Глава 30. Диана

Я сначала даже не поняла, где проснулась.

Темно, только легкий свет просачивается из приоткрытой двери.

Потом приходит мысль, что все что произошло в машине лишь сон. Навеянный страхом и алкоголем. И я сейчас в квартире Виталика, лежу на своей кровати.

Но матрас жестче, но не провисает. Более того, на нем, как на облаке. И хочется, лежать и лежать, но любопытство сильнее. Я спускаю ноги с кровати. Рассмотреть незнакомую спальню, наверное, удастся только со светом. Я бы включила его, но раздраженный голос Артура.

— Она ничего тебе не сделает. Спокойно иди домой и не волнуйся. Да, завтра поговорим.

Я выглядываю в щель и вижу, что он стоит в одних брюках, напряженной спиной ко мне. И разговаривать может с кем угодно. Только вот за окном темно, а значит ему звонят ночью.

Не знаю, то ли дверь скрипнула, то ли мое сердце, несущееся на ржавых рельсах вниз.

Артур услышал.

Оборачивается, но конечно даже не пытается оборвать разговор. Наоборот, вдруг называет имя собеседника.

— Все, Оля. До свидания. Проснулась?

— Оля? — открываю дверь шире и ступаю босыми ногами по теплому паркету. На мне все еще платье, а я даже не поняла в чем одета. Сейчас я хочу знать другое. – Какая Оля? Кто ей угрожает?

Он смотрит спокойно, в глазах нет паники. Ни тени раскаяния. А я уже догадалась, зачем звонила «Оля». И кто она такая.

— Ты же умная девочка, все понимаешь.

Я прикрываю глаза руками. Содрогаюсь от осознания, что стала частью какой-то безумной игры в русскую рулетку. Оля. Артур может ее знать. Но если она звонит и жалуется ночью, то их отношения глубже. И жаловаться на угрозы она может только от одного человека. Тани.

Мои ладошки открывают пальцы Артура, он хочет прижать меня к себе, но я шагаю назад.

— Я хочу знать все. Как давно ты знаешь Олю? Это ты подговорил ее переспать с Виталием?

— Опять ты пытаешься привить кому – то черты благородства. Человека нельзя заставить, если не приставить пистолет к виску. Но я расскажу.

— Правда?

— Ну, когда я мог тебе отказать. Иди в душ, потом за стол. Тебе надо поесть.

— Ты думаешь я смогу есть?

— В ресторане ты ни съела ни крошки, потом только пила. Завтра вместо работы хочешь лечь в больницу?

— Мне нужна не забота, а правда.

— Не нужна, но дело твое. Иди, там есть халат. Тебе не идет это платье.

— А ты у нас модный эксперт?

— Я имиджмейкер, Диана. Не надо дуться, будь хоть иногда взрослой.

— Почему с тобой это так сложно, — бурчу я и плетусь в душ. Там стараюсь не думать про Олю, в голове только его «Будь взрослой». Без него так и есть. Я могу решить все сама. Да что там, я квартиру Виталию купила без его участия, все сама делала, и обустройством клиники. Но рядом с Артуром я чувствую себя глупее рыбки, память которой три сек.

Выхожу из душевой и наконец-то могу осмотреться. Черный и белый кафель идеально сочетаются, а горячая вода течет без перебоев. Зеркало с потрясающей подсветкой. Да и сама ванная комната больше кухни в квартире Виталия. Хотя если это квартира Артура, то не удивительно.

Стоп. А где живет его жена?

Я сначала беру пушистый халат, но вдруг что он принадлежит Кристине? Приходится повесить его обратно. Вот еще не хватало ее вещи носить.

— Артур! – поднимаю я платье, чтобы надеть. – А если сейчас придет твоя жена? А я в ее халате.

Я уже надеваю через голову платье, когда он вдруг пропадает из рук. Артур бросает платье в корзину и протягивает мне халат.

— Не дергайся. Кристины здесь никогда не было и не будет.

— А где вы с ней живете?

— Мы не живем вместе, я уже говорил тебе. Она живет в доме отца, иногда тусит в студии в центре. Но ей там тесно, — он смотрит мне в глаза, но не долго, его взгляд скользит вниз, к груди, соски на которой снова стали твердыми камушками, ноющими по его прикосновениям. И я чаще дышу, даже не прикрываясь. – Если ты передумала разговаривать…

Он шагает ко мне, но я вырываю платье.

— Поговорить важнее, чем снова удовлетворить твое неумное либидо.

— Только мое, ну да, — усмехается он и проходит к шкафчику, открывает его. Замечаю набор расчесок, фен и иного женских приспособлений.

— Ты говорил здесь не живет женщина, а это тогда что?

— Не жила. Все вопросы после ужина.

— Скорее завтрака, — продолжаю я рассматривать содержимое шкафчика. Я ничего не понимаю.

— Еще только двенадцать. Жду на кухне.

