Глава 2. Побег из Моривии

Перед отплытием Вирр предпринял попытку договориться с нашим главным магом, чтобы тот помог связаться с Мортаном и поговорить по магической связи лично, но получил отказ.

— Он состроил холодную мину и сказал, что это — нецелевое использование Материи. — Вид у Вирра был сегодня особенно взлохмаченный. — Дурят нас с тобой, как неразумных детей — задом чую!

— Что прямо им? — отшутилась по инерции, потому что на самом деле ситуация вовсе не располагала к веселью.

— Чем же ещё? — хмыкнул братец. — Эх, надо бы сразу с тобой плыть, но тогда наше исчезновение обнаружат сразу. И догонят. А так я прикрою тебя, скажу, что ты впала в отчаяние, никого не хочешь видеть, готовишься к ненавистному замужеству.

— Ты прав, на одних служанок в этом деле полагаться нельзя. — Не могла не согласиться.

— Да они от одного только взгляда Конна всё выболтают. — Он поднялся с кровати, на которую плюхнулся, как только пришёл ко мне. — Кстати, надо что — то сделать с артефактом экстренной телепортации домой.

— Я тоже об этом думала. — Встала вслед за ним, подошла к шкатулке с драгоценностями, которая стояла у меня на трюмо. — Пока я держу его здесь, но, боюсь, если возьму с собой, то главный маг мигом меня по нему найдёт.

— А поскольку есть риск, что твою пропажу могут раскрыть раньше, чем ты доберёшься до Морта… — Он подошёл ко мне, взял в руки цепочку с красивым бирюзовым кулоном, задумался.

— У меня есть антимагическая шкатулка, можно в неё положить, — видя моё беспокойство, уточнил: в смысле она не высосет из кулона всю магию, просто экранирует его. Мало ли, вдруг случится что-то экстренное, тогда ты сможешь достать артефакт и телепортироваться домой.

— О, нет, только не сюда! — Я вздрогнула. — Ведь это будет означать совершенно ужасное будущее.

— В океане частенько случаются шторма, и если иного выхода не будет, то лучше так, чем рыб кормить, — его тон стал жёстче.

Он так пронзительно на меня посмотрел, что я почувствовала на миг, словно младше него, а не старше.

— Хорошо, я возьму его с собой, но только в шкатулке, — не могла не согласиться.

Он кругом оказался прав. Даже странно, учитывая, как он вечно попадает в переделки.

— Держи её под рукой, постарайся не потерять — это очень редкая и ценная вещь.

— Да, конечно, — кивнула, забрала обратно кулон экстренного телепорта, который есть у каждого члена королевского рода.

В случае смертельной угрозы он переносит в личные покои. Одноразовый, в смысле потом надо снова заряжать магией. Стоит баснословных денег, ибо способен перемещать даже на очень большие расстояния.

Нет, им точно пренебрегать не следует — мало ли!

— Интересно, что сейчас делает Мортан? — я в который раз взглянула на его портрет, висевший напротив моей кровати.

Художник его немного приукрасил — выровнял черты лица, от природы у большинства людей они ассиметричные, но принц Шеллвуда и во плоти был очень привлекателен. Чёрные волосы, голубые глаза, выразительные дуги бровей, высокий рост, стать, а голос… Голос его просто завораживал, особенно когда он пел серенаду, сочинённую специально для меня.

Нет, не мог он по своей воле от меня отказаться! Правда, я от него давненько не получала подарков, но лишь из — за того, что корабли из Шэллвуда не приходили. Сезон штормов. Он закончился совсем недавно, именно поэтому отплытие состоится лишь через пару дней.

— Я бы на его месте собирал команду, чтобы выкрасть тебя, — серьёзность ушла с лица Вирра, он вновь стал таким же взбалмошным, каким был всегда. — Возможно, он так и сделает, и это ещё одна из причин оставаться мне на месте.

— Было бы замечательно, если бы мы встретились посреди океана! — Меня так воодушевила эта мысль, что я даже закружилась по комнате, представляя, как это могло произойти.

