Глава 9 · Танец на крыше

Как выяснилось, коты просто-напросто не поделили территорию с каким-то нагом, который решил, что должен расположиться непременно рядом с ними и любоваться на их игры. Котам не понравилось присутствие незнакомого мужика, и они решили прогнать его. К моменту, когда появилась Дариласа, наг уже уползал, активно шевеля хвостом. Успокоив зверей, она направилась обратно во дворец.

Уже подходя к залу, она учуяла запах наагашейда. Точнее, кошка учуяла, а Тейсдариласа возликовала. Ей не терпелось показаться перед ним в таком виде, посмотреть на его реакцию. Она была переполнена радостным предчувствием. Может быть, поцеловать его? Ещё один раз?

Тейсдариласа ненадолго замерла перед дверью, поправила юбку и волосы и наконец зашла внутрь. И её радость окатило холодом. Наагашейд был здесь. Невообразимо прекрасный в тёмно-зелёном одеянии. И был не один. Он склонялся к губам Шариллы, почти целуя. Радость, ликование, желание видеть его… Всё это умерло. Тейсдариласа неожиданно ощутила внутри звонкую и гулкую пустоту. Все эмоции упорхнули, словно испуганные бабочки, оставив лишь холод разума. Разум призвал гордость. И она улыбнулась. Спокойно, вежливо, словно извиняясь, что помешала. Поприветствовала повелителя кивком головы и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Зачем она опустила засов, Дариласа тогда не задумывалась. Она просто опустила его и спокойно пошла прочь по коридору.

– Тейсдариласа, стой!

От крика она вздрогнула. Вздрогнула и закрытая дверь от удара.

В тот момент, когда дверь просто вылетела в коридор и с грохотом упала на пол, Дариласа как раз успела спрятаться в нише за углом. Она очень спокойно развязала подаренный Ваашем мешочек и вывалила зелёную кашу прямо на ладонь. Мазь звонко шлёпнулась на пол, но девушка не обращала внимания на то, что её ладонь стремительно пустела. В голове мелькнула мысль, что подарка Вааша хватило только на один раз.

Дождавшись, пока наагашейд проползёт мимо, она направилась дальше, держа свой путь наверх, на крышу.

Она слишком много о себе возомнила. Она решила, что повелитель испытывает к ней что-то особенное. Вообразила то, чего нет на самом деле и никогда не будет. Имеет ли она право злиться на него? Нет. Его намерения всегда были предельно честны. Он желал её и никогда не скрывал этого. Но он также никогда не скрывал, что не собирается давать ей ничего, кроме своего желания. Просто она что-то придумала и поверила в это. Расслабилась.

Кошка внутри неё не была согласна. Она требовала бороться. Убрать соперницу. Наказать змея. Покусать его. Всего покусать, чтобы все видели, что он чужой, несвободный. Но человеческая сторона была глуха к требованиям кошки.

На крыше оказалось прохладно. Ветер тут же подхватил её юбку, и ткань радостно зашелестела. Девушка присела на край крыши и опустила взгляд. Во дворе и в парке тоже шло празднество. В чашах зажгли огонь, и теперь дорожки походили на огненных змей.

Неожиданно дверца, ведущая на крышу, распахнулась, и появилась всхлипывающая Шарилла. Несколько секунд девушки просто смотрели друг на друга, а затем Шарилла расплакалась.

– Маа-Диаши, я правда поверила на какое-то мгновение, что нравлюсь ему!

Тейсдариласе стало жаль девочку, ставшую очередной жертвой чар наагашейда. Она сама сильная и способна пережить это. Но каково подобное перенести девушке, которую всегда все любили? Она поманила Шариллу к себе. Нагиня подползла к ней и села рядом, продолжая всхлипывать и заливаться слезами.

– Я такая ду-у-ура! Я обо всём забыла, когда он посмотрел на меня. Я… я… я думала, у меня сердце через рот выскочит!

Тейсдариласа грустно усмехнулась. Как знакомо!

– А он был таким ласковым, заботливым!

Да, он умеет это. Он очаровывает.

– Сказал, что рад, что смог увидеть меня.

В груди Тейсдариласы поднялась волна глухого раздражения и обиды. За себя и за девочку. А Шарилла всё продолжала и продолжала плакать, ругая себя и свою наивность.

