Эпилог

— Лекс, ты долго собираешься еще сидеть? — ворвалась я в кабинет к шефу. — Или ты забыл, что… — глянув на его недоуменное лицо, махнула рукой. — Впрочем, неважно, — развернувшись, покинула кабинет Лекса, чтобы без него поехать домой.

Состояние эйфории, не покидавшее целый день, резко улетучилось, стоило увидеть лицо того, кто забыл о нашей годовщине. Ну и ладно, не очень-то хотелось. Блин, кому я вру? Хотелось, да еще как, но… Не судьба. Не стану ничего говорить, но бутылку коньяка, что я купила по такому случаю, все же поставлю в бар, чтобы потом за ним далеко не ходить.

Придя домой, разделась и просто свалилась в кресло, прикрыв глаза и вспоминая тот день, когда завершились гонки на пари. При воспоминании на лицо невольно выползла улыбка.

* * *

— Ты чего застыла, как истукан? — смеясь, попытался расшевелить не верящую его словам, меня. Я все еще пыталась осознать то, что он только что сказал. Получается, все это время он был нифига не против, но всего лишь не желал оказаться соблазненным? Вот гад. А сказать не мог? Мне и самой было не по себе устраивать ему все каверзы. Сказал бы, что это он желает поучаствовать в охоте на меня, я бы с радостью передала ему эстафетную палочку. Зачем надо было меня мучить?

— Лекс, это ты сейчас прикалываешься? А потом опять грубо оттолкнешь? — решила на всякий случай уточнить у него, чтобы потом меня не ожидал неприятный сюрприз.

— Поехали, увидишь, — непререкаемым тоном заявил он, запихивая меня в машину. А я что? Я ничего. Даже сопротивляться не стала.

Дома у Лекса оказалось довольно уютно. Если бы не знала, что он не женат, подумала бы: это хозяйка постаралась. Но рассмотреть интерьер не дал сам хозяин. Захлопнув дверь, резко притянул меня к себе и стал целовать. Я сначала от неожиданности просто зависла, а потом, обняв его, прижала к себе и стала отвечать со всей накопившейся страстью.

В груди сразу же наметилось возбуждение, причем, судя по тому, что я ощущала, прижимаясь к мужчине, не только у меня сносило голову от страсти. Не разрывая поцелуя, срывая с себя ставшую ненужной одежду, мы медленно продвигались к ближайшей горизонтальной поверхности. До кровати явно было далеко, потому и решили ограничиться столом, который как раз попался на пути.

— Давай уже… Сил нет терпеть, — с трудом выдавила я, и только тут мне стало страшно, ведь как ни крути, а секса у меня давно не было. Достоинство у Лекса оказалось немаленьким. И меня уже начало немного потряхивать. Поместится ли он во мне? Не порвет ли? Хотя от предвкушения низ живота ныл, грудь, казалось, увеличилась в размерах, соски затвердели, и малейшее касание причиняло мучительное томление, вызывая разряды по всему телу.

Лекс оторвался от моих губ, опустившись на шею. Слегка прикусил, провел языком по укусу. Я откинула голову назад, давая ему доступ. Сама же стонала, не в силах сдерживаться. Руки мужчины будто жили собственной жизнью, ласкали, мяли грудь, опускались ниже. Один палец Лекса медленно проник в меня, я непроизвольно повела бедрами, сама насадившись на него. Лаская, мужчина пристально глядел в мои глаза затуманенным страстью взглядом. Я купалась в темном омуте, таяла, сходила с ума. Мое тело плавилось.

— Ну давай, уже… — выдохнула я рвано. Мужчина усмехнулся. Он наверняка решил устроить мне сладкую пытку ласками. Так как в следующую секунду склонился надо мной и снова стал целовать шею, медленно опускаясь к соскам. Кровь прилила к голове. Я даже не заметила, как сильнее стала насаживаться на его пальцы, из горла вырывались стоны блаженства, о страхе было забыто.

Момент, когда пальцы сменились членом, я благополучно пропустила, и только резкая боль вернула с небес на землю. Черт, как и думала, большой размер и отсутствие секса сейчас неблагоприятно сказались на ощущениях. Низ живота уже горел огнем. Внутри жгло. Проникновение оказалось болезненным. Я едва могла дышать. Потому по инерции сжалась, но Лекс, целуя меня в висок, прошептал:

— Расслабься, легче будет, — легко ему говорить. Он вряд ли сможет понять мои ощущения. Но очень постаралась сделать так, как он говорит.

Медленно, он вошел в меня до конца и застыл. Целуя, гладя, старался успокоить и вернуть ушедшее возбуждение. Стоило ему коснуться сосков, как по телу прошла волна возвращающегося возбуждения. Снова знакомый жар, страсть затопила с головой. Лекс старался успокоить, заласкать, чтобы я окончательно расслабилась. Он всячески пытался вернуть возбуждение. И ему это удалось. Первый толчок. Я вцепилась в его плечи. Мягкая кожа так и манила к себе, погладить и зацеловать. Но я пока привыкала к заполненности. Боль ушла. Я начала привыкать к его размеру и получать от этого удовольствие. Медленно двигаясь, Лекс наблюдал за моей реакцией.

