Глава 5. Яна

У него есть мой номер телефона — теперь шаг за ним. После работы я сходила в тренажёрный зал, «отработала» съеденный шоколадный десерт: за всё нужно платить. Дома развалилась на кровати с книжкой «Как выйти замуж за миллионера». Я читала её уже два раза, но информация забывается, если отсутствует практика или отсутствуют миллионеры. Я пробежалась глазами по страницам книги. Некоторые отрывки я выделила маркером ещё при первом прочтении. Провела пальцем по выделенным строкам и повторила вслух:

— «Быть наградой, а не нуждающейся».

Какая верная фраза! Я пробежалась по другим выделенным фрагментам, которые знала наизусть: «Выгляди дорого, даже если ужинаешь «Дошираком»; «Не рассказывай свою историю — оставь загадку»; «Ты — не та, кто ищет, ты — та, кого находят»; «Деньги — это не пошло. Пошло — притворяться, что они не важны».

Я не стеснялась того, что меркантильна. Насмотрелась на свою мать, которая пахала с утра до вечера, потому что денег не хватало, а мой отец — лентяй и неудачник. Это я поняла с возрастом. В детстве я радовалась, что он приходит домой рано или вообще не идёт на работу — с ним я могла посмотреть телевизор, и мне не было скучно после школы. Даже жалела его, когда мама выгоняла его из дома.

Осознание пришло только после маминой смерти. Она ушла слишком рано, и я осталась с папой. Тогда я поняла, кто у нас в семье был добытчиком. Этот период я всегда вспоминаю с содроганием: горечь от потери мамы и разочарование в отце, потерянность и отсутствие чувства безопасности.

Я чётко решила, что ни за что не буду пахать, как мама. Если это нужно для достижения цели, такой, как пластика носа, — я потерплю. Но недолго, не всю жизнь, а то так и умереть можно.

Телефон издал короткий звуковой сигнал, и у меня будто бы сжалось внутри — короткий, едва уловимый спазм в груди. Я не двинулась сразу, стараясь выглядеть равнодушной даже перед самой собой, но сердце уже делало глупую ставку: «Это он. Конечно, это он».

Я медленно потянулась к телефону, будто это ничего не значит. Но в голове уже стучало: «Написал? Написал?»

На экране — уведомление из какого-то дурацкого рассылочного канала. Не он. Я резко выдохнула и откинулась на подушку.

Я отправилась в ванну готовиться ко сну — очищение кожи, крем на всё тело. Коучи по любви к себе не зря говорят, что нужно относиться к себе как к женщине, в которую без ума влюблён кто-то очень богатый и очень щедрый, даже если он пока существует только в твоей голове.

Я медленно втирала лосьон в плечи, живот, бёдра — будто делала это не просто для себя, а для чьих-то восхищённых рук. В голове мелькнула мысль: пусть пока у меня нет яхты, но моя кожа уже готова к ней.

Вернулась в спальню, и, пока кожа впитывала крем, я взяла телефон с тумбочки. Проверила. На этот раз мне действительно пришло сообщение. Из-за жирных от крема пальцев экран разблокировался не сразу. Наконец я смогла открыть мессенджер:

«Добрый вечер, Яна! Меня зовут Марк. Мы с вами виделись в отеле The Kremlin Boutique».

Я тут же сохранила его номер в контактах. Отвечать сразу, конечно же, нельзя — нужно подождать как минимум минут двадцать, лучше час. Но меня уже клонило в сон, и растягивать переписку не хотелось.

Я засекла время и задумалась над ответом. Нужно поблагодарить его за оплату счёта в ресторане, похвалить — это первым делом, а ещё создать интригу, заставить думать обо мне. Я схватила книгу и принялась искать главу, которая могла бы мне помочь. «Если ты хочешь, чтобы он думал о тебе — не рассказывай всё. Оставь намёк, половину фразы. Он должен додумывать, а не пролистывать тебя, как открытую книгу». То, что надо.

Я набрала текст: «Добрый вечер, Марк! Спасибо за оплату счёта — это было неожиданно и приятно. Иногда одно маленькое действие говорит о человеке больше, чем длинные разговоры…» — и отправила ровно через двадцать минут. Если в течение десяти минут он не ответит — лягу спать. Но он ответил через восемь минут:

«Не за что. Рад, что вам было приятно. Я бы снова хотел услышать ваш красивый голос. Может, встретимся завтра вечером?»