– Трогал мои волосы и говорил, что они очень красивые.

Ему очень нравились её волосы, очень сильно. Дариласа помнила, как он прикасался к ним. Ей вдруг захотелось сделать ему больно. Мысль возникла спонтанно, и идея осуществилась быстро. Дариласа выхватила кинжал, перехватила косу поудобней и одним движением отсекла её острым лезвием. Голове резко стало необычайно легко, а короткие, неровно обрезанные волосы тут же разметал ветер. Ошарашенная Шарилла перестала плакать и икнула. Тейсдариласа хмыкнула и сбросила косу вниз. Прощально звякнули бубенчики, и одна из треног с горящей чашей внизу пошатнулась.

Нет больше проблемы. Больше нет волос, которые ему так нравились. Её охватило мрачное торжество. Интересно, понравится ли ему?

Шарилла неожиданно решительно шмыгнула носом и потянулась за кинжалом в руке Тейсдариласы. Та поспешила убрать его за спину.

– Дай! – потребовала нагиня.

В итоге они чуть не слетели с крыши, и Дариласа отдала ей кинжал. Смотря, как юная нагиня остервенело кромсает роскошную гриву, Тейсдариласа уже жалела, что подала пример. Закончив, Шарилла сгребла отрезанные локоны в охапку и заревела пуще прежнего.

В небе в это время громыхнуло, от земли ввысь прочертила путь желтовато-красная дорожка, и распустился первый огненный цветок. А за ним вскинул голову и ещё один, и ещё…

Шарилла утёрла слёзы и попыталась улыбнуться.

– Я не буду их выбрасывать. Жалко, – призналась она. – Свяжу из них папе жилетку. И я пойду. Он, наверное, волнуется.

Дариласа кивнула ей, и девушка поднялась и покинула крышу. Дверца за её спиной тихо хлопнула.

Тейсдариласа осталась на крыше одна. Она встала и опять посмотрела вниз. Там шумел праздник, в небе отгорали последние огненные цветы. А на душе было муторно и гадко. Ей понравился самый неподходящий мужчина: сильный, красивый, волевой, но не её. Она не нужна ему. Совсем. Он охотится, испытывает азарт, расставляет ловушки, приманивая её благосклонность. Зверь за доверчивость расплачивается шкурой и даже жизнью. Она же расплатится сердцем и чувствами. Она уже сейчас ощущала себя так, словно у неё что-то украли. А как она будет чувствовать себя, если позволит зайти этим отношениям дальше?

Хотя какие отношения? Она горько усмехнулась и посмотрела на волчий месяц. Одна ночь взаимного удовольствия, две, а может быть, немного больше – и это всё, что может связать их в будущем. Она действительно слишком много о себе возомнила. Решила, что сможет заинтересовать такого мужчину: яркого, властного, пресыщенного женщинами. Она – кошка без языка, которая даже платье-то носить не привыкла. Куда ей тягаться с красавицами, которые когда-то были и всегда будут в его жизни?

Неожиданно она сама себе стала отвратительна. Стоит здесь и жалеет о том, что наагашейд никогда не полюбит её. Радуйся, дура! Радуйся! Это несчастье минует тебя. Имей, в конце концов, гордость принять действительность такой, какая она есть. В мире полно мужчин. Твоя душа через неделю, месяц, год… Неважно когда, но перестанет болеть, и ты сможешь обратить внимание на других, более достойных твоих чувств мужчин. Просто забудь и живи. Перестань обдумывать каждый поступок. Сделай что-нибудь бездумно, только потому, что тебе этого неожиданно захотелось. Чего ты хочешь именно сейчас?

Тейсдариласа задумалась. Ей хотелось почувствовать себя лёгкой, а потом лечь и уснуть там, где её никто не побеспокоит. На губах возникла улыбка. Она вспомнила, что именно приносит ей необычайную лёгкость. А почему бы нет? Она свободна. У неё нет ни мужа, ни жениха, ни… ни возлюбленного. Сам наагашейд говорил ей о свободных нравах его народа. Её никто не осудит.

