Глава 13

Адриан

– Ричард, ты мне нужен, – прорычал я в трубку купленного у первого встречного телефона. – Немедленно следуй в замок Монгомери! Может потребоваться помощь.

– Понял, – дрожащим голосом ответил он и отключился.

Паника друга неудивительна – я бы никогда не позвонил ему, не случись нечто из ряда вон выходящее. Не воспользовался бы телефоном, который сейчас смял в ладони, и не выбросил бы покорёженную игрушку людей в окно машины.

Очередное отступление от правил не принесёт ничего хорошего, но мне было плевать. Какая разница, отследят ли меня псы Немлесса? Их предводитель сам подсказал путь, и я добровольно нёсся в ловушку.

Ради неё.

И через несколько минут с замиранием сердца рассматривал заляпанный багрово-чёрными пятнами аккуратный кинжал. Он лежал в пустой гостиной Монгомери, на роскошном шёлковом ковре, в окружении нескольких серебристых кучек пепла – останков мёртвых вампиров. Присев на корточки, я осторожно коснулся лезвия, будто убеждаясь в его реальности. Нет сомнений, именно этот металл оставил на моей коже долго незаживающие царапины.

Я сжал челюсти и медленно поднялся. Прислушавшись, весь обратился в чутьё, распространяя свою силу по дому. Если остался хоть кто-то из живых, я это узнаю быстрее, чем при обыске. Сердце билось о рёбра, дыхание прерывалось – я искал одного особенного человека…

– Риан! – в развороченную гостиную замка влетел Ричард. – Что случилось?…

Тут друг заметил пепел и, остолбенев, гулко сглотнул. Покосился на меня так, что внутри всё перевернулось, – столько страха было в глазах дока.

– Боюсь, моя помощь уже не понадобится.

В груди ёкнуло от его слов. Чутьё мне тоже не помогло, и от этого стыла кровь. Я должен был убедиться сам!

– В сторону! – рыкнул я, бросаясь к лестнице, но столкнулся с входящим в дом Коулом.

Отпихнул его с такой силой, что князь врезался в стену, проламывая её. Но на меня набросились сопровождающие вампира слуги. Давя массой, мешали пройти дальше. Я мог бы переломать их хрупкие шеи за минуту, но со спины на меня прыгнул сам Коул.

– Это ловушка, идиот, – зашипел он.

– А то без тебя не знаю…

Не оставляя попыток освободиться, я тащил их всех на себе, но делал шаг за шагом.

Ричард медленно пятился, не решаясь мне помочь. Да я и не ждал от него подвигов. Доктор прижал к груди свой саквояж и пролепетал:

– Ловушка? Но я же…

Он затравленно огляделся и, сползая по стене, обессиленно уселся на полу.

Я же заметил на лестнице капли крови и похолодел от ужаса. Издав вопль раненого зверя, одним ударом разметал удерживающих меня вампиров, а сам взлетел по лестнице на второй этаж. Некто потрудился указать путь каплями крови, и я безошибочно нашёл её.

Замер, бездыханный. Будто забыл, как жить, при виде неподвижного девичьего тела в облегающем стройное тело кожаном костюме. Голова была повёрнута, волосы упали на лицо. Из груди охотницы торчала рукоять кинжала. Чутьё не подвело меня – в доме к моему приходу не осталось живых. В ушах нарастал шум, глаза заволокло алой пеленой. Я не смог найти сил сделать последний шаг.

Я замер на миг и пошатнулся, понимая, что всё кончено. Грудь мою пронзила невыносимая боль, будто кто-то медленно вырезал моё сердце.

– Даниэлла…

– Тьма! – выругался последовавший за мной Коул. Положил руку мне на плечо, утешая: – Зря ты не стал её овнером, Риан. Это могло бы спасти девчонку.

– Я не желал ей такой жизни…

Я с трудом узнавал собственный голос. Хриплый, будто сломленный, он царапал нервы.

– Значит, ты желал ей смерти, – припечатал князь.

Я сжал челюсти с такой силой, что закрошилась эмаль.

– Фернанд, нет!

Я ощутил удар, но лишь покачнулся. Кольнуло в спину чуть ниже лопатки, воздух наполнил аромат крови. Во рту появился металлический привкус, ноги подкосились, и я рухнул на колени. Но и тогда не смог отвести взгляда от неподвижного тела на полу. Сердце отбивало ритм, созвучный её имени. Да-ни-эл-ла. Снова и снова. Хотелось приблизиться, отвести тёмные пряди, что закрывали лицо, прикоснуться к пухлым губам.

