36

ЕВА

Две недели спустя

— Евочка, это снова просили передать тебе. — в руках тети букет белоснежных пионовидных роз, вся квартира заставлена этими ароматными цветами, их привозят каждое утро в одно и тоже время.

Когда Ира поступила в больницу ей предвещали долгие месяцы реабилитации, но столичные врачи обрадовали сказав, что это лишнее, угроза не так велика, как ее описывали изначально. Неделя и моя любимая тетушка переехала ко мне, ей все еще необходимы уколы, но медсестра приезжает на дом, поэтому мы можем проводить больше времени в месте. Ира лишь однажды попыталась расспросить меня о том, что произошло между мной и Марком, но внезапно накрывшая меня истерика заставила ее прекратить свои допросы. Я сама не ожидала такой реакции от себя.

Лера бывает у меня раз в несколько дней, девушка прекрасно поладила с родным моему сердцу человеком, не раз оставалась у нас с ночевкой, но я попросила ее не упоминать при мне любимого мужчину. Тетя постоянно балует нас своей фирменной выпечкой. Ей не уютно в этом городе, здесь для нее все чужое, но ради своего здоровья она согласна терпеть, хотя все чаще поднимает вопрос о своем переезде в родной город. Я могу ее понять, здесь у нее есть только я, а там вся остальная жизнь, друзья и любимая работа. Я не смогу вечно держать ее рядом с собой, как только уколы больше не потребуются она уедет. За эти дни я поняла, что боюсь одиночества, именно в такие моменты меня накрывают воспоминания.

Пока мужчина сдерживал все свои обещания, кроме цветов от него не было никаких знаков, он не разу не появился на пороге своей, хотя по документам уже моей квартиры, не звонил мне, не писал, хотя внутри я жду его, каждый раз вздрагиваю от раздавшегося звонка. Я думала, что, уйдя от него, мои чувства притупятся, но ошиблась, я все еще люблю его, люблю сильнее собственной жизни. Во второй свой визит Лера привезла бумаги на квартиру и небольшую папку с различными рекомендациями для самых крутых фирм города. Я не сходила не на одно собеседование, просто не решилась, каждый раз я полностью собираюсь, настраиваюсь, но в последний момент меня словно кто-то хватает за руку и останавливает. Словно какой-то непреступный барьер. Хотя спустя время я понимаю, что все это в моей голове, мне нужно еще время, чтобы прийти в себя. Чтобы вернуть прежнюю Еву, бойкую девушку с большими амбициями.

— Сегодня ты какая-то странная. — девушка приехала к семи вечера, я знаю, что Ник беситься от ее постоянных поездок, но запретить не может. Мужчина хочет проводить больше времени с любимой женщиной, а она хочет помочь мне выбраться из психологической клетки. Замкнутый круг. — Если не нравится фильм, то можем выбрать другой, я целый список накидала.

Тетя после уколов ложилась спать, они действовали на нее как сильнейшее снотворное, поэтому сейчас никто не мог помещать нашему разговору. Мы с Лерой решили, что у нас должна быть какая-то своя традиция, наше небольшое совместное мероприятие, выбор пал на фильмы и хороший ужин. Мы лежали на огромной постели в моей комнате окруженные различными вкусняхами и смотрела через проектор старые фильмы ужасов. Девушка права, сегодня я сама не своя, меня трясет с обеда, но я все не решалась начать разговор.

— Марк что-то говорил тебе. — я поставила фильм на паузу, девушка перекатилась на бок. — Только честно.

— Нет. Он практически не бывает дома, это же трудяга, все свои проблемы он отрабатывает на работе. Часто остается ночевать в офисе. Он даже с Никитой не разговаривает. Ев, если ты хочешь увидеть его стоит лишь сказать, уверена, он примчит через 10 минут. Я не раз говорила тебя, что рядом с тобой он становился другим, открывался для всех с новой стороны.

— Я дура. — я оказалась на ногах, мне было душно, хотелось пустить воздух в комнату.

Интересная штука жизнь, она заставляет человека делать вещи, о которых потом приходится жалеть. Сначала кажется, что ты принимаешь правильное решение, которое изменит твою жизнь в лучшую сторону, надеешься, что все будет именно так, как ты себе на придумывала, а проходит время и ты начинаешь жалеть о содеянном. Я столько раз винила Марка в том, что он рушит мою жизнь, но собственными руками разрушила нашу жизнь. Лера считает, что он примчится, а я уверена, что он не захочет меня видеть.