* * *

Дейширолеш раздражённо полз по залу в сопровождении Миссэ и Доаша. Девчонки нигде не было. И запаха её тоже. Он не хотел себе признаваться, но внутри царапался лёгкий страх, что она сбежала в очередной раз, и теперь окончательно. Ну почему она отреагировала не так, как он представлял? Если он ей нравится, почему она так спокойно ушла, решив даже не бороться?

«Потому что ты ей не нравишься», – шепнул внутренний голос.

Дейширолеш даже споткнулся от неожиданной мысли. Не нравится? Да нет же! Он чувствовал её возбуждение и желание.

«Похоть – это просто похоть! Ей не нужно думать, что ты ей нравишься, чтобы хотеть тебя. Ты сам такой же», – продолжал вкрадчиво нашёптывать внутренний голос.

Она не такая! В душе Дейширолеша вскипела ярость. Она не такая же, как он. Делилонис об этом сказал. Она другая, думает по-другому, чувствует по-другому. Он нравится ей!

«Убеждай себя и дальше!» – расхохотался голос.

Тихий рык вырвался сквозь зубы.

Перед самым выходом из залы ему пришлось резко остановиться: прямо перед ним проскочила та черноволосая девушка, милованием с которой он хотел вызвать ревность Тейс. Его брови удивлённо приподнялись. Волосы девчонки были обрезаны и теперь торчали непокорными вихрами в разные стороны, длина едва доходила до середины шеи. В руках она несла охапку собственных волос. Девушка даже не заметила его. Увидев отца, она ярко улыбнулась и бросилась к нему.

– Папочка! – закричала она и продемонстрировала собственные отрезанные волосы. – Смотри!

Её обеспокоенный отец обернулся, и глаза его расширились от ужаса. Лицо его дочери было заплаканным, на голове Тёмные знают что, а в руках волосы.

– Шарилла… – слабым голосом протянул он.

– Папа, я решила, что сплету тебе жилетку из своих волос! – сообщила ему дочь.

– Ты волосы обрезала за этим? – Эвраш део Триаш просто глазам своим поверить не мог.

– Ну, обрезала я их не поэтому, – смущённо признала девушка, но тут же решительно добавила: – Но собрала их и решила оставить именно для того, чтобы сделать тебе жилетку. Смотри, сколько их, жалко просто так выбрасывать.

Дейш не стал слушать дальше. Внутри возникло мерзкое чувство вины. Возникло и быстро улетучилось, вытесненное желанием поскорее найти другую девушку.

Девушка не находилась. Дейширолеш выполз из дворца в надежде, что она решила прогуляться. Но здесь было слишком много народа. Вдоль дорожек, ведущих во двор и в парк, стояли высокие треноги с чашами, в которых пылал огонь. Как Дейширолеш ни вглядывался, он не увидел Тейс среди гостей. Запах её по-прежнему не ощущался.

Вдруг он увидел на одной из чаш нечто толстое, напоминающее верёвку. Он бы не обратил внимания, если бы на конце «верёвки» не поблёскивали знакомые бубенцы. Он медленно подполз. С чаши свисала толстая коса Тейсдариласы. Что-то холодное и липкое на мгновение окатило его волной с головы до кончика хвоста. Перед мысленным взором тут же возникла картина, как он за эту косу достаёт из огня голову девушки.

Головы на другом конце не было. На другом конце был ровный срез, слегка опалённый огнём. Коса упала на самый край чаши, поэтому была относительно цела. Дейширолеш задумчиво сжал её в руках. Что происходит?

Его отвлёк возбуждённый гомон толпы. Все потянулись к замку и замерли недалеко от стены, задрав головы. Дейширолеш тоже посмотрел туда и застыл.

На гребне крыши на фоне волчьего месяца стояла гибкая женская фигурка в пышной юбке. Её короткие волосы едва касались плеч. Сердце почему-то скакнуло. Девушка подняла тонкие руки вверх и словно погладила месяц над собой ладонями. Прогнулась в спине и откинулась назад, одновременно с этим поднимая колено. Рядом что-то упало. Кто-то посветил факелом, и траве была обнаружена изящная туфелька. Колено поднималось всё выше, нога начала разгибаться, а подол юбки плавно заскользил по ней вниз, обнажая сперва колено, а потом бедро. Дейширолеш различил пальчики на стопе.

