Глава семнадцатая

Тихо трещат поленья в камине: весна холодная, и вечером приходится отапливать дом. Мерно тикают часы. Шелестят страницы книги.

Все, как обычно.

Тони отложила вышивку, размяла затекшие пальцы и обвела взглядом комнату.

Сайлорус, расположившись к кресле, читал книгу. Кай, вытянувшись на диване, спрятался за газетой. Настоящий семейный вечер! Как будто все они родственники, а не любовники.

— Устала? — спросил Кай, складывая газету. — Отдохни, котенок.

- Не устала, а надоело, — возразила Тони.

— Может, почитать тебе вслух? — поинтересовался Сайлорус.

— Мемуары? — Она скривилась. — Нет, спасибо.

— Похоже, наш… к-хм… котенок чем-то недоволен, — заметил он.

Тони на мгновение прикрыла глаза. Он прав, раздражение вот-вот выплеснется наружу. Этого нельзя допустить. Она здесь для того, чтобы угождать милордам.

— Подать чай? — предложила Тони, поднимаясь.

— Нет, пожалуй. — Сайлорус закрыл книгу, аккуратно отметив страницу закладкой.

— Иди-ка сюда, — поманил ее Кай, освобождая место рядом с собой. — Рассказывай, что случилось.

— Ничего. — Тони попыталась улыбнуться.

— Для «ничего» ты слишком раздражена, котенок.

— Ничего не случилось. — Она все же не смогла сдержать эмоции. Улыбка растворилась, как будто ее и не было, а в голосе появились плаксивые нотки. — Уже который вечер ничего не случается. Я… мне жаль, что я вас разочаровала.

Так и есть, после той неудачной попытки мужчины словно забыли о Тони. Сайлорус где-то пропадал целыми днями. Кай, хоть и находился рядом, но вольностей себе не позволял. А тут еще сбылось предсказание Сайлоруса — соседи нагрянули с визитами вежливости.

Тони знала, как себя вести, но светские беседы не доставляли радости, наоборот, изматывали и раздражали. Приходилось врать, следить за словами, фальшиво улыбаться. А еще Тони боялась, что кто-нибудь из новых знакомых узнает в ней леди Антонию Трейси. Шансов мало, но невероятные совпадения случаются.

Тони старательно держала всех на расстоянии, однако, чтобы не привлекать к себе внимания, приходилось наносить ответные визиты, принимать приглашения, не отказываться от совместных прогулок. Ее всегда сопровождал Кай, пользующийся огромным успехом среди дам, и его популярность раздражала. Еще бы! Красивый блондин, холостяк… Да, Тони ревновала, хоть и скрывала это.

Вечера проходили однообразно. Сайлорус появлялся к ужину или не возвращался вовсе. Перед сном все собирались в гостиной: Тони занималась рукодельем, мужчины читали. А после расходились по спальням, пожелав друг другу приятных снов.

И ни Кай, ни Лори даже не пытались ее поцеловать!

— Жаль, что ты не моя подчиненная… — медленно произнес Сайлорус.

Тони бросило в жар от его голоса, в нем опять прозвучали те самые властные нотки.

— А если бы была подчиненной? — спросила она с вызовом, обмирая от какого-то непонятного, внезапно нахлынувшего чувства.

От него сладко щемило в груди и шумело в ушах.

— Не нарывайся, котенок, — шепнул Кай, обнимая Тони за плечи.

— Тогда пришлось бы применить лекарство… от женских капризов, — ответил Сайлорус.

— Какое лекарство? — не унималась она.

— Ты же не подчиненная.

От улыбки Сайлоруса по спине побежали мурашки.

— Я уже говорила, что хочу знать больше. — Тони упрямо выпятила подбородок. — Но мы так и не поговорили.

— Разговоры тут не помогут, — заметил Кай.

— Ох, как ты прав, друг мой, — усмехнулся Сайлорус. — Тони, подойди ко мне.

Кажется, она все же нарвалась… Только это ничуть не пугало, наоборот, обещало нечто увлекательное.

Едва Тони остановилась возле кресла Сайлоруса, он указал ей на пол у своих ног. Просто ткнул пальцем, не произнеся ни слова. И она послушно опустилась на колени.

Сайлорус, не меняя позы, погладил Тони по голове и медленно, одну за другой, вытащил все шпильки из свернутого на затылке узла. Волосы рассыпались по плечам. Сайлорус пальцем подцепил подбородок, заставляя Тони поднять голову.

— Лекарство от женских капризов — это наказание, — сказал он проникновенно. — Если женщина делает вид, что не понимает причину того или иного поступка, и пытается вызвать жалость к себе, то это расценивается мной, как манипуляция. Понятно?

Тони попыталась кивнуть, но Сайлорус жестко зажал ее подбородок, не позволяя опустить голову.

— Да, милорд, — ответила она, сглотнув.

— Продолжить урок?

— Д-да…

Зубы клацнули, но не от неуверенности или страха. Скорее, от возбуждения, охватившего Тони.

— Встань.

Они повиновалась.

— Теперь ложись сюда. — Сайлорус похлопал себя по колену. — На живот.

Что? Зачем это?!

