Глава 16 · Забытый бог
Дариласа резко села на постели и недовольно посмотрела прямо перед собой. Рядом тихо сопел Роаш. На шкуре около двери, ведущей на террасу, раскинув лапы, спал кот. А ей только что приснился повелитель. В очередной раз. В очень неприличном сне. Настолько неприличном, что внизу живота пульсировало желание, а по телу пробегала горячая волна.
Осторожно выбравшись из хвоста Роаша, девушка направилась на террасу, надеясь, что ночная прохлада хоть немного остудит голову и тело. Эти сны начались неделю назад. Наагашейд снился ей и раньше, но не так часто и… не в таких снах. Подобное ей вообще никогда не снилось. Там он целовал её… всю. Жадно, очень горячо и так неприлично. Первый сон закончился поцелуями. А вот второй… Проснулась она с тяжёлым дыханием и горячей пульсацией внизу живота, словно он действительно… вошёл в неё. После третьей ночи таких сновидений неладное заметил Ссадаши, который действительно словно мысли читал. В данном случае она очень сожалела об этой его способности.
Они стояли на террасе, и парень, облокотившись на перила, на полном серьёзе посоветовал ей:
– Госпожа, если вы так желаете повелителя, то просто придите к нему ночью и возьмите, что хотите. Вас не осудят. У нас по-другому на это смотрят.
После этого совета Ссадаши она игнорировала целые сутки.
Но мысли постепенно, раззадориваемые горячими снами, начинали поворачиваться к принятию местных взглядов на близость между мужчиной и женщиной. Доходило порой до того, что Дари серьёзно думала о том, что можно было бы хоть один раз испытать это удовольствие, о котором она столько слышала, именно с этим мужчиной. Мужчиной, к которому её неимоверно тянет. Вдруг она больше никогда и ни к кому не испытает подобных чувств.
Дариласа старательно гнала эти мысли, но они становились всё навязчивее и навязчивее. Иногда ей даже хотелось плакать. Она не знала, как поступить, чтобы было правильно.
Принцесса уселась на террасе и с наслаждением вдохнула свежий воздух. Её мучили собственные желания. Иногда ей хотелось стать такой же, как и наагашейд, для которого подобная близость – всего лишь удовольствие. При расставании с очередной любовницей у него не будет болеть сердце, ему не будет плохо. А ей будет. Почему-то она вспомнила ту рыжую женщину из борделя и неожиданно позавидовала ей. Как спокойно она отдаёт своё тело очередному мужчине! Дариласа позавидовала этому спокойствию.
Она не могла понять, чем именно привлекла внимание такого мужчины, как наагашейд. Дари уже успела убедиться, что как женщина она довольно посредственна. Есть девушки куда более прекрасные и желанные. Если она уступит повелителю, то не сможет удержать его внимание надолго. Вот та рыжая, наверное, смогла бы.
Неожиданная мысль посетила Дариласу. Немного посидев и подумав, она поднялась и вернулась в комнату. Там она вытащила из шкафа мешочек с монетами, что Роаш дал ей на расходы, и вернулась на террасу. Раздевшись, она обернулась, прихватила мешочек зубами и перескочила через перила.
Через некоторое время кошка уже лезла вверх по стене борделя. Толкнув створки носом, она завалилась в комнату и встретилась с удивлённым взглядом рыжей женщины.
– О, киса, – певуче протянула она и плавно поднялась с постели.
Женщина была совершенно нага, и кошка ощущала запах мужчины, что был здесь совсем недавно. Выплюнув мешочек к её ногам, Дари отступила и начала оборачиваться. Через минуту принцесса поднялась на ноги и решительно посмотрела на женщину.
– Расскажи о мужчинах, – потребовала она.
Рыжая наклонилась, подобрала мешочек и заглянула внутрь. На её губах заиграла улыбка.
– Меня только что купили на много-много ночей, – протянула она. – Я расскажу всё. Только ушки, милашка, не затыкай.
Дариласа хмуро посмотрела на неё. Не заткнёт.