Девушка разогнулась и приняла прежнюю позицию резко и плавно. И замерла. Народ вздрогнул и застыл, как при звуке барабана: сперва дёргаешься от громкого удара, а потом ждёшь, пока гул от удара не закончит дрожать в теле. Тёмный женский силуэт томно повёл плечами и начал танцевать.

Дейширолеш смотрел как заворожённый на девушку, танцующую на фоне волчьего месяца на крыше его дворца. На её плавные, смелые движения, на соблазнительные изгибы тела, на странно короткие волосы. Пришёл он в себя, когда с девушки пышным облаком соскользнула юбка. Некоторое время он просто стоял, не понимая, как это произошло, в то время как кто-то в толпе весело ловил предмет одежды. А когда девушка потянула свой топ вверх, он зло рыкнул и метнулся во дворец.

Пока повелитель мчался на крышу, его подданные смотрели на таинственный женский силуэт, который танцевал и беззастенчиво раздевался. Смотрели благоговейно, ибо в реальность происходящего не мог поверить никто. Разве может обычная девушка танцевать в небе на волчьем месяце? Не может. Девушка упала на четвереньки, и её тело начало меняться. И вот на глазах у всей толпы на гребне крыши встала на четыре лапы большая кошка. Она мягко оттолкнулась от кровли и исчезла именно в тот момент, когда там появилось новое действующее лицо: сам наагашейд.

– Тейсдариласа, стой! – рявкнул он.

Казалось, даже музыка во дворце смолкла, так тихо вдруг стало.

Один из слуг пихнул в бок другого и шёпотом произнёс:

– Слышь, помнишь, Дейашер, что в походе на Нордас участвовал, брехал, что кошка наагашейда в принцессу обращается? Ну, как в сказках?

– Думаешь, не брехал? – задумчиво спросил товарищ.

– Мож, и не брехал.

* * *

Кошка спрыгнула вниз со стены со стороны парка. Здесь гуляющих оказалось не так много, основная их масса была во дворе. Поэтому она спокойно отряхнулась и, прячась в тени дворца от яркого света луны и волчьего месяца, направилась куда глаза глядят. Пару раз мимо неё проползали стражники, которые обеспокоенно переговаривались и явно кого-то искали. Ей было всё равно. Она испытала лёгкость, о которой так мечтала, и теперь хотела найти укромное место, где можно было бы поспать. Лапы сами понесли её прямо к воротам.

У ворот она свернула направо, к неприметной двери в стене. Там располагалось что-то вроде сторожки для стражников. Здесь они отдыхали между сменами, перекусывали и собирались компаниями за бутылкой ядрёной настойки. Внутри никого не было. Кошка прошла в дальний угол и легла на каменный пол спиной к двери.

Когда через полчаса дверь отворилась, она даже ухом не повела.

– Госпожа? – услышала она обеспокоенный голос Сооша. – Вас же ищут везде!

Кошка даже головы не повернула. Молодой наг нерешительно замер рядом с ней. А затем поднял с пола чей-то плащ и накинул его на принцессу, закрыв её полностью. Усевшись прямо перед ней, он принялся точить оружие, пробурчав себе под нос:

– Как жаль, что вас здесь нет.

Через четверть часа в сторожку заполз ещё один наг.

– Ты представляешь, от наагашейда опять его кошка-принцесса сбежала, – сказал он Соошу. – Тот рвёт и мечет. Её все ищут.

– Знаю, – неохотно откликнулся Соош.

За его спиной под плащом грустно вздохнула кошка. Повисла тишина. Соош напряжённо посмотрел на товарища. Тот смотрел на хвост, торчащий из-под плаща. Задумчиво пожевав губами, он сказал:

– Как жаль, что мы её не видели.

– Да, жаль, – с готовностью откликнулся Соош.

Дверь в сторожку приоткрылась, и внутрь крадучись заполз наагариш Роаш. Он сразу бросился на поиски воспитанницы, когда Делилонис рассказал ему о случившемся, и видел, что она ушла сюда. Но пришлось подождать некоторое время, пока поиски, организованные повелителем, не уйдут в другую сторону.

– Так, где она? – спросил он.

– Нет её, – искренне соврал Соош.

Роаш уставился на хвостатый плащ, а затем подпихнул своим хвостом выпроставшуюся конечность под ткань.

