Глава 3

Трубку не берут на только Полина с Сашей, но ещё Ангелина с Вадимом. А вот это плохо. Это очень-очень-очень плохо. Если вдвоем мои дети творили такие пакости, от которых волосы дыбом становятся, то с появлением вторых половинок половинками их вредительская сила увеличилась вдвое!

Остается только надеяться на Полину и Вадима, которые с виду кажутся достаточно взрослыми и разумными. Жаль, что только кажутся.

Я начинаю верить в судьбу. Не зря же мои бесенята нашли для себя пару старше себя. Чтоб хоть кто-то их энергию направлял в мирное русло. И пусть Полина умудренной жизнью женщиной не выглядит, я достаточно хорошо знаю сына. Саша сделает все, чтобы ее защитить.

Завожу машину и на всех порах мчусь к Раисе. Девочка — умничка, вовремя меня сдернула. Не отвечающих телефоны в исполнении моих детей — первый сигнал к тому, что двойняшки затеяли какую-то пакость.

Бегом поднимаюсь по лестнице и тактично стучусь в дверь. Ручка как-то подозрительно отходит, замок поменять бы…

Рая открывает почти мгновенно. Она такая же, какой я ее и запомнил: невероятно красивая, намного растерянная, с ниспадающими на плечи тугими кудряшками волос и широко распахнутыми черносливами-глазами под веером пушистых ресниц. Взгляд невольно опускается на пухлые, немного влажные девичьи губы, но я тут же мысленно отвешиваю себе подзатыльник. Нельзя на нее так смотреть. Рая — молоденькая, серьезная девушка. Что я ей могу дать?

— Дмитрий, спасибо, что пришли! — бормочет девчонка и одновременно заламывает беспокойные ручонки. — Это такая глупость.

— Умница, что позвонила, — хвалю скупо. — Ключи от Полининой квартиры есть?

— Есть! — кивает Раиса и тут же бросается в комнату, стукнувшись бедром о тумбочку и перевернув на своем пути табуретку.

Я ещё во время первой встречи заметил, что Раиса свойственна творческая импульсивность. Она ни мгновения не сидит на месте, постоянно вертится и бьющая фонтаном из маленькой актрисы энергия разрушает все на своем пути.

— Спокойно, — отдаю уверенную команду и проходу следом за девушкой в квартиру. Ещё и табуретку по дороге поднимаю. — Сейчас во всем разберемся.

— Да, конечно, — бормочет Рая, выкидывая из ящика кучу бумажек и какие-то хитрые женские штучки, патчи они, что ли, называются? — Да куда же я их подевала? — ругается в полголоса. — Ещё положила же так, чтоб не забыть.

О да! Именно с таких мыслей начинаются самые увлекательные поиски.

Наконец девушка находит ключ на полу и с радостным визгом даёт мне.

— Вот! Только я не понимаю, что вы хотите в квартире найти. Ну, кроме использованных презервативов… — бормочет и тут же смущается.

— Презервативы — это хорошо, — хмыкаю назидательно, — презервативы — это значит, что как минимум ещё годик у меня будет всего четверо проблемных детей. Но, если мои дети не изменили своих привычек, в квартире мы найдем подсказку.

Открываю дверь и, как я и ожидал, на столе нахожу записку.

«Дорогой папочка, если ты нашел это письмо, значит мы влипли, — читаю прыгающие строчки, написанные витиеватым подчерком дочери. Ну да, Ангелина всегда у них за дипломатическую часть отвечает. — Мы полезли в Сашкин институт, в лабораторию, которая находится в 215 кабинете. Рассчитываем вернуться к ночи, но если нет, ждём тебя на помощь. Люблю. Гела».

— Продуманно, — хмыкает Рая.

— Ну, хоть чему-то я их научил, — не могу сдержать раздражённого ворчания. Я старый, больной человек, мне сорок пять лет! Мне б пивка выпить, книжку почитать после работы! А я должен гоняться за этими бесенятами по всему городу! Из лаборатории из доставать! Да будет мне покой в этой жизни или нет?!

— Найду — выпорю! — сообщаю в воздух и решительно отправляюсь вниз по лестнице.

— Не надо, дети ведь совсем! — Рая как есть, в домашних тапочках, мчится за мной следом.

