23

— Костя? — окидываю удивлённым взглядом стоящего на пороге мужчину. — Ты что тут делаешь?

Вот честно, только этого для полного счастья мне сейчас не хватало.

— Миха подсуетился и меня выписали раньше. А то был уже готов выть там от безделья. Я могу зайти?

— Эм-м-м, — теряюсь, быстро оглядываюсь и, оценив состояние квартиры на предмет порядка как сносное, отступаю в сторону. — Да, конечно. Входи.

— Спасибо, — благодарит Буров и, уже переступив порог, вдруг неожиданно добавляет: — А ничего так. Я поживу тут у тебя немного?

— Что?! Нет! — выпаливаю и надеюсь только на то, что ослышалась сейчас.

В крайнем случае, кто-то просто неудачно пошутил.

— Хм, странно. Твой напарник с начальником заверили меня в обратном.

— Что-о-о? — офигеваю теперь уже окончательно. — Это они тебя сюда отправили?

— Ну да. А ты что же, не в курсе?

Костя отвечает на автомате, почти не обращая на меня и мою реакцию внимания. Будто так и надо. Садится на диван и продолжает крутить головой, уже чуть ли не по-хозяйски осматривая свои новые владения.

— И что сказали?

— Крошев, что теперь ты в ответе за мою безопасность. Когда я спросил, чье это решение, включился большой босс. Сказал, что у него нет свободных кадров, чтобы ходить за мной по пятам везде и всюду. Из доступных только ты. Домой, где в меня стреляли, мне пока нельзя. Одному так точно. Было велено ехать сразу сюда. Ещё какой-то бред про квартиру нес. Типа это место, где все начинается и заканчивается. Точной формулировки уже не помню. Но велел в обязательном порядке тебе это передать. Сказал, поймёшь.

Нет, они нормальные? Отправить ко мне жить мужчину. Ещё и женатого. Это как вообще?

— Гм! Подожди минуточку. Никуда не уходи, — объявляю, беря телефон и отправляюсь на балкон.

— И не собирался. А у тебя тут и правда ничего. Уютно. Без размаха, но...

Закрываю за собой стеклянную дверь, и не думая дослушивать оценку своей жилплощади. Больно надо. Куда интереснее, как у кого-то наглости хватило так меня подставить. Ну погодите оба. Так, кому бы первому разнос устроить?

Папа не отвечает. Присылает сообщение, что на совещании. Ладно, останется на десерт.

А вот Миша совершенно точно знает, зачем я звоню.

— Да-да, — издевательски раздается из трубки.

— Тебя сейчас культурно матом послать или грязно в далёкое пешее отправить? — интересуюсь.

— А есть разница?

Ещё и нагло гогочет в трубку, гад.

— Крош, я тебя ненавижу! Как ты мог так со мной поступить?

— Я? Сначала ты объявляешь себя его любовницей и матерью будущего ребенка. Потом вы проводите вместе ночь. Каким боком здесь вообще я? Честно, думал, ты мне спасибо звонишь сказать.

— Пошел ты! — выкрикиваю и сбрасываю вызов.

И тут понимаю, что даже отцу перезванивать бесполезно. Ничего кроме издевательств все равно не услышу. Сама виновата. Чья легенда? Моя легенда. Мне ей и соответствовать.

— Пф-ф-ф! — шумно выдыхаю и падаю рядом с Костей на диван.

— Все нормально? — интересуется тот.

Сначала думаю сцедить через сарказм изрядно поднакопившийся яд. Потом пожаловаться. Но в результате отказываюсь от обоих идей.

— Да! — восклицаю наигранно беззаботно. — Обычный день на работе. Ничего особенного. Так чем займёмся?

Кажется, я своим внезапным приступом жизнерадостности окончательно сбиваю с толка уже Бурова. Вот и хорошо. Цепная реакция пошла.

— Мне бы все же на дом смотаться, свои вещи забрать, если я какое-то время здесь пробуду. Потом на работу заглянуть. А ещё я зверски голоден. У тебя есть, что поесть?

— Прости. Тут ты совершенно точно ошибся квартирой. Я не готовлю. Больше пью. В основном чай или кофе. И перекусываю чем и где придется.

— Теперь ясно, почему ты осталась худой и мелкой.

Никогда ещё эти два качества, которыми я до сих пор так гордилась, не звучали настолько отвратительно.

— Ну да. Куда мне до стероидного мальчика-великанчика.

— Один-один, Совушкина. Смотрю, некоторые вещи не меняются, — припоминает мне мою же фразу Костя.

— Это какие, например? — интересуюсь.

Хоть и не уверена уже, что хочу знать ответ.

— Так же остра на язык и токсична, когда злишься.

— Ладно, гений комплиментов, поехали твои дела делать.

— Поехали. Только сначала лекарства принять не забудь.

В полном недоумении оборачиваюсь на Бурова и жду хоть каких-то объяснений.

— Главное условие моего круглосуточного пребывания рядом с тобой — следить, чтобы вовремя все пила, — поясняет мужчина.

Ну прекрасно. Теперь мы еще и няньки друг у друга. Спаси жизнь клиенту, и тогда он не позволит тебе забыть про волшебную таблеточку. Докатилась!

— Ксения?

— Что? — спохватываюсь и спрашиваю.

— Медикаменты и только тогда прыг в мою машину.

— Тебя кто с простреленным плечом пустил за руль? — интересуюсь.

— Ой, да брось. Подумаешь, небольшая дырка. Тем более, что уже заживает.

— И правда! Не в голове же! Не продувает, и хорошо.

Да, не сдерживаюсь. Иначе ещё чуть-чуть и задохнусь от ядотоксикоза в крови.

— Тебе когда в следующий раз на перевязку? — первая спешу сменить тему.

— Вообще каждый день. Но если есть тот, кто сам может это делать, то через один. Ты как? Хочешь поиграть в медсестру и больного?

— Ты уже в образе или это врождённое качество?

Чую, мне в самое ближайшее время будет ух как не скучно. И вижу. По этой наглой роже и бесячей, самодовольной улыбке. Нет, это ж надо было так крупномасштабно облажаться.

Так спокойно, Ксения. Пять минут, полет нормальный. И плевать, что это уже крутое пике. Не конец дня. Может ещё вырулю. Но чем ближе к ночи, тем отчётливее начинаю осознавать — она у меня предстоит ух какая непростая.