Глава 16
Если Ярослав и думал, что его просьба об откровенном фото останется безответной, то прилетевшее в мессенджер сообщение мигом развеяло все сомнения и последние адекватные мысли. Перед глазами плыло, напряженный до предела и лишенный внимания член болезненно пульсировал и чуть дергался, реагируя на звучавшие в динамике томные вздохи: совершенно точно Лене сейчас тоже было нелегко.
На полученный от нее кадр, конечно, не попало ее лицо — только краешек губ и подбородка, но зато ниже, на фоне темной постели отлично выделялась ничем не прикрытая грудь со сжавшимися горошинами сосками, а еще — тонкий живот и накрывшая треугольник между ног ладонь с тонкими пальчиками. Крышесносный сюжет для и без того возбужденного донельзя Ярослава.
Он простонал, отказываясь сдерживаться. Изображения эротичнее в своей жизни он еще не видел.
— Я сейчас кончу, — признался Ярослав честно.
— Уже? — несмотря на выдавшее ее учащенное дыхание, Лена, на все сто исполнявшая роль роковой соблазнительницы, заметно веселилась. — А как же мое поощрение за инициативность? — Взлетевший ввысь голос был дополнительным свидетельством ее не менее взвинченного состояния.
Только благодаря прозвучавшим словам Ярослав вспомнил, что задолжал Лене ответную карточку особого содержания.
— Не терпится, м? — Сам он уже открывал приложение камеры и пытался отыскать ракурс поудачнее. Да уж, раньше ему бы и в голову не пришло считать собственную натуру достойной эротического натюрморта.
— Я хочу видеть… — в интонациях Лены и правда проскальзывали нетерпеливые, жаждущие нотки. Фантазия Яра, за последнюю четверть часа ни на шутку разошедшаяся, мигом выдала ему парочку вариантов того, чем именно в данные секунды увлечена его партнерша. — Хочу видеть, какой ты…
Он зашипел, сцепив зубы, и нажал «отправить» в мессенджере. Фото улетело в диалог.
Ярослав же из последних сил сдерживал свою потребность, наконец, получить разрядку. Мозги плавились от нетерпения, но очень хотелось прийти к финишу вместе с Леной: услышать ее тихий, жемчужный стон, и последовать за ней в нирвану.
— Это нормально, что я… — заговорила Лена непривычно низким голосом, отчего у Ярослава по позвонкам запрыгали мурашки — примерно с той же грацией, что и лампа из заставки Pixar. — Я сейчас очень хочу сделать тебе минет?
Ярослав застонал, даже сам того не понимая, и яростно толкнулся в руку. Остановиться теперь он бы не смог ни за что на свете.
— Кончай, — выдохнул он в трубку, едва не выронив телефон, когда новая, в разы острее прежних волна жгуче-нервного удовольствия пронеслась по телу. — Кончай со мной, Лена. Сейчас.
Звук, который она издала — высокий и переливчато-полупрозрачный — больше походил на мольбу о пощаде или освобождении.
— Яр…
— Давай, милая… — Он задыхался, дергано и неритмично толкаясь в собственный кулак.
В густом тумане беспамятства фрагментами мелькал один женский образ: Лена под ним, выгнувшая с последним долгим стоном спину и комкающая ладонями лишь мешающее им в те минуты одеяло, ее опухшие, покрасневшие от поцелуев губы, ее голос и безумно, нереально красивые глаза.
Характерная влага на руке достаточно привела выпавшего из сознания Ярослава в чувства, чтобы он успел услышать, как оргазм настиг Лену и как зашуршали под наверняка выпавшем из ее ладони телефоном простыни.
Прощались они с Леной будто во сне. Разомлевшие и потерянные. Ошалевшие от яркости и избыточности чувств и ощущений. Удивленные случившимся, как впервые попробовавшие секс подростки.
С губ Ярослава не сходила легкая, довольная улыбка, пока он вновь и вновь возвращался к воспоминаниям о зашедшим за всякие грани приличия разговоре или в очередной раз залезал в мессенджер и любовался на отправленные Леной фотографии (свои он от греха подальше пролистывал не глядя), от которых опять закипала не успевшая толком остыть кровь.
Ему было хорошо. Не только из-за отличительным образом удовлетворенных физиологических потребностей.
Ярослав чувствовал пресловутый и давно позабытый душевный покой, источник которого — знание о том, что ты не одинок. И есть, с кем разделить эмоции и ощущения, страсть и восторг, и бездеятельную тишину.
Даже проросшая в нем вдруг из неоткуда щемящая тоска не испортила Ярославу настроение. Потребность почувствовать Лену рядом с собой, коснуться — необязательно лишь с сексуальным подтекстом, — и просто обнять возникла уже спустя несколько минут после завершения звонка.
