Глава 11

Себастьян, прищурившись, смотрел на изображение Морока, поглаживая губы и внимательно слушая.

– В общем, мой некромант сказал, что мэтра Лорье нет в живых, – мрачно сообщил мужчина, хмурясь и крутя в пальцах какой-то лоскуток. – Скорее всего, тела мы не найдем.

– Ему можно верить? – обронил Себастьян, тоже нахмурившись.

– Вполне, – уверенно кивнул Морок. – Ему нет нужды врать, а он еще должен мне услугу. Так что да, парню можно верить.

– И тогда выходит, что у Кори нет больше вариантов с внешностью? Зачем же она устранила такого полезного человека? – с сомнением высказался Себастьян.

– Ее иллюзия была многослойной, милорд, завязанной на артефакте, а это значит, у нее несколько образов, которые она может менять, – напомнил Морок. – Штуки три запасных точно есть.

– Так что, мы топчемся на месте? – с досадой уточнил принц, побарабанив пальцами по столу.

– Вовсе нет, – неожиданно усмехнулся его собеседник. – Кое-что у нас все же есть, – и он помахал тем самым лоскутком. – Леди была столь беспечна, что оставила вот это.

– И? Как ты по одному кусочку кружева найдешь его владелицу? – скептически хмыкнул Себастьян. – Проверишь гардеробы записных модниц столицы?

– На самом деле легко. – Морок с превосходством улыбнулся. – Это не просто кусочек кружева. Это дорогущий шальен, его делают только в одной провинции Ардора, на юге, пещерные пауки. Их паутину вымачивают в смеси молока и меда, потом оставляют на сутки в жемчужной пудре, а после с помощью магии эта пудра впитывается в нити.

– Я смотрю, ты разбираешься в тканях, – со смешком заметил Себастьян. – И как это может помочь определить владелицу?

– Я дотошный, – невозмутимо поправил Морок. – А так, что платья из этой ткани могут позволить себе очень немногие модницы. Судя по всему, на посетительнице мэтра Лорье было именно платье, а не просто вставка какая-нибудь. Из этого кружева шьет только одна модистка Эрхельма, и к ней я вчера уже наведался сразу после некроманта. – Он замолчал, явно наслаждаясь паузой и неприкрытым любопытством на лице Себастьяна.

– Успешно? – изогнул бровь принц.

– У меня есть четыре имени. – Морок откинулся на спинку, его усмешка стала шире. – Главная сплетница города, баронесса Франсин де Трелли, – он загнул палец, – дочь графа де Валье, прелестный цветок девятнадцати лет, жена виконта Амальи, и – графиня Ауриния де Мориньи.

В кабинете Себастьяна воцарилась тишина, он хмурился и напряженно обдумывал.

– И какие твои соображения? – наконец спросил он собеседника.

– Виконтесса сразу нет, она счастлива в браке, муж ее на руках носит, – заговорил Морок. – Баронесса – тоже нет, она сплетница, но не интриганка. Остаются леди де Валье и графиня.

– Ауринии-то зачем ребенок от меня? – пожал плечами Себастьян. – Она не отходит от Сесилии, и ни разу я не замечал от нее каких-либо знаков внимания. Мы и видимся крайне редко, она не ищет специально встреч со мной. Скорее отец леди де Валье… – задумчиво протянул принц. – С него вполне станется рискнуть… Сесилия же пока не замужем… Кстати, – Себастьян встрепенулся, – королева с некоторых пор проводит встречи с перспективными молодыми дворянами Эрхельма.

– Вот как? – прищурился Морок и подобрался. – Это точно?

– Обеды, прогулки, я лично видел ее в парке с одним из них, – подтвердил Себастьян.

– А что графиня? – Морок нахмурился.

– Будешь удивлен, но ничего, – хмыкнул Себастьян. – Все так же ночует в спальне государыни, никаких истерик и демонстративных обид.

Они помолчали, переглянулись.

– Никак ее величество собралась замуж? – вполголоса обронил Морок. – Занятно… Может, Ауриния решила подстраховаться на случай немилости государыни?

Себастьян хмыкнул.

