Глава 32

Илат

В ожидании ответа нутро сжалось как перед выстрелом. Слишком долго. Чертова тишина дробила нерв за нервом и становилась оглушающе громкой!

– Тая? – требовательно позвал я, не выдержав.

Раздавшийся в трубке всхлип вонзился лезвием в грудь. Любые сомнения окончательно вышибло, как и мелькнувшую надежду, что это развод.

Твою мать.

Я закрыл глаза, делая рваный вдох, но, прежде чем успел заговорить, вдруг услышал ее вопль…

– Нет!.. Не надо! Илат… – жалобно выдохнула Тая, и слух как кипятком обожгло. – Я не успела тебе позвонить... Но я хотела!

– Ч-ш-ш, упокойся, – поспешил унять ее страх своим уверенным голосом. – Все будет хорошо, слышишь? Я уже еду, Тая!

– Нет... Илат, у них оружие!..

Резкий треск перебил ее голос, безвозвратно забрал его у меня!

– Думаю, этого достаточно, – прохрипел в трубку человек по имени Ортава, провоцируя во мне ядерный приток ярости. – Не задерживайся, Илат!

Щелчок – и тишина застыла холодом внутри и вокруг меня. Эта трусливая гнида сбросила звонок, не дав возможности ответить. Заставляя в полной мере ощутить полную беспомощность перед реальностью! Посмотреть правде в глаза:

Она у них, Илат. Ты упустил ее.

– Илат? – настороженно позвал Талик, застывший в проеме комнаты. – Что тебе сказали?

Не отвлекаясь от мыслей, я перевел на него тяжелый невидящий взгляд. Подруга Таи – та самая, которая прятала ее от меня в деревне, забила тревогу еще вчера вечером. Умная девочка не постеснялась позвонить мне, но… было уже слишком поздно.

За ночь я встряхнул гребаный город, а найти ее не смог. В итоге оказался здесь – в квартире Таи, которая казалась пустой и мертвой без своей хозяйки.

– Имя, Вал?! – напомнил о себе Таликов.

Я даже не понял, как глубоко ушел в себя, познавая фатальную степень вины и допущенной ошибки. Но нервные окончания наконец активизировались, я вернулся в реальность и без лишних эмоций сообщил:

– Она у Ортавы.

Помощник схватился за голову.

– Твою мать…

Больше не теряя времени, я сосредоточенно огляделся в комнате. Прошел к комоду, откуда стянул ключ от машины, и танком двинулся мимо Талика в коридор.

– Стой… Что ты собираешься делать? – Он тут же попытался остановить меня, врезавшись ладонью в грудь, но я грубо увернулся. – Илат! Илат, чтоб тебя… Не будь идиотом – он ведь и ждет, что ты сразу сорвешься к ней!

– Значит, его план удался, – хладнокровно констатировал я.

– Да постой ты, твою мать! – рявкнул Таликов, хлопнув входной дверью, которую я успел толкнуть. – Не глупи, Вал. Нужно все хорошо обдумать, прежде чем решение принимать! Хотя бы пробить, как с этим ферзем разговаривать, пацанов собрать…

– Нет. Слишком долго, – отрезал я, качнув головой.

– Ну че ты башкой мотаешь?!

Пристально взглянув парню в глаза, я негромко признался:

– Чуйка у меня дурная, Талик. Торопиться нужно. Придется тебе самому все подметать и организовывать.

Он недоверчиво нахмурился, а я больше не видел смысла в этом разговоре – упрямо распахнул дверь и покинул квартиру. Сбегая по лестнице, невольно прокрутил слова друга в голове, но все равно пришел к одному: я должен увидеть ее. Неважно, какой ценой! Я у них на крючке при любом раскладе. Значит, все, что мне оставалось – играть по их правилам.

Выходя из подъезда, я завел внедорожник с пульта, уже выстраивая в голове стратегию, при которой удастся выйти из этой ситуации с минимальным уроном. Да хотя бы течение предстоящего разговора угадать! Не выходило… Только о ней и думал. По ходу, придется импровизировать и разбираться во всем на месте.