Он уходит, а я надеваю-таки халат подхожу и беру одну расчёску. Рассматриваю и расчёсываю мокрые волосы. Заправляю за уши и только тогда выхожу в спальню. Далее в огромный холл, где в углу расположена кухня в синих и белых тонах. У чайника стоит Артур и разливает чай по кружкам. Он тоже пьет только черный. Но без сахара.

— Садись, — командует он и я присаживаюсь за барную стойку, где уже стоит салат, рыба. Но мое внимание привлекает вид за окном. Целый город как россыпь огней.

— На каком мы этаже?

— Двадцать пятый.

Я немного в шоке беру вилку, отламываю кусочек рыбы и подношу ко рту, смотря как Артур делает тоже самое. Прожевываю, но аппетита все равно нет. Словно во сне себя чувствую.

— Вкусно. Где заказывал?

— Рыба из духовки. Такое блюдо несложно приготовить.

— Ты готовишь?

— Только самое простое. Как-то отравился едой из доставки.

Теперь я задумалась. Осмотрела еще раз большое помещение, очень неуютное на мой взгляд. Занавески бы повестить, подушки на диван и мягкие ковры. А еще большой телевизор, чтобы по выходным смотреть любимые криминальные сериалы.

— Ты здесь не живешь, — догадалась я.

— Нет. Этой квартире пару лет. Только недавно закончили ремонт.

— А зачем? Ты здесь не собираешься жить?

— От тебя зависит, — пьет он чай, и я обращаю на него взгляд.

— А я тут причем? Ну, то есть… Я помню, что ты… — я даже не знаю, что сказать. Его признание до сих пор в голове не укладывается.

Артур вытирает рот салфеткой и встает, подходит к столу, берет белую папку и опускает передо мной.

— Открой.

— Что ты наделал, Артур? — в горле пересыхает и чай тут не помощник.

Мне даже спрашивать не нужно, я знаю, чье имя увижу на документах. И действительно, стоит открыть папку я вижу свое имя на праве собственности.

— Я рад, что официально ты так и не сменила фамилию. Обломова тебе все равно не подходила.

— Зато Кристине твоя очень подходит, — поднимаюсь, чувствуя, как ком в горле становится невыносимым. Квартиру. Он купил мне квартиру. Я даже не знаю, как на это реагировать.

— Диана. — Он так и сидит на месте. Это я мечусь, как раненый зверь. — Наши браки — лишь временная трудность, которая скоро разрешится.

— По твоим словам все так легко. Как тебе вообще пришло в голову купить мне квартиру? Такую квартиру, — обвожу я рукой пространство. Я даже боюсь представить, сколько она стоит.

— Эта мысль меня посетила с тех самых пор, как я решил, что ты будешь моей любовницей всегда.

— Даже не женой?

— На тот момент нет.

— А сейчас? Ты что, действительно считаешь, что можно вот так просто отказаться от прошлой, устроенной жизни и снова терпеть все то дерьмо, которым ты меня пичкал пять лет?

— Тебя это дерьмо устраивало, пока в твоей жизни не появилась святая Алена.

— А, так это она виновата, а не горничная, с которой ты в номере зажигал.

— Она сама на меня набросилась. А я не посчитал нужным тебе что-то объяснять.

— А все те женщины, которых ты трахал?! Ты даже не скрывал.

— Не считал нужным. Но Диана. Ты видела хоть одну? Ну кроме горничной.

— Ты смеешься?! Ты сейчас надо мной издеваться решил? Ты хочешь сказать, что никогда не спал с кем-то, кроме меня?

— С того момента, как мы начали жить вместе.

— Вранье! Ложь! Да как ты смеешь сейчас, здесь так нагло врать! Надя видела тебя! Она следила за Никитой и видела тебя! И я тогда в клуб пришла. Эта девка сидела на твоих коленях! Ты считаешь меня совсем дурой?!

— Да, если ты так слепо верила Наде. А насчет себя я уже сказал. Я трахался с другими, чтобы не думать о тебе. Когда ты ко мне переехала, надобность пропала.

— Полная чушь! А вечеринки вашей троицы! Оргии, о которых ходили слухи.

— И ты считаешь, я буду мараться о шлюх, когда меня дома ждет на все готовая девушка?

— А-а-а! Хватит! Хватит!

Убегаю в спальню и просто падаю на кровать лицом, утопая в слезах и воздушном матрасе. Дверь я не закрыла, и вскоре свет меркнет, потому что в проеме появляется Артур. Проходит внутрь и садится на кровать.

— Я не могу тебе поверить. Ты сам сказал не приписывать людям благородных черт. Разве это не касается и тебя?

— Я не святой.

— А, то есть то, что ты подсунул Олю Виталию, еще не конец?

— Нет.

— То есть эта квартира подкуп, чтобы я закрывала глаза на все твои грязные игры, — продолжаю говорить в подушку, но, когда он замолкает, поднимаюсь и сажусь рядом с ним. Его лицо сейчас кажется старше, он смотрит на меня, а на деле обдумывает ответ.