– И поэтому Сесилия настойчиво зазвала меня на этот маскарад? Не-эт, друг мой Морок, это все происходит с ведома моей дражайшей сестрички. – Он погладил подбородок, взгляд принца стал на несколько мгновений рассеянным. – Только вот зачем, никак не могу понять. Ребенок от меня лишь внесет сумбур, ведь отречение я подписывал за себя, но не за своих детей. – Он откинулся на спинку кресла и задумчиво продолжил: – И найдутся желающие посадить его на трон, сместив Сесилию и сделав меня регентом… Так, что ты собираешься делать дальше? – вернулся Себастьян к прежней теме. – Будешь проверять всех дам по очереди?

– Зачем, я всего лишь посещу места, где дамы любят сплетничать, – с широкой усмешкой возразил Морок, все так же вертя кусочек кружева. – Как и собирался. До Ауринии я в любом случае не доберусь так быстро, а вот до леди де Валье вполне возможно. А может, и еще какие интересные слухи узнаю. В конце концов, платье могли заказать личному портному, минуя модисток, а ткань купить отдельно…

– Разбирайся, – кивнул Себастьян. – Жду отчета.

– Будьте осторожны, милорд, не нравится мне это, – негромко обронил вдруг Морок с совершенно серьезным видом. – Арман куда-то уезжал надолго, а теперь вернулся, и город бурлит. Уверен, встречи королевы – его рук дело, полагаю, это он подкинул ей идею о замужестве. Еще и список небось выдал. – Морок поморщился. – А вот ее величество вполне может затеять какую-нибудь интригу, чтобы избежать этого брака… И впутать в нее вас.

– Учту, – коротко отозвался Себастьян. – Все, не отвлекаю. Жду со следующим отчетом.

На этом они расстались, и изображение Морока исчезло. Принц некоторое время сидел неподвижно, глядя перед собой невидящим взглядом, его пальцы бездумно поглаживали скромное золотое кольцо с круглым лиловым камнем. А ведь где-то живет его законная дочь… Только вот вряд ли им удастся свидеться. В груди кольнуло застарелой болью, но Себастьян встряхнулся, выпрямился и сделал глубокий вдох, придвинув к себе пачку бумаг. Скоро предстояло заседание совета, следовало проверить отчеты и наброски указов, а потом еще надо поймать Сесилию и заставить подписать то, что будет одобрено.

Итак, сегодня за завтраком Арман принес мне документы на мою новую жизнь. Отныне я – баронесса Вивьен де Лаурель, вдова, живу в особняке на улице Роз. Оформлен на меня, без всяких третьих лиц, и это порадовало. Также в порядке оказались бумаги на мое наследство от почившего мужа и его поместье в полутора часах езды от Эрхельма, как пояснил Арман.

– В банке открыт счет на твое имя, – продолжил объяснения канцлер. – Можешь снимать наличные, выписывать чеки, книжка прилагается. Там магическая защита, кроме тебя никто не сможет воспользоваться, печать настроена на твою ауру.

О как. Что ж, приятно, но тратить постараюсь с умом.

– А доходы со всего этого тоже только мои и ничьи больше? – уточнила я на всякий случай, изучая отчет о прибыли за последние несколько месяцев.

– Да, только твои, – усмехнулся Арман, соединив кончики пальцев. – Ты весьма состоятельная вдовушка, Вив.

– Это радует, – рассеянно отозвалась я, рассматривая бумаги дальше.

Хм, надо бы узнать, сколько стоит этот патент, судя по количеству нулей в банковской выписке, я в самом деле весьма состоятельная. И тем более радует, что эти деньги – мои, а не Армана. С чего это он такой добренький и дал мне финансовую свободу? Я покосилась на невозмутимую физиономию канцлера, и он угадал мои сомнения.

– Что-то не так? – непринужденно поинтересовался он.

– Удивлена твоей щедростью, – честно ответила, не видя смысла скрывать свои домыслы. – Полагала, что женщины здесь финансово зависят от мужчин…

– Пока что ничего не должно связывать тебя и меня, – спокойно объяснил Арман. – Для всех мы незнакомы. Я сам решу, когда произойдет встреча баронессы де Лаурель и канцлера Армана де Рэя.