— Раиса, оденься! — рявкаю привычно, как на работе, и тут же жалею. Но Рая замерла лишь на мгновение, почти сразу на ее губах появилась веселая улыбка, которую девушка попыталась скрыть.

Я залюбовался девчонкой. Ещё с первой встречи Раиса действует на меня магнетически. Творческая, немного растерянная, воздушная. И одновременно земная. С пухлыми губками, которые так хочется целовать. С аппетитной, круглой попкой и мягкой грудью. Хочется обнять, поискать, защитить… Раньше бы за влюбленность принял, но не сейчас. Сейчас у меня табор беспокойных детей, нервная, опасная работа и возраст, в котором уже поздно что-то менять.

— Дмитрий Васильевич, я иду с вами! — заявляет Рая решительно. В огромных черносливах-глазах горит вызов.

— Ага, прямо в тапочках, — бурчу устало. — Иди оденься нормально, обувь желательно без каблуков.

Мгновение и Рая скрывается в квартире. Отхожу подальше, прислоняюсь к стене и достаю сигарету. Ничего нового. Ничего нового в этой жизни не происходит. Скучно даже.

В том, что малышню спасём без особых проблем, я уверен. У моих детей есть специфическое, почти патологическое везение. Будто их покойные родители стали ангелами-хранителями для неугомонных чад.

Гелка с Сашей тысячу раз вляпывались в самые опасные переделки и все равно выходили сухими из воды. А вместе с ними это везение перекинулось и на меня. Сколько раз пуля приносилась мимо, буквально в миллиметре, сколько раз нож очередного рецидивисте проходил совсем рядом с важными органами, сколько раз машина глохла в нужный момент, а улики сами попадались на глаза…

Мне казалось, что сама судьба хочет, чтоб я вырастил детей, поставил на ноги, поэтому бережет. Но дети уже взрослые, одна замужем, второй собирается. А я как бегал, словно нянька, за ними, так и продолжаю бегать. Крест на всю жизнь, что называется!

Раиса выскакивает из квартиры и оглядывается, в полутьме подъезда меня не замечает.

— Вот козел! Смылся! Все мужики одинаковые! — ругается в сердцах.

Подавляю в себе дурацкое мальчишеское желание замекать. А что, весело бы получилось.

— Рая, я здесь! — поднимаюсь на пару ступенек, чтобы девушка меня увидела. — Покурить отошёл.

— Ой, простите! — даже в скудном освещении вижу, как заалели смуглые щёчки.

— Все в порядке, — не могу сдержать смеха, — пойдемте, Рая, нас ждут великие дела!

Раиса мчится за мной по ступенькам и я на автомате слежу, чтоб не убилась ненароком.

Помогаю спуститься на скользком крыльце и заботливо подсаживаю в машину.

Раздражение на детей ещё живёт во мне, но присутствие Раи делает его менее заметным, сглаживает, примиряет с тем, что вместо теплой кровати я еду в одиннадцать вечера брать штурмом дурацкий институт.

Ладно, если уж и влипать в неприятности, то в приятной компании.

— Вот что на месте не сидится?! — снова недовольно бурчу, но больше из вредности. Я пожилой человек, мне ворчать положено. — Медом этот институт, что ли, намазан? Попадут снова в обезьянник — договорюсь чтоб недельку подержали! В воспитательных целях! Может в голове что-то и проясниться!

Жду от Раи сочувствия, поддержки, утешения. Я отец-одиночка, женщины всегда на это так реагируют.

Но, вопреки ожиданиям, машина наполняется звонким, искристым смехом. Рая нагло хохочет, откинувшись на спинку сидения так, что ее волосы расплескалась по плечам. Можно дотянуться и поцеловать пружинистые кудряшки.

— Раиса! — возмущаюсь. — Ну что смешного я делаю?

— Корчите из себя ворчливого старикашка, — отвечает противная девчонка. — Вы же и вполовину не такой, а зачем-то бурчите, детей ругаете.

— А то, что после этих детей я седой, в расчет не берется? — тоже не могу сдержать веселья. — Я поэтому и стал бриться налысо, чтоб коллеги не засмеяли.

Рая снова заливисто хохочет и достает из сумки пачку тонких, женских сигарет.