* * *
С той ночи Дариласа после наступления темноты убегала в облике кошки в бордель. Роашу пришлось рассказать. Наг, конечно, был слегка шокирован известием, что она ходит каждую ночь в бордель. Но потом убедил себя, что раз ей нужно, значит, нужно.
Рыжую женщину звали Лоликал. Она была родом с юга Давридании. Её мать зарабатывала также своим телом, и Лоликал пошла по её стопам. Но ей быстро приелись местные бордели с убогим контингентом и не менее убогой оплатой. И она поехала за лучшей долей сюда, в Шаашидаш. К женщинам её ремесла здесь относились значительно лучше и бережнее. У нагов прекрасное отношение ко всем женщинам.
Лоликал очень много знала о мужчинах, самих женщинах и о том, как быть невероятно привлекательной.
– Мужчины очень любят, когда ласкают их член. Руками, губами… – рассказывала она, расчёсывая волосы Дариласы. – Не дёргайся ты так, скромняжка. Поверь, это очень приятно – осознавать свою власть над мужчиной, дарить ему удовольствие, направлять его… В такие моменты они иногда очень беспомощные и трогательные. Не все, правда, есть такие, кто удовольствие получает с совершенно каменным лицом.
Пока она рассказывала Дариласе о мужском удовольствии, девушка выпала на некоторое время из реальности. А когда пришла в себя, то обнаружила, что её неровно обрезанные волосы аккуратно подстрижены.
Лоликал рассказывала ей и о женском удовольствии. Она поведала совершенно смущающие вещи о том, как женщина может доставить наслаждение себе сама. В этот момент Дариласа была близка к тому, чтобы закрыть уши руками.
Больше ей нравились беседы о том, как быть красивой. Лоликал показала ей, как нужно двигаться, как смотреть и улыбаться, чтобы мужчина вспыхнул от желания. Она рассказывала об одежде, о красках для лица. А один раз к ним в комнату привели девушку.
– Новенькая, – с улыбкой сообщила Лоликал, принимая у дверей таз и несколько мешочков. – Её нужно подготовить к работе. Обычно я этим не занимаюсь, но, чтобы показать тебе кое-что, решила вызваться.
Она развела в тазу с водой содержимое мешочков, и получилась густая светло-жёлтая масса.
– Этой мазью удаляют волосы с тела, – объяснила Лоликал, размазывая средство по рукам девушки. – Навсегда.
Дариласу очень поразила процедура. Лоликал обмазала девушку от шеи до самых пальчиков ног, а потом начала смывать мазь. Мазь смывалась вместе с волосами. Но один момент Дариласе показался совершенно отвратительным: волосы внизу живота зачем-то тоже удалили. Это смотрелось так странно. Словно девушка перед ней не девушка, а девочка.
Лоликал долго над ней смеялась.
– А ты знаешь, что когда нагини оборачивают хвост ногами, то волос там у них нет? У нагов, кстати, тоже.
Кошмар какой!
С собой Дариласа так поступить не дала. Она позволила обмазать себя этой мазью, но к паху не разрешила даже прикоснуться. И она потом долго не могла привыкнуть к необычному ощущению гладкой кожи. Лоликал заверила её, что потом вырастет светлый пух и кожа станет благодаря ему бархатистой.
* * *
Во дворце в это время тоже произошло нечто новое. Наагашейд собирался к давриданскому императору и забирал с собой Вааша, Роаша и Делилониса. Когда ей вернули Доаша и Миссэ, девушка поняла: её в эту поездку не берут. И Ссадаши тоже. Как они расстроились из-за этого! Повелитель же уедет примерно на два месяца. Два месяца! Дариласа не хотела отпускать своих опекунов и… и наагашейда тоже, одних. То есть без своего сопровождения. Ссадаши же злился, что отец опять не взял его с собой. Правда, наагалей Видаш не взял никого из сыновей.
Делилонис вдруг сделал ей два подарка. Правда, один из них был довольно сомнительный. Наагариш преподнёс ей свою шкуру, которую он скинул во время линьки, и посоветовал отдать её портному и сшить себе что-нибудь.
Роаш почему-то разозлился и расстроился из-за его поступка. А потом признался Дариласе в одной из утренних бесед, что свою шкуру успел, по обыкновению, сжечь. А мог бы тоже ей отдать.
