Глава 18

Эльфийский раб, казалось, полностью замкнулся в себе. Руки сложены, голова опущена, глаза уставились в пол, пока хозяйка во всю кричала на него. – Ради всего святого, – сказала Леандра, хлопнув обеими руками по столу, – Никто – абсолютно никто – не имеет ни малейшего представления, когда Дейран ушёл? И куда он направлялся? Голос эльфа звучат тише шелеста листвы. – Нет, хозяйка. – Леандра, – это голос Дженны, которая сидела на диване с книгой в руках, пока её чай снова остывал. Её взгляд, как и её тон, был таким же суровым и неумолимым, как зима в Северном пределе. – Вымещая своё разочарование на этом бедном мальчике ты ничего не изменишь. Губы плотно сжаты, взгляд Леандры – сердитый, холодный – задержался на гостье. Затем её внимание переключилось на Коллина, сидящего в одном из кресел напротив Дженны. Судя по выражению его лица, он тоже был не в восторге от поведения Леандры. Леандра внутренне вздохнула. Она была разочарована. То, что Дейран мог вот так просто уйти от неё… Это было последнее, чего она ожидала. Она чувствовала себя… преданной. Она одёрнула свою магистерскую мантию, расправляя складки. Ей нужно было поскорее добраться до Круга, поскольку собирался Магистреиум. Одевшись, она послала за своим секретарём, чтобы они могли обсудить повестку дня на сегодня, но Дейран исчез в какой-то момент между вчерашним утром, когда Леандра видела его в последний раз, и сегодняшним днём. – Прости меня, Каберис, – сказала Леандра своему рабу. – Возьми выходной до конца дня. Проведи это время как тебе заблагорассудится. – Благодарю вас, госпожа, – отозвался раб, отвешивая подобострастный поклон, прежде чем выскользнуть из кабинета. Не обращая внимания на взгляды остальных, Леандра плюхнулась в кресло за своим столом. Взяв амулет в виде змеи, она провела большим пальцем по полированному камню. Это был довольно экстравагантный подарок для женщины своему секретарю – хотя и не такой уж неподходящий подарок для любовника. Очевидно, Дейран оставил его как своего рода заявление. Подняв взгляд, она заметила, что Дженна всё ещё смотрит на неё с открытым неодобрением. Как будто она была каким-то монстром только потому, что вышла из себя и накричала на одного из своих рабов. – Ты хочешь что-то сказать, Дженна? Дженна ещё некоторое время молча смотрела на неё. Затем она опустила книгу, рассеяно провела пальцами по потёртым краям обложки. – Исчезновение вашего секретаря, должно быть, весьма огорчительно для вас. Леандра издала тихий, раздражённый звук. – Он был очень искусен и как секретарь, и как маг, – признала она. Она, конечно, не собиралась подробно останавливаться на других навыках Дейрана. Таких, как тот восхитительный маленький трюк, который он проделывал своим ртом. – Его нелегко будет заменить. Дженна фыркнула. – Конечно. Молодой эльф, работающий у вас, внезапно бесследно исчезает, и вы больше беспокоитесь о неудобствах, которые это причинит вам, а не о его благополучии, – она вызывающе подняла бровь. – Леандра, ты вообще заботишься о ком-нибудь, кроме себя? Они стремительно двигались к ссоре. Леандра могла бы напомнить ей, конечно, о своих планах и планах Рейли отменить рабство в Эстере. Даже несмотря на то, что последний человек, предпринявший такую попытку, оказался довольно основательно мёртв. Если опустить то, что она не чувствовала себя обязанной защищаться перед леди-рыцарем. Тем не менее, её вопрос раздражал Леандру. Она и раньше заботилась о других людях. Сильно заботилась о них. Её отец, Ратарель, Релейни, её наставник и Тигр. И теперь все они – все, кого она когда-либо любила – были… мертвы. Она не смотрела на Коллина. – Дейран взрослый мужчина и вполне способен защитить себя, – сказала Леандра. Затем она изысканно улыбнулась. – Возможно, он даже овладел некоторыми нокарскими техниками. О, и, кстати, спасибо, что дали мне знать об этом. Дженна снова фыркнула. – Конечно, ты же и научила