Глава 18

Аккуратно держа за плечи, Игорь пристально смотрел мне в глаза.

— Что я тебе такого плохого сделал? — наконец спросил тихо.

— Ничего, — ответила с неподдельным удивлением. — Напротив, признательна за все для меня сделанное, — помолчав немного, добавила: — Савелий рядом. Да и ваши женщины наверху. Может, обсудим в другом месте?

— Женщины? — с недоумением переспросил князь, проигнорировав упоминание о слуге. Видимо, совершенно того не опасался.

Указав пальчиком на нависающий над нами балкон, невозмутимо повторила:

— Ваши женщины находятся поблизости. Я хочу серьезно поговорить. Лишние уши не нужны.

Не убирая рук с моих плеч, он долго-долго смотрел в глаза. Внезапно кривовато усмехнувшись, промолвил:

— Мои женщины… Впрочем, ты права: здесь не место для серьезного разговора.

Крепко схватив за руку, он стремительно повел меня под балконом. С удивлением поглядывая на сурово поджимающего губы мужчину, не могла взять в толк, что с ним происходит. Разумовский, определенно, злился.

Не поспевая за длинноногим, уверенно вышагивающим в своих коньках князем, я почти бежала. Это никуда не годилось, но возмущаться не в моих интересах: мне нужна его помощь.

Мысли летали встревоженными бабочками.

Продуманный диалог сразу же пошел не по плану. Такой реакции на свое предложение я не ожидала. Впрочем, как и настолько эмоциональной встречи. Ладно, буду ориентироваться по ситуации.

Отбросив ненужные размышления об отношении ко мне князя, перешла на легкий бег: видимо, не желая медлить с разговором, Игорь ускорил шаг.

Буквально влетев за ним следом в небольшое помещение, сделала по инерции еще несколько больших шагов. Сердце стучало где-то в районе горла. В пальто стало невыносимо жарко.

Отпустив руку, Разумовский остро глянул на меня, а затем направился к распахнутой им настежь двери.

Пока он закрывал замок, неспешно прошла по комнате, на ходу расстегивая пуговицы и осматриваясь. Здесь, так же, как и на всем нашем пути, пол был покрыт прорезиненным темно-зеленым материалом. По центру стояла низенькая длинная скамейка, вдоль стены — вместительные металлические шкафчики. Недалеко от небольшого тонированного окна обнаружился круглый деревянный столик с тремя пластиковыми литровыми бутылками какого-то напитка.

По всей видимости, мы пришли в раздевалку.

Не увидев стульев, огорченно вздохнула. Подойдя к столу, почувствовала взгляд в спину и повернулась. Князь стоял в нескольких метрах, не говоря ни слова, но и не отводя глаз. Очевидно, начинать разговор первым он не собирался.

— Игорь Владимирович, у меня к вам взаимовыгодное предложение, — произнесла деловым тоном.

Вопросительно изогнув бровь, мужчина все так же молча меня изучал. И вел себя крайне нетипично.

Погасив зарождающееся беспокойство, продолжила:

— Не буду скрывать, ситуация сложная. Мне необходимо юридически воскреснуть, а также с минимальными потерями выйти из нежелательного брака. Кроме этого, я нуждаюсь в вашем покровительстве и защите, — замолчав, посмотрела на бесстрастного, опытного дипломата. На его лице не дрогнул ни один мускул. — В качестве благодарности за помощь предлагаю половину принадлежащего мне месторождения турина.

— Не интересно, — ответил он сухо, наклонив голову набок.

— Что должно произойти, чтобы вы заинтересовались? — не выказывая нервозности, но демонстрируя внимание, чуть-чуть подалась вперед.

— Может, стоит предложить нечто иное? — усмехнулся мужчина.

— Ничего более ценного у меня нет, — качнула головой. — Если вас не устраивает доля в месторождении, готова к диалогу.

— Судя по твоему поведению, ценное, определенно, есть, — намеренно игнорируя крайне выгодное предложение, сообщил он холодно.

— И что же? — поинтересовалась с удивлением.

Нарочито медленно князь принялся рассматривать мою фигуру. Потом неспешно направился ко мне, встав близко-близко, нависая. Аккуратно приподняв за подбородок мою голову, вгляделся в глаза.

— Ты упомянула о моих женщинах, — с непонятной горечью тихонько хмыкнул и многозначительно произнес: — Теперь-то и ты не девушка, — не отпуская подбородок, легонько провел большим пальцем по губам. — Или я тебе настолько неприятен?

Мужчина замер в ожидании ответа.