Второй подарок Делилониса оказался преподавателем по живописи. Дариласа даже собиралась обидеться. Но передумала после первого занятия. Взглянув на её рисунок, учитель воскликнул, что у неё своеобразная манера письма и свой взгляд на живопись. А это прекрасно! Всё, что остаётся сделать ему, это научить её основам основ.
С повелителем же она просто перестала пересекаться. Ночи проводила в борделе, первую половину дня училась, а потом отсыпалась. Но через две недели после начала её посещений дома с голубыми занавесями ей всё же представился случай столкнуться с наагашейдом, и это столкновение поставило точку в её ночных похождениях.
* * *
Дейширолеш выполз на террасу и осмотрел открывшиеся его взгляду крыши. Никого. Он испытал раздражение. Почти две недели он пытается поймать её, но она не выходит больше по ночам и днём, в принципе, тоже. Она решила жить в четырёх стенах? Иногда у него возникало ощущение, что девушки нет на территории дворца. Вообще нет. Но, принюхавшись, убеждался в обратном.
Вот и сейчас он втянул воздух и почуял её запах. В животе свернулось волнение. Как всё-таки завлекательно она пахнет. Где она сейчас? Спит в своей постельке в обнимку с «папочкой» Роашем?
Дейширолеш замер, взгляд его прищурился, и он опять принюхался. Ему что-то не понравилось. Понадобилось полминуты, чтобы понять, что именно: источник запаха был не на территории дворца и постепенно удалялся. Внутри зашевелилось недовольство. И куда же собралась наша принцесса?
Через десять минут он уже выезжал из ворот дворца на колеснице, следуя за запахом. Когда перед ним через некоторое время появился дом с голубыми занавесями, он не мог поверить глазам и нюху. Но последний убеждал, что Тейсдариласа внутри. Что ей могло понадобиться в таком месте?
Девушку, что открыла ему дверь, он чуть ли не снёс вместе с этой дверью и рванул наверх. Внутри клокотал океан ярости и самых грязных домыслов. Распахнув одну из дверей, он встретился взглядом с симпатичной рыжеволосой женщиной. Она очаровательно ему улыбнулась.
– Вы кого-то ищете? – проворковала она. – Уж не милую ли чёрную кошечку?
– Нет, – отверг её предположение наагашейд. – Я ищу четырёхлапого монстра размером с лошадь!
– Киса уже ушла, – с улыбкой сказала она. – Видимо, вас учуяла, так как всполошилась, обернулась и спешно покинула меня.
Дейширолеш яростно стегнул хвостом стену и принюхался.
– Что ей тут нужно было?
– О, – деликатно протянула рыжая. – У женщин тоже есть некоторые потребности…
Дейширолеш тяжело посмотрел на неё. Он уже понял по запаху, что принцесса не занималась здесь ничем предосудительным с другими мужчинами, и слегка успокоился.
– Передайте этой пока ещё не женщине, что со всеми потребностями она может обращаться ко мне, – процедил сквозь зубы Дейш.
– Всенепременно, – пообещала рыжая.
Дейш вылетел из комнаты, мазнув взглядом по телам полуголых красоток, что высыпались в коридор на шум. Почему-то их вид вызвал дикое раздражение, и он поспешил выбраться наружу. Кажется, кое-каким безответственным папашам нужно устроить головомойку.
* * *
Откладывать это повелитель не стал и, прибыв во дворец, сразу направился на третий ярус. Как замечательно, что именно в эту ночь Вааш ночует во дворце! Рыком он вызвал всех троих прямо в коридор, и заспанные наги вывалились перед ним, не понимая, что происходит. За спиной Роаша Дейш заметил Дариласу.
– Вы куда смотрите, идиоты! – зашипел Дейширолеш. – Ваша девчонка мотается по борделям, а вы спите себе спокойно!
Вааш и Делилонис моментально проснулись, схватились за сердце и с ужасом воскликнули:
– Быть не может!
– А вот может! – не согласился повелитель. – Я её только что там поймал! Будешь отнекиваться? – разъярённо спросил он у девушки.