Хотелось перемотать время и присвоить свою нисси. Вонзить зубы в её длинную шею, вкусить сладость крови единственной. Отдать всего себя и стать её овнером. Да, я стал бы зависимым и слабым, но остался бы живым. А теперь я пустая оболочка.

– Стэнли! – раздались рыдания. – Сынок…

Я с трудом оторвался от созерцания Даниэллы и повернул голову. Коленопреклонённый Монгомери, раскачиваясь, запускал унизанные кольцами пальцы в сиреневый пепел. По лицу мужчины текли слёзы, рот был перекошен в страдании, глаза приобрели тёмно-алый оттенок.

– Риан, ты ранен, – услышал я голос Коула. Ощутил его сильные руки. – Вставай же. Надо убираться, пока…

Я отпихнул вампира и сделал шаг к своей нисси, но передо мной будто из-под земли вырос Брент. Скрестив руки, посмотрел на меня с такой ухмылкой, что захотелось вогнать её ему глубоко в череп. Но я не успел и размахнуться, как в комнату вошёл Лайонс. За ним следовали его сыновья.

– Фернанд! – скорбно воскликнул князь. – Сочувствую твоей потере. Охотница всё же добралась до Стэнли?

– Это всё Риан! – зло глянул на меня Монгомери. – Признайся! Что, ты возомнил себя лидером клана и решил, что вправе казнить себе подобных?

– Ты ошибаешься, – попытался вступиться Коул. – Блэйрс сам только прибыл в замок. Он не…

– Молчи! – заорал тот. – Ты тоже виноват. Сам говорил, что девка – его нисси. Если Риан не смог её убить, это должен был сделать ты!

– Но почему же ты обвиняешь в смерти сына именно Адриана? – вкрадчиво уточнил Лайонс. – Мы видим здесь тело охотницы и пепел Стэнли. Коул клянётся, что князь Блэйрс не убивал парня.

– Вы слышали, как Риан обвинил моего сына в неподобающем поведении. А недавно разорвал связь с родом одного из наших слуг, – не стесняясь слёз, цедил слова Фернанд. – А охотница, что в одиночку уничтожила двадцать вампиров? Разве это возможно? К тому же трудно поверить, что девчонка сама вонзила себе кинжал в сердце!

– Или всё чуточку запутаннее? – почти улыбнулся Лайонс.

– О чём ты? – вставая рядом со мной, нахмурился Коул.

– А не догадываетесь?

Лайонс дёрнул уголком рта и неторопливо подошёл к охотнице. Он наклонился и потянулся к её лицу, а я зарычал. Никто не смеет прикасаться к моей нисси. Даже сейчас… Отбросив попытавшегося меня остановить Коула, я бросился на вампира. Но вмять его в стену не успел. Князь убрал волосы с лица девушки, и я остолбенел.

Широко распахнутые глаза невидяще смотрели в потолок. В них навеки застыло удивление. Схожая фигурка, волосы, одежда, но лицо девушки мне было незнакомо… Это не Даниэлла! От облегчения я не сумел удержаться на ногах и рухнул на одно колено. С сипением втянул воздух в пылающие лёгкие.

Моя нисси жива.

– Я знаю её, – продолжал Лайонс. – Видел пару раз в компании нашего пёсика.

– Немлесс имеет дело с охотниками? – донельзя удивился Коул и помотал головой: – Быть не может.

– Если только две стороны не договорились выступить против третьей, – не отступал тот и добавил сурово: – Фернанд прав, одной охотнице не под силу сотворить такое. Псы мечтают извести нас, но не в силах причинить вред. Охотники могут, но лишь самым слабым… До сих пор мы считали их санитарами, которые избавляют наш род от отребья, но с этого момента всё изменилось. Если псы решили действовать руками и оружием охотников, то это вызов всем нам!

Наступила тишина, которую нарушало лишь тяжёлое дыхание князя Монгомери. Щёки его высохли, пальцы сжались в кулаки, а глаза постепенно наполнялись алым светом.

– Значит, это война, – выплюнул он и медленно перевёл взгляд на меня.

Я уже справился с накатившей слабостью и, не обращая внимания на боль в спине, поднялся. В груди горело от желания немедленно выяснить, где моя нисси. Увидеть её глаза, пусть даже полные ненависти. Втянуть запах солёного бриза, пропитанного ароматом цветов. Но путь мне преградили собратья.

– Время пришло, Риан.