16

Это была очень длинная ночь. Стоило только задремать, как появлялся Даргар и начинал соблазнять меня самым наглым образом!

Промаявшись несколько часов, я так и встала, не выспавшаяся, возбуждённая и злая, как ведьма. Хотя я теперь ведьма и есть, наверное.

Наскоро позавтракав сладкими сухарями с травяным чаем, которые уже надоели до тошноты, сначала сходила в обзорную комнату. Снаружи всё было тихо. Всё те же дремучий лес с одной стороны и слепящие белизной сугробы с другой. И разбойники, разумеется, никуда не делись. Кажется, на одном из них птички гнездо вить начали. Хоть какая-то польза.

Выйдя из обзорной, я отправилась дальше изучать бескрайние чертоги. Ноги сами собой принесли к залу с «терракотовым войском». Теперь я знала, что это всё настоящие живые, ну или когда-то жившие, люди. Поэтому бродила между статуями очень осторожно, чтобы никого не задеть и не повредить. Пару раз порывалась посчитать коллекцию бабушкиных трофеев, но они были расставлены в хаотичном порядке, и я всё время сбивалась.

Махнула рукой на это бесполезное дело и уже хотела уйти, как вдруг заметила какие-то цифры у одной статуи на плече. Присмотрелась и поняла, что это дата. Осмотрела другу, потом ещё и ещё одну. Все статуи были подписаны мелом! Видимо, это были даты их окаменения.

Пройдя до самого конца зала, где было много свободного места, я и кусок мела на выдолбленной в стене полочке нашла. То есть, мне нужно подписать разбойников? Знать бы ещё, какая сегодня дата… Я даже год не знаю, не то, что месяц и день!

Но мел взяла. Подпишу пока, ориентируясь по тому, сколько времени провела в этом мире. А когда обзаведусь календарём, исправлю.

Выбравшись из колодца, сразу же пошла к статуям разбойников. По моим подсчётам, с тех пор как я оказалась в Фэбулусе прошло двадцать четыре дня. Позавчера было двадцать два. Вывела у одного на плеча две двойки и уже поворачивалась к следующему, как подписанный вдруг окутался синим туманом и исчез!

— Не поняла, — нахмурилась я.

Подписывать второго не решилась. Сначала вернулась в чертоги и сбегала в зал со статуями, чтобы проверить догадку. Так и есть! Мой разбойник оказался там.

Так вот как бабушка их переправляла! А я на себе волочить пыталась. М-да. Интересно, сколько ещё всего важного о работе Синюшки не рассказала мне бабуля? Похоже, очень много.

Вздохнула и пошла подписывать остальных новобранцев каменного войска. Вся эта беготня, как ни странно, отвлекла от ночных страданий. Даже настроение поднялось.

Подписала последнего разбойника, которого птички облюбовали, проследила за тем, как он исчезает в облаке синего тумана и, деловито отряхнув руки от мела, пропела:

— Вот какая я молодец!

— И не поспоришь, — раздалось откуда-то сзади.

Как не вскрикнула, сама не знаю. И даже не вздрогнула! И тут тоже молодец. А развернулась и сложила руки на груди, возмущённо взирая на втроженца, и вовсе мастерски. В театральном кружке все точно были бы в восторге. Вот только я туда всего один раз сходила, сразу поняла, что не моё и ушла. Так что я сейчас не играла, вполне искренне с неприязнью уставилась на Льдора Стужа.

— Смотрю, ты уже сутра вся в делах, Синюшечка, — улыбнулся он.

Эта белобрысая морда восседал на троне изо льда! Он реально слепил себе ледяной стул с высокой спинкой и подлокотниками, установил его на вершине сугроба и теперь сидел на нём, глядя на меня свысока.

— И давно ты тут? — спросила я, прищурившись.

— С час где-то, — небрежно пожал он плечами, закинув голень на колено и поводя носком пижонского белого сапога. — Ты была так увлечена, не хотел отвлекать.

Я отвернулась и состроила рожицу. Блин! И как я его не заметила-то? Даже на обзорном экране не увидела, из-за снежных бликов, наверное. Получается, он видел, как я бегаю туда-сюда, экспериментальным методом выясняя принцип действия телепортации статуй. Вот же…

— Чего пришёл? — загнав досаду поглубже и опять повернувшись к нему, спросила я.

— Всё за тем же, — развёл руками Льдор. Встал с ледяного трона, который тут же рассыпался кучкой снега, спрыгнул с сугроба на мою зелёную травку и спросил:

— Ты приняла решение?

— Какое решение? — нахмурилась я.

— Не играй со мной, Синюшечка, — тоже нахмурился Стуж. — Я вчера объяснил тебе ситуацию. За ночь ничего не изменилось. Так что, к тебе или ко мне?

— Слушай, ледышка…

— Льдор, — прищурившись, перебил он.

— А я не Синюшечка, — в тон ему ответила я.

— Хорошо, Злата, — сквозь зубы поправился он, — ты решила, где мы будем жить, пока я не разорву нашу связь?

— Решила, — кивнула я.

— И?

— Я здесь, ты у себя в замке, — озвучила я своё решение.

— Ты и правда такая глупая и не понимаешь суть нашей проблемы, или просто позлить меня хочешь? — сжал кулаки Стуж.

Та-а-ак. А это уже не просто наглость, это хамство натуральное. И терпеть подобное я не намерена!

Подняла руку, призвала небольшой клочок тумана и, поигрывая им на ладони, как мячиком, проговорила:

— А не убрался бы ты с моей территории, морда драконья? Или хочешь, чтобы и тебя мелком подписала?

— Не сможешь, — шагнул ко мне Льдор. — И это не твоя территория, Злата. Твой колодец стоит на моей земле. Видимо, об этом твоя бабушка забыла упомянуть.

— Как же! Не забыла, — усмехнулась я, стараясь не морщиться от ощущения онемения в кончиках пальцев из-за тумана, который держала в руке. — Она мне подробно расписала, как ты уже много лет пытаешься наложить лапу на её владения!

— Вот, значит, как, — приблизившись ещё на пару шагов, протянул Льдор.

— Стой, где стоишь! — выкрикнула я, инстинктивно выставив руку вперёд.

Вот только в этой руке был снаряд из тумана. И он тут же полетел в Стужа! Прямо ему в лицо!

Он тоже выставил руку, и мой туманный снаряд превратился в острый осколок льда. Но расстояние между нами было небольшое, увернуться от этой сосульки из тумана Льдор не успел!

Когда он отлетел назад, в сугроб, и упал, как подкошенный, у меня сердце остановилось. Я же не хотела! Оно само как-то получилось, случайно!

А увидев красные брызги крови на белом снегу, я чуть в обморок не грохнулась. Ладно бы в камень превратился, это, наверняка, можно как-то обратить. Но я его, кажется, убила…