– А зачем отнекиваться? – спокойно удивился Роаш. – Она там действительно была. Дариласа ходит туда уже две недели каждую ночь.
Наступила тишина.
– Ты знал?! – звеняще прошипел наагашейд.
– Конечно, она мне сразу об этом сказала. – Роаш продолжал сохранять невозмутимость.
– И что ей там могло понадобиться, что ты счёл возможным отпустить её туда? – разъярённо спросил повелитель.
– Видите ли, мы все трое неженаты, а девочка сейчас в том возрасте, когда у неё возникает много вопросов на определённые темы, и говорить об этом лучше с женщиной, – объяснил Роаш.
– А лучшей кандидатуры на место советчицы не нашлось?!
– В этих вопросах данная женщина как раз лучшая.
Дейширолеш взбешённо посмотрел на спокойного Роаша, разразился гневным шипением и, круто развернувшись, уполз.
– Роаш, – многозначительно протянул Делилонис.
– Утром, всё утром, – сказал Роаш и бессовестно захлопнул дверь перед носами других «папаш».
Дариласа посмотрела на него блестящими от веселья глазами.
* * *
Наутро в комнатах Роаша состоялось собрание опекунов. Приползшего Ссадаши выставили за дверь. Делилонис орал, переходя на разъярённое шипение, на Роаша, который «разрешил девочке таскаться в такое сомнительное место». Он считал, что их воспитаннице и к тому же принцессе нельзя бывать в подобных заведениях. Вааш же был печален и повторял, что это он виноват. Из-за него она впервые оказалась в борделе, да и последующие разы тоже была из-за него.
Роаш переносил гнев Делилониса и страдания Вааша очень спокойно. Пока они сообщали о своём отношении к произошедшему, он просматривал документы. И как только Делилонис умолк, поднял на него взгляд и спросил:
– Дел, а ты сам бы смог ответить на все вопросы девочки?
– А почему бы и нет!
– Хорошо. – Роаш кивнул.
Он знал, о чём Дариласа общалась с той женщиной, поэтому задал Делилонису вопрос:
– Тогда расскажи ей, как доставить удовольствие мужчине.
Делилонис поперхнулся воздухом и возмущённо уставился на Дариласу. На помощь пришёл Вааш.
– Дариласк, мужчины обычно сами знают, что и как им сделать, – осторожно сказал он.
– А она хочет сама знать, как это сделать, – продолжал настаивать Роаш.
И тут сказочным образом неприятный разговор сошёл на нет, и Делилонис с Ваашем заторопились по делам. Дариласа всё это время сидела, боясь лишний раз вздохнуть. Она не предполагала, что её действия вызовут такую бурную реакцию со стороны двух опекунов. И если реакция наагашейда немного позабавила, то перед опекунами было слегка неловко. Поэтому она решила, что узнала уже вполне достаточно и больше нет нужды бегать к Лоликал каждую ночь.
* * *
Через день от наагашейда пришёл очередной подарок с запиской, в которой он писал, что этот дар – извинения за его излишнюю грубость. В качестве подарка он передал невероятно вкусные пирожные. Отказаться от них Дариласа не посчитала возможным и спокойно приняла. Пирожные она потом съела вместе с Ссадаши. Одна бы она с целой корзиной не справилась.
Ещё почти неделя прошла спокойно и довольно бедно на события. Дариласа начала потихоньку говорить самые простые фразы на наагатинском. Роаш стал вставлять в их утренние, почти уже традиционные беседы слова из родного языка. На слух они воспринимались всё так же с большим трудом. Видя её затруднения, Ссадаши решил тоже говорить с ней на наагатинском. Произносил самые простые фразы. Очень-очень медленно. Теперь каждый день после уроков они с молодым нагом направлялись в библиотеку и искали книжки для детей. А потом до вечера сидели в комнатах и разбирали тексты. В парке они этим заняться не могли: Миссэ и Доаш всегда рядом, а Дариласе нужно было говорить.
В один день они как раз искали в библиотеке что-то новое и немного посложнее. Ссадаши уполз за стеллажи и копался на полках, а Дариласа перебирала уже взятые книги на столе. В этот момент в библиотеке показался Вааш.