Привычную маску невозмутимости удалось сохранить, а мысли лихорадочно заскакали.

И вот что мне делать?

Интересно, в этом мире девственность восстанавливают?

Сын точно пошел в папу.

У меня нет времени на обдумывание.

Сама не выпутаюсь.

— Отчего же? — отозвалась спокойно. — Если вас устроит такая благодарность…

— Сейчас? — все тем же бесстрастным тоном поинтересовался князь.

— Почему бы и нет, — усмехнулась я. — Условия сделки озвучены. Я их принимаю.

Продемонстрировав открытую ладонь, щелкнула пальцами. Над ними мгновенно появилось маленькое нежно-сиреневое облачко и тут же истаяло. Закрепленное магией слово дано. Продолжая держать привычную маску ледяной королевы, тем не менее отчетливо понимала, что сама себя загнала в угол: закрепив сделку эфиром, намеренно отрезала путь обратно.

Вернулось спокойствие. Прогнав назойливые мысли — почему поступила так, а не иначе, — принялась рассматривать легкую щетину на скулах и подбородке мужчины.

Ему идет. Так гораздо лучше, чем с бородой.

Внезапно шагнув назад, он несколько долгих мгновений смотрел нечитаемым взглядом.

— Даю слово, — наконец глухо произнес самый могущественный человек в Южном княжестве, — я буду помогать тебе, оберегать и защищать.

В тот же миг над головой Игоря отчетливо проступила васильковая вязь силы. Померцав, резко вспыхнула и пропала.

Через секунду Разумовский с мрачной решимостью единым движением стянул с себя толстовку вместе с футболкой и небрежно кинул их на пол. Но почему-то не спешил подходить. Казалось, он ждет моего ответного шага.

Не выказывая нервозности, неторопливо сняла пальто, отбросила в сторону. Встав спиной к столу, оперлась руками о столешницу и медленно скользнула глазами по обнаженному рельефному торсу.

Лучшего кандидата для потери девственности сложно сыскать: умный, опытный и чертовски привлекательный. И не в пресловутых носках, а в коньках! Целый букет эротических фантазий!

Определенно, свой первый секс в этом мире я запомню навсегда.

Тем временем Игорь неожиданно подался вперед. Без малейшего усилия приподняв, усадил меня на столешницу. Одновременно резко вклинился меж моих бедер, разведя те в стороны. С тихим стуком пластиковые бутылки попадали на пол.

Сильные руки обнимали, скользили по телу, словно изучая, гладили. С легкостью сорванное платье улетело в неизвестном направлении. Я осталась в фривольном нижнем белье и колготках, притом сидела на столе с бесстыдно разведенными ногами.

Прикрыв отяжелевшие веки, тесно прижалась к возбужденному князю, даря ответные поцелуи. Почуяв скорое обретение желаемого, гормоны возликовали и пустились в бешеную пляску. Я, словно большая кошка, льнула к нежно ласкающему мое тело мужчине, без малейшего стеснения ответно покусывала шею, горошинки сосков, легонько вонзала в спину ноготки.

О принятом решении сожалений не было. Как и пути назад.

— Почему он, а не я? — неожиданно прошептал Разумовский в мои припухшие от поцелуев губы. В голосе отчетливо слышались обида и боль. — Почему вышла замуж за другого? Неужели я так плох для тебя?

И вот что ответить? Сказать, что не желала терпеть любовниц и понятия не имею, почему вышла замуж за садиста?

— К чему теперь об этом, — крепко обхватив мускулистые мужские бедра ногами, прижалась сильнее. А ощутив, насколько велико его возбуждение, тихонько застонала. Не хотелось, чтобы он медлил. Страстно целуя, поторопила: — Хватит разговоров.

Ни на миг не выпуская из объятий, Игорь отчего-то не спешил завершать начатое.

— Хочу тебя, — шепнула едва слышно.

Бережно придерживая ладонью за спину, князь все мешкал. Тогда я, подавшись вперед, прижалась к нему грудью и, закинув руки на шею, потянула к себе.

Внезапно он опрокинул меня на стол. Но не позволил удариться, а мягко положил. Нависая надо мной, умопомрачительно поцеловал, лаская.

Стон сдержать не удалось. Казалось, еще чуть-чуть — и наступит долгожданная разрядка.

Но Игорь, подарив очередной сумасшедший поцелуй, отстранился. Я больше не ощущала его рук и губ.

Не понимая, что происходит, с трудом сфокусировала взгляд на красивом лице. Тот, кто буквально пару мгновений назад желал секса не меньше меня и ласкал так страстно, казался совершенно спокойным.