У меня же боль смешалась с наслаждением, я не могла понять, чего хочу больше: или оттолкнуть, или притянуть ближе. Движения убыстрялись, желание зашкаливало, разрядка приближалась. Я уже не осознавала, на каком свете нахожусь, настолько мне было хорошо. Поцелуи. Укусы. Рыки и стоны. Все смешалось. Комната, казалось, насквозь пропиталась запахом страсти. Кровь бурлила. Я уже заходилась криком, Лекс рычал, двигаясь резко и размашисто. Мы словно два зверя впивались поцелуем в губы, почти кусая, языки устраивали борьбу за первенство. В какой-то момент наша страсть вылилась в бурный обоюдный оргазм, после которого я несколько минут пыталась отойти.

— Вот теперь ты просто обязан на мне жениться, — спустя несколько долгих минут произнесла я, привставая на локти и заглядывая довольным взглядом в довольные глаза мужчины.

— Да я и не против, — улыбнулся Лекс, обнимая меня и утыкаясь мне в макушку.

* * *

Вот уже целый год мы вместе. Со свадьбой решили повременить. На следующий день я переехала к нему, а свою квартиру сдала студентам. За этот год много чего произошло. Были и ссоры, и скандалы, потом бурное примирение. На гонки мы продолжали ездить раздельно, все еще являясь соперниками, но это только в них, а в реальной жизни мы, несмотря на некоторое недопонимание, являлись парой.

Тем обиднее было, что он забыл о нашей первой годовщине. Был еще один момент, из-за которого очень часто я была инициатором конфликтов: за весь год Лекс ни разу не заговорил о свадьбе. Если в первый месяц мы решили притереться друг к другу, осмыслить наши чувства, то потом… Время шло, а Лекс уже и не вспоминал об этом. На мои вопросы только отмахивался, целовал и спрашивал:

— Алекса, нам ведь и так хорошо? Что изменит штамп в паспорте?

— В общем-то ничего, но мне, как и любой девушке, хочется свадьбу и настоящие узаконенные отношения, — бурчала я, но меня, казалось, не слышали.

Глянув на время, тряхнула головой. На часах почти восемь, а Лекса все еще нет. Ну и флаг ему в руки, пойду в ближайший бар и напьюсь. Отмечу в гордом одиночестве праздник, а потом будь, что будет.

Подскочив, стала одеваться. А стоило подойти к двери, как она распахнулась, и на пороге появилась пропажа.

— Куда это ты собралась? — сузив глаза, поинтересовался вошедший, на что я хмыкнула и снизошла до ответа.

— Какая разница? В бар пойду, — мужчина загородил проход, не собираясь меня выпускать. — Пусти, — процедила, глядя на него. Изнутри поднималась волна неконтролируемого гнева, объяснить который я бы не смогла при всем своем желании. Было так обидно. Слезы непроизвольно наворачивались на глаза. Но я попыталась их скрыть.

— И в наш праздник ты оставишь меня одного? — еще и издевается, гад такой.

— Ну, ты же смог это сделать. Почему я не могу? — не двинувшись с места, скептически поинтересовалась у мужчины. — На время не пробовал смотреть?

— Может потому, что я приготовил просто обалденный подарок, от которого ты не сможешь отказаться, — усмехнулся тот, скидывая пальто прямо на пол, разуваясь и делая шаг ко мне, после чего за пальто последовал пиджак.

Не спуская с меня глаз, он стал медленно расстегивать рубашку и ремень брюк. Во время совершаемых им действий, мои глаза все больше увеличивались в размерах. В руке словно из ниоткуда возникла маленькая бархатная коробочка. Мое сердце забилось птицей в клетке, рвущейся на волю. Это то, что я думаю? Но ведь он не хотел. Его и так все устраивало. Что же изменилось? Я в ступоре застыла, глядя на своего мужчину и начиная возбуждаться.

— Так и будешь стоять? Я ей тут стриптиз устраиваю, а у нее эмоций минус ноль, — тяжко вздохнул Лекс, что и послужило спусковым крючком.

Я, в отличие от Лекса, разделась за считанные секунды. И, не веря своему счастью, тут же притянула его к себе. И про обиды, и про бар было благополучно забыто.

А дальше у нас была бурная и насыщенная ночь, обоюдное признание в чувствах. За этот год я осознала: обычное влечение переросло в нечто большее. И сейчас Лекс стал частью моей души, без которой я и не мыслила себя.

Вот так иногда и происходит, находишь свое счастье там, где и помыслить нельзя. Кто бы раньше сказал, что давний соперник окажется тем, кого я буду любить и кто будет любить меня, ни за что бы не поверила. Но против фактов не попрешь.

КОНЕЦ