Вот идёт по волнам наш корабль, я вижу вдали шэллвудское судно, прошу капитана подать ему сигнал, корабли приближаются… Хм, а с чего бы капитану меня слушать? Он ведь не будет знать, что я принцесса.

— Скажи своему другу — пусть следит за этим. — Я остановилась. — Вдруг мы и впрямь соединимся по пути друг к другу.

О, это было бы так романтично! Менестрели обязательно сложат об этом балладу, слушая которую Коннарт будет злиться, но ничего не сможет поделать. Не идти же ему войной на Шэллвуд — слишком велики будут потери. Разве что король Эйрона рассвирепеет, но ничего, я-то ему никаких обещаний не давала. Пусть они друг с другом разбираются!

— Обязательно! — Вирру тоже понравилась эта идея. — Ладно, у нас с тобой есть ещё одно дело — я принёс тебе одежду, нужно померить.

— Давай. — Радость охватила всё моё тело, захватило каждую частичку, отчего я была согласна на все.

Даже переодеться в довольно скромные одежды какого-нибудь юнги.

— Хм, грудь слишком видно, — задумчиво проговорил братец, когда я покружилась перед ним в обновках. — И бёдра кругловаты.

— Зато Мортану нравится, — обиделась я.

— Конечно, нравится, вот только для начала тебе надо до него доплыть. — Он склонил голову на один бок, на другой, а потом задумчиво выдал: — надо обмотать грудь и талию. Я принесу тебе бинты.

Пока он ходил, я легла на кровать и мечтательно уставилась в потолок. С одной стороны, жаль, что у нашей любви возникли такие сильные препятствия, а с другой — нас ждёт приключение! Страшновато, конечно, особенно притворяться парнем, зато сколько будет радости от встречи с любимым. Я вспомнила особенный, чуть грустный взгляд Морта — он стал таким после того, как его отец сгинул в море (странно, что телепортационный амулет не помог). Его мама тогда долго горевала, но потом нашла утешение — вышла замуж.

Кстати, этим фактом Коннарт был очень недоволен! Помнится, говорил о предательстве, о том, что она должна была нести своё бремя, а не прелюбодейничать с другим мужчиной. Может, поэтому он решил расторгнуть нашу помолвку? Да нет, вряд ли, он всегда такой холодный, рациональный, даже недовольство своё выразил весьма сдержанно.

В общем, сложно всё это и непонятно, но одно я знаю точно: надо всё спасать! Себя от ужасного брака, жениха от страданий и одиночества, и, конечно же, нашу любовь!

Наконец настал день отплытия, точнее ночь. Как назло с утра меня атаковала модистка с ворохом платьев для примерки, потом пришёл Коннарт, дабы напомнить о моём главном предназначении — не посрамить честь Моривии. То есть не противиться грядущему браку с Ворталхом и дать ему вожделенное потомство.

— Почему у тебя на стене до сих пор портрет Мортана? — Его ледяное величество изволило нахмурить брови.

— Дай хоть напоследок налюбоваться, — отвечала я смиренно, всячески скрывая радость от скорого отплытия. — Как только мы отправимся в Эйрон, я уберу его.

Вообще, я собиралась это сделать уже сегодня, ведь ничто не может быть лучше, чем образ наречённого, на которого можно любоваться во время путешествия.

— Только попробуй выкинуть какой — нибудь фортель, — пригрозил мне старший братец.

— Да что я могу сделать, сидя в четырёх стенах? — Показательно вздохнула.

Конечно, имело место преувеличение — взаперти меня никто не держал. Я могла спокойно гулять по саду (но не дальше), передвигаться по замку (где все слуги следили за мной), и плавать в бассейне (в данное время пустом, потому что холодно, но разрешили же!). Но ничего, этой ночью всё изменится, надо только сделать всё предельно аккуратно.

Наконец, наступил вечер. Во время ужина я старательно впихивала в себя мясо, правда, не особо успешно. От волнения кусок в горло не лез, но кто знает, как там будет на борту? Так что я напрягалась и жевала. Одну из горничных попросила заплести крепкую косу вокруг головы, а остатки волос убрать так, чтобы ничего лишнего не свисало. Потому что у самой меня ничегошеньки не получалось!