Забравшись в тачку, я дернул передачу, но не успел тронуться, как дверь со стороны пассажирского сиденья внезапно распахнулась. Талик запрыгнул в салон как долбаный каскадер, и его ничуть не смутил мой грозный взгляд.

– Вышел отсюда, – предупреждающе рыкнул я. – Я один поеду!

Делая вид, что оглох, он невозмутимо оправил свое пальто и сдержанно изрек:

– Хуй ты угадал, камикадзе. Так уж и быть, поработаю твоим телохранителем сегодня.

***

Гнездо долбаного российского Эскобара, в которое я получил приглашение, находилось за чертой города. Довольно далеко, поэтому я топил без осторожности. И Талик не уставал комментировать дорогу матами.

Возле глухих ворот территории, охраняемой высокой изгородью и вооруженными мрачными типами, нас уже поджидали. Даже имени не спросили – сразу начали шуршать машину на сюрпризы, а после поманили въехать.

Обстановка за воротами впечатляла: ухоженная, несмотря на холод озелененная территория, вымощенная дорога, каменные изваяния вырастают по разные стороны – ну прямо райский уголок наркокартеля! Особенно очаровал особняк Ортавы, к которому мы как раз подкатили. Величественный такой, с колоннами. Неплохо же живется наркодилерам…

По каменным ступеням уже спускался чел в деловом костюме и с автоматом наперевес. Он деловито поднял ладонь, повелевая тормозить, как будто без этого жеста я бы не додумался.

– Только без глупостей, – напряженно издал Талик, когда я заглушил мотор. – Лишнего уступишь – вообще не выйдешь из этого логова!

Никак не ответив на это напутствие, я уверенно толкнул дверь и вышел из внедорожника. Двое строгих пацанов тут же кинулись обсматривать нас от гривы до носков. Я ничего не принес с собой, а вот у Талика забрали ствол, но он не стал огрызаться. В его интересах было попасть в особняк вместе со мной.

После гостеприимной проверки нас любезно пригласили войти внутрь. Никакая обстановка меня больше не волновала. Все, что я делал ­­– искал взглядом хрупкий силуэт с рыжими волосами за каждым углом этой дьявольской обители. Поэтому путь показался слишком долгим. Но наконец перед нами открылись двустворчатые двери, за которыми, я посмел предположить, и должна была состояться долгожданная встреча с хозяином этого особняка.

В большом зале с камином было шумно и душно. Кажется, мы с Таликом помешали веселью, которое здесь развернулось. Небольшая компания серьезных лиц накрыла поляну, где было минимум закусок и максимум дорогих бутылок с алкоголем.

– Ба! Дорогие гости пожаловали! – воскликнул какой-то плотный мужик, за секунду до этого поперхнувшийся хохотом.

Саданув по губам салфеткой, он спешно поднялся с дивана, оставляя компанию неизвестных, и размашистым шагом направился к нам. К слову, мы уже привлекли внимание всех присутствующих.

– Добро пожаловать в мою добрую обитель, господа! – провозгласил мужик, остановившись перед нами с широким оскалом. – О, мы же незнакомы! Иван Сергеевич Ортавский. – Думаю, он был в курсе, кто из нас кто, а потому безошибочно протянул свою пятерню именно мне. – Рад, что вы отнеслись серьезно к сложившейся ситуации, Илат Константинович, и не стали задерживаться.

– Где она?! – отчеканил я, игнорируя его руку.

– Кхм, в надежном месте, – уклончиво ответил Ортава, будто совсем не обиделся. – Но об этом потом! Сначала поговорим о деле, Илат.

Я медленно втянул носом воздух, оперативно ища внутри верные ориентиры. Какой-то слишком мутный тип. Сразу он мне не понравился – с такими скользкими разговоры вести, как по минному полю ходить!

– О каких делах нам с тобой говорить, Иван? – сдержанно поинтересовался я, стараясь сохранять ледяной рассудок. – Не припомню, чтобы мы где-то начинали знакомство.

– Это верно, – уступчиво согласился хозяин особняка. – Мы не встречались, и терок у нас не было. Однако возникла проблема, и ее нужно решить. К счастью, у нас есть общий интерес для этого.