– О! Тебя я и ищу! – воскликнул он и направился к ней. – Как хорошо, что этого твоего бледного дружка рядом нет. А то у меня разговор серьёзный.
Дариласа искоса посмотрела на стеллаж, за которым был Ссадаши. Оттуда не доносилось ни звука.
Тем временем Вааш подполз к ней, тяжело посмотрел и вздохнул.
– Я поговорить хотел об этой ситуации с горбатым и событиями, что тут творились, – начал наг. – Вот вляпалась ты, Дариласк, и сама не знаешь куда! – недовольно произнёс он.
Девушка посмотрела на него с недоумением.
– Тебя словно кто-то толкнул тогда, ещё в походе, прогуляться ночью и подсмотреть разговор АрВаисара с тем горбатым. И ты продолжила и, наверное, продолжишь лезть туда, куда не нужно.
На лице Тейсдариласы появилось понимание.
– Ты знаешь вообще, что происходит? – спросил Вааш.
Девушка неопределённо пожала плечами. Перед ней никто не отчитывается, и она знает лишь клочки информации. Знает, например, про ритуал пробуждения древней крови. И то потому, что оказалась замешана в нём. И знает, что на наагашейда покушались. И горбатого видела. И про то, что вампиры как-то с этим связаны… Она вообще много видела, но мало что понимала в происходящем. Картина происходящего для неё состояла из множества мелких, хаотично разбросанных деталей.
– Мне самому Делилонис рассказал всё, что знает, ну, или всё, что посчитал нужным рассказать, только неделю назад. И тебе я не должен об этом говорить! – Вааш сурово посмотрел на девушку.
Та ответила невинным взглядом: она и не пыталась ничего узнать.
– Но я расскажу. – Вид у нага стал откровенно несчастным. – Чтобы ты, когда куда-то лезешь, хоть немного представляла, куда, в общем, лезешь.
Глаза принцессы вспыхнули от предвкушения.
Вааш осмотрелся, убедился, что в библиотеке они одни, и начал свой небольшой рассказ.
– Первое покушение на повелителя было ещё до начала войны с Нордасом. Но по удачному стечению обстоятельств он его избежал. Кто, зачем… Этого выяснить не удалось. Затем помнишь, когда в шатёр наагашейда какой-то мужик проник? Ты ему ещё задницу ободрала.
Кошка внутри радостно встрепенулась. Да-да, они помнят его!
– Кроме него был ещё один. Его поймали в самом начале пути из Нордаса и везли потом под охраной. Допросить не могли: там какое-то хитрое заклинание, которое должно было прикончить его за излишнюю болтливость. Пока решали эту проблему, уже здесь он сдох. Отчего – тоже непонятно. И кто подослал его, неизвестно. Того горбатого, что ты видела с вампиром, сперва не связывали с этими случаями. А потом стало совсем странно. Появление горбатого в апартаментах владыки, опаивание повелителя, ритуал пробуждения крови, истерзанное тело девушки, принесённой в жертву, ещё одно покушение на наагашейда и его похищение, похищение девочек… Творится что-то масштабное, но что именно, мы никак разглядеть и понять не можем. И везде торчит горб этого горбатого. Замешана в этом куча народа, даже… наги.
Дариласа напряглась. Похоже, Вааш имеет в виду тех нагов, что напали на него и девочек, когда они скрывались от вампиров.
– И ты залезла в эту кашу по самые уши. Причём самостоятельно. И Тёмные знают, как это для тебя вывернется! Мы скоро уезжаем, и ты остаёшься здесь одна с охраной. Я очень тебя прошу, пока нас не будет, веди себя тихо и очень осторожно. Не общайся с незнакомцами, не доверяй даже нагам. Не пренебрегай безопасностью! И если тебе опять попадётся на глаза тот горбун – не лезь к нему. Он уложил на лопатки самого владыку. Кем бы ни был этот фрукт, он опасен. Поняла?
Дариласа угрюмо кивнула. Ничего особенного Вааш ей не рассказал. Можно сказать, только сгустил краски и попытался припугнуть проблемами.
– И о том, что я тебе сказал, сообщать никому нельзя, – строго сказал Вааш.