его некромантии. Леандра открыла ящик своего стола и спрятала туда амулет. – Ты так говоришь, как будто не одобряешь этого. Дженна мрачно уставилась в книгу, лежащую у неё на коленях. – Иногда… – мрачно откликнулась она. – Иногда лучше, если мёртвые остаются мёртвыми. Леандра обдумала сказанное. Если бы она была способна, вернула бы она Тигра обратно? Нет, этот человек предал Орден. Предал её. В течение многих лет изумрудник притворялся им другом. Но Ратарэль… Ратарэль был единственным человеком, за спасение которого она заплатила бы практически любую цену, если бы только могла. Она медленно выдохнула, позволяя своему волнению немного рассеяться вместе с дыханием. – Если тебе от этого станет лучше, я планирую послать людей на поиски Дейрана. Если он не желает оставаться здесь, тогда… что ж, возможно Рейли могла бы договориться, чтобы его принял на службу другой магистр. Дженна задумчиво хмыкнула. – Что ж. Я надеюсь, тебе удастся его найти. Леандра изящно приподняла бровь. – Почему, Дженна? Звучит почти так, как будто он тебе нравится. – А почему бы нет, Леандра? – Потому что, честно говоря, тебе никто не нравится. Взгляд Дженны стал острым. – Это неправда, и ты это знаешь. Раздался тихий стук в дверь, и вошёл один из рабов, чтобы передать письмо леди-рыцарю. Коллин и Леандра в восхищённом молчании наблюдали, как она открыла письмо, прочитала его один раз, затем снова сложила. Леандра внимательно изучала её. – Знаешь, Дженна, я не могу сказать, была ли это хорошая новость или плохая. – Что ж, – отозвалась Дженна ровным тоном. – Ты должна быть счастлива узнать, что твоё желание исполняется. Магистр едет сюда. И встретится с тобой в Круге Магии в полдень пятнадцатого. Пятнадцатое? Это означало, что Люциус не терял времени между отправкой письма и началом своего путешествия. – Это на следующей неделе, – сказала Леандра. Она постучала пальцами по столу. – В твоём письме говорились что-нибудь ещё? Дженна сделала паузу, глубоко задумавшись. – Только то, что сэр Эстагар надеется, что ты действительно готова с ним сотрудничать. Леандра усмехнулась. – Неужели он действительно думает, что я попрошу его проделать весь путь до Эстера ради собственного развлечения? Её гнев был подобен спичке. Всего лишь маленькое пламя. Она поняла, что Дженна имела в виду: однажды ночью она слишком много выпила на вечеринке в Зимнем дворце, в результате чего распустила язык чуть больше, чем следовало. – Проклятые демоны, Дженна, – выплюнула Леандра. – Сколько жизней должен уничтожить этот грёбанный ублюдок, прежде чем ты увидишь, кто он на самом деле? Коллин моргнул. В его груди странно ухнуло, голова была лёгкой, как у набивной куклы. «Этот грёбанный ублюдок», – сказала Леандра. Человек, который причинил ей боль. Человек, которого они называли Магистром. Взгляд Дженны стал твёрдым, как алмаз. – Тигр предал Орден, он вернулся в зелёную веру. Ты не можешь винить Магистра за это. «Потому что он пожертвовал всеми его друзьями», – чуть не сказала Леандра. Она знала, что Дженна не согласилась с этим решением, но это не означало, что этот аргумент сработает. Однако Леандра знала, что подействует. – Нет. Но Коллин освободился от Пыли, и только воля Магистра вложила в его руки флакон с эликсиром. Обе пары серых глаз – одна как сумеречное небо над морем, другая как покрытый лишайником камень – уставились на Коллина. На мгновение их внимание было почти отстранённым, но их холодный взгляд быстро сменился обеспокоенным. – Проклятье, – пробормотала Леандра, уже отодвигая свой стул назад и вставая из-за стола. – Коллин. Ты ужасно бледный. Ты хорошо себя чувствуешь? Чашка звякнула о блюдце, когда он криво поставил её на стол, жидкость выплеснулась через край. – Я… – начал Коллин. Прежде, чем Леандра или Дженна смогли добраться до него, он опрокинулся вперёд и, вылетев из кресла, врезался лицом в стол. Затем его охватило холодная, мёртвая тьма.