Настороженность с течением разговора только усиливалась.

– Вот как? – вкрадчиво подвел я. – И в чем заключается проблема?

Ортава нахмурился и с укором заключил:

– Уверен, ты проницательнее, чем хочешь казаться, Илат! Ну да мне не в падлу объяснить, – тут же добродушно вставил он. – Наш общий друг Тихомир – ты же помнишь такого? Так вот, он кое-что задолжал мне. А вернуть не смог, чем очень расстроил меня. Я уже было поставил крест на этом непорядочном, но парень неожиданно реабилитировался в моих глазах! – Ортава вдруг наклонился в мою сторону и заговорщически сказал: – Между нами… Тихон доверился мне, рассказав о том, как несправедливо ты с ним обошелся. Дескать, рыжая нимфа ему принадлежала! Ну а после он подсказал, каким образом можно вернуть долг. Или, скорее, убедил меня в том, что ты будешь так же сильно заинтересован в этом.

Я застыл как отключенный, перемалывая в голове ответ главаря. Даже понять не мог, что меня больше поразило: что Желудю хватило совести и ума подобное дерьмо провернуть или беспредел Ортавы?!

– Мне, в общем-то, без разницы, кто эту девочку выкупит – ты или этот убогий, – заскучавшим тоном сообщил он. – Я преследую лишь одну цель…

– Ты же в курсе, что за такие гнилые движения блатные тебе бошку снесут? – резонно заметил я, не желая больше подыгрывать этому самодуру.

Однако на мое предупреждение главарь лишь задорно ухмыльнулся.

– Так блатные подо мной ходят, дружок! – простодушно поделился он. – Я не живу по понятиям. Но я никогда не прощаю долги! Неважно, каким путем – мое при мне останется. Итак, ты здесь, чтобы забрать свою девочку? Придется заплатить, как тебе уже известно.

Я бросил острый взгляд в сторону шакалов, что сторожили своего хозяина. Лишь бы немного отвлечься от рожи этого беспредельщика. Больно хотелось впиться в его глотку и долбить головой лицо, пока оно не превратится в месиво!

– И насколько высоко ты ее оценил? – поинтересовался, обнажив зубы в подобии улыбки.

– Очень достойно, – со всей серьезностью уверил наркобарон. – Скажем… размером с твой бизнес. – Изогнув бровь, я склонил голову набок, выпуская гневную усмешку. – По-моему, вполне уважительно! Перепишешь на меня свою уникальную кузницу, и дело с концом, Илат.

Ах ты жадный червь. За малым не помчался.

– Ну как тебе такой обмен? – невозмутимо поинтересовался Ортава. – Ты готов заплатить эту цену ради спасения своей рыжей девочки?

Цена спасения.

Какой простой выбор и одновременно сложный. Для меня не стоял вопрос, готов ли я потерять свое детище ради ее спасения. А вот был ли я готов рискнуть идти на поводу у этого черта без каких-либо гарантий?

Не прерывая зрительного контакта с пронырливым главарем, я низким голосом потребовал:

– Покажи мне ее.

Он прищурил взгляд, задумался. Ортаве явно сначала требовался ответ, а уж потом все остальное. Да больно ставки высоки, чтобы артачиться, поэтому он дал одобрительный знак одному из шакалов.

Пока ждал, внимательно прислушивался к любому шороху. И меня сразу насторожило, что не слышно никаких всхлипов, протестов, стонов – вообще ничего! Очень скоро я понял почему. Когда в зал притащили тело. Именно тащили – ноги Таи не двигались.

От увиденного в грудь будто кол вогнали. Моя Русалка – такая миниатюрная в сравнении с этими мордоворотами, растрепанные рыжие волосы, голова запрокинута, губы шевелятся.

Не выдержал – кинулся к ней. Резанув конвоиров грозным взглядом, поднял лицо Таи и оцепенел. Зрачки закрыли всю радужку, глаза полуприкрыты, взгляд плывущий… Блядь!

Паника иглами впилась в сознание. Какую дозу ей дали, было неизвестно, а значит, счет шел на минуты!