— Госпожа, зачем вам такая причёска на ночь глядя? — она недоумённо хлопала глазами, но, кажется, не догадывалась о причинах.

— Хочу, чтобы волосы завтра были особо кудрявыми. — У меня и так волосы вились, но довольно крупными локонами.

— Но зачем, у вас ведь…

— Хочу! — Я капризно топнула ножкой, показывая, что нечего со мной спорить.

— Ладно, ладно, вы только не гневайтесь. — Девушка испуганно сжалась и принялась проворно исполнять моё пожелание.

Я понимала, что веду себя подозрительно, что завтра, когда Вирр объявит меня недомогающей и передаст просьбу не беспокоить, она может вспомнить об этой странности и с кем-нибудь ей поделиться, но плести такую сложную косу сама я не умела. Конечно, я пыталась тренироваться сама, но ничего не получалось. Сейчас же, глядя на проворные руки служанки, я поняла, что не смогу это повторить, по крайней мере, в ближайшее время. Хотя…, сидя в каюте, делать особо нечего? Нечего. Вот только если у меня по итогу ничего не получится, то выйти из неё я не смогу вовсе. Нет, лучше не рисковать и не расплетаться до самого Шэллвуда, пусть плыть туда около пяти-семи дней.

Выдержу, ведь это ничто по сравнению с целью!

Наконец, меня оставили в покое. Надели сорочку, уложили спать, даже одеяло подоткнули. Что ж, пора привыкать к более суровым условиям, потому что даже в каюте, которую удалось для меня арендовать, ничем подобным даже пахнуть не будет. Вирр ещё несколько дней назад предупредил — это далеко не королевская яхта.

— Ну что, ты готова? — А вот и он лёгок на помине.

Голова всклокочена, на щеке грязь, одежда, словно с плеча селянина. Его высочество Вирртан ван Хоннар, прошу любить и не жаловаться.

— Да, почти. — Я уже надела мужские подштанники, потому что женские панталоны были слишком объёмными и с кружевом, сами брюки и рубашку.

Разумеется, предварительно перебинтовав грудь и намотав на талию несколько полосок из ткани. Вышел чурбак.

— Хм, так гораздо лучше. — Он окинул взглядом мою изменившуюся фигуру. — Косу тоже хорошо заплела, не знал, что ты так умеешь.

— Это не я, попросила служанку. — Опустила глаза, ибо у него так исказилось лицо, что впору было прятаться.

Лучше всего под кроватью — оттуда тяжелее будет меня достать. Но я — не какая-то там трусиха, я — принцесса Моривии! Мне ли бояться пятнадцатилетнего подростка?

— Ой! — пискнула я, когда он двинулся на меня, грозно сверкая глазами. — Я сказала, что хочу много кудряшек, — попыталась оправдаться.

— Учитывая, что волосы у тебя и так волнистые — дурацкий предлог. — Он подошёл ко мне вплотную, я еле сдержалась, чтобы не отпрыгнуть под ту самую кровать, о которой только что подумала.

— Вот о чём ты думала? — Он тяжело вздохнул. — Кто тебя заплетал?

— Митти. — Я тоже вздохнула.

— Ладно, обувайся, шапочку не забудь и плащ, я сейчас. — Он стремительно вышел из комнаты, пугая своим настроем.

Надеюсь, он её не убьёт? Хотя, о чём это я, конечно же, нет. Скорее всего, попросит не болтать лишнего, какой-нибудь подарок даст.

Вздохнув, я продолжила одеваться, а также перепроверила свой дорожный саквояж. Шкатулка с телепортационным амулетом, кошелёк с деньгами, любимый гарнитур с сапфирами под цвет глаз — подарок родителей. Помолвочное кольцо от Мортана пришлось снять и положить туда же, чтобы не потерялось. Что там дальше? Дневник с магической ручкой, расчёска, зубная щётка и порошок, крем, расчёска для бровей, маникюрный набор, иголки с нитками на всякий случай (вышивать, как и шить, я терпеть не могу, но тут уж ничего не попишешь), портрет Мортана.