– Ну, нет так нет, – принял он ответ и покинул их.

Кошка провела в сторожке ещё некоторое время, а затем поднялась и, игнорируя встревоженные оклики Сооша, вышла наружу. У ворот она столкнулась с Ссадаши. Наг куда-то собирался, за его плечами был вещевой мешок. Она уже прошла мимо, когда он окликнул её:

– Эй, госпожа! Я слышал, вас ищут. Если хотите, то идёмте со мной. Я собираюсь уехать из города на несколько дней и погулять по окрестностям.

Кошка задумчиво посмотрела на него, а затем кивнула и мотнула головой в сторону дворца. Ссадаши кивнул в ответ.

– Я подожду вас.

И Дари направилась к дворцу. Ей нужно предупредить кое-кого.

* * *

Роаш сидел за столом в своих апартаментах и, несмотря на праздник, занимался изучением срочного донесения. От городской стражи, главой которой он являлся, поступила весть, что в черте города появилась шайка грабителей. Притащились откуда-то с востока Давридании, похозяйничать на «нетронутых полях». Только не учли они одного: поля эти не тронуты не просто так.

Когда со стороны террасы раздался шум, он не очень удивился, предположив, что наверняка Дариласа решила вернуться. Дверь приоткрылась, и внутрь действительно скользнула Дари. Кошка замерла посреди комнаты и начала обращение. Через минуту на дрожащие ноги поднялась Тейсдариласа и бросила на Роаша прямой и решительный взгляд. Графит выпал из ослабевших пальцев нага, когда он увидел её короткие волосы. Но он не успел задать ни единого вопроса, как губы девушки раскрылись и она ошарашила его второй раз.

– Мне нужно погулять, – глухо и хрипло произнесла она. – Несколько дней.

В комнате воцарилась мёртвая тишина. В голове же Роаша стало звонко-пусто. Он просто продолжал смотреть на неё круглыми глазами, всё так же держа над столом поднятую руку, словно сжимая в ней графит. Дариласе надоело ждать ответа, и она, прищурившись, добавила:

– Я предупредила.

Роаш сглотнул и закашлял: слюна пошла не в то горло. Прокашлявшись, он как ни в чём не бывало уточнил:

– Одна?

Девушка отрицательно мотнула головой.

– С Ссадаши, – добавила она.

В конце слова у неё пропал голос, но Роашу и первой его части было достаточно, чтобы догадаться о личности сопровождающего.

– Хорошо, – очень спокойно произнёс он. – Приятного пути.

Возможно, ранее Тейсдариласу и удивил бы такой ответ. Но сейчас ей было всё равно. Качнув головой в знак прощания, она обернулась кошкой и скрылась на террасе.

Роаш продолжал смотреть прямо перед собой ещё некоторое время. А затем поднялся, достал из шкафа бутылку вина, бокал и налил себе выпить.

Когда в дверь постучали, он успел осушить половину бокала.

– Войдите, – велел он.

В комнату почтительно вполз наг.

– Господин, требуется ваша печать. – Он протянул ему свиток.

Наагариш спокойно принял, пробежался по документу глазами и, приложив к нему ножку бокала, вернул нагу. Тот непонимающе посмотрел на своего господина. А Роаш опять задумчиво глядел перед собой. Неожиданно он спохватился и обеспокоенно нахмурил брови.

– А они прямо сейчас уезжают? – произнёс он задумчиво и направился прочь из комнаты.

Наг ошарашенно посмотрел сперва на документ в своих руках, а затем вслед наагаришу.

– Господин! – возмущённо вскрикнул он и поспешил за ним.

* * *

Роаш успел перехватить Ссадаши прямо у ворот в тот момент, когда молодой наг уже собирался выезжать. Дари рядом с ним не было, но Роаш успел заметить мелькнувшие над краем стены на фоне медленно светлеющего неба чёрные кошачьи хвосты. Через ворота Дари никто не выпустил бы: наагашейд ищет её на территории дворца. Роаш очень и очень давно не видел повелителя таким злым и нервным.

– Стой! – окликнул он парня.

Ссадаши придержал коней и недовольно посмотрел на наагариша. В него полетел мешочек с деньгами.

– Это для Тейсдариласы, – пояснил Роаш.

