тайну и принял облик Демона.

Граф Эстлей подошел к ней, вновь обнял, пытаясь скорее согреть, чем удержать.

– Потому что наша встреча была предопределена, – просто сказал он. – Едва я увидел тебя тогда на маскараде, я понял, что ты – та, кого я искал все эти годы.

– Искал? – переспросила девушка, чувствуя себя ужасно глупой.

– Да. Ты – моя половинка, Летта, моя истинная пара, – пояснил граф. – Ты и сама это почувствовала тогда, в парке.

Темные глаза внимательно смотрели на Виолетту. Как и в самую первую встречу, она не могла отвести взгляд. Она знала, что ей надо уйти, бежать прочь от пламени, поглощающего ее, но Летта не могла поступить так, как диктовал разум. Единственное желание – принадлежать этому мужчине, быть с ним единым целым и никогда не расставаться, охватило ее.

– Почему ты оставил меня? – в отчаянии прошептала девушка. – Тогда, в парке…

Демон опустил голову.

– Прости меня, – покаянно прошептал он. – Я хотел рассказать тебе все утром, открыть лицо, но в ту ночь гарпии прорвали тонкую грань Рубежа, и мне пришлось оставить тебя. Я полагал, что вернусь к рассвету, но был ранен. Несколько дней я провалялся без сознания, а когда очнулся, мне потребовалось достаточно много времени, чтобы узнать твое имя. Я так боялся, что опоздаю…

Он вновь сжал лицо девушки в своих ладонях, поцелуями стирая слезы, все-таки хлынувшие из глаз.

– Милая, ну что ты, – тихо бормотал он. – Прошу, не плачь.

– Я думала, ты оставил меня, – всхлипывала Виолетта. – Что для тебя все, что произошло, лишь развлечение…

– Для меня все это и есть жизнь, – спокойно сказал Демон. – И я не смогу провести ее без тебя… если, конечно, позволишь…

Виолетта кивнула как раз в тот момент, когда розовые лучи рассветного солнца осветили темное небо.