— Мыло! — Я кинулась в ванную, взяла баночку, задумалась. — Нет, жидкое может пролиться.

Поставила на место, взяла кусок твёрдого мыла, обернула небольшим полотенцем (больше ничего сообразить не успела) и положила в саквояж. Фух, вроде всё! Оглядев комнату, с сожалением посмотрела на косметику и духи, но впихивать было некуда, только баночка с пудрой влезла. Впрочем, не так уж часто я крашусь, Мортан меня любую любит.

— Пошли! — Вирр появился в дверях так неожиданно, что я чуть саквояж не уронила. — Еле догнал эту твою Митти. Пришлось соврать, будто она мне нравится, и угостить конфетой с сонным зельем.

— Надеюсь, ты не оставил её лежать посреди коридора? — Покачала головой над его выкрутасами.

— Конечно, нет, сначала мы зашли к ней в комнату, — фыркнул коварный принц. — Надеюсь, зелье подействует как надо, и она не вспомнит последние полчаса своего бодрствования.

— В случае чего можешь разрешить ей взять любое платье из моего гардероба, тогда она точно забудет обо всём от счастья. — Я двинулась в сторону выхода, но меня остановил брат.

— Слишком гладкое личико. — Он подошёл к камину, зачерпнул оттуда немного золы и принялся намазывать её мне на лицо. — Насчёт платья — отличная идея, в крайнем случае так и поступлю.

Я терпеливо ждала, когда он закончит. В зеркало смотреть не рискнула, да и некогда было. Мы двинулись, наконец, к двери, накинули капюшоны тёмных плащей и окольными путями, прячась за поворотами, а также пользуясь знакомыми с детства лазейками, выбрались наружу. Там нас ждала пара лошадей, обе с мужскими сёдлами. Я растерялась.

— Ой, я на таких ни разу не ездила, — говорила шёпотом, но в тишине всё равно показалось, что слишком громко.

— Тебе понравится, — шепнул на ухо брат, а потом шлёпнул пониже спины, ускоряя процесс. — Давай, шевелись!

Стиснув зубы, я сдержалась, не стала обзывать его наглым драхом, а подпрыгнула и попыталась закинуть ногу, как это делают мужчины. Удалось, но лишь благодаря поддержке Вирра. Аккуратно, стараясь сильно не шуметь, мы отъехали подальше от замковой стены, двинулись в сторону выезда из города, где, по словам братца, дежурил свой человек.

И откуда у него столько связей? Насчёт корабля договорился, с охранником тоже. Хотя, чему я удивляюсь, у него ведь шило в одном месте. И, в отличие от меня, уболтать он мог кого угодно, кроме старшего брата, конечно. Но там у человека с головой проблемы, а с некоторых пор ещё и с совестью. Это надо же — лишить единственную сестру семейного счастья, продать её старому негодяю за какие — то камни, будь они хоть трижды волшебные!

Чем дольше мы ехали, тем больше я осознавала масштаб подготовки Вирра к побегу. Он предусмотрел буквально всё, проработал каждый нюанс, за что я была ему так благодарна, не выразить словами. Да, я знала, что он постоянно сбегает из замка, чтобы погулять на свободе, изучил все входы и выходы, в том числе и тайные, а также расписание патруля, но именно сейчас я воочию убедилась в этом и, конечно же, восхитилась.

Когда мы добрались до пристани (она находилась в часе езды от столицы), спешились и собрались идти к нужному кораблю, я не выдержала и буквально набросилась на него с объятьями.

— Спасибо тебе, Виррчик, я даже не представляю, как вообще бы жила без тебя! — Из глаз хлынули слёзы, наверняка подпортив мою маскировочную окраску. — Ты такой, такой…

— Нормальный я, — смущённо отшутился Вирртан. — Обычный брат, какой должен быть у любой девушки, а не то недоразумение, которое сделало тебе такую подлянку. Нет, как король он безупречен: все указы продуманны, эффективны, закон и порядок царит в стране, но как брат он — полное г…

— Вирр! — я возмущённо стукнула его по плечу кулачком, а потом снова приникла к худой юношеской груди.

