Глава 21. Ульяна

Изнутри дом казался таким же неуютным. Было относительно чисто, но не хватало женской руки. Ни картин, ни фото на стенах, ни одного растения. Шторы какие-то ублюдские, да и мебели не слишком много. Какой-то ящик, похожий на сундук, прямо в гостиной. Ужас! Я не бывала в холостяцких домах. Хотя нет, была у Руслана, до того как мы поженились. У него уютнее в миллион раз. Мама проводила меня на второй этаж и открыла дверь, ведущую в одну из комнат. – Не очень уютно, Уля, но попробуй обустроиться, – сказала она. – Сейчас я найду постельное и полотенца. Мама ушла, оставив меня посреди спальни. Кровать у стены со свёрнутым матрасом, внутри которого подушка и одеяло, как в тюрьме или поезде. Шкаф, стол у окна и всё на этом. Вздохнув, я закинула в шкаф сумку с вещами. Разбирать почти нечего, да и смысла не было. Я здесь не надлого. Зачем мне раскладывать одежду? Чтобы потом собирать её заново? Приоткрыв сумку, я некоторое время смотрела на оружие, размышляя, стоит ли брать с собой пистолет? Из-за, мягко говоря, неприветливой встречи, я вообще матери не доверяла, а эти мужики, живущие в доме, просто жесть. Кто они ей, интересно? Один из них мамин любовник? Мой Руслан в сто раз красивее и приятнее… Надо перестать звать его моим. Мой бывший – вот как надо начать его называть. Вернулась мама, и я резко застегнула сумку, так ничего и не решив, и захлопнула шкаф. У неё в руках была стопочка постельного белья и женские тапочки с этикеткой. – Помочь постелить? – просила она, ухнув всё, что держала в руках на кровать. – На вот, – протянула тапочки. – Не ношу такое, а тебе в самый раз. – Помочь, – ответила я, забирая тапки. Я бы и сама справилась, но мне хотелось задержать маму, чтобы поговорить с ней с глазу на глаз. – Папа умер. Ты знаешь? – Да, – пожала она плечами, раскатывая матрас. Никаких эмоций. Ноль. Ей совсем не жаль отца её ребёнка? Мама хоть немного любила папу вообще? – Его убили. – Такое бывает, если ты бандит. Ты пошла по моим стопам и вышла за бандита. Тебя в любой момент могут точно так же вдовой сделать, Уля. Мама знала обо мне больше, чем я думала. Она следила за моей жизнью или жизнью всех бандитов города? Как бы я ни была зла и обижена на Руслана, я не хотела, чтобы его убивали. Пусть бы он жил, только отстал от меня, и всё. Вдруг его правда убьют? Что я почувствую, узнав об этом? Буду такой же отстранённой, как моя мать? – Кто ещё живёт в доме? – продолжила я расспрашивать маму, пока она ловко заправляла мою кровать. – Саймон и Влад, – ответила мама. – Они будут ближе к ночи или завтра. – Ты живёшь с четырьмя мужчинами? Кто из них главный? – Из них? – рассмеялась мама. – Никто. Ты ещё не поняла, что здесь я всем заправляю? – Мама кинула подушку в изголовье кровати, покончив с ней. – Пушка есть? – повернулась она ко мне. – Есть, – честно ответила я, и мама одобрительно кивнула. – Сунь под матрас на всякий. Перед мужиками оружием не тряси. Больно нервные. Мою дочь здесь никто не тронет, но если заметишь, что на тебя кто-то слишком пристально смотрит, сообщай мне. Ты понимаешь о чём я? – Да. У тебя банда какая-то или что? Сколько у вас людей? – Достаточно. Ты задаёшь слишком много вопросов, Уля. Пойдём перекусим, и ты мне расскажешь, почему сбежала от мужа, едва выскочив за него. Чем он тебе не угодил? Мы спустились на первый этаж. В такой же неуютной, как и весь дом, кухне мы застали Бугра, колдовавшего в фартуке у плиты. В кухне царили идеальный порядок и чистота, а головорез в фартучке показался мне удивительно милым. Мы с мамой сели за стол, и Бугор расторопно поставил перед нами тарелки с мясным рагу. Выглядело аппетитно, а запах стоял такой, что у меня живот свело от голода и слюнки потекли. Я с любопытством оглядела и другие блюда: овощной салат, бутерброды с ветчиной и сыром. Всё было красиво нарезано, будто готовил профессиональный повар. Неужели это дело рук молчаливого здоровяка? – Спасибо, мой хороший, – улыбнулась мама, и Бугор наклонился к ней за поцелуем. – Оставь нас с Ульяной. Нам нужно посекретничать. Бугор кивнул, стащил с себя фартук и вышел из кухни. – Это твой парень? – спросила я у мамы, проводив взглядом мужскую фигуру. – Можно сказать и так, – рассмеялась она. – Ешь, Уля, Бугор хорошо готовит. Мы принялись есть, иногда переглядываясь. Еда и впрямь была потрясающей. Я ела с огромным аппетитом, и дело не в моём голодном состоянии. – Может, хочешь выпить? – внезапно предложила мама. – У меня есть хороший коньяк. – Нет, спасибо, не хочу. Я решила пока не рассказывать никому о своей беременности, даже маме, подумав, что так будет лучше для всех нас, а в первую очередь для меня с малышом. – Ну, рассказывай, Уля, как ты с Мироном снюхалась? Как так вышло, что он взял тебя в жёны? Мой рассказ получился долгим и сбивчивым. Мама слушала внимательно, задавая мне уточняющие вопросы, как будто ей и в самом деле было интересно. – Бедная моя девочка, – выдала мама, когда я закончила свою непростую историю. – Ограбила ментов. Ну, надо же! А в тебе что-то есть. Бандитские гены, что тут скажешь. – Я думала, она пожалеет меня по поводу того, что меня муж хочет грохнуть, но её впечатлило совсем другое. – Я много слышала про своего зятя. И хорошего, и плохого. Можешь укрыться у меня, если хочешь, Уля, но Мирон всё равно тебя найдёт. У нас есть немного времени, чтобы придумать какой-то план. Мне уже хотелось остаться не до завтра, а на несколько дней, чтобы побыть с мамой подольше. Может, её сердце хоть немного оттает? Не хотела её подставлять со своими проблемами, но помощи больше никто не предлагал.