Глава 23

Кир

Прячусь в салоне и закрываю глаза. Со мной давно не было нормально. Несколько лет. И я даже не пытался делать вид, что все хорошо. Единственное, что было важным – моя цель и здоровье Алисы. Остальное больше не имело значения.

Убеждаю себя, что член Марата станет ей уроком. Больше не посмеет разинуть на меня свой рот.

Но в голове другое. Не хочу, чтобы кто-то другой касался моей игрушки. Ярость какая-то просыпается. Моя. Моя собственность.

Накрывает. Просто от мысли, что кто-то другой трогает. Хер ей в рот пихает. И я уже представляю, как выхожу из тачки и к хренам разбиваю тупую башку Марата за то, что его член посмел подняться на то, что принадлежит мне!

Потому не выдерживаю. Перед глазами пелена.

– Марат! – окликаю водителя, вылезая из машины. – Отбой! – командую, замечая на его лице разочарование. Он уже успел расчехлить свой болт и находится в состоянии острого возбуждения. Но все же делает шаг назад.

Я же обхожу авто и оказываюсь рядом с ними.

Зубы сводит от желания разорвать этих двоих.

– В тачку, быстро! – рявкаю распоряжение, и Марат тут же исполняет. Но не она. Не Дана.

Зареванное тело в перепачканном в земле платье бьет мелкая дрожь.

Поднимаю ее голову за подбородок. Скалюсь.

– В следующий раз я не остановлюсь, – шиплю ей в лицо. – Выстрою парней в ряд, и ты будешь обслуживать их по очереди. Каждого! Пока не испустишь свой чертов дух, поняла меня?!

Часто и уверенно кивает.

– В тачку! Пошла! – зло цежу свой приказ.

Вздрагивает. Сейчас смотрю на нее, такую маленькую, хрупкую. Беззащитную и трясущуюся от страха, и жалось какая-то просыпается. Но я то знаю, что нет во мне жалости. Давно нет. Вместе с Владой похоронил.

До сих пор помню, как бросал горсть влажной земли на ее гроб и клялся, что отомщу. Вырву сердца обидчикам. Но потом узнал про рыжую малышку, и мои планы изменились. Я выбрал другой способ.

– Живо! – добавляю громко, и девушка тут же поднимается на ноги.

Всматриваюсь в темноту лесного массива и сглатываю.

Позади едва слышно закрывается дверца.

Пытаюсь восстановить собственную выдержку. Да какой там? Башка кипит.

Мне требуется еще несколько минут на свежем воздухе. Я просто дышу и перебираю пальцы. Касаюсь каждым из них поочередно большого и, сделав круг, повторяю снова.

Потеряв контроль, я могу стать неуправляемым. А сейчас это будет лишним.

Когда возвращаюсь в машину, замечаю, Дана забилась в самый угол. Прижалась к двери со своей стороны. Отвернулась.

Мне кажется, она даже не дышит.

– Поехали, – безразлично прошу Марата.

Он трогается с места. Едем в полной тишине.

Дана еще какое-то время всхлипывает, а затем засыпает.

Наблюдаю, как все еще подрагивает ее юное тело. Как задирается некогда красивое платье, неприлично обнажая бедро.

Ее светлая кожа отчетливо вделается даже в темноте моего авто. И я с трудом побаливаю желание дотронуться до нее. Провести пальцами по круглым ягодицам, и нырнуть в ложбинку между ними. Нащупать губки. Влажные. Нежные. И вдохнуть, точно наркоман, аромат ее терпкого возбуждения.

Она текла всякий раз. От любых моих действий. Заводилась за секунду. Как настоящая похотливая сука.

Опускаю руку в карман и нащупываю там трусики. Перебираю ткань между пальцами.

И меня бесит, что я не могу просто делать то, что задумал. И я не понимаю, чем так зацепила. Глазищи ее здоровенные и тонкий овал лица видел сотни раз. Волосы огненно-рыжие тоже. Досконально изучил. И нет в ней ничего особенного, чтобы взбесилось нутро. Но при этом штырит. С самого начала знал, кто она и зачем мне, но приблизившись точно одурел. Ведьма проклятая! Красивая рыжая ведьма!

Такую только на костре сжечь. Вместе со всеми блядскими мыслями, что мою голову посещают, когда смотрю на нее.

Когда мы возвращаемся домой, Рам тут же оказывается у машины. Он присвистывает, замечая, что рыжая спит.

– Оттащить ее? – спрашивает.

– Сам отнесу! – огрызаюсь. – Алиса где?

– Спит давно. Днем орала, что ты пропустил игру.

Вздыхаю и поджимаю губы. Я привык к девочке, но ее состояние до сих пор не дает покоя.

Рам еще раз предлагает помощь, но я не хочу, чтобы он трогал Дану. Сам взваливаю ее себе на руки, и девчонка машинально обнимает меня за шею.

Несу ее в гостевую спальню и не понимаю, почему не кинул в подвал, как изначально хотел. Раздумываю пару секунд, но все же укладываю на кровать. Будет приятнее, если Дана будет чистой и отдохнувшей. Трахать ее измотанное заключением в подвале тело мне совсем не хочется.

Девушка безмятежно разваливается на кровати. Она даже не просыпается.

Грудь мерно, но часто вздымается. Платье снова задралось, оголив стройные ноги, а огненные пряди разметались по подушке.

Сексуальная сучка…

Чуть склоняюсь, чтобы провести пальцами по ее приоткрытым губам. Она быстро реагирует длинным протяжным выдохом.

Яйца тут же скручивает. Сильно. Мне хочется нависнуть над ее головой и затолкать член в рот. И от этой доступности мне сложно себя контролировать.

Задираю подол платьица выше и обнажаю лобок. Рука сама тянется туда, к бархатистой коже.

Нежная юная плоть. Водить по ней пальцами одно удовольствие.

И я делаю все, что захочу. Развожу складки, мягко потираю клитор. А Дана приподнимает бедра. Во сне. Откликается. Быстро становится влажной.

Не выходит остановиться. Ведет с нее.

– Блядь… – злюсь сам на себя.

А когда Дана раздвигает ноги, желая большего, теряю всякое самообладание.

Усиливаю движения. Жестко тру ее мокрые складки. Одержимо наблюдаю за тем, как пухлые сочные губы то и дело приоткрываются, чтобы глотнуть чуть больше воздуха.

И я уже не остановлюсь. Сегодня возьму свое. Нет, даже не сегодня. Я трахну ее прямо сейчас.