— Ты? Нет. Ты попала в череду событий, которые оставили свой след не только на твоей жизни, но и на твоей душе. С одной стороны, это плохо, но с другой, ты открыла для себя что-то новое.

— Тебя, например. — хотелось отвлечься от этого разговора, я пожалела, что начала его именно так.

— Это точно, не случись всего этого и я бы не встретила такую замечательную подругу. — девушка потянулась обнимать меня, тело продолжало трястись. — Ев, ты не должна мучать себя. — девушка гладила меня по волосам. — Я согласна, Марк не лучший претендент на отношения, но если ты любишь именно его, то стоит попробовать, сейчас вам ничего не помещает попытаться построить счастье. Даже Ира на моей стороне, ты скрываешь от нее правду, они видит, как ты страдаешь из-за него, но все равно считает, что вы будете классной парой. Ты сможешь приструнить его.

— Лер, … — я глотнула скопившуюся слюну. — … я ношу под сердцем его ребенка.

Я долгое время не придавала значения отсутствию женских дней, списывала все это на постоянный стресс, но, когда меня стало мутить от аромата собственного парфюма, а любимая яичница стала вызывать отвращение я испугалась. Мой мозг просто отказывался принимать подобный поворот событий, но тянуть я не могла, тест подтвердил мои опасения. Чтобы убедиться окончательно я записалась на прием к врачу и сегодня она окончательно добила меня. Я побоялась сказать тете, я не знаю, как она отреагирует на это, решила дождаться Леру. Я старалась держать эмоции, но не могла больше не о чем думать. Несколько раз мы с Марком действительно слишком увлекались волшебством, но каждый раз я пила специальные таблетки, тогда я даже не думала о последствиях.

— Подожди. — в ее глазах растерянность. — Ты уверена?

Я достала из-под подушки небольшой конверт с результатами УЗИ, на них видно лишь небольшую горошину.

— Срок 3 недели. Я не знаю, что мне делать.

Я всего однажды затрагивала подобную тему с Марком, после того, как Ник сообщил об их планах с Лерой, мне стало интересно отношение любимого мужчины к детям. Для Марка на первом месте работа, любимый сообщил, что на данный момент дети не входят в его планы, возможно через несколько лет, но точно не сейчас. Он не готов терпеть их крики, не готов терпеть в своем доме шум, его постоянные разъезды не позволят ему быть часто рядом, и он не видит смысла от такого отца, Марк не хочет, чтобы его дети повторили его судьбу и росли лишь при матери.

— В смысле? Радоваться, конечно! — снова ее руки на моей шее, но я не могу разделить ее радость. — Ева, это же счастье! Просто представь, скоро у тебя будет маленькое чудо, которое ты будешь любить больше всех. Подожди. — ее руки оставались на моих плечах, но при этом девушка отстранилась, чтобы заглянуть мне в глаза. — Ты же не собираешься… ну, совершить глупость.

— Я не знаю. Марку не нужен будет этот ребенок, а быть матерью одиночкой… — я закрыла глаза. — … я просто не знаю. Я боюсь, что не смогу дать ему все, что требуется, не смогу воспитать. — руки сами легли на живот.

— Прежде чем делать такие выводы, ты должна сказать ему. Он отец и долен об этом знать. Просто обязан! Я не знаю почему ты так думаешь, но Марк не настолько монстр, чтобы заставить тебя убить собственное дитя. — Лера схватилась за телефон вкладывая мне его в руку. — Звони! И даже не смей сомневаться, я всегда буду рядом с тобой.

Я смотрела на экран телефона не решаясь набрать его номер, я знаю, как он отреагирует, и я боюсь услышать эти слова. Я узнала, что я стану мамой всего два дня назад и мне все еще не верится, я не осознаю свое положение.

— Нет. Не могу. Дай мне время собраться с мыслями. Лера. — я подняла на девушку взгляд. — Обещай, что сохранишь мой секрет.

Девушка дала мне обещание, и я ей верю, она будет молчать, как бы ей не хотелось вмешаться. Я не могу вот так вот позвонить Марку после всего, что было между нами и сказать: «Привет, я тут беременна от тебя, что делать будем?». Хоть подруга и дала обещание, но почти всю ночь не оставляла меня в покое своими разговорами, она радовалась так, словно это ее ребенок, мне было ужасно стыдно за свои мысли. Разговоры с ней хоть немного помогали мне осознать происходящее.