— Да, пожалуй. Но это в любом случае подарок, и отобрать я его не смогу.

— А если она мне не нужна? Если я откажусь?

— Я сожгу ее.

— Ты чудовище. Если все, что ты говоришь, правда… Это ведь даже хуже, чем если бы ты изменял.

— Ну я и изменял до определенного момента.

— Спасибо, успокоил.

Мы смотрим друг на друга, и мне больше нечего сказать, потому что по его словам все так легко. «Милая, я не изменял, а пять лет даже не вспоминал о тебе». Хотя эта квартира говорит об обратном. Я поднимаюсь с кровати, подхожу к панорамному окну и прислоняюсь к нему, наблюдая за мигающими огнями в ночной Москве. А Артур вдруг включает телевизор и ложится на кровать. Наверное, ждет, когда я со счастливой улыбкой прыгну к нему в объятия. Но не будет этого, хотя, надо признать, смотреть на его тело даже через отражение одно удовольствие. И хочется не просто пальцами провести, а языком слизать вкус.

— Ладно, допустим, только допустим, ты не изменял. Но находился в поиске богатой невесты, а мне в своей жизни отвел роль любовницы.

Оборачиваюсь, он переводит взгляд на меня.

— Все так.

— Ну ведь ты добился своего, у тебя есть жена, скоро будет ребенок, зачем тебе я?

— То есть банального «люблю» тебе мало.

— В любой другой паре да, но не у нас.

— Так мы пара?

— Артур!

— Я хочу тебя. Хочу, чтобы именно ты стояла рядом со мной на всех мероприятиях, грела мою постель и готовила свои шикарные пироги.

Он даже их помнит. Черт.

— Тогда зачем было ждать пять лет?! Ты мог начать действовать еще до того, как наш брак с Виталием стал настоящим. Ты сказал, что два года назад купил эту квартиру, но именно тогда ты и женился. Ты не думаешь, что что-то не сходится?

— Ты не устала задавать вопросы?

— А ты не устал уходить от ответов?

— Ты к ним не готова.

— Ах вот как. Я не готова. А когда буду? На смертном одре?

— Да, мы избежали бы многих истерик в этом случае.

— Это не смешно!

В этот момент Артур переключает на телевизоре программу, и я слышу начало моего любимого сериала. Знаю, что он тоже его любит. Но всегда это отрицал и делал вид, что спит, когда я его смотрела.

— Давай посмотрим? Да и спать уже пора. Завтра вставать рано.

Он, конечно, прав, но меня гложет зуд любопытства. Он опять не ответил на часть очень важных вопросов. Но я все равно ложусь и отворачиваюсь от него, обнимая подушку. Но серии про похищенных детей всегда увлекали меня больше всего, и я не могу не смотреть. Поворачиваюсь и на сорок минут отключаюсь, пока похищенного ребенка наконец не отдают родителям, а урода не убивают при попытке побега.

— А как твои родители? — внезапно приходит мысль. Я видела их всего однажды. Но только Артур так и оставил их на пороге, в квартиру не пустил, а обо мне не рассказал. — Вы общаетесь?

— Мама иногда звонит. Отец тоже мелькает, пробурчит что-то недовольно и все.

— Ты переживаешь?

— Я уже вырос с тех пор, когда мне требовалось его одобрение.

— Потому что ты все равно его не получишь?

Мне это знакомо. Артур переплетает наши пальцы, и мне бы вырвать руку, но по телу мурашки, а кожа горит от удовольствия. Я всегда мечтала лежать вот так. Вместе. Можно даже не разговаривать, просто наслаждаться тем, что не одинок.

— Не получу, даже когда стану президентом.

Он замолкает, а паззл в моей голове начинает складываться. Вот оно что. А я, получается, что, должна стать первой леди? Леди Ди.

Мне становится смешно, и я даже сажусь, представляя себя по телеэкрану.

Артур за мной, весь напряженный.

— Что?

— Просто фантазирую. Не могу представить ни одного сценария, где бы у тебя это не получилось.

Артур расслабляется настолько, что толкает меня. Опрокидывает на спину и нависает сверху, ставя сильные, увитые тонкими венами руки около моей головы. Но дело не в теле, которым можно любоваться, просто он так смотрит, буквально поглощая меня своей энергетикой.

Его рука тянется к узлу на халате, который он распускает, оголяя для себя мое тело. А я часто дышу, и даже мысли нет его остановить, начать снова выяснять отношения.

— Знаешь, порой женщины могут говорить вместо «люблю» — «красивый», «сексуальный».

— Как ты себя любишь…

— Но нет ничего лучше, чем услышать, что женщина верит в тебя. Весь мир может смеяться над глупым желанием парня из гетто. Но если одна женщина искренне верит, все остальные становятся лишь белым шумом.