— Закурю? — смотрит на меня вопросительно.

— Да ради Бога! — отмахиваюсь. Чего эта машина только не видела. Даже как-то заключённого из одной колонии в другую на ней перевозил. Нужно было сделать срочно и очень секретно.

Исподтишка наблюдаю за Раисой.

Сигарета в ее губах сносит мне крышу окончательно.

Я хочу эту женщину. Во всех смыслах хочу. Хочу физически, хочу с ней общаться, хочу прижать к себе и защищать от всяких уродов. Я же чуть не убил Игоря тогда. Жаль, что только врезал.

Но Рая моей реакции совсем не замечает. Смакует сигарету, глубоко затягиваясь и выпускает кольца дыма от чего кажется таинственным, волшебным созданием. Хитрой, соблазнительной феечкой.

Что за поэтические сравнения? Я с ними же лет тридцать назад покончил.

— Почему вы не нашли своим чертятам маму? — спрашивает Рая неожиданно прямо.

— Женщину пожалел, — ворчу в ответ. — На самом деле, сначала никто не горел желанием связываться с отцом двух младенцев, потом я даже пытаться не стал. Сашка с Ангелиной бы просто выжили. Сын еще мог смириться с чужой женщиной в доме, но его сестра точно нет. А уж вместе моя парочка любую, самую уравновешенную барышню до ручки довела бы. Александр всегда сидел у сестры под каблуком и слова ей против не говорил.

Рая задумалась. Интересно, какие мысли бродят в этой хорошенькой, кудрявой головке?

Подъезжаем к институту и я на автомате помогаю Рае выйти из машины. Девушка крепко цепляется в мою руку, а после уже не отпускает. Так и идёт крепко вцепившись в локоть.

— Сейчас попытаемся сделать все без шума, — поясняю для Раисы. — Покажу сторожу удостоверение, скажу, что надо срочно обыскать здание. Не должно возникнуть проблем.

Рая кивает и ещё крепче прижимается ко мне. Приятно, черт возьми! Мне не привыкать быть всеобщим спасителем, но почему-то именно доверие этой девчонки действует, словно поглаживания на домашнего кота. Приятное, давно забытое чувство — быть супер-героем для прекрасной принцессы.

Тарабаню в дверь изо всех сил, Рая помогает. Но ни ответа, ни привета мы не дожидается.

— Дмитрий, мне страшно! — сообщает Раиса и я действительно вижу на хорошенькой мордашке испуг. Глазюки широко распахнуты, беспокойные пальчики теребят край сумки.

Мне, вообще-то, тоже страшно. Зная мою дочь, охранника могли просто вырубить. Ну, или сидит он в туалете, животом мучается. Конечно, Вадим с Сашкой подобного безобразия не допустили бы, но мало ли!

Однако Раю я успокаиваю.

— Все в порядке, сейчас все решим!

Но девушка реагирует с неожиданной злостью.

— Конечно, все в порядке! Вашим детям за такое только пальчиком погрузят! А Полинку мою с работы уволить могут! Зачем она, дурища великовозрастная, вообще с ними поперлась?! Седина в бороду, бес в ребро…

Раины ворчания веселят. Она ведёт себя… Да, как я десять минут назад, она себя ведёт! Неужели это действительно так забавно смотрится со стороны?

— Рая, успокойся, сейчас всех спасём, — окончательно и бесповоротно перехожу на «ты». А чего стесняться? Нам на дело сейчас идти вместе.

— Как же, интересно? — ехидно поднимает бровь девушка. — Через окно полезем?

— Именно! — киваю. — У меня в багажнике как раз затесалась веревка.

— Как вовремя! — Раиса фыркает. — А за что мы ее зацепим? — тут же с любопытством оглядывает здание, готовая действовать в любой момент.

— А вот сейчас и придумаем, — улыбаюсь девчонке.

Обходим институт несколько раз, придирчиво изучая каждое окно на предмет влезаемости. Но в одних местах слишком высоко, в других веревку закинуть некуда, в третьих вообще решетки на окнах стоят. Ну никакого простора для творчества!

— Вон там, в принципе, можно попытаться зацепить верёвку с противовесом за штырек, если залезть на дерево, — констатирую единственный возможный вариант. — Вопрос в том, что окно, скорее всего, заперто на зиму, а вот с форточкой можно попытать счастье.