– Я согласен, – сказал, не оборачиваясь, хладнокровно, будто это вообще никакого значения не имело! – Можешь ехать в офис прямо сейчас – мой человек проводит. Ее я забираю!

– О-о, не так быстро, Илат! – спохватился с чего-то Ортава. – Мне нужно прежде удостовериться…

– А мне не нужна мертвая телка! – перебил я, резко обернувшись. Нехотя отступив от Таи, пошел к главарю с непреклонным взглядом. – Решай, Ортава. Считаю до трех – дальше смысла в нашей сделке не вижу!

Главарю очень не понравился мой ультиматум. Взгляд стал враждебным, лицо перестало выражать даже фальшивое дружелюбие.

– Рискованный путь ты выбрал, Илат, – предупреждающе выдал он. – На понт меня берешь? Не в том положении сейчас, чтобы условия ставить!

– Другого предложения не будет. Раз!

Ортава нервно вскинул голову, прищурил сканирующий взгляд. Решил проверить, насколько серьезно я настроен?!

– Два!

Глаза жадного до легкой наживы главаря метнулись на одного из шакалов. И прежде чем я сказал «три», раздалось неохотное:

– Ладно – по рукам. Забирай ее.

В тот же момент я спокойным движением вытянул ключи из кармана, сдернул нужные два и бросил Ортаве под ноги.

– Подавись, – выдал холодно, взглянув на него в упор. Затем широким шагом вернулся к ублюдкам, которые держали Таю. – Руки убрали нахуй!

Забрав ее из чужого захвата, я подхватил тело моей девочки и встретился глазами с Таликом. Он уверенно кивнул, давая добро уходить, да внутри кольнуло сомнение за помощника.

Я покидал логово редких тварей, не чувствуя, что проблема решена. Но главнее сейчас было не только увезти Таю отсюда, но еще и вырвать из лап смерти.

***

Предчувствие не обмануло меня. Как же, блядь, я это ненавидел… Безошибочно угадывать, что случится непоправимое дерьмо! Но если раньше я принимал это хладнокровно, как данность, то теперь разум ни на секунду не отпускала мысль, что я едва успел… ее… спасти.

Трое суток Тая лежала под капельницами на грани жизни и смерти – дрянь, которой эти мрази накачали ее, неохотно выходила из организма, отравляла клетку за клеткой, гарантируя неизбежные последствия. Девчонку связали, как ненормальную, потому что она страдала от галлюцинаций и могла себе навредить. Блядь, ее связали…

Невыносимо было находиться в клинике – видеть Таю в этом состоянии, слышать ее бессвязный лепет, стоны и вскрики по ночам. Врачи уверяли меня, что теперь состояние стабильное, что угрозы больше нет и можно выдохнуть! Но я нихера не выдыхал. И упрямо дежурил под дверями палаты, боясь, что мою Русалку снова кто-то посмеет отнять.

Талик вышел на связь утром следующего дня. Привез документы для подписания, а через час угрюмо сообщил, что все улажено. Если так вообще можно было это назвать! Отныне здание лаборатории – дело половины моей жизни, мои разработки – больше мне не принадлежали, и какие-то чужие суки, рейдеры хуевы, теперь хозяйничали там.

Ублюдки. Мерзости. Барыги охуевшие! Рак города нашего. Рак всего мира!

Все эти три дня я если и спал, то видел только одно – ухмыляющуюся рожу Ортавы и пса Тихона за его спиной. И я со всей серьезностью осознавал, что это мой финиш. Тая чуть не умерла, а я оплатил чужой долг несоизмеримой ценой и дальнейшую жизнь себе не представлял… Пока этот весельчак, так легко отнимающий жизни, ходит по одной земле со мной – не будет никакой жизни и покоя мне не будет. Желание возмездия уничтожит либо его, либо меня!

Плевал я, какой высоты эта мразь. Я не спущу беспредел ни от кого! Никогда.