— О, вы уже прибыли, — раздался чей — то голос из темноты.

— Да, Джулл, это мой приятель, которому срочно понадобилось добраться до Шэллвуда. — Братец с усилием отодрал меня от себя, вздохнул, вытащил платок из кармана и подал, чтобы я вытерла слёзы. — Это Ферт, Ферт — это Джулл.

Конечно, ощущения были странные, когда он назвал меня мужским именем, но зато это напомнило, что надо говорить низким голосом. Кстати, именно благодаря общим первым буквам я на него реагировала. Крайне глупо было бы проколоться на спонтанной реакции, точнее её отсутствии.

Приглядевшись к тому, благодаря которому наша авантюра смогла состояться, я обнаружила, что он совсем ещё мальчишка. Ростом гораздо ниже Вирра, но глаза умные, может, я всё же ошиблась с возрастом? Впрочем, при столь скудном освещении трудно судить, лучше дождаться утра.

— Приятно познакомиться. — Я чуть было не сделала реверанс, но братский тычок под рёбра вовремя меня остановил.

— Надо же, воспитанный, — хмыкнул тот, подавая руку. — Привет!

Тут уж я и без подсказок сообразила, что нужно её пожать, а не подать свою для поцелуя. Ух, как бы мне не проколоться! Похоже, придётся постоянно быть в напряжении, по крайней мере, тогда, когда я буду находиться вне каюты. Интересно, какая она?

— Ладно, нам лучше поторопиться — скоро отчаливаем. — Шустрый Джулл проворно спрятал остатки оплаты за мой проезд, который протянул ему Вирр. — Папа, точнее, капитан будет ругаться, если мы задержим процесс.

— Конечно, не будем нервировать начальство! — Я так старалась басить, даже в горле запершило.

Подхватив саквояж (который, к слову, ещё вчера пришлось поменять на более простой), я первой двинулась на пристань, хотя сердце тянуло обратно — вновь обнять брата, поцеловать его в конопатую щёку, ещё раз сказать, как я его люблю. Нет, надо держать себя в руках, иначе мы сами себя выдадим. Никто не должен знать, что под личиной странного парня в шапочке скрывается принцесса Моривии. Поэтому я упорно шагала, пытаясь подражать мужской походке. Получалось неплохо, потому что дорога не отличалась ровностью: то тут, то там под ногу попадались камешки, не позволяя ступать грациозно. Отлично, именно это мне сейчас и нужно!

На корабле на меня никто особого внимания не обратил — все были заняты своими делами. Разве что капитан, он же отец Джулла критическим взглядом оглядел меня с головы до ног, хмыкнул и отправил в каюту, чтобы не мешалась под ногами. Точнее, не мешался.

— Когда мы отчалим, можешь выйти, посмотреть, — великодушно разрешил он.

Представляться он не спешил, видимо, не счёл меня достойной сего действа. Что ж, может, оно и к лучшему. Стараясь не выдавать своего любопытства, я скромно скользнула вслед за Джуллом, показавшем дорогу к моей каюте. Конечно, я далеко не в первый раз шла по кораблю, вот только была я исключительно в королевских условиях, здесь же всё довольно сильно отличалось. Запах стоял более резкий, особенно сильно пахло потом, когда мимо пробегал взмыленный грузчик, а бегало их тут немало. В целом меньше лоска, хотя видно, что всё крепкое и добротное, а вот когда я увидела свою каюту, то чуть не охнула. Еле сдержалась, памятуя предупреждение Вирра.

— Тебя позвать, когда отплывать будем? — спросил мой провожатый.

Я взглянула на узкую, явно жёсткую кровать, возле которой стояли заранее принесённые сюда два моих чемодана (самых скромных и потёртых), на крохотный стол, куда поместится лишь тарелка да стакан, на стул, чьи лучшие годы уже давно прошли…

— Да, конечно!

— Тогда не спи. — Он коротко ухмыльнулся и был таков.