— Ага, — кивает Рая, — только мне кажется в форточку вы не полезете.

— Значит придется тебе, — разводу руками и тут же критичным взглядом обвожу девушку. — Справишься?

— Поглядим, — Рая пожимает плечами.

Залезть на дерево оказалось тем ещё приключением. Сначала подсаживаю Раю. Аккуратно подсаживаю, подчёркнуто касаясь только ног. Актриса старательно подтягивается, но в тот самый момент, когда я уже готов отпустить, вдруг поскальзывается и падает круглой попкой мне в ладони. Вот это подарок, так подарок! Сбылась мечта идиота, что называется.

Однако, Рая ситуацией не капли не смущена. Только хихикает и продолжает свое восхождение. А мне приходится прилагать все свою выдержку и терпение чтоб не сорваться и продолжить себя прилично вести с наглой девицей. Всё-таки, есть в Раисе что-то от чёртика, хорошенького суккуба, который невзначай дразнит, заманивает, провоцирует… Ну, или мне, старому дураку, уже стало так казаться. Совсем девчонка разума лишила!

Подтягиваюсь и легко оказываюсь на ветке рядом с Раей. Дальше дело идёт спокойнее, без происшествий. Страхую девочку, но она держится молодцом, крепко цепляется в ветки и сама ловко карабкается по стволу вверх. Главное, чтоб на верёвке не сплоховала, всё-таки надо в окно на третьем этаже влезть.

Но Рая и здесь не подвела. Дождалась, пока я закину верёвку, вцепилась в нее и ловко, словно Тарзан, перелетела пару метров от дерева до здания. Я конечно, не дурак, заставил Раису обвязать верёвку вокруг талии несколько раз, чтоб если сорвётся, не свалилась, но все равно переживал. Однако девушка справилась со своим заданиям на «отлично». Немного неуклюже, но поднялась по верёвке до окна, открыла форточку, кое-как в нее протиснулась. Разумеется застряла, когда бедра пыталась просунуть, но несколько раз извернулась, как кошка, и без особых проблем оказалась внутри. Дальше проще. Перекинула верёвку мне, открыла окно и вот без всяких проблем мы взяли штурмом институт. И чего мои дети вечно в неприятности влипают? Легкотня же!

— А ты ловко, — хвалю Раису, тщательно запирая окно и убирая остальные следы нашего проникновения. Всё-таки, не хочется, чтоб завтра весь институт знал, какие непотребство тут по ночам происходят.

— Я в детстве и не такие высоты брала, — Рая пожимает плечами. — Всегда с мальчишками дружила, а от них отставать нельзя, иначе тут же засмеют.

Мы оглядываемся и понимаем, что оказались в институтском музее. По бокам от нас расположены полки с чудесами технической мысли, на стенах висят портреты великих учёных. Томаса Эдисона узнаю сразу, его портрет уже лет пятнадцать на стене у сына в комнате висит.

— Дмитрий Васильевич, ну что вы в облаках витает? — нетерпеливо дергает меня за руку Рая. — Надо Полю с ребятами спасать!

— Да что им будет? — отмахиваюсь. — Пусть посидят ещё немного в кабинете, усвоят урок.

С любопытством брожу мимо витрин. Обожаю науку, но как-то у меня с ней не сложилось. По настоянию отца пошел в военное училище, потом пошло-поехало…

— Дмитрий Васильевич! — в голосе Раи слышу настойчивое раздражение. — Потом роботами полюбуйтесь, нас ждут! — девушка насильно оттаскивает меня от витрины и тащит к двери. Вот сейчас она очень напоминает мне мою дочь!

Приходится покорно идти следом за неугомонной девицей в коридор. Ну не минуты покоя!

— Где же они? — Раиса растерянно оглядывается. — Институт большой, пока обойдем…

— Сказали же, в двести пятнадцатой аудитории, значит там и ищем, — предлагаю самый простой вариант. Очень надеюсь, что он всё-таки сработает. Ну хоть один раз в жизни я смогу найти своих детей там, где они обещали быть!

Спускаемся на второй этаж и неожиданно удача улыбается нам. Прямо напротив обеденной лаборатории нахожу ноутбук Вадима.