— Милая, чай уже остыл. Давай я тебе новый сделаю. — Лера уехала несколько часов назад, а я все не решалась сказать о своем интересном положении тете, ее слабое сердце поможет просто замереть от такого. — Ева, вчера был последний укол, я хотела бы вернутся к теме моего отъезда.

— Что? — я была полностью в своих мыслях и не слушала ее.

— Я понимаю, что ты хочешь жить со мной, но милая, я не хочу быть тебе обузой, ты должна понимать, что ничего мне не должна, я воспитывала тебя не для этого, ты мне как дочь и я хочу, чтобы ты была счастлива, но в своей жизни. Тебе нужно начинать думать о своей семье, а не тянуть меня.

— Не говори так, ты никогда не была моей обузой и никогда ей не будешь. Ир, я не буду тебя удерживать, если хочешь вернутся домой, то пожалуйста. Но не говори таких ужасных слов. — я обняла женщину чтобы подтвердить свои слова.

Когда она рядом, мне спокойнее, но женщина абсолютно права, у нас уже разные жизни, она посвятила свою жизнь моему воспитанию и сейчас имеет права жить для себя, я не могу вести себя, как последняя эгоистка и что-то требовать от нее. Я думала, что, убрав Марка из своей жизни, избавлюсь от проблем, все стало только хуже. И этому не видно конца… Как оказалось, Ира уж заказала себе билет на самолет и через два дня я останусь в одиночестве. Мне всегда нравилась ее решимость, этой черты мне не хватает.

Что-то я переборщила с продуктами, мы хотели приготовить небольшой прощальный ужин, а я накупила, словно на целый подъезд. Это все нервы, они мешают мне нормально соображать. До дома оставалось минут семь умеренной ходьбы, как на меня налетел здоровенный мужчина, практически сбивая с ног.

— Простите. — он успевает удержать меня за локоть, но вот пакет выпадает, я слышу звук бьющихся яиц. — Мне жаль, я не заметил вас. — его хватка сильная, даже через толстую ткань пальто я ощущаю дискомфорт.

— Ничего, с каждым бывает. — я осматриваю потери, похоже придется совершить вторую вылазку. Мужчина стоит спиной к свету фонаря, его лицо прикрыто широкополой шляпой. — Я стою. Спасибо, что поймали. — я попыталась высвободить руку из его хватки, но он сжал сильнее.

— Удивительно, я так долго не верил в это. — он улыбается, в темноте его идеально белые зубы выделяются особенно хорошо.

Меня начинает охватывать паника, его тон кажется мне враждебным, вокруг тишина, я специально хожу этой дорогой, чтобы сократить путь.

— Отпустите. — я готова была кричать, готова была бросить все и бежать, главное вырваться из его хватки. Он не нравился мне, по телу пробежала крупная дрожь. Я не верю в случайность.

— Отпустить? Нет, не для этого я так долго следил за тобой, любимая. — какое-то мгновение и он прижимает к моему носу какую-то тряпку, я пытаюсь барахтаться, но тело уже не слушается.

Я надеялась, что все позади, что осталось лишь разобраться с отношениями и я могу быть счастлива, но снова схожесть с Эльвирой заставляет меня страдать, я снова открываю глаза в неизвестном месте, перед глазами все плывет, прямо на меня направлен яркий свет, он ослепляет, сквозь приоткрытые веки ничего не рассмотреть. Меня в секунды окутывает паника, я словно цепенею, тело все еще не слушается.

— Моя королева очнулась.

Я не вижу его, но чувствую грубое прикосновение пальцев к щеке, на мужчине перчатки, это все тот же голос. Слишком ярко, не могу открыть глаза. Резкий рыков вперед, я хотела избавиться от его прикосновений, но запястья начинают ныть, не могу пошевелить руками, он привязал меня.

— Теперь мы будем счастливы, и никто не помешает нам, никто.

Дикий смех заполняет все пространство, хочется закрыть уши, не слушать его слов.

— Такая нежная. — его рука скользит по шее. — Такая сладкая и только моя. Я мечтал о тебе слишком долго, но я не буду быстр, я хочу насладиться твоей красотой, моя королева. Насладиться каждым сантиметром твоего бархатного тела, я слишком долго искал тебя. — я зажмурилась еще сильнее, когда его шершавый язык прошелся по щеке. — Какая вкусная.

