Глава 48. Обвинения

Ксения

*

– Вы не у себя в Сейтарии, принцесса, и не можете тут командовать! – прорезался голос у Дензела. – И вообще, позвольте спросить, что такого ужасного вам сделал Джеридан, что вы так его опозорили? За что вы поступили с ним так подло?

– Опозорила? – переспросила я, не понимая, на что именно он намекает – на мой побег или на последний ультиматум.

– Вы, конечно, не драконица, но должны понимать, как сильно драконы дорожат своей честью. Вам прекрасно известно, что Джеридан – претендент на престол Рагдианы. Но кто его будет воспринимать всерьёз после такого провала? Он пробыл опекуном меньше суток! Если он не смог справиться даже со своей подопечной, кто доверит ему целую страну? Вы за несколько часов порушили ему всю репутацию, которую он создавал годами. Разве вам сложно было погостить в его замке ещё двадцать девять дней и спокойно выйти замуж за того, кого пожелаете? – отчитал меня отец Джера.

– Сложно, – парировала я. – Не знаю, может, ваши драконицы относятся к этому как-то иначе, но лично меня сильно нервирует, что ко мне насильно приставили тигрицу, которая ходит за мной по пятам, и подсыпают в еду приворотное зелье! – заявила я, пристально посмотрев на Джеридана.

Кажется, он искренне изумился моим словам. Его лицо аж вытянулось от удивления. Либо он гениальный актёр, что маловероятно.

– Какое ещё зелье? – встрепенулся король.

– Любовное, – вмешался в наш разговор Фёдор. – Я отведал… в смысле, продегустировал предложенные на завтрак блюда, и попал под чары. Почувствовал непреодолимое влечение к тигрице. Снадобье было в торте. Адская смесь, скажу я вам. К счастью, Ксения смогла вовремя вмешаться в ситуацию и не позволила мне покуситься на девичью честь Марты. Вы хоть представляете, сколько сил и нервов понадобилось этой хрупкой вампирше, чтобы выпихнуть тигриную тушу в коридор? – в голосе енота прозвучала гордость, а гвардейцы посмотрели на меня с уважением.

Чувствую, после этого разговора моя персона обрастёт новыми легендами.

– Это правда, Джеридан? Ты подмешал в еду приворотный порошок? – лицо короля побагровело.

Бронзовый нервно сглотнул, но тут же отчаянно замотал головой:

– Нет! Впервые об этом слышу! Я даже подумать не мог, что с едой что-то не так!

– И кто же тогда подсуетился с тортом? – вскинула я бровь. – Может, это ваших рук дело, герцог Арденион? – я выразительно посмотрела на Дензела. – Когда вы пришли к нам в гости, то сразу заметили, что я не проявляю благосклонности к вашему сыну. Но видели, как сильно он загорелся идеей жениться на мне. Решили ему помочь? Подтолкнуть меня в его объятия?

– Да как вы смеете обвинять меня в подобном?! – возмутился Дензел. – У вас нет никаких доказательств, и вообще это неслыханная наглость! Не сомневаюсь, что всё это проделки вашего чокнутого енота! – перевёл он стрелки на Федю. – Он сразу невзлюбил и меня, и Джера! Это животное изобразило страсть к тигрице, а вы ему наивно поверили! А может, он и не притворялся: от этого мохнатого извращенца можно ожидать всего, что угодно!

– За оскорбления – ответишь! – сжал кулачки енот. – Мало я тебе на острове шевелюру проредил! Жаль, что в Тронном зале запрещены дуэли. Я, Фёдор из Жемчужного сада, обвиняю герцога Дензела Ардениона в оскорблениях, а также в том, что он превратил меня в животное и стёр память!

– Как я и говорил, это животное спятило, – сокрушённо покачал головой Дензел. – Наверное, молодая вампирша питается им слишком активно, и недостаток крови плохо влияет на мозг. Как он может утверждать, что я превратил его в животное, если тут же заявляет, что ничего не помнит, потому что я якобы стёр его память?

– Я начинаю вспоминать! И не сомневайся: со временем я верну себе и память, и здоровье, и свой прежний вид! И тогда тебе лучше держаться от меня подальше! – шерсть на спине пушистика встала дыбом от тихой ярости.

