Глава 17

Девчонка реагирует хуже, чем я думал. Но я утешаю себя тем, что отпущу ее, не дожидаясь свадьбы с Эльминой. Не может же эта блондиночка увлечь меня надолго? Будет богата, забудет нашу связь как сладкий сон.

Уж я постараюсь, чтобы он был именно сладким.

Но Вивиан так рыдает, что мне становится ее жаль. Прижимаю к груди, жду сопротивления и отторжения. Нет. Сворачивается в моих руках, жмется как к последней надежде.

Глупо. Надежды для нее нет никакой. Я практичный человек. Теперь будет работать на меня, ублажать меня, служить мне.

Связанные контрактом люди всегда ценились. У меня таких немало, но в основном, это мужчины – мои воины, доверенные лица. Плата за подобную службу ошеломительно высока, но и результат того стоит. Предательство карается как господин пожелает. Их жизнь в моих руках.

Я мастер заключать подобные соглашения, но никогда раньше не предлагал настолько невыгодных условий, как у Вивиан. Обычно речь идет о работе на меня, о служении, о неразглашении.

Ей же подсунул рабский контракт. Да, там другая формулировка – временная собственность. Полное владение. Но смысл именно такой.

Даже не понимаю, что на меня нашло, но хочу ее без остатка. Она должна мне принадлежать, должна зависеть.

Была даже мысль, что брат специально послал ее околдовать меня. Мало ли какие новые зелья начала готовить его коварная и жестокая матушка?

Вивиан плачет после того, как я поставил метку. Думаю, ей больно. Никогда не делал этого с женщинами. Мужчины всегда крепче. Никто из моих соратников не вздрогнул, получая знак своего господина. Они принимали его как честь.

Для нее он бесчестие. Реакция Вивиан придает привычному ритуалу какой-то неприятный оттенок, но ей так будет лучше. Судьба к ней жестока. Я предлагаю больше, чем она могла бы получить без моей помощи. А то, что ей придется подчиняться и зависеть – нормально. Женщина рождена для подчинения. Смирится.

В конечном счете мне подчинится весь мир. Не будет одинока, когда я верну себе власть.

В этом наряде она настолько желанная, что я едва держусь. Теперь ее тело в моем полном распоряжении. Я имею право на все. Это распаляет фантазии так сильно, что Вивиан, пожалуй, в большой опасности.

Усмехаюсь.

Сейчас же будет моей.

Но я не привык брать женщин силой. Обычно они сами на меня прыгают. Думал, что и Вивиан поступит также, узнав мое истинное имя. Нет, лишь расстроилась.

Интересный вызов.

– Вивиан, – зову ее. – Достаточно. Ты собралась затопить мой дом слезами?

Она упирается руками в кровать. Приподнимается.

Мне безумно нравится ее наивность. Даже не представляет себе, насколько она прекрасна. Не пытается пользоваться своей женскими чарами. Не хитрит, не играет со мной. А ведь подействовало бы. Но в ней нет кокетства и притворства. Таких у меня еще не было.

Приглядываюсь к ней. По-хозяйски касаюсь губ костяшками пальцев. Начинаю опасную игру для нас двоих.

Вивиан чуть отползает назад. Но мы оба понимаем, что так она только упрется в изголовье и все же никуда не денется.

– Амитару, – вздыхает она.

– Мой повелитель, – поправляю ее автоматически.

– Мой повелитель, – начинает она, а потом краснеет до кончиков волос, – пощадите.

Нет, что-то не то с этим обращением. Еще и на «вы» начала говорить! Я будто бы сделал стену между нами еще выше. Но простолюдинка, запросто обращающаяся ко мне по имени – тоже верх неприличия.

– Обними меня, – приказываю ей. – Коснись в ответ.

Она сжимается как ежик, но протягивает ко мне руку. Несмело проводит по плечу. Совсем невинная. Не знает, как ласкать мужчину, боится тронуть.

Кладу ее руку на свою щеку.

– Я не страшный, – тихо говорю ей.

Замирает и распахивает глаза широко-широко. Подушечки пальцев осторожно касаются моего лица. Не думал, что эффект будет настолько сокрушительным. Желание вытесняет все чувства. Приближаюсь к ней, смотрю сверху вниз.

«Покорись мне. Отдай себя», – требую от нее взглядом.

– Я для этого тебя присвоил. Делай то, что я желаю.

Она вздрагивает, когда я приближаюсь и прижимаюсь губами к ее шее.

– Обними, – шепчу я.

Чувствую, как руки смыкаются. Гладит мои волосы, рубашку. Это так невинно и нежно, что я отвечаю ей тем же – приручаю. Даю привыкнуть к себе. Сдерживаю жгучее, непреодолимое желание.

Снимаю рубашку. Вивиан закрывается руками.

– Я сказал меня обнять, – прошу ее.

Проводит пальцами по руке, медленно, будто бы так я не почувствую. Осторожно смотрит.

Поднимаю бровь.

– Все равно ты моя. Касайся. Изучай мое тело, пока разрешаю.

– Я боюсь, – отвечает она. – Это неприлично.

– Между нами ничего неприличного быть не может. А вот непокорность приведет к последствиям, – расплывчато угрожаю я.

Как ни странно, эффект есть. Вивиан медленно проводит ладонью по моим мышцам. Едва дыша гладит волосы. Рука переходит на спину, и я замираю от несмелой ласки. У меня было много женщин, но такого еще не чувствовал. Их опытные губы и откровенные прикосновения не идут ни в какое сравнение с обжигающими касаниями Вивиан.

Беру ее за запястье, подношу к губам. Целую каждый сантиметр, добираюсь до сгиба локтя, впиваюсь в тонкую кожу.

Такая нежная, сладкая, губы немеют, внизу все ноет. Хочется ворваться в женское тело. Немедля. Укладываю удобнее, рывком обнажаю грудь. Достаточно любовался через ткань, пора коснуться без всяких преград. Захватываю сосок губами. Ласкаю его нежно, потом сжимаю сильнее.

Вивиан пытается отстраниться, но я не позволяю. Одной рукой прижимаю ее к кровати, другой лезу в разрез прозрачной юбки.

Братик очень удобно и удачно одел ее. Фиолетовый теперь мой любимый цвет. Так и буду наряжать мою игрушку, чтобы всегда вспоминала эту ночь. Нашу первую ночь.

– Прошу тебя, повелитель, – выдыхает она.

– Проси все, что я действительно могу тебе дать. То, что не идет в разрез моим желаниям, Вивиан.