Парень хмыкнул и кинул деньги назад.

– Я не бедный, – с достоинством сказал Ссадаши.

Роаш же опять бросил мешочек ему.

– Дариласа тоже не бедная, – ответил он.

Молодой наг поморщился, но запихнул деньги за пояс. Он уже хотел стегнуть лошадей, но Роаш опять остановил его.

– Подожди! Ты ей из одежды что-нибудь купи, – неловко попросил наагариш. – Пусть едет в человеческом облике. А то на кошку могут напасть.

Ссадаши молча кивнул и выехал за ворота.

Роаш некоторое время ещё постоял, а затем обернулся и нос к носу столкнулся с мрачным нагом, который ему принёс документ. Он молча протянул свиток господину. Наагариш с недоумением посмотрел на него.

– Что тебе?

– Поставьте печать, – хмуро попросил наг.

– А почему молча протягиваешь? – недовольно спросил Роаш. – Я догадываться должен, что тебе нужно?!

– Так я к вам второй раз подползаю! – вскинулся наг, но под суровым взглядом наагариша быстро растерял боевой настрой.

– Пошли, – позвал его Роаш и направился к дворцу.

* * *

– Ну?! – Дейширолеш нетерпеливо взмахнул хвостом.

Запыхавшиеся наги отрицательно покачали головами. Дейш даже ругаться не стал. Просто протяжно, взбешённо зашипел, как самая настоящая змея. Они уже несколько часов пытаются найти неуловимую принцессу, но безрезультатно. Нет ни её следов, ни запаха. С причинами отсутствия последнего он разобрался, когда обнаружил на крыше кожаный мешочек с остатками зелёной каши. Вазинейская мазь! Отшибает запах напрочь на срок от полудня до суток. И на территории княжества она вообще-то запрещена к распространению. Где она умудрилась её достать?

Там же, на крыше, он подобрал её серьги. Цепочка с изумрудом так и осталась раскачиваться, зацепившись за край кровли. Она его не заинтересовала. А вот серьги навевали воспоминания о девушке. Дейширолеш неожиданно вспомнил, что она всегда ходила в них во время перехода из Нордаса в Шаашидаш. Отметил, что у них приятный звон, и спрятал за пазуху.

Через некоторое время обнаружилось отсутствие котов. Двух из них. Дейширолешу сообщили, что в конюшнях у него теперь проживает кошка с новорождённым котёнком, а один из котов является отцом детёныша. Кот метался перед входом в старую часть конюшни, рычал на них и нервничал. Дейш всё равно прополз мимо него и заглянул внутрь. Кошка лежала на кипе старых одеял спиной к входу. Она повернула башку в его сторону и угрожающе зарычала. Но не впечатлила повелителя. Он осмотрел помещение и убедился, что Тейс здесь нет. А когда раздался жалкий, тоненький плач котёнка, вздрогнул и почему-то поспешил уползти.

Чуть позже его одолели некоторые сомнения. Ни Вааш, ни Делилонис, ни Роаш в поисках не участвовали. Эти трое всегда больше всех переживали за девчонку, а сейчас, исходя из донесений слуг, спокойно сидели в своих покоях. Недолго думая, наагашейд направился к Роашу.

– Где она? – спросил он с порога.

Роаш встретил его изумлённым взглядом.

– Кто она? – не понял он.

– Твоя воспитанница! – процедил сквозь зубы Дейширолеш. – Она пропала, а ты даже не чешешься!

– Она не пропала, – спокойно ответил Роаш. – Она уехала погулять по окрестностям.

Дейширолеш замер.

– Уехала? – повторил он.

– Да, на несколько дней, – подтвердил Роаш.

– Ты отпустил её одну?! – вскипел Дейширолеш.

– Нет, конечно, – наагариш улыбнулся. – С ней поехал Ссадаши део Фасаш. Очень достойный молодой наг.

Дейш застыл, пытаясь понять, почему ему знакомо это имя. На помощь пришёл наагариш.

– Это сын наагалея Видаша, – пояснил он.

– Эта бледная немочь? – прищурился наагашейд.

– Ну да, он несколько бледноват, – не стал спорить по поводу цвета Роаш.

– И ты отпустил её с ним одну? – разъярённо прошипел Дейширолеш.