— Любовниц и наложниц у меня нет. Те девушки на балконе — дальние родственницы, — внезапно прозвучал низкий, с сексуальной хрипотцой голос.

Я озадаченно захлопала ресницами, с трудом понимая, о чем речь.

Коротко улыбнувшись, князь с каким-то запредельным самоконтролем деловито поправил съехавшее кружево на моей груди.

— Девочки гостят со своей матерью уже не помню сколько, — невозмутимо продолжил он, выпрямляясь. — Я не очень хороший хозяин. Бывает, о гостях забываю, — чуть сместившись в сторону, аккуратно свел мои ноги вместе. — Нужно с ними сегодня пообедать, наверняка обижаются, — Разумовский сокрушенно вздохнул и неодобрительно покачал головой.

Недоуменно хмурясь, начала подниматься. Что происходит? Я же вижу, насколько сильно меня желает! Как, ну как он умудряется держать себя под контролем?!

Стоп! У него и вправду нет кучи любовниц? Я… все придумала?!

Тем временем князь подал руку, помог сесть. Опустив ноги со стола, растерянно посмотрела на невозмутимого мужчину.

— Я ведь тоже живой человек. И у меня есть чувства, — сказал он с тихой грустью. — И сейчас намеренно тебя провоцировал, — скупо улыбнулся. — Условия сделки приняла ты, но не я, — замолчал, давая время на осознание. Видимо, заметив что-то в моем взгляде, тихо пояснил: — Я дал княжье слово тебя защищать и оберегать, но ты мне ничего не должна. Сделки нет. Я не собирался доводить начатое до конца. Лишь хотел… — оборвав себя на полуслове, Разумовский замолчал.

Слова о незаключенной сделке прозвучали как легкий щелчок мне по носу.

— Зачем тогда это все? — уточнила, подавшись вперед, и застыла в ожидании ответа.

— Хотел, чтобы ты поняла: просто тело мне неинтересно, — покачал головой князь. — Я искал твоей любви. Но в твоих глазах почему-то кобель редкостный. Да вот только женщины у меня давно не было. С тех самых пор, как мы с тобой общались на пробежке. Помнишь? — он усмехнулся. — Видишь, я умею контролировать свои сексуальные желания.

Кивнув, набрала в грудь воздуха, собираясь ответить. Но резко передумала. Не скажешь ведь, что оценивала отца по сыну и исходила из прошлого болезненного опыта отношений.

Игорь отвел взгляд к окну. Конечно же, ничего там не разглядывал, просто дипломатично давал время осмыслить все произошедшее и сказанное.

Я же, не обращая внимания на собственный полуголый вид, сидела молча, впервые не зная, что ответить.

— Игорь Владимирович, срочная информация! Дело не терпит отлагательств! — внезапно прогремел из-за двери встревоженный голос Савелия.

Неодобрительно качнув головой, князь широко шагнул в сторону, поднял пальто, подал мне. Безнадежно испорченное платье так и осталось валяться на полу.

Соскользнув со стола, торопливо надела пальто и принялась застегивать пуговки.

— Игорь Владимирович, это действительно очень важно! — вновь послышался из-за закрытой двери громкий голос Савелия.

Как только я застегнула верхнюю пуговицу, Разумовский резко развернулся. Уверенно вышагивая в своих коньках, направился к двери. Распахнув ее, сухо обронил:

— Входи. Что случилось?

Стремительно перешагнув порог, Савелий прикрыл за собой дверь. Вытянувшись перед князем, быстро произнес:

— Звонил Фролов. Потемкин, вероятно, маг разума. Я поднимаю спецотряд?

На лице князя отчетливо проступило удивление. Затем его сменило… отвращение.

— Данные проверил? — ледяным тоном поинтересовался он.

— Пока только косвенные признаки, — с досадой поморщился Савелий.

Играя желваками, Игорь несколько долгих мгновений стоял недвижимо. Глядя куда-то поверх головы слуги, о чем-то напряженно размышлял.

Я с недоумением смотрела то на одного мужчину, то на второго. Что за маг разума? О чем речь?

Не реагируя на меня, Савелий не отводил взора от князя. Тот же, неожиданно повернувшись ко мне, чеканя слова, спросил:

— Софья, как и где вы познакомились с Потемкиным? Почему вышли на него замуж? Что произошло после?

И сейчас вопросы задавал именно правитель Южного княжества. Как бы ни было стыдно и неприятно, лучше не увиливать.