Ах да, я же козырная карта. Понятно, Арман решил слегка отпустить вожжи ради сохранения секретности нашего сотрудничества. Меня разобрал смех, и я не удержалась.

– Что, в Эрхельме будешь по ночам ко мне в спальню через окно лазать, как мальчишка? – весело поинтересовалась, с трудом представляя себе эту картину.

– Зачем, – Арман лениво улыбнулся, окинув меня взглядом. – В твоем доме есть черный вход, от него у меня имеются ключи, а быть незаметным я умею. Не переживай, Вив, я найду способы встречаться, не привлекая внимания. До поры до времени, – негромко добавил он, и у меня отчего-то мурашки пробежали по спине.

И вовсе не от волнения. Последние слова Армана родили холодок в животе, и я поспешила сменить опасную тему.

– Так, хорошо, я поняла, когда переезд? – Сложила бумаги ровной стопкой и вопросительно посмотрела на канцлера.

– Завтра. А сегодня отправимся на последнюю прогулку, – сообщил он.

Прозвучало несколько двусмысленно, но я удержала шутку на эту тему и отправилась к себе переодеваться. Подумала, что Арман примет активное участие в этом процессе, но – обошлось. Наряд я выбирала в гордом одиночестве, что, признаться, порадовало. Решив, что пора входить в образ, я тщательно подошла к переодеванию. Жаль только, в моем гардеробе платья по последней столичной моде, надо бы учесть этот момент. Хотя, с другой стороны, если я собралась переезжать в столицу, что мешало мне ознакомиться с новинками и обновить гардероб? Не будем перегибать палку и слишком тщательно подходить к вопросу, решила я. Остановилась на закрытом платье светло-кораллового цвета из тонкого льна, украшенного вышивкой более темной нитью с нейтральным растительным мотивом. Сверху невесомая кружевная шаль кремового цвета и – шляпка с широкими полями. Очень уж полюбился мне этот аксессуар, весьма подходящий к образу провинциальной аристократки. Прихватив ридикюль, куда на всякий случай кинула пару накопителей, хотя браслет был полон, спустилась вниз, к Арману.

– Готова. – Я улыбнулась, остановившись у лестницы.

Канцлер уже ждал в холле, и едва я появилась, не сводил взгляда, полного восхищения.

– Чудесно. – Он поймал мою ладонь и запечатлел бережный поцелуй на запястье.

Я тихонько вздохнула, по коже разбежались щекотные мурашки – знает, где мои слабые места. Взяла Армана под руку, и мы вышли из дома, а вскоре уже ехали по улочкам Фандарха, ставшим мне почти родным за это время. Даже жаль было немного уезжать. Я любовалась особнячками, скверами и кафе, дав себе слово обязательно выбраться сюда при первой же возможности, как столица меня утомит своей суетой.

– Чтобы водить мобиль, нужны права? – пришла мне в голову мысль, пока мы неторопливо шли по направлению к центральной площади.

– У нас достаточно пройти обучение и получить разрешение в ратуше, но вообще-то леди не садятся за руль, – со смешком ответил Арман, покосившись на меня. – Знать имеет своих личных водителей, кто попроще, нанимает.

– Значит, я буду эксцентричной провинциальной леди, – невозмутимо парировала, слегка улыбнувшись.

В моем родном мире когда-то права получила на всякий случай, а вот свою машину не сподобилась купить. Почему бы не воспользоваться случаем, тем более в этом мире лихачей не наблюдалось и повозки развивали скорость самое большее около шестидесяти километров.

– Моих доходов хватит на приобретение такого чуда? – на всякий случай уточнила у Армана, уж слишком довольно он улыбался.

– А тебе пойдет, знаешь ли, – заявил он и кивнул. – Отличное дополнение к образу, милая изюминка, вполне в духе баронессы де Лаурель. – Арман подмигнул, его усмешка стала шире. – Пусть будет прощальный подарок твоего почившего мужа, я подберу что-нибудь.

