23

Утро началось с басовитого вопля.

— Вставай, Синюшка! Вставай скорее! Порушат же колодец наш, ироды крылатые! Чтоб у них хвосты поотваливались!

Враль голосил так, что я с перепугу с кровати свалилась. И только потом почувствовала, как чертоги трясёт. Не слегка, как раньше, когда кто-то в гости наведывался. А реально трясёт, будто землетрясение случилось, и нехилое такое!

Повсюду что-то падало, звенело, грохотало. Чтобы натянуть халат, мне пришлось сесть на кровать, на ногах устоять было сложновато.

А над ухом зудел Враль, подгоняя и ругая драконов на чём свет стоит.

— Да что они там делают? Почему так трясёт-то? — с трудом пробираясь по коридору, спросила я.

Сверху сыпалась каменная крошка, глаза слезились от пыли.

— Дерутся твои драконы! — рявкнул Враль. — Непутёвая девка! Зачем с ними шашни завела⁈

— Это я шашни завела? Да больно они мне нужны! — возмутилась я, прикрывая голову от каменной крошки.

— А то нет! С одним вон связь, другой букеты таскает, чтобы охмурить. Запереть тебя надо, и чтобы ни с кем ни-ни! — припечатал Враль.

— Ты ещё поговори, вообще уйду и не вернусь, — пробурчала я, подбираясь к панели переноса под колодцем.

Чертоги ещё раз сильно тряхнуло, и я буквально упала на светящийся круг.

— Куда ты денешься! Связана с чертогами навечно-о-о, — понеслось мне вслед, когда подкинуло вверх.

Из колодца я вылетела не в блеске величия Синюшки, а непойми как, чуть ли ни вверх ногами. Кое-как перевернулась в воздухе и опустилась на траву. Тут же вскочила оправила ночнушку с халатом, осмотрелась и протянула:

— Вашу ж драконью мать…

Видимой границы между моими владениями и снегами Стужа больше не было! Как, собственно, и большей части деревьев вблизи от колодца. Вместо леса и сугробов имел место чёрно-белый клубок из дерущихся драконов, своими тушами перемешавших снег, траву, обломки деревьев, землю и всё остальное, что раньше было лесом.

И они даже не заметили меня! Покатались немного, игнорируя мои крики, и оба взмыли вверх, в разные стороны. Но только для того, чтобы, разогнавшись, врезаться друг в друга, а потом опять рухнуть вниз!

Земля содрогнулась. А мне пришлось спрятаться за колодец, скрываясь от града щепок, комьев земли и снежной лавины.

Неудивительно, что чертоги так трясёт! Да они же мне обвалят всё!

— Стоя-а-ать! — завопила я изо всех сил, вскочив из-за колодца и выпуская туман.

Эти дерущиеся кошаки, которые драконы, проигнорировали! Они так рычали и столько шума создавали, что тут ори не ори, бесполезно.

Ну не лезть же вручную их разнимать. Раздавят и не заметят. А у меня там в чертогах всё сыпется и рушится. Я же хранительница, обязана что-то сделать!

— В камень их, — донёсся из колодца приглушённый голос Враля.

Я заглянула в колодец и крикнула:

— А обратно потом как? Там же срок действия какой! Что я с ними каменными делать буду⁈

— Научу как сразу освободить, — ответил Враль.

Вот точно враль! Говорил же, что никак нельзя раньше определённого срока.

— Не врёшь⁈ — крикнула в колодец.

И прослушала ответ, потому что пришлось пригнуться, когда эти два идиота опять взлетели и рухнули вниз, разбрасывая во все стороны щепки, брёвна и снег со льдом.

— Давай, Синюшка! Своды обрушат! — заголосил из колодца Враль.

Пришлось понадеяться, что он не соврал на счёт мгновенного раскаменения. Если соврал, будет у меня рядом с колодцем статуя «Крысиный король», только не из крыс, а из драконов. И тогда меня ещё больше все возненавидят. Хотя, казалось бы, куда больше-то.

Выпрямилась в полный рост, призвала туман, сосредоточилась, чтобы прицелиться, так сказать… И замерла, резко выдохнув.

Туман растаял, так и не отправившись к драконам. А я посмотрела вниз, удивлённо моргнула, вытащила из бока длинную, острую как шпага щепку, уронила её и растопырила окровавленные пальцы…

Больно не было. И страшно почему-то тоже. Только голова кружиться начала. Падая, услышала громогласный рык «Злата!».

А вот вам, будете знать…

* * *

— Эй, Златка, — кто-то потряс меня за плечо.

Я медленно открыла глаза, но никак не получалось сфокусировать взгляд. Всё плыло и рябило.

— Ты как? — спросило расплывающееся пятно, нависая надо мной.

— Не знаю, — ответила честно.

— Ну жить-то будешь, это точно, — авторитетно заявил некто смутно знакомым голосом.

— Враль? — спросила я.

— Так уж сразу и враль, — проворчали в ответ. — Я не врал, так только, слегка слукавил. И вообще, я столько своих сил тебе отдал, чтобы восстановить. Могла бы и спасибо сказать. Я, знаешь ли, со всеми подряд связь не создаю. Для тебя исключение сделал.

А, Льдор, значит. Он же со мной связь создал.

— Ты, конечно, и сама умница у меня, быстро на поправку пошла. Не думал, что такая сильная. Но я решил помочь, раз уж частично виноват, — продолжил он рассуждать.

— Слушай, ледышка, у меня в голове туман. Дай поспать, — пробурчала я.

— Какой я тебе ледышка? — возмутился он, толкнув меня в плечо.

И зрение мгновенно сфокусировалось, будто у микроскопа настройки подкрутили.

— Ну привет, — с широкой улыбкой протянул Даргар. — Я надолго задержаться не могу. Тайком к Стужу в замок пробрался, пока он там порядок у твоего колодца наводит. Но ты учти, мы теперь связаны, я с тобой своей жизненной силой поделился.

Я застонала и закрыла лицо руками. Они издеваются что ли⁈

— Ладно, мне пора. Льдор возвращается. А ты готовься, Синюшечка моя, скоро заживём с тобой вместе. Обдумай пока, где: у тебя или у меня. Поправляйся.

Он чмокнул меня в руки, которыми я закрывала лицо, и убежала. А я убрала ладони от лица и спросила у вселенной:

— Это шутка такая, да?