— Попробуй тут засни, — проворчала себе под нос, закрыла дверь и принялась обустраиваться.

И в этой каморке мне предстоит провести большую часть плавания? Ну, братец, удружил…

Я сделала пару шагов вдоль кровати, развернулась, снова пара шагов… Все. Больше здесь ходить попросту негде. Крохотный иллюминатор с грязным стеклом навевал ещё большую тоску.

— Ты выдержишь, — сквозь зубы прорычала самой себе. — Оно того стоит. Лучше пострадать сейчас и недолго, чем мучиться всю оставшуюся жизнь. В полном королевском комфорте, но с ужасным самодуром, который в любой момент может сделать с тобой всё, что угодно.

Чтобы хоть как — то унять дрожь, охватившую моё тело, я решительно взялась за чемоданы. Предварительно вытащив предметы первой необходимости, засунула под кровать сначала один, а следом за ним и второй. Всё, что там осталось, надеть я в любом случае не могла. Платья, шёлковое бельё, туфли — это только для Шэллвуда, здесь же я Ферт. Просто Ферт, безо всяких званий, фамилии и прочего. Просто друг Вирра, который, судя по всему, дружил с Джуллом, не вводя его в курс дела о своём происхождении.

Кое — как дождавшись зова, я бросилась наружу. Споткнулась на лестнице, больно ударилась ладонями, пытаясь остановить падение, вскочила и бросилась дальше, стараясь не обращать внимания на обидный хохот. Да, тут не дворец, где мне бы помогли подняться, но зато свобода! В том числе и от той каморки, в которой мне придётся сидеть большую часть плавания.

Я провела в своей каюте не так уж много времени, вот только оно показалось мне вечностью. Стены словно давили на меня, немного спасал иллюминатор, от которого я не отлипала, но всё равно столь тесное помещение оказалось не для меня. Может, придумать себе занятие, дабы был повод подольше оставаться снаружи? Но какое? Не могу же я работать на корабле. Во-первых, я ничего такого не умею, во-вторых, все сразу догадаются, что я девушка.

Ладно, подумаю об этом потом, сейчас же лучше в последний раз взглянуть на родные берега, на тощую фигуру брата, машущего мне на прощание.

— Я тебя позову, когда мы высадимся на сушу! — крикнула ему напоследок.

Постаралась сделать это как можно грубее, но вышло всё равно высоко — крик же. Надеюсь, это спишут на подростковый возраст, а не заподозрят во мне женщину.

— Не забудь пустить кровь! — донеслось мне в ответ.

Точно, он ведь говорил об этом! На то кольцо, которое пряталось сейчас у меня под рубашкой (мы подвесили его на цепочку, чтобы не потерять), нужно будет капнуть хотя бы каплю крови. Тогда помощник мага сможет настроиться на него и сгенерировать портал.

Ох, хоть бы у нас всё получилось!

— Не забуду! — крикнула ему на прощание, помахала рукой.

— Держи хвост морковкой! — успел он ответить, а потом корабль так далеко отплыл, что разговаривать не представлялось возможным.

Последнюю фразу я еле расслышала, опознала лишь потому, что он часто мне её говорил. Вообще, он в принципе называл нас морковками из-за цвета волос, а Коннарта сосулькой. Насчёт последнего я была с ним полностью согласна, а вот касаемо морковки…

Впрочем, это уже неважно. Важно доплыть до Шэллвуда в целости и сохранности для чего нужно приложить все усилия на то, чтобы не сойти с ума в тесной каюте и в то же время не выдать своё истинное лицо. Кстати, о лице — неужто всё время придётся его как-нибудь подкрашивать? Или то была мера для того, чтобы не светить белой кожей в темноте, пока выбираемся за город? Дилемма. К тому же, золу на корабле ой как непросто найти, только на камбузе, но кто туда пустит обычного пассажира?

Утро показало, что ничего такого не надо. Достаточно натянуть шапку пониже, желательно до самых бровей, а губы слегка припудрить, чтобы не выделялись ярким пятном. Всё остальное «доработала» обстановка — круги под глазами от недосыпа, общий помятый вид. Разве что глаза всё же лучше лишний раз не поднимать, а то они слишком яркие и их не припудришь.