Возражать не стала, прагматично подумав, что такую покупку вряд ли смогу быстро себе позволить. А от канцлера больше постараюсь не принимать подарков. Хватит с него. Дальше я буду пробиваться в этом мире самостоятельно, что бы ни думал Арман. Мы дошли до площади, присели за наш любимый столик в одном из кафе, где подавали чудный домашний лимонад и лимонное суфле. Отличный десерт для желающих сохранить фигуру.

– Волнуешься? – негромко спросил Арман, пока мы ждали наш заказ.

– А?.. Да не сказать, чтобы очень, – пожала я плечами. – Ты же так и не сказал, что от меня требуется в столице, кроме вхождения в круг аристократии. – Я добавила в голос совсем чуть-чуть иронии, мои пальцы провели по браслету привычным машинальным жестом.

Арман чуть прищурился, и в глубине его глаз мелькнуло странное выражение, однако я не успела уловить, какое именно. Возможно, недовольство, что не принимаю безропотно правила игры, а может, что-то другое. В нашу беседу неожиданно вмешались, около столика остановился какой-то мужчина и вежливо поинтересовался:

– Простите за назойливость, вы не против, если я присяду?

Я посмотрела на незнакомца, отметив, что он из той породы людей, которых принято называть «серыми». Обычная внешность, обычный костюм из тонкого серо-голубого сукна хорошего качества без единого знака отличия или украшения. Невзрачное лицо, такое точно не запомнишь, и непроницаемо-вежливое выражение. Я чуть было не ответила в духе, что вокруг есть свободные места, когда неожиданно обратила внимание, что – да, именно в нашем кафе они все заняты. Хотя ничего удивительного, день выдался достаточно жарким, а лимонад здесь все-таки очень вкусный, и местные отдыхающие об этом наверняка знают.

– Прошу, – учтиво отозвался Арман, сделав приглашающий жест рукой.

– Я не затрудню вас надолго, всего лишь освежусь немного. – «Серый» человек махнул официанту.

Я наклонила голову, давая понять, что ничего не имею против, и некоторое время за столиком царила тишина.

– Вы здесь часто бываете? – завел непринужденную беседу «серый». – Весьма приятное местечко.

– Вообще первый раз. – Я изобразила вежливую улыбку, отметив, что незнакомец не представился и не спросил наших имен – значит, и правда не планирует продолжать знакомство. – Я в столицу направляюсь, из поместья моего супруга. Решила здесь остановиться, вот, знакомого встретила. – Я посмотрела на Армана.

На нем, естественно, была иллюзия, мало ли кто может встретиться здесь из тех, кто близко знаком с канцлером. «Серый» про супруга спрашивать не стал, и я сама добавила, желая развеять возможные мысли о моей репутации:

– Муж умер год назад, и я решила, что хватит грустить, пора жить дальше.

– О, сочувствую, – склонил голову мой собеседник.

Нам принесли наш заказ, и дальше разговор потек в нейтральном русле, о столице, последних новостях, сплетнях и прочем. Мужчина не обманул, выпив свой стакан лимонада, учтиво распрощался, оставив нас одних. Я же, посмотрев ему вслед, вдруг обратила внимание на одну маленькую несостыковку. Обычно посетители, если и подсаживались к кому-то, то выбирали тех, кто сидел в одиночестве. К парам присоединяться считалось не слишком приличным и воспитанным, а этот так запросто присел… Я перевела взгляд на невозмутимого Армана, с явным удовольствием уплетавшего лимонный шербет с мятным соусом.

– Ну что, я прошла экзамен? – негромко спросила, подумав, что это вполне в духе канцлера, устроить мне такой вот своеобразный экзамен.

Наверняка кто-то из его людей этот «серый», очень уж специфическая внешность. В том смысле, что глазу не за что зацепиться, и, готова спорить на что угодно, это не иллюзия. Арман замер, глянул на меня, потом отложил ложечку и несколько раз хлопнул в ладоши, усмехнувшись.

– Догадалась? – сказал он, возвращаясь к шербету.

Я пожала плечами, отламывая кусочек суфле.

– Было несложно, – спокойно пояснила. – До сих пор ты не позволял никому вмешиваться в наши прогулки, а тут так спокойно разрешил этому типу присесть, да еще и разговор завести.

