Глава 14

Василий

Снилась мне откровенная муть, но очень красочная. Краем сознания я понимал, что это от наркоза и кровопотери, но вот вырваться из этих сновидений у меня никак не получалось. В какой-то момент прояснить сознание все же удалось, но рядом сновали врачи, что-то спрашивали, я, кажется, даже отвечал, потом снова тупые, но красочные сны, больше похожие на галлюцинации.

Даже когда по голове у меня с завидной частотой стали проходиться прохладные пальцы, то я не воспринял это какой-то реальностью.

– Я ему капельницу поставил. Присмотрите, – велел грубый мужской голос.

– Конечно, – ответил легким перезвоном женский… родной такой.

Я попытался открыть веки, но это оказалось чем-то почти нереальным, поэтому открыл рот и что-то невнятное простонал.

– Тшш, – услышал в ответ. – Сейчас. – В губы что-то уткнулось. – Пей, – последовал приказ. Как оказалось, это была трубочка, через которую мне было велено пить какую-то жутко противную воду. – Не морщись. Тут витамины, – пожурил меня голос.

Я выплюнул трубочку.

– Адель, – проскрипел.

– Кто ж еще, – фыркнула она в ответ. – Сам же на мне женился и тут же под пули полез, так что глупо было ожидать здесь теперь кого-то другого.

– Я… нечаянно, – тут же оправдался.

– Женился? – Усмехнулась она.

– Под пули полез, – признался в собственной дурости. И чего мне стоило надеть тот легкий броник, что с утра Петр советовал. Нет, я ж самый умный. Вот и поплатился.

Рядом послышался вздох.

– Извини, что тебе пришлось в это лезть, – в голосе Адель слышалось неподдельное сожаление и у меня по лбу снова пробежали прохладные пальчики.

– Глупости не говори, – я попытался протянуть свою руку к ней, но накатила такая слабость, что я снова отключился.

Когда в следующий раз пришел в себя, то уже смог открыть глаза и нормально осмотреться. Адель спала в кресле, подтянув к животу ноги и свернувшись калачиком. Я же чувствовал себя почти нормально. Слабость была, но уже не такая сильная. Все же плохой из меня донор, раз после небольшой кровопотери мне так плохо было.

Пошевелил руками-ногами, вроде бы все функционировало нормально. Только от катетера в вене поморщился. Мешается. Прижал подбородок к плечу и принялся рассматривать повязку. Большая. Видимо, расковыряли меня знатно. Неудачная пуля попалась. Хотя, я же до сих пор живой, значит все не так уж и плохо. И Адель вон сидит у кровати больного мужа. Мы с ней, кажется, даже на «ты» перешли, а то я уже начинал чувствовать себя, как в романе девятнадцатого века с выпускницей лицея благородных девиц. Но вообще, ей бы спать не в моей палате в кресле, а дома в более удобных условиях.

– Адель, – позвал едва слышно.

Девушка, однако, встрепенулась и открыла глаза.

– Что? – Сонно моргая, спросила она.

– Ты почему все еще здесь? – Спросил. Горло сильно сушило, поэтому у меня получались в основном хрипы.

– Петр попросил побыть в палате. Они со Златой Палной скоро приедут, – пояснила она, подошла к кровати и снова напоила меня гадкой водой. – Я уеду домой на ночь.

– А утром? – Поинтересовался.

– У меня еще три дня выходных, поэтому побуду здесь. Потом выйду на работу, – уведомила она меня.

– Угу, – кивнул, разглядывая ее. Хотел было спросить о том, как она вообще в Москве оказалась, но в это время в палату вошел врач.

– Добрый вечер, Василий Палыч, – отчего-то заулыбался он, разглядывая мою физиономию. – Как ваше самочувствие?

– Жить можно, – ответил.

– Это хорошо, – кивнул он. – Вас привезли в критическом состоянии, большая кровопотеря, неудобное нахождение пули, шок. Оперировать пришлось на бегу. Хорошо, что удалось сразу ушить поврежденные…

– Я понял, – перебил его, увидев, как побледнела Аделаида.

Мой лечащий врач недоуменно посмотрел на меня, затем перевел удивленный взгляд на Адель и понимающе усмехнулся.

– Ну, да ладно. Это дела минувшие, а сейчас поговорим о перспективах лечения, – в его руках оказались бумаги. – Несколько дней мы вас понаблюдаем в стационаре (кстати, из реанимации вас утром уже переведут в обычную палату) и, если процесс кроветворения нас удовлетворит и рана будет заживать без проблем, то вы вполне можете готовиться к выписке, так как никаких негативных сценариев для вас я не вижу.

– Это хорошо, – я расслабился.

– Конечно, хорошо, – я даже не заметил, как в палату ввалилась Златка. – Как только тебя выпишут, я тебе такую трепку задам, Ремба недоделанная, что ты у меня под домашним арестом, как миленький, сидеть будешь месяц.

– Чего это? – Возмутился.

– А того… Тебе Петя безопасность изо всех сил пытался обеспечить, но, если клиент дурак, то пиши все пропало, – всплеснула она руками, хотя было видно, что ей хотелось в меня что-нибудь тяжелое швырнуть. – Бронежилет! Да зачем он нужен? Пистолет! Да на кой черт? Ты даже штатные средства не соизволил взять, решив, что…

– Тихо! – Рыкнул я. Сестра тут же замолчала. – Выйдите, – посмотрел на доктора. Тот сразу вышел за дверь. – Адель, подойди ко мне, – попросил. Девушка нахмурилась, но подошла. – Наклонись, – прошептал. Наклонилась. Я тут же быстро поцеловал ее. – А теперь езжай домой, тебе нужно отдохнуть.