Было бы что сообщать!
В этот момент раздался корябающий звук и из-за ближайшего стеллажа выглянул ехидно улыбающийся Ссадаши. У Вааша даже сжались кулаки при его виде.
– Вот поганец! – вырвалось у него. – И чё ж я тебя не учуял-то?
Ссадаши улыбнулся ещё пакостнее.
– Должны же у меня быть свои маленькие секретики? – пропел парень.
– Могу помочь унести их в могилу, – предложил свои услуги Вааш.
– Не стоит, – отказал наг. – Я не так уж и цепляюсь за их сохранность.
И они умолкли, посматривая друг на друга не совсем хорошо. Дариласа поспешила встать между ними. Вааш тяжело вздохнул.
– Ну, вот и чё мне с вами обоими делать? – недовольно спросил он.
Парочка ответила ему невиннейшими взглядами. У Ссадаши он, правда, был слегка ехидным.
– Если куда-то влезете – уши оборву обоим! – пообещал Вааш. – Дариласа, ещё раз повторяю: увидишь горбатого – не лезь! Ясно?
– А кто такой горбатый? – полюбопытствовал Ссадаши.
Вааш тяжело посмотрел на него, и его губы искривила язвительная улыбка.
– А это наш секрет!
Ссадаши вопросительно посмотрел на Дариласу. Та переадресовала взгляд Ваашу. Тот тяжело вздохнул и пояснил:
– Некто непонятный в плаще. На спине у него горб. Появляется с серебристыми искрами из ниоткуда и исчезает, развеиваясь серебряным туманом.
Глаза Ссадаши удивлённо округлились.
– Какой странный способ перемещения, – вырвалось у него. – Мне кажется, я где-то встречал упоминание о чём-то подобном.
– Не тебе одному кажется, – недовольно заявил Вааш. – Но вспомнить никто не может.
Ссадаши уже отполз от него и начал рыться на полках.
– Что ты ищешь? Заашар уже перерыл каждую книженцию в разделе магии. И… и ты вообще роешь среди религиозной литературы.
Ссадаши достал толстую книгу и лихорадочно зарылся в ней.
– Вот! – Он ликующе ткнул пальцем в страницу. – Нашёл!
Вааш недоверчиво посмотрел на него и приблизился. Дариласа тоже заглянула в книгу, но ничего не поняла.
– «И сказав так, богиня Разайра распалась на множество золотых пылинок и развеялась как туман, покинув негодяев…» – выразительно прочитал Ссадаши и с торжеством посмотрел на Вааша.
Тот задумчиво пожевал губами, а затем неожиданно серьёзно приказал:
– К наагашейду! Живо! И книжку прихвати!
У кабинета повелителя они оказались через несколько минут.
– Срочно! – рявкнул Вааш вскинувшемуся помощнику.
Ещё через минуту все трое предстали перед взором владыки. Тот осмотрел их компанию и подарил Дариласе улыбку. Та поспешила спрятаться за спиной Ссадаши.
– Что произошло? – спросил повелитель.
Вааш положил перед ним книгу и отчертил когтем текст на странице.
– Вот упоминание о перемещении, которое похоже на перемещение того горбатого, – мрачно сказал он.
Дейширолеш пробежал глазами по тексту и вскинул брови.
– Бог? – вырвалось у него.
* * *
Через пятнадцать минут в кабинете уже были Роаш и Делилонис.
– Если бы это был бог, то он не стал бы проворачивать подобные дела так осторожно, – убеждённо заявил Делилонис. – Они обладают большими силами, возможностями и неуязвимостью.
– А если это ослабевший бог? – предположил Дейширолеш. – Из тех, кто теряет веру и созданный ими народ.
– Возможно, – не стал отвергать идею Делилонис. – Но кому из них есть до нас дело?
– Может, мы, наги, уничтожили чей-то народ и этим обрекли бога на умирание. И теперь он мстит? – предположил Роаш.
– Никого, кроме наагашехов, вспомнить не могу, – мрачно признался Дейширолеш. – Если бы Чанвашар не был мёртв, то я заподозрил бы его.