– Грубовато, согласен, – со вздохом признался Арман и развел руками. – Но ничего другого в голову не пришло…

– Так я сдала экзамен? – напомнила о своем вопросе.

– Почти, – спокойно отозвался канцлер и пояснил на мой вопросительный взгляд: – Для провинциальной леди ты держалась слишком уверенно и хорошо ориентировалась в столичной жизни. И если последнее еще можно объяснить журналами и просмотрами светской хроники, то первое… – Арман покачал головой.

Так, ладно, придется отключить режим отличницы.

– Если ты допустишь пару-тройку ошибок или не будешь знать какую-то фамилию, Вив, это не страшно, – продолжил пояснения Арман. – А в остальном все отлично, ты молодец. Ну что, едем собираться? – Он поднялся, небрежно уронив на стол несколько монет. – И завтра едем в Эрхельм.

Что ж, другого я и не ожидала, это вполне в духе Армана. И я встала, ухватившись за предложенную руку. Через несколько часов мы вернулись в особняк, и Арман почти сразу отбыл, утрясать, по его словам, последние дела, а я занялась сбором вещей, которые как-то незаметно расползлись по дому. И когда успела обзавестись таким количеством всяких милых сердцу безделушек?! Незаметно подобрался вечер, я оглядела две объемные сумки и одну поменьше, сдула с лица упавший локон и удовлетворенно кивнула. На кресле лежало аккуратно разложенное платье на завтра, и в общем, можно ужинать и ложиться. Арман так и не пришел. Видимо, дел оказалось слишком много. Хмыкнув, я забралась в кровать с последним номером еженедельного журнала «Вестник Эрхельма», содержавшего свежие светские сплетни. Однако мысли то и дело возвращались к предстоящему путешествию, и эмоции дали о себе знать. Появилось волнение, дыхание то и дело сбивалось, я уносилась в мечтах, представляя, как стану хозяйкой уютного особнячка, начну обживаться в столице…

Да, я уже туда хотела, странное предчувствие будоражило кровь и прогоняло сон прочь. Не покидала уверенность, что едва я прибуду туда, как моя жизнь резко изменится, а вот к лучшему ли… Не знаю. Почему-то вспомнился перстень, полученный от той женщины, назвавшейся моей теткой. И слова Армана, что родственников у меня не осталось совсем. Кто из них врал? Ответы ждали в Эрхельме. Наконец, свернувшись клубочком, я провалилась в крепкий сон без сновидений, и канцлер в этот раз не стал вваливаться ко мне среди ночи. За что ему большое человеческое спасибо.

Утром, когда я проснулась и неспешно собралась, надев дорожное платье из тонкого хлопка темно-синего цвета, внизу ждал сюрприз. Арман не пришел. Слегка удивилась, но решила, что он позже появится, и отправила заказ на завтрак, а вот вместе с тарелками обнаружилась и записка. «Удачной поездки. Мобиль прибудет к двенадцати дня». Без подписи, хотя и так понятно от кого, и еще к посланию прилагалась бархатная коробочка, на которую я уставилась, как на гранату с выдернутой чекой. Ох, богиня и все твои детки, пусть это не то, что я думаю! Арман ведь не настолько сошел с ума! Ага, внезапно и за одну ночь. Решительно выдохнув, я взяла коробочку и открыла.

Внутри на бархатной подушечке покоился массивный перстень, не совсем мужской, но и не изящное дамское колечко. Крупный топаз насыщенного золотистого цвета обрамляла замысловатая оправа, выполненная в форме цветка, а внизу сбоку словно примостилась бабочка, немного заслоняя камень. Красивое украшение, я невольно залюбовалась, но прежде чем надеть, уже на автомате вытянула немного магии из браслета и сплела привычную линзу. Именно она позволяла мне рассмотреть, есть ли на людях или вещах магическое воздействие. Причем, поскольку это не привычная магия, а кружевницы, то обмануть ее невозможно. По крайней мере, так говорила леди Клементина, и хотелось надеяться, что не по наущению Армана.