Тони прикусила язычок, хоть ее и разбирало любопытство, и послушно улеглась, как было велено. Ей пришлось упереться руками об пол и слегка согнуть ноги.

— За капризы и манипуляцию, такую, как твоя, подчиненная получила бы хорошую трепку, — произнес Сайлорус нравоучительным тоном, одновременно поднимая до поясницы подол ее платья и нижней юбки. — Это прекрасно прочищает голову.

Тони сдавленно охнула, когда он оголил ее ягодицы. И взвизгнула от неожиданности, получив обжигающий шлепок.

— Вот так, маленькая. — Сайлорус погладил пострадавшее место. — Если бы ты была моей подчиненной, то получила бы пару десятков таких шлепков.

Тони никогда не переживала ничего подобного. Поза, унизительная и развратная одновременно, заставляла ее испытывать и стыд, и желание. Крепко сжать ноги не получалось, и Тони понимала, что Сайлорус видит ее интимные местечки. А вот боль не испугала: кожу словно прижгло чем-то горячим, а потом по ягодице растеклось тепло.

Такую порку она точно выдержит. Тем более, если виновата…

— Вставай, — велел Сайлорус. — Урок окончен.

Тони поерзала на его коленях, но не послушалась приказа, удивившись собственной смелости.

— В чем дело, бесстыдница? — поинтересовался Сайлорус.

— Накажите меня, — выпалила Тони, переведя дыхание. — Я хочу быть вашей подчиненной.

— Опрометчиво, — вздохнул он. — Ты еще не знаешь все, что тебе надлежит знать.

— Но я же капризничала. — Она чуть не расплакалась. — И… манипулировала.

Кто бы мог подумать, что можно выпрашивать наказание! Тони определенно тронулась умом. Или… она всегда была такой? Сайлорус давно убрал руку, а между ее ног разливалось приятное тепло, и внизу живота сладко тянуло. А еще ей казалось, что отказа она не переживет. Ей нужно внимание Лори! И Кая тоже… Но сейчас он выбрал роль молчаливого наблюдателя.

— Так ты понимаешь, почему Кай и я не пытались играть с тобой?

— Да, — всхлипнула Тони. — Вы были заняты, а Кай не хотел… без вас…

— И все?

— Еще вы дали мне время, чтобы успокоиться и подумать. Я понимала это, правда. Но мне так хотелось, чтобы вы… чтобы вы оба…

— Научись говорить о своих желаниях. — Сайлорус опять погладил ее по ягодицам, задев пальцем щелочку между ног. — Честно и открыто.

— Да, милорд…

— Кай, — позвал он. — Думаю, твоя помощь будет кстати.

— Хочешь, чтобы я подержал ее? — спросил Кай, кашлянув.

— Она навряд ли сможет вести себя спокойно, все же это впервые.

— Хорошо.

Кай подошел к ним и присел на корточки перед Тони.

— Дай руки, котенок, — попросил он. — Держись. Да, вот так.

Он позволил обхватить свои плечи и крепко сжал ее руки чуть выше локтя.

— Будет больно, — предупредил Сайлорус. — Если захочешь меня остановить, произнеси слово «красный».

— Красный? — переспросила Тони.

— Да, так. Это же игра, и я должен знать, когда она тебе разонравится.

«Ни за что!» — решила она.

— Ты не разочаруешь, если остановишь меня, Тони. — Сайлорус словно читал ее мысли. — Мы только пробуем и ищем то, что устроит всех нас.

— Да… — выдохнула она. — Обещаю.

Теперь, когда Кай держал ее за руки, страх вернулся. Не тот знакомый, липкий, лишающий воли, но все же пугающий до дрожи.

«Лори не причинит мне вред, — убеждала она саму себя. — Лори остановится по одному моему слову».

Не смотря на предупреждение, первый шлепок застал Тони врасплох, и она вскрикнула, но после крепко сжала зубы и еще крепче вцепилась в Кая. Обжигающая боль нарастала, однако, когда казалось, что терпеть более невозможно, Сайлорус останавливался, позволяя перевести дыхание. И откуда-то появлялись силы и… желание.

Порка закончилась, когда Тони расплакалась — не от боли, а от переполнявших ее эмоций. Просто невозможно стало держать в себе стыд, вину, смущение, неловкость и потрясение. Взволнованность и страсть. Почти помешательство. Эйфорию.

Тони не заметила, когда Кай поднял ее и прижал к себе, утешая. Плакать на его груди уютно, но… неправильно.

— Все порядке, — пробормотала Тони, отстраняясь. — Спасибо. Я…

Она оглянулась через плечо. Сайлорус все так же сидел в кресле, выпрямив спину. Все с тем же невозмутимым выражением на лице. Только Тони показалось, что он бледнее обычного.

Кай все понял правильно — отпустил Тони, едва заметно кивнув. И она, вернувшись к Сайлорусу, крепко обняла его.

— Разве ты в порядке? — спросил он севшим голосом. — Опять обманываешь?

— Да, милорд, — всхлипнула Тони. — Обманываю. Я не в порядке, но не из-за порки. Я больше не могу… хочу стать вашей… — Она взяла за руку подошедшего Кая. — И вашей… по-настоящему…