Хвала небесам, капитан, как и прочая команда особого внимания на меня не обращали, разве что подшучивали, когда я спотыкалась то о канат, то ещё обо что-нибудь. И то не моя вина, я просто не привыкла к такому! На королевском корабле с уборкой было куда строже, да и палуба для прогулок у нас имелась отдельная.

— С такой координацией тебе точно не быть моряком, — хмыкнул Джулл, глядя, как я в очередной раз потираю ушибленный бок.

Он единственный, кто изредка общался со мной.

— Зато я на лошади неплохо держусь, — чем-чем, а этим я занималась с удовольствием.

Разве что после смерти родителей Коннарт настаивал на более замкнутом образе жизни. И всё равно я каждый день выезжала на своей Доре, пока меня не огорошили известием о расторжении помолвки и заключении новой. Тогда мне стало не до конного спорта.

— Да, это достижение, — Джулл говорил серьёзно, но мне показался скрытый подвох.

Или это я надумываю? Ох, какая разница! Скоро мы прибудем в Шэллвуд, надо будет где — то остановиться, капнуть кровью на кольцо и ждать, когда брат с помощником мага откроют телепорт. Осталось дождаться этого воистину знаменательного дня.

Побродив по кораблю пару дней и получив изрядную порцию ругательств, чтобы не мешалась, я наконец — то нашла местечко, где можно было спокойно сидеть и не попадаться под горячую руку. Я наблюдала, как работают матросы, как слаженны их действия и искренне восхищалась. Многое для себя открыла, ведь раньше, когда я путешествовала в королевских условиях, было чем заняться. Всегда неподалёку крутились служанки, фрейлины, которых впоследствии разогнал Коннарт, чтобы не забивали мне голову всякими глупостями. И сейчас, глядя на корабельщиков, я поняла, что действительно много не замечала, отвлекалась на другое.

Оказывается, жизнь гораздо грубее, чем мне казалась. В ней много пота и крови, а ещё в ней много самых простых радостей, вроде перерыва в работе, вкусного ужина, песен, которые исполняли здесь по вечерам. Простые, незамысловатые, но с душой. Они отличались от тех, которые мы учили при дворе, порой в них мелькали неприличные слова, а порой наоборот, приличных было крайне мало. Но всё это было таким простым, таким настоящим, что мне стало казаться, будто культурность того мира, в котором я жила — искусственная. Там всё завуалировано, всё благопристойно и красиво, но в то же время не менее жёстко.

Например, брат может продать сестру тому, кто решил заплатить больше. Разве это признак изящества, которому меня сызмальства учили? Вовсе нет. Это самая что ни на есть подлость!

Дни были наполнены таким количеством впечатлений и открытий, что казалось, будто их прошло гораздо больше, нежели на самом деле. Когда я спросила у Джулла, когда же мы прибудем в Шэллвуд, оказалось, что не менее чем через пару дней.

— Во-первых, пришлось сделать более широкую дугу вокруг Мидра вглубь Аурэльского моря из-за штормов, во-вторых, ветер, паскуда, гуляет, — парень поправил на голове шапочку, зябко передёрнул плечами. — А ты чего всё время тут торчишь? Спал бы себе, пока дорога.

По его усталому лицу было видно, что сам он буквально мечтал о лишних часах сна. Я видела, что капитан, несмотря на родственную связь, гонял его ничуть не меньше остальных, а то и больше.

— Не могу. — Грустно вздохнула.

И это была сущая правда. Стоило мне оказаться в тесной каюте, как в голову начинали лезть не очень хорошие мысли, вроде того: «а вдруг я не нужна Мортану» или «как же там Вирр, сумел ли он скрыть моё отсутствие». Возможно, я бы успокоилась, глядя на портрет жениха, но света в каюте было так мало, что его почти не было видно. Взять его на палубу я не решалась, из-за риска быть разоблачённой. И судя по суровым замашкам капитана, за обман влетит всем, включая меня. Нет, конечно же, он меня не убьёт, но наверняка запрёт в каюте и не выпустит, пока не вернётся обратно в Моривию, чтобы сдать старшему брату с рук на руки.