Кольцо оказалось чистым, только мягко сияло золотистым, в цвет топаза, ореолом, что говорило о родовой магии. Канцлер прислал мне родовой перстень, а не просто украшение. Не свой, конечно, к моей тихой радости, а по всей видимости, моего покойного мужа. Вот теперь легенда была полной. Я улыбнулась и покачала головой, надев украшение, севшее как влитое на мой палец. Ну кто бы сомневался.

– Что ж, баронесса, теперь вы действительно аристократка и вдова, – хмыкнула я, приступая к завтраку.

А к двенадцати по дому разнесся музыкальный перезвон: приехал мой мобиль. Сердце невольно сбилось с ритма, я глубоко вздохнула, прикрыв глаза и успокаиваясь. Все, теперь только вперед, назад точно дороги нет. Я обвела взглядом комнату, в которой прошли мои первые недели в этом мире, и внезапно пришло четкое осознание, что сюда я больше не вернусь. Как бы у нас с Арманом дальше ни сложилось. Я немного грустно улыбнулась и погладила ножку кровати.

– Спасибо этому дому, поедем к другому, – тихо прошептала напутствие и вышла из комнаты, отправившись открывать.

Около ограды стоял мобиль, сверкая начищенными латунными накладками, а рядом – степенный водитель в классическом котелке и коричневой униформе. Меня поразили роскошные вислые усы, кончики спускались ниже подбородка. Он помог мне снести сумки и уложить их в специальном багажном ящике, я сама устроилась на заднем сиденье, обитом коричневым плюшем, и мы поехали. Мое путешествие в новую жизнь началось.

Где-то на середине пути я ухитрилась задремать, таким плавным и ровным был ход машины, а вот ближе к столице проснулась сама, тут же прилипнув к окну. Лес плавно перешел в пригород с особняками, утопающими в зелени садов, и аккуратными частными домиками зажиточных фермеров, движение на дороге стало интенсивнее. Всадники, телеги, повозки, еще один мобиль впереди – моему шоферу даже пришлось чуть сбросить скорость, чтобы никого не сбить и не задавить, упаси богиня. В город мы въехали через большие ворота, к моему тихому восторгу, вокруг Эрхельма сохранилась настоящая стена, высоченная и толстая. А за ней начался собственно город. Широкие улицы, мощенные брусчаткой, трех-четырехэтажные дома, по тротуарам спешили по своим делам местные жители или чинно прогуливались аристократы парами и семьями. Я жадно рассматривала женщин, конечно подмечая детали и для себя делая мысленные пометки. Так, большинство не тяготело к пышным юбкам, это хорошо, в основном предпочитали или стиль ампир с завышенной талией, или платья с турнюрами. Нет, вот на утку быть похожей я точно не хочу, хотя некоторые выглядели весьма симпатично, да…

Дома перемежались скверами, небольшими площадями, встречались и фонтаны. Витрины манили манекенами с нарядами, женскими безделушками, драгоценностями, изящным фарфором и множеством других товаров. Из булочных и кофеен вкусно тянуло сдобой, рестораны зазывали к себе яркими вывесками, а кое-где стояли и настоящие крикуны, зычными голосами расхваливая блюда и приглашая посетителей. Эрхельм мне сразу понравился, напомнив старинные города моего мира, даже на мгновение кольнула ностальгия, но почти сразу прошла. Там я не оставила ничего, о чем стоило бы жалеть.

Между тем мобиль, попетляв по улицам, свернул в очередной тихий переулок, усаженный рядом деревьев с крупными листьями, и остановился у симпатичного двухэтажного особняка с небольшим крыльцом и балконом над ним.

– Приехали, леди, – сообщил мой шофер.

Я медленно вышла, оглядывая мое новое жилище, и признала, что Арман учел все мои возможные пожелания. Не слишком большой, думаю, внутри комнат шесть, если судить по окнам, шум одного из центральных проспектов сюда не долетал, невдалеке виднелись столики под яркими зонтиками – какое-то кафе или ресторанчик. Обязательно загляну, проведаю, как там кормят. А вот интересно, прислуга в моем доме будет или нет? Как-то мы с Арманом этот вопрос не обсудили… Поднявшись на крыльцо, я достала из сумочки ключ, его канцлер вручил вместе с бумагами, и вставила в замок. Пальцы кольнуло, металл слегка нагрелся – тут еще и магическая защита стояла, – и дверь распахнулась, впуская меня в дом.

