Эпилог

– Дедушка! Дедушка! – малыш Кай бежит к Сафирину.

– Прадедушка, – поправляет его Амитару.

– Маам, дай ручку, – просит меня дочь.

У нее смешно получается говорить, потому что не все звуки выговариваются четко. Беру ее за руку. На белом платье уже поставлено яркое пятно, а о подол вытерли руки, выпачканные, похоже в магической краске.

Пускаю по пальцам символы и привожу дочь в приличный вид.

– Вытирать ладошки о платье нельзя, – говорю ей. – Бери полотенце. Или пользуйся вот этими двумя знаками.

Показываю их ей на кончике пальца.

– Попробуй! – предлагаю малышке.

– Воть! – она ловко повторяет.

– Другое дело. В следующий раз поступи так, чтобы не показываться дедушке на глаза в таком виде. Ты же принцесса.

– Плинцесса! – повторяет дочка.

Амитару берет ее на руки, а потом мы идем встречать Сафирина в уютном садике.

Дети забираются к дедушке на колени. Сия получает пушистого игрушечного котенка, а Кай лошадку.

– Если сделать вот такие знаки, – как заговорщик сообщает им Сафирин. – То котенок и лошадка будут бегать. Вы сможете ими управлять и даже устроить гонки.

Детям не терпится попробовать, но дедушка удерживает их. Соскучился. С внуками он проводит столько времени, что впору увольнять нянек.

– Есть донесение из Мерделя.

Настораживаюсь. Это городок на окраине страны, куда сослали Лимариса и Миранду после приговора.

– Зреет заговор? – недобро усмехается Амитару. – Брат решил сыграть еще одну проигрышную партию? Думал, что метка от этого надежно защищает, а в контракте нет изъянов.

– Не совсем. Ваш брат ранен…

– Как? Кем?

– Дело в том… – Сафирин, похоже не знает как начать, а потом отпускает детей, которые так и рвутся поиграть в гонки.

– Что такое, Сафирин? Не тяни. Кто покушался на Лимариса и за что?

– Ну после того, как он провел годы в темнице на хлебе и воде, были дозволены некоторые послабления…

– Я знаю! – рявкает Амитару.

– Ваша сестра тоже была выпущена из каменного мешка, лишена магии, ну и получила возможность перемещаться по тюремному замку...

– Я подписывал приказ об ослаблении условий! Дальше!

– Ну они же не родные. С Миранда дочь вашей тетки, а Лимарис брат только по отцу…

– Я знаю свою родословную! – теряет терпение Амитару. – Что произошло?

– Миранда забеременела.

– От кого? – спрашивает Амитару, но после слов, что Лимарис и Миранда не родные, даже мне понятно от кого.

– Лимарис тут же предложил ей брак, на что она ответила категорическим отказом, обозвав его всеми пришедшими в голову словами. Затем заявила, что ребенок не его.

– Это так? – хмуро интересуется Амитару.

– По донесениям, никто, кроме вашего брата, отцом быть не может, – поднимает бровь Сафирин. – Затем был скандал. Оба рыдали, в чем-то друг друга обвиняли, обзывали предателями, написали друг на друга по доносу. Пострадала прислуга.

– Очень в их духе, – кивает Амитару.

– Затем они ночевали в одной спальне. Утром Лимарис снова сделал вашей сестре предложение. Она обозвала его жалким и недостойным рабом, выхватила меч и напала. Короткая потасовка закончилась ранением в руку. Не опасным, но Лимарис болеет второй день, а ваша сестра неотрывно сидит у его постели и льет слезы.

– Драконья мать! – ругается Амитару. – Они совсем там поехали!

– У них сложные и странные отношения, но ваша сестра приняла его руку и сердце. Теперь ждет вашего разрешения на брак.

– Лимарис получил мечом? – усмехается Амитару.

– Довольно глубоко. Причем у вашей сестры совершенно не дрогнула рука.

– Это будет очень интересный союз, – замечает Амитару. – Где я должен подписать?

– Кроме того, они оба нижайше просили вас с Вивиан почтить их брак своим присутствием.

Амитару закатывает глаза.

– В Мердель я ни ногой, – отвечает он. – Там весь город к моему приезду перестроят, пытаясь выслужиться и не осквернить мой взгляд видами захолустья. А пострадает простой народ. Выпишите всем поселенцам государственную помощь за соседство с моими родичами, а затем я позволяю Лимарису сыграть свадьбу в его родовом замке. Пусть возвращаются. Ссылка окончена, если моя жена подтвердит это решение. Моя подпись, считай, есть.

Амитару вопросительно смотрит на меня.

– Моя подпись тоже, – склоняю я голову. – Давно пора примириться с семьей. Сколько лет уже прошло. Даже я смогла простить, а они мне чужие. Никого из них я не знала детьми, ни с кем не играла и не творила козни.

– Рабские метки не сниму, – качает головой мой супруг. – Может быть, только сделаю невидимой ту, что у Лимариса на пол-лица.

– Это в твоей воле, – подтверждаю я.

– Ну вот мы и решили, – заключает Амитару. – Но я изрядно удивлен. Когда Лимарис умолял сослать его в Мердель, то я и подумать не мог, что из-за Миранды.

– Можно ли мне задержаться – поиграть с внуками? – интересуется Сафирин.

– Конечно! – отвечаем с Амитару хором.

Мы стоим среди белых колонн и смотрим, как генерал-дракон Сафирин Майвери играет с нашими детьми в гонки между котенком и лошадкой.

Солнце и ветер играют листями, а мы с Амитару обнимаемся и переплетаем нашу магию. И ничего чудеснее еще в жизни не происходило.

Конец