Ее отсутствие напрягало, делало накрывшее Ярослава спокойствие несколько неполным, чуточку несовершенным. Заставляло мысленно прикидывать варианты действий, способных привести к новой встрече раньше, чем Лена вернется в Москву.
Еще вчера Ярослав был уверен, что без проблем дождется конца августа, но теперь терпение ему отказывало. Казалось, что уже и нет никаких дел в офисе, и назначенных на пару недель вперед встреч, и думалось, что в принципе не так уж и сложно найти способ очутиться в Сочи в эти же выходные, только бы повторить… и расширить их первый с Леной опыт.
После произошедшего сегодня рациональная часть Ярослава, хорошо помнившая про работу, дела и обязательства, затихла, полностью уступив власть его безбашенному альтер-эго. Тому самому, что провоцировало его в детстве выделываться перед понравившейся девочкой, а в более взрослом возрасте — творить всякие якобы поступки все с той же целью: привлечь внимание полюбившихся женских глаз.
Он-то считал, что эта сторона его личности, присущая почти любому парню в период активного полового созревания, после тридцати ушла на покой, но нет: она была живее всех живых и активно прикидывала, на какой из рейсов до Сочи в субботу Ярослав успеет точно.
Туманившая голову еще несколько минут назад сонливость, сменилась какой-то неуютной бодростью. Поднявшись с постели, Ярослав направился в душ и действительно ненадолго погрузился то ли в объективное планирование поездки в Сочи, то ли просто в мечты — какие отлучки, когда на носу открытие еще одной кофейни в Москве и нужно контролировать процесс? — но в любом случае ему нравилось представлять, что произойдет, когда он и Лена наконец вновь окажутся в одном городе.
В ее обществе Ярославу было хорошо и до восторга интересно. Талантливая, умная и потрясающе красивая женщина — он не то чтобы верил, что ему повезет повстречать кого-то после Карины. Да и не хотел он никого встречать.
Не хотел… Пока не попал под чары прекрасной Елены… И вдруг все изменилось. Резко и кардинально.
Он словно помолодел и сбросил с себя груз последних лет, когда его прежний, счастливый и полный до краев мир в одно мгновение развалился на уродливые фрагменты с неровными острыми краями. В семейной клинике, куда они с Кариной и Юлькой ходили по сто раз в год: пройти обследование, получить справку или больничный, поставить необходимые перед очередным путешествием прививки — и далее по списку стандартных медицинских манипуляций.
Тогда, три года назад, у Карины неожиданно заболела грудь. Несильно, но стоило проконсультироваться с врачом. Ярослав тоже не мог не заметить непривычного уплотнения у соска на знакомом до каждой ямочки теле и забеспокоился, разом вспомнив все мелькавшие в соцсетях время от времени информационные посты про рак молочной железы у женщин.
Карина была уверена, что ничего страшного не случилось: наверняка обычная киста. Ярослав, однако, не мог не вспоминать, что в тех самых постах всегда писали, как важно мужьям и парням быть внимательными к любым тактильно ощутимым изменениям в женской груди.
Карина не переживала совсем и тянула с походом в клинику больше месяца, пока Ярослав, не выдержав, едва ли не за руку привел ее к врачу. А дальше…
Дальше время понеслось как безумное. Неумолимо и безостановочно.
На первом приеме Карину сразу отправили на УЗИ и маммографию, и уже через несколько часов сомнений в диагнозе осталось немного. Позднее были все виды скринингов, анализов и биопсия, результатов которой Яр и Карина ждали, отчаянно надеясь на лучшее — на то, что маммография оказалась ошибочной и опухоль имеет доброкачественную природу.
Им не повезло.
У Карины на самом деле был рак молочной железы. Второй стадии, но в довольно агрессивной форме. Тем не менее шансы на выздоровление имелись высокие, и поначалу врачи очень уверено твердили, что все закончится хорошо.
После операции и старта терапии появились первые положительные результаты. На несколько недель Ярослав и Карина вздохнули свободнее, поверив, что главный риск уже точно позади. Вот только рак вернулся — и перестал поддаваться какому-либо лечению.
Они перепробовали все: летали на консультации в самые авторитетные онкологические клиники мира, читали медицинские исследования с утра до ночи, искали гениальных врачей — и Ярослав с радостью продал бы все, что имел, чтобы заплатить за спасительное лечение, но того не было. Карина гасла на глазах.
Спустя пять месяцев после операции прошли похороны.
Оглушенный льющейся прямо на голову водой и вспышкой ударившей в грудь боли, Ярослав с силой сцепил челюсти и уперся лбом в мокрую кафельную стену.
Он снова был во тьме.