Тихо и мирно стоящая в самом уголке Дариласа вскинулась. Ссадаши удивлённо посмотрел на неё. Девушка выскочила из кабинета и, подхватив юбки, бросилась к покоям наагашейда. В его спальне она с ногами залезла на постель, открыла тайный, в общем-то, схрон повелителя и вытащила уже знакомую книгу, завёрнутую в кожу. Она так торопилась, что не обратила внимания на браслет, который хранился здесь же. Просто закрыла схрон и бросилась обратно.
В кабинете девушку встретили удивлёнными взглядами. При виде книги в руках принцессы лицо повелителя стало ошеломлённым.
– Откуда ты знаешь?! – начал он, но не договорил.
Дариласа бухнула перед ним свёрток, развернула его и раскрыла книгу на нужной странице. Вспомнив примерно, откуда читал ей тогда владыка, она обвела пальцем текст. Дейширолеш вчитался и мрачно посмотрел на неё.
– И?
Она посмотрела на него как на идиота, а потом перевела беспомощный взгляд на Ссадаши.
– Я думаю, что госпожа не уверена в смерти бога, – осторожно предположил молодой наг.
Дейширолеш опять уткнулся в текст.
– «Основатели наказали его, забрав всю силу и власть и наградив обычной человеческой жизнью, которая убьёт его своей быстротечностью…» – прочитал он.
– Это что? – Делилонис ткнул пальцем в книгу.
– Записи первого наагашейда, – поморщившись, ответил Дейш.
– А не мог ли первый наагашейд ошибаться? – неожиданно предположил Ссадаши.
Дариласа активно закивала, показывая, что тоже так думает. У неё вообще язык чесался рассказать все свои мысли и предположения, но, глядя на повелителя, она почему-то прикусывала его.
Дейширолеш опять вчитался в текст, а потом прямо посмотрел на Дариласу.
– Ты думаешь, что его просто лишили сил и наградили человеческой слабостью, но бессмертие оставили? – предположил он.
Дариласа обрадованно кивнула. Дейширолеш задумался.
– Это произошло многие тысячи лет назад. Если его лишили сил и оставили в этом мире слабым и беспомощным, то шансы на то, что он выживет, очень малы. У Чанвашара было много врагов. Любой из них был бы счастлив воспользоваться его слабым положением.
– Да, но если предположить, что он действительно жив, то складывается очень многое. – Глаза Делилониса лихорадочно блеснули. – Представь, он – бывший бог! Слаб как человек, но бессмертен. И вынужден тысячелетиями скрываться и бороться за свою ставшую уязвимой жизнь. Что бы ты хотел сделать на его месте?
– Вернуть силы, избавиться от всех врагов и отомстить, – не задумываясь, ответил Дейширолеш.
– Вот! Теперь многое становится понятным.
Делилонис возбуждённо заметался по кабинету, бурно жестикулируя.
– Ритуал пробуждения крови! Всё очень просто! Ты последний, пусть и не чистокровный представитель народа, который создал именно он. Если умрёшь ты, не оставив потомков, то Чанвашар будет обречён на смерть. Веры-то в него больше нет. А тут он пробуждает в тебе кровь, ты становишься истинным наагашехом и полноценным представителем его народа. Далее – истерзанный труп девушки и ритуал пополнения сил. Это его могли пополнять силой! Он же должен быть слаб.
– А похищение девочек? – мрачно спросил Дейш.
Делилонис запнулся и задумался. Тут вопрос задал Вааш.
– А у наагашехов как с бабами было?
– Хреново, – ответил повелитель, наплевав на присутствие женского общества в лице Дариласы. – Поверь, тебе бы они не понравились. Выглядели так же, как и мужики. Только с сиськами.
– А можно как-то представителя одной расы обратить в представителя другой расы? – опять спросил Вааш.
Присутствующие переглянулись между собой.
– Есть один подходящий ритуал, – ответил Роаш. – Но у обращаемого после него жизнь сокращается раз в тридцать.
Вааш закатил глаза к потолку, подсчитывая что-то в уме, и удовлетворённо кивнул.
– Ста лет как раз хватило бы, чтобы нарожать вам, повелитель, кучу маленьких наагашехов, – сказал он.
