Глава 37

Дана

Ужас парализует. Казалось, уже ничто не сможет напугать меня сильнее, чем то, что я уже пережила. За несколько дней на мою долю выпало испытать столько, что врагу не пожелаешь. Но, происходящие события не перестают пугать.

Мир будто замирает. Я вижу все происходящее, как в замедленной съемке. Наблюдаю за тем, как расползается багровое пятно по ткани темной футболки Кира, завоевывая себе все больше места, и как от увиденного перехватывает мое горло.

Вижу, как Чернов достает, будто из неоткуда, пистолет, и совершает два четких выстрела, поражающих пассажира и водителя авто насмерть.

Им удалось только ранить бандита, а он, не задумываясь, убил их. Быстрее, чем те поняли, что случилось.

Но самое главное даже не это. Понимаю, что страшно мне именно за его жизнь. За то, что рана может причинить этому мужчине непоправимый вред. При этом, я абсолютно безразлично отношусь к смерти незнакомых мне людей, что теперь бездыханными трупами обмякли в машине.

– Быстро в тачку! – команда Кира доносится до меня как сквозь вату.

В голове стоит звон. Не знаю, то ли от выстрелов, прокатившихся по подземной парковке сродни раскатов грома, то ли на нервной почве.

– Дана! – рявкает Кир. – Быстро!

Меня точно отпускает. Наконец, доходит смысл приказа, и я прыгаю в машину с той скоростью, которую только удается развить.

– Ты ранен! – я хочу произнести это спокойно, но выходит какой-то истерический визг.

– Еще днем ты хотела, чтобы я сдох! – ухмыляется этот придурок, и вообще ведет себя так, будто ничего не происходит. Ему что, даже не больно?!

– Тебе надо в больницу! Это не смешно! – продолжаю гнуть свою линию, не обращая никакого внимания на его замечание.

Да, я хотела, чтобы он сдох! Я бы все отдала за это! Но сейчас, когда угроза оказывается настолько близкой и реальной, понимаю, что… не желаю такого исхода.

Мужчина заводит мотор, и я впервые вижу гримасу боли на его лице. Это безмолвное выражение говорит о том, что Чернов тоже человек. Обычный такой. Которому запросто можно причинить вред.

– На заднем сидении сумка. Найди полотенце. Нужно зажать рану.

Мешкаю, но не потому что не хочу этого делать. Мне просто не по себе. Если честно, мне кажется, меня может стошнить. Прямо сейчас. В этой дорогой маленькой тачке.

– Быстро! – от грозной команды оживаю.

Только теперь понимаю, что мы уже в пути. Движемся и почти выехали с парковки.

– Если думаешь, что сдохну без помощи, то ошибаешься. Там царапина. А вот настроения мне твоя медлительность не прибавит. Так что живо взяла сумку и нашла полотенце!

Оборачиваюсь. Обычная спортивная сумка. Черная с синим. Руки дрожат, пока тяну ее на себя. Отчетливо ощущаю, как холод приливает к конечностям. Это от паники. От пугающих мыслей.

Свет вечерней летней улицы ослепляет.

Вспоминаю про полотенце. Судорожно ищу его среди остальных вещей, которыми забита сумка. И, когда нахожу, комкаю и спешу прижать к ране Кира прямо через окровавленную футболку.

– Сильнее дави! – слышу распоряжение.

– Да я пытаюсь! – отвечаю не менее грозно, потому что действительно стараюсь изо всех сил. Пусть радуется, что я не отключилась или не блеванула на него!

Если Кир сейчас умрет или даже просто отключится – мы разобьемся. А я не хочу заканчивать вот так. Тем более, когда спасение так близко.

Пальцы ноют от напряжения. Мне приходится давить на рану уже какое-то время. И я давлю. Этот мужчина не умрет! Не сейчас.

Хвоста за нами нет, но мы все равно едем довольно быстро. Петляем в потоке машин, опережая их. Не знаю, как бандиту удается быть таким сосредоточенным. Это адреналин, может быть?!

– Куда мы едем? Долго еще? – интересуюсь, когда понимаю, что мы движемся к выезду из города.

– Долго, – отвечает мужчина. Хотя, если честно, я ждала очередного язвительного замечания в свой адрес. – Но сначала в гостишку заскочим. Царапину нужно промыть и обработать.

– Царапину?! – возмущаюсь вслух. – Ты видел, сколько крови?

Наверное, в этот момент мои глаза наполняются страхом, потому что Кир, заметив их выражение, довольно ухмыляется, произнося:

– Волнуешься за меня, Бельчонок?! Похвально…

– Вот еще! – фыркаю. – Просто, если с тобой что-то случится, мы разобьемся. Можешь сколько угодно убеждать меня, что рана не опасная, но я вижу, что ты теряешь много крови. Тут даже медиком быть не надо.

– Наверное, ты, куколка, еще никогда не видела много крови. Но, быть может, тебе еще представится такая возможность. И очень-очень скоро.