— Серьезно? — не могу сдержать смеха. — Так просто?

— С чего вы взяли, что это ребят? — Рая наклоняется и придирчиво рассматривает технику.

— А с того, — тыкаю пальцем в розовую наклейку на клавиатуре, — что только у Вадика на ноуте может быть открыта серьезная шпионская программа вскрытия и одновременно красоваться персонажи «Гравити Фолз». Гелка очень любит этот мультик.

Сажусь на корточки и внимательно смотрю на экран. Дверь в лаборатории тяжёлая, до Вадима не докричишься. Значит надо самому понять, как с помощью программы открыть замок.

Хакер из меня, конечно, весьма посредственный, но кое-что соображаю. Благо, все программы открыты, нужно только понять, как работают.

Вожусь долго, минут пятнадцать, но дурацкая дверь всё-таки поддается и открывается. И стоит ей открыться, как в коридор прямо на встречу нам вываливаются мои дети во главе с Полей и Ангелиной.

Обнимашки грозят затянуться надолго, но нас быстро призывает к порядку Вадим. Люблю своего зятя, он — искорка разума в нашей безумной семейке.

Окидываю цепким взглядом своих детей. Всех четверых детей и Раису за одно. Все в порядке, можно рвать когти.

— По старой схеме? — предлагает Вадик.

Без проблем соглашаюсь. Проникли мои котятушки в институт нагло, прямо через главный вход. Поля здесь преподаватель, она сторожа отвлекла, а остальные шмыгнули. Во второй раз должно сработать без проблем.

Спускаемся по лестнице и я слежу, чтоб никто не навернулся в полутьме фонариков. До зубного скрежета хочется приобнять Раю за талию. И не только чтоб поддержать. Просто, как мужчина свою женщину обнимает, обнять. Прижать к себе поближе, ощутить запах ее сладких духов, перемешанных с сигаретами. Но я сжимаю до боли зубы и ограничивают тем, что просто беру актрису под локоть. Ну а что, Саша не стесняясь обнимает Полину, Вадим Гелку вообще на руках несёт. Заслуживаю же и я свой кусочек счастья.

Шаги сторожа слышу за долго до того, как он начинает подниматься по лестнице навстречу к нам.

— Шухер! — командую своим детям едва слышно, а сам все-таки хватаю Раю за талию и затаскиваю в ближайший коридор. Легко подхватываю на руки, затаскиваю в нишу, за кадку с цветами, прижимаю к стене, ещё и сам прижимаюсь для надёжности.

Ну вот, снова сбылась мечта идиота.

Чувствую под собой мягкое девичье тело. Безумно соблазнительное и желанное. Рая как-то странно трясется и спустя мгновение понимаю, что бесшабашная девчонка нагло хохочет, уткнувшись мне в грудь.

Не могу сдержать порыва и прижимаю девушку ближе, хотя куда уж ближе. Руки помимо моей воли скользят по широким бёдрам, поднимаются выше, к груди. Не лапаю в пошлом смысле, нет, просто очень хочется ощутить ее мягкость, нежность.

Ещё мгновение и я получу пощечину. Это ж надо, так девочку оскорбить.

Однако, Рая умеет удивлять. Неожиданно она закидывает руки мне на шею и сама льнет. Привстает на цыпочки, утыкается носиком в шею. Тоже без всякого пошлого подтекста, уютно, словно шаловливый, настырный котенок.

Ловлю губами кудряшки волос, которые сейчас как раз находятся на уровне моего лица, наслаждаюсь их нежным запахом. Какое блаженство. Будто нашелся в этом безумном мире уголок уюта и спокойствия.

— Папа, пап! — раздается у кадки голос моей неугомонной дочери. — Пап, погнали, Поля сторожа отвлекла.

Да где ж я в этой жизни так провинился?..

Мы с Раей отскакивает друг от друга, но я мягко удерживаю ладошку девушки в своей. Кажется ужасно неправильным отпускать ее после такого момента.

Завтра обязательно приеду и с Раей поговорю. Объясню все, как полагается. Извинюсь. Но сегодня Рая не за что не будет чувствовать себя брошенной. Довезу до дома, отправлю спать. Все, как должен сделать настоящий мужчина.