Несмотря на гнев, мне удавалось мыслить холодно и трезво. Мозг работал, не переставая, используя все ресурсы, которыми Бог наградил меня. Я не идиот и не враг себе. Правильно взвесив приоритеты, я понял, что мне одному не справиться. «Месть – блюдо, которое подают холодным». Нужно сделать все грамотно и чисто, чтобы каждый получил по заслугам, и я не оказался за решеткой. Надолго, по крайней мере…

На четвертые сутки я наконец вывел в голове удовлетворительную стратегию. Идеальную для того, чтобы утолить жажду, пульсирующую во мне гневом. Но прежде чем делать первый шаг, я считал обязательным дождаться, пока очнется моя девочка, а потому терпеливо ждал.

Она уже приходила в себя, но совсем ненадолго – еще была слишком слаба. Однако мне нужно было, чтобы Тая увидела меня. Чтобы осознала мое присутствие и больше ничего не боялась! Или чтобы я больше не боялся за нее.

Это случилось ближе к закату. Я отключился в кресле на несколько часов, а когда, словно по зову интуиции, открыл глаза, обнаружил, что она смотрит на меня. Смотрит так, будто призрака видит, и старательно сохраняет тишину, лишь бы я никуда не делся.

Мгновенно оживившись, я рывком поднялся и приблизился к койке. Бережно провел ладонью по бледной щеке Русалки, а она отзывчиво накрыла ее своей холодной миниатюрной рукой. Прижалась к ней, будто согреваясь теплом, и зажмурилась от всхлипов.

Ни слова от Таи я так и не услышал. Врачи предупреждали, что ее нервная система будет расшатанной и особенно чувствительной первое время, но для меня это был пиздец… Нутро наизнанку выворачивало от ее вида! Русалка не переставая плакала, цепляясь за мою руку, и я все это сносил, безуспешно успокаивая ее, пока она не уснула. Только после бесшумно покинул палату…

Из-за недосыпа мозг отключался на ходу. Пока добрался до места назначения, за малым два раза чуть в аварию не попал. Но я не мог себе позволить отдохнуть, пока не сделаю то, что запланировал до завершения этого дня. Пока не получу результат – и неважно, положительный или отрицательный! И этот результат я должен был получить в здании компании, где все еще числился в штате директоров.

Охрана на входе встретила меня с подозрением. Еще бы – видок был тот еще после нескольких суток без сна и еды, но вопросы парни задавать не стали. Значит, я все еще слыл ценным сотрудником в офисе. Правда, путь наметил не в свой блатной кабинет – разминулся с ним в последний момент на выходе из коридора.

Тот, кто мне нужен был, оказался на месте. Занятой – глубоко погруженный в информацию на мониторе, а потому не сразу заметил, кто вошел к нему без стука и записи.

– Какого черта? – возмутился Роберт, неловко стягивая гарнитуру и настороженно наблюдая, как я приближаюсь. – Стой на месте, Валиев! Я сейчас охрану позову!..

Он подорвался с кресла и дотянулся до кнопки селектора, но я тут же неосторожно снес его со стола. В глазах хозяина кабинета пронесся испуг – наверное, я был похож на психа потрепанного, поэтому инстинкт самосохранения продиктовал ему отступать.

– Ты мне уже разбил рожу, тебе чего еще надо?! – нервно поинтересовался он, врезаясь в тумбочку у стены и хватаясь за железную награду. – Ничего не было – ясно тебе? Просто не так понял твою рыжую… Отвали ты уже!

Я нахмурился. Очень не к месту было это признание, которое, в общем-то, и так уже не имело никакого значения.

– Мне нужна твоя помощь, – сообщил я ровным тоном, больше не пытаясь приблизиться. Бранкович так и опешил, недоверчиво пялясь на меня. – Если согласишься – буду тебе обязан столько, сколько потребуется.

Эти слова возымели эффект. Хоть и не сразу, но он расправил плечи, одернул рубашку, позволяя себе расслабиться и поверить, что я не пришел бить ему морду. Может быть, даже Роберт ощутил себя хозяином положения, раз я сам пришел, еще и с просьбой.

Обогнув стол, но все еще держась подальше от меня, он остановился у кулера, чтобы налить себе воды. Осушив целый стакан, задумчиво поставил его и косо глянул в мою сторону:

– Ну, рассказывай уже.