В этот момент Федя выглядел настолько устрашающе, что Дензел даже проникся и отшатнулся.

Но отец бронзового был тем ещё драконом. Он быстро взял себя в руки.

– У тебя нет ничего, кроме голословных обвинений! Никаких доказательств! Тебе что-то приснилось или привиделось, не знаю. Но для меня это не повод принимать вызов на дуэль чести! Тем более от енота, – презрительно скривился Дензел. – Я же прихлопну тебя одной лапой! Мокрого места не останется. Живи и дальше со своими тараканами в голове. Или кто там у тебя водится.

Тай перехватил в полёте меховой комок чистой ярости, метнувшийся на врага:

– Тихо, Федя, спокойно! Ты же видишь, он специально это делает, выводит тебя из себя. Но время всё расставит по своим местам. Мы обязательно узнаем правду.

– Должен сказать, что тут я с тобой согласен, Тайрен, – подал голос король, всё это время молча наблюдавший за перепалкой. Он то и дело поглядывал на свой перстень, но артефакт не менял свой цвет, и уличить кого-то во лжи было невозможно. – Время покажет. Но на данный момент Дензел прав: у енота нет никаких доказательств. Если они появятся, тогда и будут приняты меры. А сейчас я бы хотел вернуться к главной теме нашего разговора и всё же услышать от принцессы Ксентаны ответ на вопрос, почему она сбежала. Любовное зелье в еде было единственной причиной или случилось что-то ещё? – пристально посмотрел на меня Агелий.

– Нет, больше ничего, – покачала я головой.

Со стороны Джеридана донёсся вздох облегчения. Если он не знал про приворот, то теперь наверняка стоял гадая, что ещё могло произойти без его ведома.

Я продолжила:

– Меня нервировала тигрица, которую приставил ко мне герцог Арденион, плюс Федя напугал своей неожиданной тягой к Марте. Когда я поняла, что в еде было любовное зелье, то испугалась, думая о том, что ещё может предпринять Джеридан. Решила сбежать. От волнения даже забыла про перстень, который вы мне дали, ваше величество. Простите меня за это. Я рассудила, что побег возможен только через окно. В коридоре сновали слуги и колотила лапами в дверь тигрица. Я высунулась из окна, чтобы разглядеть, куда ведёт широкой карниз. Но опора подо мной откололась, и я полетела вниз. За мной прыгнул Федя, а потом и Марта, которая вынесла дверь. Если бы не Тай, мы все бы погибли. Сейчас я сомневаюсь, что это Джеридан подсыпал любовное зелье в еду. Но прошу проверить на артефакте правды его отца, лорда Дензела Ардениона. Интуиция подсказывает, что он замешан во всём этом.

Дензел четвертовал меня взглядом:

– Интуиции маловато, дорогуша. Нужны факты и доказательства.

А король устало потёр лоб:

– Чтобы поставить точку во всей этой дикой истории, герцог Арденион, ответьте на вопрос: это вы подсыпали любовное зелье в еду принцессы?

– Нет! – твёрдо ответил отец бронзового, вскидывая голову.

– Он не врёт, Ксентана, – король показал мне по-прежнему красный перстень. – Так что оставьте уже герцога в покое. И вы, и ваш енот.

– Спросите его по-другому, ваше величество, – не сдавалась я. – Может, он сам лично и не добавлял это зелье в торт. Но вполне вероятно, что он дал такое задание какому-нибудь слуге, повару или дворецкому. Приказал это сделать угрозами или подкупил за деньги.

– Настойчивость вампиров меня поражает, – хмуро зыркнул на меня Агелий, но просьбу выполнил: – Герцог Арденион, ответьте на вопрос: вы причастны к появлению любовного зелья в еде принцессы?

Дензел побледнел, на его скулах заиграли желваки, а губы превратились в две тонкие линии.

Ответ был очевиден.

От дальнейшего позора его спасло появление молодого пажа. Быстро подойдя к трону, юный рыжий дракон почтительно склонился перед монархом и доложил:

– Ваше величество, к вам с официальным визитом явилась делегация вампиров во главе с их повелителем, Августином Табулой! Изволите их принять?

Агелий нервно заёрзал на кресле:

– Да, пригласите их сюда.

Сердце панически рухнуло в пятки.