– Ладно, – не стала спорить она, забрала пару своих вещей и тоже вышла из палаты.

Я посмотрел на Златку, позади нее стоял Петр, который успокаивающе придерживал ее за плечи.

– Вообще-то, в меня не должны были стрелять, – напомнил я про план, по которому действовал.

– С семидесятипроцентной вероятностью, – напомнил муж сестры, но я только отмахнулся.

– Так что я не виноват в том, что в меня этот гад попал один раз при нескольких выстрелах в упор, – запальчиво заявил. – Кстати, почему он вообще в меня стрелять начал?

– Одна крыса, которую не успели повязать с Алабцевым, написала ему в самый неподходящий момент, – ответил муж сестры. – Эту крысу уже ликвидировали. Людмила Пална отдала приказ зачистить всех, кто имеет отношение к этой компании, а самого Алабцева показательно размотать так, чтобы никому больше в голову не пришло, что вашу семью можно трогать.

– Люська разозлилась, – прокомментировал я. Если честно, то старшая у нас не часто из себя выходит, но, если уж есть такие предпосылки, то масштабы иногда просто поражают.

– Она в больницу попала из-за того, что перенервничала из-за тебя, гада такого, – шмыгнула носом Златка.

– Что-то серьезное? – Тут же напрягся я.

– Прокапали успокоительным и витаминками. Ничего страшного, но Белоярцев грозился тебе твою идиотскую голову оторвать при встрече, – сестра кровожадно усмехнулась.

– Отойдет, – поморщился я. – За Аделаидой кто присматривает?

– Парни, которые Иммануила охраняли. Профессионалы международного класса, не переживай, – отозвался Петр.

Я кивнул. Эти и впрямь были хороши. Ладно, вряд ли на Адель кто-то сейчас будет покушаться. Люда создала этим упырям достаточные проблемы, чтобы они не лезли к моей жене.

– И все-таки, – я снова посмотрел на Петра. – Сколько времени нам придется жить под усиленной защитой?

Тот скривился, усадил Злату в кресло и прошелся по палате.

– Людмиле Палне пришлось использовать свои возможности и надавить на всех тех, кто был ей должен. Влиятельные люди не забывают ничего. Жилова, когда строила свою империю, много кому помогала, тестировала программы, спасала большие деньги, для определенных органов создала программу по отслеживанию всех потоков капитала, даже теневых. Даже наличка, которая бралась в одном месте, а всплывала в другом тянула за собой нужный и важный след. А уж всякого рода электронные деньги…, – Петр восхищенно хмыкнул. – Ей оказались должны те, у кого есть возможность давить таких Алабцевых, как тараканов. Без суда и следствия.

– И долго они будут их давить? – Напомнил я про суть вопроса.

– Пару недель, – прямо ответил он. – Но мы им продаем разработку по мгновенному поиску любого человека на этой планете, так как им проще быть должными такому полезному человеку, как Людмила Пална, чем расплатиться с долгами и… она в следующий раз обратится с просьбой к кому-то другому.

– Видит бог, Люся хотела решить все в рамках закона, – пробормотала Злата едва слышно.

Я кивнул. Ладно, этот вопрос фактически решен. Мне же сейчас просто страшно было представить, что было бы, если бы я тогда не вернулся к дому Адель и не ввязался в похороны ее матери. Девочку, наверное, отследили бы уже и грохнули. Ее бы даже никто искать не стал. Родственников-то нет. С работой у нее тоже проблемы были. Про подруг у нее я не знаю, но мне кажется, что она слишком старомодна для нынешней столичной тусовки.

– Злат, – посмотрел я на сестру.

– Что? – Недовольно ответила она.

– Ты займись Аделаидой, что ли, – решил. – Ну, там, салоны красоты всякие. Одежды нормальной прикупите.

– Вась, тебе надо было в голову стрелять, все равно там пусто, – Златка тут же выразила свое недовольство.

– Ты не понимаешь, да? – Поднял я на нее тяжелый взгляд.

– Чего это я не понимаю? – Взвилась сестра. – Она же не из этих твоих… стандартных. Девочка домашняя, открытая, наивная…

– Злат, как это будет ей мешать выглядеть дорого и ухоженно? А то ходит в этих своих «бабкиных» костюмах, – попытался донести я прописную истину.

– Ты офанарел что ли? Ты что про жену свою говоришь? – Златка угрожающе поднялась из кресла.

Я скрипнул зубами.

– Злат, а у нас когда новогодний корпоратив? – Решил я начать с простого.

– Через три недели, – честно ответила она.

Я кивнул.

– А теперь представь себе, что третье лицо компании придет на эту вечеринку с очаровательной женой, одетой в лохмотья. Как тебе такая картина? – Выгнул я бровь. – А ты еще, наверное, журналистов пригласила, чтобы осветить это все.

Сестра остановилась на полушаге, задумчиво подняла глаза к потолку (видимо, представила все это детально) и сдавленно хихикнула.

– Ладно. Будет тебе женщина мечты в лучших нарядах года, – пообещала она мне.

Я удовлетворенно прикрыл глаза. Вот сразу бы так. У меня не сестры, а моральные монстры какие-то иногда.