12

На следующий день Эд появляется в универе уже после последней пары. Хохоча до слез, просто молча тянет меня за куртку, утаскивая за угол на выходе.

— Ты чего? — ни хрена не понимаю. — Бухал, что ли, всю ночь? Или еще и курнул? — за нами это не водится, но что-то его хохот мне совсем не нравится.

— Да не, — Эда явно конкретно колбасит. — Так, что еле говорит, хохоча. Выплюнет слово, и снова ржет до слез. — Я, — ржач до сгибания колен… В общем… С… Риммой… переспал…

— Чего? Ты совсем с головой, что ли, не дружишь? Сам же видишь, какая она неадекватная!

— Ага! — Эд складывается, и во мне начинает расти твердая уверенность, что Римма — наркоманка, да еще и друга моего на какую-то дрянь подсадила.

— Ну, адреса моего она не знает. А фигурка так у нее ничего, я сразу заценил. Н, и подумал, — побуду санитаром леса. Она ж чего беситься? От неудовлетворенности! Н, я и решил ее слегонца удовлетворить. Приехал сегодня с утра, похмелил, — знаешь, она бы после вчерашнего реально сдохла, сам, что ли не был в таком состоянии?

— И что? Хочешь мне рассказать, какой у тебя был с ней охренительный секс?

— Как-то так. Ее девчонки вчера не сразу домой завезли, а по дороге заехали к нашей милашке Полли в ее тату салон. Правда, Римма ни хрена этого не помнит!

— И?

— И теперь у нее на заднице красуется ярко красная надпись «ядреная сука»!

Я на секунду охреневаю, а после начинаю ржать, как сумасшедший.

— Нет, ее, конечно, можно вывести, но как ты думаешь, когда она сама-то о ней узнает?

Давлюсь хохотом, догадываясь, что Эд не настолько благородный рыцарь из сказки, чтобы посвящать голую красавицу в такие секреты.

— Ты… — он снова утирает слезы, — видимо, в реале это выглядит совсем уж круто, раз его так зацепило! — Это… Поосторожней там со своей Лерой… А то с такими подругами, — не дай Бог девочку обидишь! Хрен его знает, что может закрасоваться у тебя на лбу! Или еще где-то поинтереснее!

— А Полли, оказывается, страшная женщина! — хохочу я, сгибаясь вместе с другом в три погибели.

Конец