Глава 7

К утру я основательно продрогла, поэтому приготовленный тётушкой Василиной чай стал настоящим спасением.

Возле догорающего костра уже сидело несколько сонных мужчин, я обхватила ладонями кружку с горячим ароматным напитком и села рядом. Столько лет проработала в мужском коллективе, что это произошло само собой.

Солнце едва позолотило верхушки деревьев, из ближайшей рощицы раздавались многоголосые птичьи трели, обещая погожий денёк.

Выпив чаю и наскоро перекусив, мужики отправлялись за лошадьми. Поняв, что сейчас их будут запрягать в телеги, я быстро допила кипяток и пошла будить бабушку.

Она, чуть постанывая, на четвереньках, выбралась из-под телеги, а когда поднялась на ноги, поморщилась, разгибая спину. Видимо, сон на голой земле не прошёл даром.

Набросив ей на плечи колючее, но очень тёплое шерстяное одеяло, я отвела бабулю к костру и вручила в руки кружку с чаем, а сама вернулась к телеге, достала второе одеяло и кучку сена, на которой мы спали, укладывая всё это на подводу.

Джими уже привел с луга нашу лошадку и возился с кожаными ремнями сбруи.

- Помочь? – предложила я.

- А ты умеешь?

- Нет, - качнула я головой, - но ты же меня научишь?

Паренёк широко улыбнулся и принялся подробно рассказывать и показывать, как запрячь лошадь в телегу. Это оказалось не так уж просто, но очень увлекательно.

Лошадка, чуть скосив на меня блестящий глаз, терпеливо, почти не шевелясь, наблюдала, как я под руководством Джими креплю дугу, соединяя оглоблю и хомут гужами сначала с одной стороны, а затем повторяю то же самое с другой.

Неподалёку Николас возился со своей упряжью и косил в нашу сторону глазами не хуже той самой лошадки. А ведь я так и не поговорила с ним на счёт оплаты. Может, сейчас? Но меня отвлёк Джими, а когда я освободилась, Николоса рядом уже не было.

Мы помогли бабуле забраться на телегу, и вскоре уже обоз выехал на дорожный тракт, отправляясь в дальний путь. Поначалу мы с бабушкой жались друг к другу, делясь своим теплом, но с каждой минутой солнышко припекало всё сильнее.

Оставив одеяло бабуле, я перебралась ближе к Джими, наблюдая, как он управляет лошадью. Раньше я с удовольствием управляла любой, попавшей в мои руки машиной, но раз тут из транспорта лишь лошади, стоит научиться и этому. Жизнь научила меня быть самостоятельной. Для меня самостоятельность – равно независимости.

Управлять лошадью оказалось совсем не сложно, нужно лишь потянуть повод в нужную сторону. А в обозе лошадка и вовсе сама следовала за предыдущей телегой, надо лишь следить, чтобы она не свернула на обочину, соблазнившись пышными кустиками придорожной травы.

Джими даже разрешил мне «порулить», а когда понял, что у меня отлично получается, решил немного подремать. Он, как и все мужчины обоза, дежурил этой ночью, присматривая за лошадиным табуном.

- Только если что, сразу буди, – велел он, сворачиваясь калачиком и тут же засыпая.

Так что я до самого обеда была занята, забыв про скуку.

После полудня мы добрались до очередной реки, останавливаясь на отдых. Джими давно уже проснулся и сидел рядом, он позволил мне самой «припарковать» лошадку, которая послушно остановилась, стоило мне правильно потянуть за повод.

Справившись, я радостно улыбнулась и тут же ощутила на себе взгляд льдисто голубых глаз Николоса. Снова хмуриться, зовёт к себе Джими и что-то в полголоса выговаривает ему. Надеюсь, не ругает, за то, что парнишка позволил мне управлять лошадью. Тот что-то эмоционально говорит в ответ, оба снова смотрят в мою сторону.

Я передёрнула плечами, у меня от его взгляда мороз по коже.

Стоянка была недолгой, и как пояснил Джими, нужна была по большей части, чтобы напоить и накормить лошадей.

Настроение у парня по-прежнему было отличным, поэтому я не стала спрашивать, что ему там говорил Николас, возможно, меня это и вовсе не касается, а я напридумывала себе всякого. Лучше помогу бабушке.

Я видела, как бабуле тяжело даётся эта поездка, но она даже не думала жаловаться. Мало того, она старалась никому не показывать своей усталости. Предложила ей немного прогуляться, чтобы размять ноги, и ещё меня беспокоила её спина, заметив, что при некоторых движениях бабушка непроизвольно замирает и морщится.

Вскоре к нам присоединилась тётушка Васелина, женщиной она была тучной, долгое сидение на телеге и ей давалось непросто. Неожиданно, пожилые женщины нашли общую тему для разговора. Оставив их вдвоём, я разыскала Джими, который как раз нёс нашей лошадке большую охапку травы, и спросила, не сможем ли мы немного передвинуть лежащие на телеге тюки так, чтобы бабушка смогла прилечь.