О нет, этого нельзя допустить ни в коем случае! Поэтому терпение, только терпение.

— Мне бы твои проблемы, — пробурчал Джулл, развернулся и ушёл.

Не понять ему моих страхов, да и не надо. У него своя жизнь далеко не сахар. И судя по всему, он гораздо старше, чем показался мне в первый раз, просто ростом не особо вышел.

То, что путешествие закончится вовсе не завтра, меня сильно огорчило — голова начала жутко чесаться, требуя, чтобы волосы расплели и помыли. Рисковать возможностью выходить из каюты я не собиралась, поэтому мужественно терпела. Так сильно хотелось в ванну, что мне даже приснилось, будто я лежу в теплой воде, в пене, а волосы такие чистые, такие душистые… Но стоило мне подумать, что вот оно — счастье, как в ванной вдруг поднялись волны, принялись качать меня, накрыли с головой, и я… проснулась.

Оказалось, что наяву ничуть не лучше. Корабль нещадно болтало, жуткие раскаты грома и отблески молний, которые я умудрилась увидеть сквозь небольшой иллюминатор, вызвали безотчётное желание забраться под кровать. Лучше бы, конечно, в шкаф, но такового не имелось.

— О, Боже, осталась всего пару дней, почему, почему это происходит именно с нами? — взмолилась я. — Тарр, пожалуйста, спаси и помоги!

Я завела песню, которую мы обычно поём на службах, вот только постоянная качка бросала меня то к одной стене, то к другой, мешая благому делу. Но я продолжала петь, надеяться и верить… Потому что активировать телепортационный амулет не хотелось совершенно. Я даже из саквояжа не решалась его доставать, просто обхватила его руками и продолжала надеяться до последнего.

Я не помню, сколько раз повторила молитву, но в какой — то момент раздался особо жутки треск и… вода хлынула в щели, образовавшиеся от излома. Кажется, выбора не осталось — надо открывать саквояж, вот только замок, как назло, заклинило. Вода стремительно пребывала, мешкать было ни в коем случае нельзя. Тогда я достала из сапога нож, который мне в своё время подарил Вирр, и принялась орудовать им в замке. Действовала без раздумий, быстро и… как ни странно, но он открылся! На пол, точнее уже в воду посыпалось всё, начиная с портрета Мортана, заканчивая ножом и коробочкой с сапфировым гарнитуром и помолвочным кольцом.

— Нет! — вскрикнула я и бросилась, было, за ними, но корабль вновь затрещал, по стенам прошлась дрожь, а потом ухнуло так, что сердце в пятки ушло. Саквояж выпал из рук, на дне его белела вожделенная коробочка с артефактом экстренной телепортации, а меня уже несло куда — то мощной волной, оставалось только умудряться дышать и при этом не захлебнуться.

Дальше был полный сумбур. Меня стукнуло о стену, аж в спине хрустнуло, саквояж, как назло, проплыл мимо, я даже руку протянула, но ухватиться не смогла. Я снова обо что-то стукнулась, вытянутой рукой почувствовала какую-то опору, оказавшуюся приличным куском дерева, и вцепилась в него, как клещ. Именно он не позволил гигантской воронке затянуть меня в пучину. Точнее, поначалу меня туда затянуло, но потом вытолкнуло на поверхность, и я смогла, наконец-то вдохнуть. Руки и ноги свело судорогой от холода и ужаса, в голове билась единственная мысль: выплыла!

Но то была преждевременная радость. Волны вокруг так бесновались, что я всё-таки изрядно наглоталась горько-солёной воды, а потом… потом я видела нечто. Оно напоминало огромного змея со странными наростами, усами и пронзительно синими глазами. Они сверкали, приводили в ужас, завораживали, а потом он раскрыл пасть. Пасть, в которой мелькнуло такое количество огромных зубов, что я… потеряла сознание.

Хватит. Я и так увидела слишком много. Пусть он сожрёт меня быстро, чтобы я не мучилась.