Полина — умничка, отвлекает сторожа качественно. Мы беспрепятственно выходим из института через главный вход и скрывается на стоянке, только Саша остаётся ждать Полину.

Ангелина тараторит без умолку.

— Пап, а мы вчера обои у Вадима в кабинете содрали.

— Когда новые будете клеить? — спрашиваю с любопытством.

— Когда купим, я пока ещё выбрать не могу, — отмахивается дочь.

— Можете пока пожить у меня, — предлагаю радушно.

— Тебе скучно без ремонта? — ехидно хмыкает Вадим.

— Мне скучно без моих детей, — выдаю искренне. Люблю своих котят до дрожи. Иногда нервной.

Мне грустно одному в большом доме, который ещё недавно был полон детской смеха и грохота разбитой посуды.

Да, с отъездом детей стало спокойно, порядок держится месяцами. Вот только кому нужен этот порядок?

Чувствую, что Рая едва заметно поглаживает пальчиками костяшки мои пальцев. Отвечаю пожатием.

Хочется притянуть девушку к себе, чмокнуть в пружинки волос на макушке. Но я не хочу давать ей надежду.

У Раи впереди долгая, счастливая жизнь с нормальным мужчиной. А у меня работа, вечные приключения и, надеюсь, внуки.

Полина с Сашкой появляются быстро. Саша несёт возлюбленную на руках, Полина довольно улыбается и что-то шепчет ему на ушко.

Не могу сдержать улыбки. Сын довольный, словно сытый котяра. Ну конечно, мой Сашка даже здесь отличился, собственную преподавательницу захомутал!

Мысленно подсчитываю сбережения. Надо бы сыну свадьбу устроить не хуже, чем у сестры. Ну, Поле на платье точно дам, Ангелинке же покупал.

— Все, по домам, — командую детям. Сейчас отправлю их и поеду к себе. Я, вообще-то в соседнем городе живу, сюда мотаюсь периодически, то по делам, то котят своих проведать.

— Пап, оставайся! — тут же загорается Гелка.

— Нет! — отмахиваюсь испуганно, — я вашего ремонта не видел, и видеть его, если честно, не желаю.

— Дмитрий Васильевич, а оставайтесь у меня, — вдруг предлагает Раиса.

Черт! Есть в этом мире предложения, от которых нельзя отказаться. Но я сжимаю зубы и уже готов отказаться, но дети начинают конючить.

Сашка напоминает про барахлящую фару, Вадим про то, что иначе Ангелина к ним потащит.

Да ещё и Рая выжидающе смотрит своими огромными черносливами-глазами. Вот как ей отказать?

— Ладно, — ворчу, — все равно на пару часов. Рано утром на работу спешить надо. Пойдемте скорее, подвезу вас до дома.

Ангелина висеть у меня нашел, целует так, что на всем лице остаются следы ярко-розовой помады и мчится к их с Вадимом машине, клацая сигнализацию. Вот черт, сейчас же, как обычно, сломает!

Вадик быстро жмёт мне руку и мчится спасать от неугомонной жёнушки дорогое имущество.

Веду детей к машине. Сага с Полиной ожидаемо занимают заднее сидение, Раю я усаживаю рядом с собой на переднее, пассажирское. Достаю из бардачка припрятанный «Киндер» и даю девушке.

— Держи, умничка, сегодня заслужила! — хвалю, а в голове уже тысяча пошлых мыслей о том, как именно Рая может заслужить шоколад. Черт! Надо включать голову, при чем ту, что сверху! Мне ещё целую ночь нужно провести в одной квартире с девчонкой. Вот уж испытание, так испытание! Ладно, возьму себя в руки и просто лягу спать. Ну, или притворяюсь спящим. Надеюсь, Раиса поймет и не обиделся.

— Пап, а мне шоколад? — канючит с заднего сидения сын.

— А ты не умничка, ты не заслужил! — отрезаю твердо, но все равно кидаю им с Полей пару конфет. — Это ж надо! — по привычке отчитываю Сашку ворчливо. — Оказаться запертыми в лаборатории! Нигде не попасться, зато самим себя запереть.

Александр молчит. Он у меня настоящий мужик. Гелка бы начала оправдываться, подлизываться, а этот стойко принимает критику, только Полину к себе крепче прижимает.