Казалось, что я забыла дышать, оцепенение не проходило, внутри все сжималось, я не могу позволить ему причинить мне вред, ему нужна не я. Он отступает, щелчок и свет перестает бить в глаза.

— Два года я терпеливо ждал этого момента, ненавидел всех, кто мог свободно любоваться и прикасаться к тебе. Два года я был твоей тенью, ты сколько раз была близка, но всегда смотрела сквозь. Ничего… — скрежет металла резал слух, я не решалась взглянуть на этого человека. — … теперь мы будем неразлучны, теперь я смогу насладиться тобой. Я не он, я не предам тебя, не брошу одну. — он совсем рядом, его тяжелое дыхание словно прибивает к земле. — Я отомстил каждому, кто был против нашего союза, я избавил тебя от монстров, родивших тебя.

Я должна видеть своего мучителя, я должна быть сильной, я не могу сейчас поддаться панике, я больше не одна, я не могу думать только о себе. Высокий, крепкий мужчина, его лицо казалось знакомым, но я никак не могла вспомнить где видела его, в руках плетка, он жадно смотрит на меня не открывая взгляд. На его белоснежной рубашке красные пятна. Кровь. Но чья? Я пытаюсь открыть рот, но слов нет, в горле словно песок. Неужели он сказал про родителей Эли, неужели их смерть его рук дело? А те бедные женщины, что были столь похожи на нас, неужели все это время мы ошибались, считая Марка убийцей?

— Сестра. Это ведь чудо, что ты существуешь, что ты такая же. — он ненормальный, эта маниакальная улыбка, этот нездоровый блеск в глазах, он псих, вот кто настоящее чудовище. — Ты ведь будешь послушной? Да, конечно будешь. — мужчина с силой сжал мой подбородок. — Если ослушаешься меня, то закончишь, как она. Эта дрянь оказалась слишком бойкой. — грубый разворот моего лица вправо, на глазах появились слезы.

Эльвира. Ее белоснежные волосы собраны в два высоких хвоста, к каждому этот монстр привязал по несколько воздушных шаров. Сейчас девушка напоминает куклу, на ней нежно-розовое платье, на щеках яркие румяна, ее руки связаны, она сидит на металлическом стуле без каких-либо признаков жизни.

— Она… — в горло словно впивается тысяча игл. — … она жива?

Мой взгляд скользнул ниже, ответ на вопрос не потребовался, с ее тонкий белых пальце скапывала кровь, он насладился ей, убил и пришел за мной, ему было мало.

— Она не заслужила эту жизнь, она отказал мне, но ты… — мужчина снова повернул мою голову заставляя смотреть в его безумные глаза. — … но ты подчинишься. Из-за тебя я стал таким, стал одержимым, выбери ты меня, а не этого урода, жизнь была бы другой. — быстрое движение и в его руке открытая бутылка с водой, он надавливает на мои щека заставляя открыть рот и вливает все содержимое несмотря на то, что я начинаю давиться.

Он понимает, что мы разные люди, но из-за внешности смешивает все воедино, он обращается ко мне так, словно перед ним Эльвира.

— Ты… ты убивал девушек?

Я должна была услышать ответ на этот вопрос, все эти недели я обвиняла Марка, старалась смириться с этой мыслю, с мыслю, что отец моего ребенка жестокий маньяк.

— Убивал? Нет, моя королева. — я стараюсь не отводить взгляд, но это дается тяжело, на его лице продолжает сиять улыбка. — Я наказывал их, они не имели права претендовать на твое место. Мне нужна была только ты, никто не сможет затмить твою красоту.

Нож, в руке блеснул нож. Я сжалась еще сильнее. Мужчина сжимает в одной руке острый предмет, другой натягивает тонкую ткань футболки разрезая ее пополам. Мои руки пристегнуты к железной трубе, мне не вырваться, как бы я не старалась. У меня нет выбора, мне придется подчиниться ему, чтобы сохранить свою жизнь. Я верю, что меня найдут, я не останусь долго в его лапах, тетя поднимет панику. Я должна продержаться.

— Красивая, богиня. Такое тело не может украшать эта дешёвка, мы должны подобрать соответствующий наряд. Не скучай. Я совсем скоро вернусь. — его губы коснулись оголенного плеча. — Скоро мы повеселимся по-настоящему.