Глава 2. Вся правда о сокровищницах

Присутствует мнение, что каждый уважающий себя дракон непременно должен иметь пещеру высоко в горах до отказу набитую золотом. Среди драконов такое мнение тоже присутствует, но не долго. Может, кто-то из молодых и балуется таким собирательством, и то, лишь до тех пор, пока однажды не вернётся в разорённую сокровищницу. На постоянной основе жить в пещере дураков мало, особенно если у тебя столько золота.

Еще на заре экономики мудрейший народ быстро смекнул, что деньги должны работать, ведь так можно не только сохранить богатства, но и приумножить. А умножать богатства излюбленное дело для любого дракона. Так крылатые стали владельцами земель, банков и предприятий. Впрочем, это нисколько не охладило древнейший драконий инстинкт - находить и присваивать себе сокровища. Только внутренний дракон может безошибочно определить, что, по его мнению, является стоящей внимания ценностью, такое открытие часто контрастирует с общественным мнением и редко напрямую выражается в драгоценном металле.

О пещерах и сокровищах и размышлял дракон, приземляясь на задний двор провинциальной усадьбы, деликатно держа в лапе драгоценный свёрток. Жилище располагалось удаленно от других владений в двух днях езды от столицы или трёх часах стремительного полёта.

Завидев дракона, во двор вышел высокий, как жердь, седовласый мужчина в опрятном костюме и белых перчатках.

– Добрый вечер, мадам Лемар, – поклонился старик, не выказав ни малейшего удивления.

Дракон неопределённо фыркнул, и в урагане фиолетовых искр на его месте появилась девушка в бальном платье. Прижав к груди картину, брюнетка бросила на дворецкого полный ликования взгляд.

– Юджин, вели мадам Торн подать праздничный ужин! Мне сегодня есть что отметить, – торжествующе потрясла свёртком девушка и, не дожидаясь ответа, чуть ли не вприпрыжку бросилась на второй этаж.

Там, плотно закрыв тяжёлую дверь кабинета, брюнетка, наконец, распаковала свою покупку. Но это было не её сокровище - на холсте несомненно рукой Вильгельма Дессо был изображён портрет прелестной маленькой девочки с золотыми кудрями. Красивая картина, но совсем не та, за которую она заплатила на аукционе.

Усадьба сотряслась от утробного звериного рыка. Кто бы это ни был: служащий благотворительного дома или напыщенный эльфийский лорд, они непременно пожалеют, что посмели покуситься на сокровище дракона!