Просторный холл на высоте второго этажа опоясывала галерея с деревянными перилами, в углу лестница, три двери, уводившие вглубь дома. За мной вошел водитель и внес мои сумки, склонил голову.

– Всего хорошего, леди, об оплате не беспокойтесь. Я отгоню ваш мобиль в гараж, он на этой же улице, в конце, – огорошил он известием. – Если вам понадобится куда-то поехать, вот моя карточка, – и водитель протянул прямоугольник плотной бумаги с серебристым обрезом.

«Мэтр Фоулер, профессиональный шофер» – значилось на ней, и я осознала, что та машина, на которой мы ехали, в самом деле принадлежит мне. Еще один подарок Армана. Ох. Я подняла взгляд на мэтра Фоулера и улыбнулась, пряча карточку в сумочку.

– Обязательно запомню, благодарю вас.

На этом мы распрощались с шофером, а я вернулась к разглядыванию дома. И только сделала несколько шагов к лестнице, как послышался дробный перестук каблучков, будто кто-то бежал, и из двери слева выскочила запыхавшаяся миловидная девушка лет двадцати. Темное платье, белоснежный чепчик и передник с оборками не оставляли сомнений, что передо мной служанка.

– Ой, миледи, вы уже приехали?! – всплеснула она руками и поспешила ко мне. – А я Мариэтт, служанка ваша! Это ваши вещи? Давайте помогу! – защебетала девушка и тут же схватила одну из сумок, бодро поспешив к лестнице. – Ваша комната готова, если вы хотите отдохнуть с дороги, и обед тоже готов, мэтр Жанно расстарался! Он, знаете, отличный повар, а какие у него десерты! – мечтательно протянула Мариэтт, пока я поднималась за ней, молча слушая.

Ага, значит, у меня есть повар. Надеюсь только, он не будет слишком шокирован, если я вдруг появлюсь в его вотчине, готовить мне тоже нравилось. Может, и Армана удивлю как-нибудь… Если настроение будет. И вот кстати, сразу назрел вопрос к этой Мариэтт.

– А вы тоже здесь живете? – вклинилась я в поток словоохотливой служанки.

– Ну вообще, мэтр Жанно нет, он приходит рано утром и уходит вечером, леди, не волнуйтесь. – Мариэтт оглянулась через плечо. – А моя комната рядом с кухней, я вам совсем не помешаю, не волнуйтесь! – заверила служанка.

Ну что ж, надеюсь, Арман учел наличие этой бойкой барышни, планируя пробираться ко мне по ночам. Хотя с другой стороны, я вдова, канцлер сам сказал, что будет пользоваться магией, чтобы остаться неузнанным. Даже если Мариэтт что-то услышит или ненароком увидит моего позднего гостя, что в этом такого? Вдовам позволено чуть больше, чем обычным леди, так что я отбросила опасения и сомнения.

Мы прошли коротким коридором, и Мариэтт остановилась у одной из двух дверей.

– Вот ваша спальня, леди. – Она поставила сумку и присела в реверансе. – Прошу вас.

Я переступила порог, с любопытством оглядываясь и в очередной раз признав, что Арман отлично угадал мой вкус. Сливочные и золотистые оттенки в отделке, кровать без пошлого балдахина, но с красивым резным изголовьем и столбиками в ногах. Туалетный столик в углу, украшенный вставками из перламутра и с множеством ящичков. Камин, кресло около него, большое окно в пол, выходящее на балкончик, а за ним, к моему тихому восторгу, внутренний дворик. Еще две двери вели в ванную и гардеробную, и в целом мое новое место жительства привело меня в восторг.

– А, вот, еще вам сегодня с утра прислали, – спохватилась Мариэтт и указала на маленький серебряный поднос на каминной полке. – Приглашение в купальни «Нежный пар», завтра после обеда.

Ага. Самое известное заведение в городе, аналог спа-салона, куда запись на недели вперед. А меня приглашают уже завтра. Готова спорить на что угодно, Арман постарался.