– Почему бы и нет? – удивился Роаш. – Ссадаши – почтительный молодой наг из приличной семьи. К Дариласе он относится очень и очень хорошо.

Это «очень и очень хорошо» окончательно выбесило Дейширолеша, и он ударил хвостом по стене. Посыпалась каменная крошка.

– Ты, кажется, опять забылся! – процедил он сквозь зубы. – Принцесса Нордасская – это плата за мир мне!

– Но вы так и не предъявили на неё никаких прав, – бесстрашно заявил Роаш. – И вы не можете запретить мне стать её опекуном. Это будет нарушением наших же законов.

Дейширолеш сжал зубы и, бросив на наагариша взбешённый взгляд, вылетел из комнаты, чуть не вынеся дверь. Роаш облегчённо перевёл дух и обмахнулся документами.

* * *

Наагашейд просто нёсся по коридору куда глаза глядят. Внутри него кипело такое море ярости, что он был готов разнести весь дворец. Потрясающее начало нового года! Он заставил себя остановиться и глубоко вздохнуть. После этого направился в ближайшую дверь, ведущую на террасы. Вдохнул свежий утренний воздух и попытался успокоиться. Получалось откровенно плохо. Дейш не мог объяснить причину своих чувств, но именно сейчас он ощущал дикую потребность найти девчонку. Зачем? Не в его принципах бегать за обиженными бабами. В конце концов, у него есть гордость и чувство собственного достоинства.

Но ему дико хотелось плюнуть и на гордость, и на достоинство повелителя нагов, найти девушку и зацеловать до смерти. Самое поганое, что разумная и холодная сторона наагашеха почему-то поддерживала неразумное желание. И наагашеху в нём было глубоко наплевать, что у этого желания нет разумной причины. У него вообще нет никакой причины! По крайней мере, он её не видел.

Дейширолеш сжал перила так, что они затрещали. Он перестал понимать самого себя. Он никогда не тратил столько времени ни на одну женщину. Его окружали в разное время множество женщин. Самых разных. Попадались и очень упрямые, и гордые, и принципиальные. Но он находил подход к каждой. В каждой из этих женщин было что-то общее, что роднило их. Неужели восемнадцатилетняя девчонка может настолько отличаться от всех остальных, что в ней отсутствует даже та, общая для всех женщин черта?

Но, признаться откровенно, он никогда не обращал внимания на девушек, подобных Тейсдариласе. Его всегда интересовали очень красивые женщины, хорошо одетые, красиво двигающиеся, с замечательными голосами. Если бы не тот проклятый танец у песчаников, он бы не посмотрел на неё. Она всего лишь симпатичная, предпочитающая мужской костюм платью и совершенно не разговаривающая. Двигается она, правда, очень хорошо. Да, на женщин, подобных ей, он никогда не смотрел. А теперь ищет её черты в лицах всех остальных!

Он устало растёр лицо ладонями. Ему казалось, что он понял что-то в её характере. Тейсдариласа была похожа на него самого. Этот стальной стержень внутри, это свободомыслие и мятежность, эта её прямота… Всё это было и у него. Он был уверен, что она отреагирует на сцену с мнимым ухаживанием так, как надо. Как он сам отреагировал бы? Убил бы соперника и запер её саму!

Именно это Дейширолеш страстно мечтал провернуть с Ссадаши. Какая жалость, что он сын Видаша. Его отец – пусть бывший, но всё же друг ему. Поэтому он проявит терпение. Но только до тех пор, пока мальчишка не переступит черту. Если он осмелится перейти грань, то его ничто не спасёт.

А Тейсдариласа даже не подумала предъявить на него хоть какие-то права. Нравится ли он ей в действительности? И почему его вообще заботит это?! Почему он думает об этом?! Если дверь не открывается, то, может, он стучит в стену? Стоит ли она вообще его усилий?

Дейширолеш мрачно посмотрел на небо. Он и так уже достаточно унизился, ползая за ней по всему дворцу. Пусть стена дальше остается стеной.

Придя к этой мысли, он покинул террасу и направился в свой кабинет. Пока наагашейд поднимался по лестнице, голову посетила мимолётная мысль, что любую стену можно проломить. Он раздосадованно тряхнул головой и заполз в приёмную.