– Да, одна из девушек говорила, что вампиры вроде упоминали, что потом их куда-то отведут, – припомнил Делилонис. – Возможно, они должны были не умереть на алтаре, а стать наагашехинями и матерями твоих будущих детей. Тогда твоя смерть перестала бы быть угрозой для самого бога.
На лице повелителя всё ещё было написано сомнение. Затем его взгляд уткнулся в Тейсдариласу, и он прищурился.
– А почему эти двое до сих пор здесь? – мрачно спросил он.
Дариласа и Ссадаши неуютно поёжились под его взглядом. Остальные посмотрели на них так, что стало понятно: про них просто забыли.
– Но ещё больше меня интересует это. – И владыка когтем ткнул в книгу перед собой.
Дариласа спряталась за спиной Ссадаши, а Дейширолеш прищурился ещё сильнее.
– Так, значит, то был не бред, – протянул он. – Интересно, что же ещё было не бредом?
Дариласа вжалась в спину Ссадаши. Так она и знала, что идея неадекватного повелителя почитать ей свою книжечку ни во что хорошее не выльется.
– Мало того, оказывается, кое-кто может влезть в мой личный схрон, – с пугающей улыбкой продолжил наагашейд.
– Дариласа, – прищурившись, протянул Делилонис, – ты взломала схрон повелителя?
Девушка ненадолго выглянула из-за спины Ссадаши и отрицательно мотнула головой. Дейширолеш тяжело вздохнул и растёр лицо руками.
– Она не взламывала, – уверенно сказал он. – Она просто знала, как его открыть. Я сам ей сказал, пока в бреду лежал после похищения. Только я был уверен, что мне это всё привиделось.
Вааш изо всех сил старался сдержать улыбку и выглядеть невозмутимым. Ай да Дариласа! Залезла в личный схрон повелителя! И хватило же смелости!
– Мне нужно изображение Чанвашара. – Дейширолеш решил отложить разбирательство с девчонкой на потом.
Через некоторое время он, Делилонис, Вааш и Роаш были в библиотеке. Дариласу и Ссадаши, к явному неудовольствию последнего, отослали в комнаты под присмотром Миссэ и Доаша.
Навстречу повелителю торопливо выполз господин Аашаш.
– Мне нужно изображение бога смерти Чанвашара, – с ходу заявил владыка.
Старый наг опешил.
– Но все его изображения были уничтожены очень и очень давно, чтобы истребить любую память о нём! – воскликнул он.
– Ты хочешь сказать, что не сохранилось ни одного? – недовольно спросил Дейширолеш.
Старик замялся.
– Кое-что есть, – признался он и уполз.
Через десять минут он принёс большой, очень старый свиток и аккуратно разложил его на столе. Вааш присвистнул.
– Вот тебе и горб! – вырвалось у него.
На жёлтой поверхности свитка был изображён чёрной тушью в полный рост мужчина. Не красавец. Лицо узкое, скуластое. В глазах радужка не прорисована, только обозначена точка зрачка. На лбу по кромке коротких тёмных волос расположены какие-то крохотные наросты. Мужчина имел две руки, две ноги и крылья. Последние были большими и тонкими и развевались за его спиной, как плащ.
– Я всё ещё сомневаюсь, что виновник он, – сказал повелитель.
– А если именно он? – настаивал Делилонис. – Может, попробовать поискать?
– Дел, скажи, как найти существо, которое, обладая слабыми человеческими возможностями, смогло скрываться от могущественных врагов божественного происхождения тысячелетиями?
Энтузиазм Делилониса несколько утих, и он признался:
– С очень большим трудом.
– С невероятным трудом! – раздражённо поправил его Дейш.
Кашлянул Роаш.
– Повелитель, тогда, может, не стоит оставлять Тейсдариласу здесь одну на то время, что нас не будет? – спросил он.
– Она здесь будет не одна, – раздражённо парировал наагашейд. – И кем бы ни был тот, кто стоит за всеми этими происшествиями, он действует против меня. Какая-то девочка не должна вызвать его интереса.
На лицах Роаша и Вааша отразились сомнения и беспокойство.