Насколько я поняла, Савелию князь доверял. Потому, не видя смысла утаивать правду, ровно начала:

— Почему вышла замуж — не знаю. Для меня самой это тайна, — мельком глянув на князя, заметила, как его лицо окаменело. Нахмурившись, постаралась припомнить события первой встречи с «любящим мужем». Тщательно подбирая слова, продолжила: — Впервые встретились на ипподроме. Потемкин сел рядом, взял за руку и… все, сразу стал самым близким человеком. Поверила безоговорочно. С ипподрома отвез в храм. Согласие на брак я дала добровольно, — грустно усмехнувшись, добавила: — Вы звонили наутро после нашего бракосочетания. Тогда я уже не испытывала необъяснимого доверия и эйфории. Впоследствии пришлось самой себе остановить сердце, чтобы, — примолкнув, поморщилась, — скажем так, избежать общения с супругом. В итоге очнулась в крематории. Выбралась из гроба, пошла по дороге. Меня подобрал Краснопольский, затем связался с Савелием. Ну а тот по моей просьбе привез к вам.

Поймав вопросительный взгляд князя, Воронцов кивнул. Глубоко вздохнув, Игорь вновь повернулся ко мне.

— Об «общении» с Потемкиным и встрече с архитектором после расскажете детально, — заявил безапелляционно. — Вы до сих пор девственны? — ледяным тоном продолжил допрос, нарушив непреложные правила. Ну не задают такие вопросы дворянкам в присутствии слуг! Не спеша говорить, задумчиво нахмурилась. — Я должен знать. Это важно, — надавил, глядя неотрывно, требуя ответа.

— Да, — произнесла громко и отчетливо. — По неизвестным причинам супруг не пожелал воспользоваться своим правом. Впрочем, об этом я ничуть не сожалею.

На один короткий миг в глазах Разумовского промелькнул адский коктейль эмоций. Моментально взяв их под контроль, он хладнокровно сообщил:

— Причина проста: маги разума импотенты, — а потом, повернувшись к Савелию, уточнил: — Где Потемкин?

— Вот уже полчаса в городской администрации. Дожидается комиссии по опеке. Там же находится помощница Софьи Сергеевны и юные боярыни. Их сопровождает телохранитель рода Изотовых.

— Поднимай спецотряд. Потемкина арестовать немедленно, — приказал князь. — Действовать максимально аккуратно. Никто не должен пострадать. Он нужен мне живым. По выполнении — доложить.

От интонации мужчины стало не по себе. Повеяло не просто опасностью, а смертельной угрозой. Вся «сердитость» на меня мигом показалась детской забавой.

— Слушаюсь, господин, — коротко поклонившись, Савелий быстро ретировался, плотно прикрыв за собой дверь.

— Не волнуйся, с твоими сестрами все будет в полном порядке, — низким голосом успокоил Игорь. Едва мы остались одни, он вновь перешел на «ты».

Сев на лавочку, принялся расшнуровывать коньки. Сняв их, подошел к шкафчику, достал кроссовки и начал неторопливо обуваться.

Наблюдая за полуголым князем, напряженно размышляла. Получается, Потемкин с момента знакомства воздействовал на меня какой-то неизвестной силой? Это все объясняло, пазл сложился. За исключением одной-единственной детали: кто же стоит за спиной «муженька»?

Меж тем Игорь поднял скинутую в спешке толстовку. Вытащив из нее футболку, небрежно откинул ту в сторону. Надев теплую кофту прямо на голое тело, застыл на миг. А после внезапно подошел ко мне. Резко развернув к себе спиной, крепко обнял.

— Тебя принуждали отдать месторождение? — спустя миг, услышала его хрипловатый от эмоций голос. Он вроде спрашивал, но фраза звучала утвердительно.

— Да, — ответила, не лукавя. — Как именно — пока не готова рассказывать, — добавила и тяжко вздохнула.

— Я все сделаю, — твердо произнес князь. — Потемкин понесет заслуженную кару. Ваш брак аннулируется. Я найду того, кто это затеял, и лично накажу. Обещаю, — нежно обнимающие руки сжались сильнее, но через миг хватка ослабла. Очевидно, он не хотел даже ненароком причинить мне боль.

— Кто такие маги разума? — задала надоедливой мухой зудящий в голове вопрос.

— После расскажу. Пойдем, приведешь себя в порядок, отдохнешь.

— А ты? — спросила негромко.

— А я буду выполнять данное тебе слово, — усмехнулся он.

Плавно выпустив из объятий, Разумовский взял меня за руку и уверенно повел прочь из раздевалки. Последовала за ним, не возражая. В израненной душе царил полный хаос.

Меж тем разум принялся холодно анализировать происходящее.