Глава 50

Бабушка нормально воспринимает новость о Маришке. В какой-то мере она предполагала, что этим все и кончится – переводом в другую школу.

«Что поделать, если ты у нас такая непоседа» – говорит она, устало вздохнув.

Я звоню старосте группы и предупреждаю, что на первой паре меня не будет. Надеюсь, мне не сильно за это попадет, ведь учусь я на отлично. А значит, имею право иногда немного прогулять. Хм, непривычное слово для меня. Но сейчас в приоритете моя семья, а не учеба.

Марину решено оставить дома. Так как в принципе она там не нужна. Все что она могла сделать, она уже сделала.

Бабушка собирается, и мы едем в школу.

Около кабинета директора я впервые вижу родителей той самой Сони Мамоновой, а точнее только ее маму. Женщина поняв, что я причастна к Марине Серебряковой недовольно и очень долго рассматривает меня. Мне удается выдержать её взгляд. Я не знаю, кто прав, кто виноват больше. Соня, которая только и делает, что задирает Марину, или Марина, которая смело бросается защищаться.

Сначала я жду ее в школе внизу. Потом решаю выйти на улицу и подышать первым морозным воздухом.

Ничего особенного не происходит. Я прохаживаюсь по территории школы. И прошу про себя, чтобы разговор с директором прошел хорошо.

Неожиданно замечаю, что на меня кто-то смотрит. Поворачиваю голову и в испуге замираю. Ко мне медленно идёт тот самый парень по прозвищу Оборотень. И смотрит он исключительно на меня. Что он здесь делает и почему идёт ко мне?

Хочу было позвонить Семёну но не успеваю. Да и смысл. Он сейчас в институте и вряд ли прилетит ко мне за пять секунд. Оборотень уже совсем близко. Неотрывно смотрю на него, пытаясь предугадать, что ему нужно.

– Привет. Узнала меня? – сходу начинает парень.

– Здравствуйте… – говорю специально на «вы». Я не стану переходить на «ты» с незнакомцем.

Замечаю, что парень плохо выглядит. Прихрамывает на левую ногу, а на лице имеются следы от побоев. Точно опасный тип, с ним нельзя говорить.

– Вот так встреча, – разводит руками, – Даже не поверил, когда увидел тебя. Но, сразу узнал, тебя трудно не запомнить. Вот так в масть карта легла.

– Вы о чем… Я не понимаю вас. Простите, – подхожу ближе к школе.

Но он увязывается за мной.

– Сейчас объясню. Все просто. Твой парень спалил мою тачку. И… он должен теперь заплатить за это. Большие деньги. Кумекаешь?

– Он этого не делал, – говорю не мешкая ни секунды.

Так вот в чем дело? Волнение диким зверем бросается на меня. Во рту пересыхает, а сердце начинает биться чаще. Даже становится трудно дышать. Уверенна, что Семён не совершал этого чудовищного поступка, но почему тогда так страшно?

– Правда? Так же как и это? – показывает пальцем на свое лицо.

Я молчу стараясь понять мотивы этого парня.

– В эти выходные в Аристократе я приехал за ним, – продолжает он грубовато, – Но не рассчитал немного. Не думал, что он отправит своих друзей на разборки. Ведь раньше он всегда был один.

– Это не он. Какие разборки? – догадка сковывает лёгкие.

Может, тот парень избитый, про которого рассказывала Наташа это и есть Оборотень? Но… Он обвиняет снова моего парня.

Голова начинает кружиться из-за всего. И я, оказывается, слабая на все события. Картинки слайдами мелькают перед глазами. Вино на рубашке, слова Аллы, Песков и теперь вот горелая машина… И обвинения… Семён Графов, кто ты? Неужели такой плохой парень? Или это просто злые языки?

– Это уже не важно, – махнув рукой подходит ещё ближе, – Короче. С тебя дело малое. Карьер, гонка. Семён трётся в компании организаторов. Твоя задача простая, сорви эту гонку. И я оставлю вас в покое. Все просто. Мне надо, чтобы гонка не состоялась, – говорит с такой забористой грубостью, что я вздрагиваю.

– Поняла? Вроде с виду не глупая, – делает шаг ко мне.

Я его боюсь, но деваться мне некуда. Не в школу же бросаться за помощью?

– Чего молчишь? А?

Собираю все силы что есть во мне.

– И почему же я должна это сделать? Я вам не верю.

– А вот и мой сюрприз. Неожиданный даже для меня самого. Я все думал, как мне это замутить. И придумал, когда увидел тебя. Я ведь брат Соньки Мамоновой. И сейчас моя мамка у директора. Так что…

– Ты брат Софьи? – новая волна шока прокатывает по телу неприятными ощущениями.

– Не перебивай. Сам выпал в аут, когда тебя увидел. Но сразу все понял. Ты сестра той самой задиры – Маринки. Вечно Сонька про нее болтает. А я ещё гадал тогда в карьере, где я тебя раньше видел. Но сейчас… Сейчас я понял, где. Ты иногда приходишь в школу. Здесь и видел.

Сглатываю огромный ком в горле.

– Хорошо, допустим. Какое это отношение имеет к Семёну и гонке? Мы забираем документы из школы. Больше девочки не будут ссориться.

– Никакое, – хмыкает парень, – просто ты мне поможешь. А я отстану от вас. А если нет… То как раз вот тебе ещё одна маленькая, но очень интересная история, после которой ты точно согласишься на мои условия.

– Чего ты хочешь? – нервно спрашиваю.

– Твоя сестра вечно нападает на мою мелкую. И… Мне достало слушать если честно разборки родителей по поводу нее. У нее характер говно, знаю. Именно поэтому мама ведь хотела обращаться в опеку… И пожаловаться на вашу семью. Живёте вы отстойно по рассказам Соньки. А то что девчонка распускает руки вам не в карму.

– К чему ты клонишь?

– К тому что я могу переубедить маму, чтобы она все же обратилась туда, или сам пойду и обращусь в опеку. Мне несложно.

Я понимаю о чем он. Это шантаж. Самый настоящий шантаж. Боже мой, почему нет рядом Семёна?

– А если я не соглашусь? Я не приму твои условия.

– Пеняй на себя. И да, этот псих Графов получит свое, ты не сомневайся! Даже если ты не пойдешь на мои условия, все равно.

Я не знаю, что ответить. Негативные события нарастают подобно снежному кому, летящему с высокой горы. А я словно маленький человечек внизу, который не может ничего сделать против этого огромного кома.

– Ладно, мне некогда трепаться. Сделай то что я говорю. Заставь организаторов отменить эту гонку. Или пожалеешь. Вы оба пожалеете. И ни слово Семёну. Помни о своей семье. У меня есть козыри и посильнее органов опеки.

Сказав на последок такие угрожающие слова Оборотень разворачивается. И медленной прихрамывающей походкой уходит. Я же потираю покрасневшие лицо и захожу в здание школы. Надеюсь, он больше не пойдет за мной.

Что делать, господи боже мой. Достаю из сумки телефон и набираю Семёну. Но он не отвечает. Смотрю на время. И расстроенно поджимаю губы. Сейчас как раз идут занятия.

И что мне делать? Сорвать гонку? Но как? И зачем? Зачем это самому Оборотню? Что-то здесь не чисто. Одно я знаю точно – скрывать от Сёмы я это не стану и все расскажу ему прямо сегодня же!