Повелителя встретил удивлённый взгляд помощника. Тот не ожидал увидеть владыку так рано. Праздник же накануне был.

– Пусть начальник дворцовой стражи явится ко мне с отчётом, – приказал Дейширолеш.

– Сейчас? – удивился наг. – Так праздник же только что закончился…

– Сейчас! – рявкнул Дейширолеш так, что помощник вздрогнул, и скрылся в кабинете.

А наг поёжился. Больно дурное у наагашейда настроение.

* * *

Тейсдариласа встретила Ссадаши за городскими стенами. Она не была уверена, что стража на воротах выпустит её хоть в человеческом, хоть в зверином виде. Поэтому полезла через стену. Ссадаши немного задержался. Но когда он подъехал, Дари увидела помимо его мешка ещё один.

– Одежда для вас, – пояснил он. – Ваш опекун просил позаботиться. На зверя не всегда хорошо реагируют, поэтому вам лучше ехать в человеческом облике.

Принцесса обеспокоенно посмотрела на котов, последовавших за ней.

– Ну, вдвоём двух котов мы как-нибудь защитим. А вот один я за тремя котами могу и недосмотреть.

Дари утопала переодеваться в ближайшие кусты.

Дальше она ехала в колеснице вместе с Ссадаши. Парень сам был в этих местах впервые. Раньше он никогда не посещал столицу, поэтому не был знаком с её окрестностями. Дариласа же всегда проскакивала здесь слишком быстро, не обращая внимания на то, что окружает её. А окружало много любопытного.

За пределами города начиналась сельская местность. Принцесса привыкла воспринимать нагов исключительно как хороших воинов, поэтому наги-землевладельцы её сильно удивили. Она с нескрываемым любопытством смотрела, как гонят стада коров, как чинят покосившиеся заборы и красят печные трубы. Смотрела на голые, чёрные поля, которые подготовили для посева следующего урожая. Это была новая для неё сторона жизни народа наага.

К середине дня поселения перестали попадаться. Они завернули в сторону диких лесов и скальных пиков, как зубы торчащих среди зелени. После привала направились дальше, но только Тейсдариласа поехала не в колеснице. Ей в голову взбрела неожиданная мысль, и она уселась верхом на Изящного Красавчика. Кот радостно взвился, словно с ним играют, и сбросил её. Девушка поднялась, потёрла ушибленную голову и подступила к флегматичному Большому Красавчику. С ним оказалось куда проще. Он не мчался вперёд, а спокойно передвигал лапами, не обращая внимания на возню на своей спине. Ссадаши заинтересованно смотрел на её действия.

Сидеть было скользко и неудобно. Тейсдариласа раньше каталась на неосёдланных лошадях, но это с катанием на неосёдланном коте даже близко сравнить нельзя. После нескольких не очень удачных попыток она выяснила, что ехать на коте лучше, согнув ноги в коленях и положив их на бока зверя. Но только без сапог: голенища скользкие. Ход у кота плавный, поэтому приподниматься при каждом его шаге, как на лошади, нужды не было.

Правда, кот неожиданно сорвался в стремительный бег, и она слетела с него, хорошенько покувыркавшись в траве. Ссадаши молча поднял её за шкирку и затащил на колесницу, поставив этим точку в объезжании диких котов. Дариласа решила, что завтра попытается ещё раз.

К вечеру они добрались до симпатичной скалы с небольшим озерцом прямо у подножия. Там и остановились. Коты умчались на охоту, а они занялись разбивкой лагеря.

Тейсдариласе нравилась их поездка. Спокойно, тихо, Ссадаши не донимает разговорами, наагашейд далеко, и она старается о нём не думать. Ещё пара дней, и её душа окончательно успокоится и она сможет вернуться обратно.

Ночью Тейсдариласа долго смотрела на ночное небо и искала незнакомые ей звёзды. Шевеля губами и водя пальцем над собой, она рисовала их с Ссадаши путь сюда, их звёздную дорогу. Потом глядела на убывающий волчий месяц и вспоминала, что скоро начнутся тёмные ночи, когда на небе не будет ни луны, ни волчьего месяца, а только звёзды. И от этих незатейливых мыслей ей становилось ещё легче. Заснула она под одним одеялом с Ссадаши, прижавшись к его тёплому боку.