- Сейчас что-нибудь придумает, - пообещал парень.

Потому, вместо отдыха мы принялись перекладывать закреплённую на телеге поклажу. Тюки только на вид оказались лёгкими, на самом деле весели они немало, когда я попыталась поднять один из них, меня мягко, но настойчиво отстранили в сторону.

- Спасибо, - я вскинула голову, чтобы поблагодарить того, кто решил мне помочь.

К моему удивлению, это оказался Николас. Он легко, словно тюки ничего не весели, переложил в другую часть телеги, велев Джими хорошенько закрепить их верёвкой. Я некоторое время смотрела за его работой, даже забыв прикрыть рот, но потом опомнилась, понимая, что сейчас лучшее время спросить об оплате проезда.

- Николас, - я подошла к нему, когда он спрыгнул с телеги, - сколько мы вам должны за проезд? Простите, что не спросила об этом сразу, вы были заняты, не хотелось вас отвлекать.

Он окинул меня взглядом с головы до ног, словно прикидывая цену не проезда, а меня самой, а потом буркнул:

- Поговорим об этом, когда доберёмся до места.

После этого резко развернулся и пошёл прочь. Странный он, нелюдимый какой-то. Хотя, с мужиками вроде общается. Может он только с женщинами такой?

В это время к Николосу подошла Наталка, и немного кокетничая, о чём-то заговорила. Тот коротко буркнул и пошёл к реке. Девушка обернулась, зло зыркнула в мою сторону, и побежала его догонять.

Точно! Женоненавистник, решила я. Может, его кто из девушек обидел, и он теперь злиться на всех без разбора? Впрочем, это не моё дело, просто постараюсь меньше попадаться ему на глаза.

Бабуля сначала наотрез отказывалась ложиться на приготовленное для неё местечко, повторяя, что лежать в присутствии посторонних – плохой тон.

- Бабуля, после того, как ты спала под телегой, про это можно и вовсе забыть, - напомнила я ей. И она сдалась.

Я подложила ей под голову узелки с нашими вещами, рядом положила второе одеяло – если станет прохладно, она сможет им укрыться.

- Так удобно? А спине? – спрашивала я, подгребая по бокам больше мягкого душистого сена. – Надоест лежать, всегда можешь сесть.

Наша задумка оказалась очень удобной, когда бабушке наскучило лежать, её место заняла я, а потом Джими, который решил немного вздремнуть перед ночной остановкой, ведь ему снова предстояло пасти лошадей.

Я уже вполне уверенно управляла телегой, изредка покрикивая на лошадку, когда она слишком замедляла ход или наоборот шла быстрее, пытаясь ухватить торчащий с впереди идущей подводы пучок соломы.

Единственное, что мне мешало – это длинная многослойная юбка. Благодаря памяти тела, я о ней почти не вспоминала, но иногда путалась в подоле и с удовольствием задрала бы его повыше, но в этом мире так не принято. Придётся привыкать.

Вторую половину дня мы ехали через лес, а вскоре добрались до гор. Они словно надвигались на нас, закрывая горизонт, становясь всё больше и выше.

Дело близилось к вечеру, когда вдруг позади раздался шум, грохот падающих ящиков, а затем и громкая ругань. Передняя телега резко затормозила, я едва успела натянуть поводья, останавливая свою лошадку. Мимо, держа в руках ружьё, пронёсся Николас.

От резкого толчка и шума проснулся Джими, сонно хлопая глазами и не понимая, что происходит.

- Что случилось?

- Не знаю, - пожала я плечами, - что-то загромыхало и все остановились.

- Сейчас посмотрю, - паренёк спрыгнул с телеги.

Я тоже не усидела и передав вожжи бабуле, пошла следом. Всё оказалось до банального просто – у одной из телег отвалилось колесо. Судя по всему, это была телега Никифора, он стоял, опустив голову, а рядом ругался Николас.

- Я же велел проверить телеги перед отправлением!

- Я всё проверил, ось была крепкая, - оправдывался Никифр.

- Запасная ось есть?

- Нету, - развёл руками мужик.

- Теперь мы не успеем добраться до места стоянки! Как назло, поблизости ни одного села.

- Это всё они, - Никифр вдруг ткнул пальцем в мою сторону. – Сглазили!

- А я говорила, что она ведьма, - тут же в мужской разговор влезла Наталка. – Нечего было её с собой брать!

Николас посмотрел на меня, на Никифора, и тяжело вздохнул.

- Будем вставать на ночлег тут. Петро, Михайло, осмотритесь, ищите воду, - принялся он раздавать указания.

Все вернулись к своим телегам, направляя их в сторону от дороги. Местность здесь была очень неровная, усыпанная мелкими камнями, так что уезжать далеко не стали, лишь освободили проезд, на случай, если по дороге поедет кто-то ещё.