Сразу к делу — мне это нравится. Нужно подождать полчаса. Мне очень хотелось спать, но нарушить правила и всё испортить я не могла. Пришлось отсчитывать время, чтобы отправить:

«Я завтра работаю до 20:00. Будет уже поздно для встречи. К тому же у меня ещё занятие танцами».

«Я могу заехать за вами на работу, а потом посидим в уютном месте. Там вы сможете отдохнуть».

На этот раз я ответила быстрее:

«Марк, какой вы настойчивый и решительный человек. Уговорили».

«Тогда до завтра, Яна. Спокойной ночи».

«Спокойной ночи, Марк».

Я выключила свет и легла в кровать. Какая я молодец, что пошла в ресторан и напомнила о себе — взяла судьбу в свои руки. Довольная собой, я моментально уснула.

Мне пришлось встать пораньше, чтобы выбрать наряд, в который переоденусь вечером. Решила, что для первого свидания подойдёт маленькое чёрное платье: облегающее, но не вызывающее. Чёрный цвет для меня всегда беспроигрышный: он хорошо контрастирует с моей здоровой белой кожей и подходит под чёрную шевелюру.

На работу я пришла почти на автопилоте — всё было привычно: стойка, брони, карточки, паспорта. Но каждую секунду я чувствовала, как где-то под рёбрами греется нетерпение, будто внутри меня кто-то ставит таймер: ещё шесть часов… ещё пять… четыре с половиной…

Я ловила себя на том, что чересчур часто проверяю зеркало в подсобке: хорошо ли лежат волосы? Не потускнел ли блеск на губах? Ресницы на месте? Всё должно быть идеально.

Клиенты что-то говорили, жаловались, просили поменять номер, узнать, где шведский стол, — а я улыбалась и кивала, хотя мысли были только об одном: будет ли он ждать у входа или зайдёт внутрь? А если сразу будет приставать и делать намёки?

Один раз даже проверила его профиль в мессенджере — «не в сети». Я закусила губу и сказала себе фразу, прочитанную где-то: «Успокойся, ты не просто девушка, ты — эффект. Ты не ждёшь, ты появляешься».

В семь вечера я получила сообщение:

«Яна, напишите, как будете выходить. Я встречу у входа».

Значит, он подойдёт к отелю — пусть так.

«Хорошо, Марк».

Ровно через час я написала, что выхожу, и, подождав пять минут, медленной походкой выскользнула на улицу. Он уже стоял у входа в чёрных брюках, а из-под лёгкой куртки виднелся джемпер. Я сразу заметила его напряжённый вид, и подумала, что это плохо: возможно, сейчас не лучший момент для встречи, но он решил не отменять её из вежливости. При виде меня он натянул улыбку, которая тут же исчезла с его лица.

— Добрый вечер, — кивнул он.

— Добрый вечер, Марк, — я улыбнулась.

Я быстро соображала, что делать: нужно вести себя так, чтобы со мной он забыл о том, что его волнует. Как лучше — подстроиться под его настроение или быть весёлой?

— Вы не замёрзли, пока ждали? К вечеру погода испортилась.

— Нет, не успел, — ответил он без единой эмоции на лице. — Я предлагаю поехать в один ресторан недалеко отсюда: оттуда открывается красивый вид на ночной город.

— Sky View от шефа Гаспара Фонтена? — выпалила я, округлив глаза.

Марк приподнял брови:

— Вообще-то я думал про другой, но если вы хотите туда…

— Я мечтала туда сходить! — воскликнула я, прикрыв рот рукой от восторга. — Говорят, там шикарная кухня: гости готовы съесть тарелку.

В глазах Марка показался слабый блеск.

— Садитесь в машину, сейчас решим.

Он открыл передо мной дверь чёрного «Мерседеса».

— Благодарю, — сказала я, взглянув на него из-под ресниц.

Сев в машину, Марк достал телефон и принялся гуглить адрес ресторана.

— Пристегнулись? — спросил он, повернувшись ко мне.

— Уже давно.

— Тогда поехали.

Он завёл машину, и мы понеслись по вечерней Москве.

— Как красиво… — проговорила я. — Москва — лучший город.

— Не спорю, — ответил Марк. — Вы родились в Москве?

— Нет, далеко отсюда — во Владивостоке.

— Ого. Кстати, может перейдём на «ты»?

— Я не против. А ты, Марк, здесь родился?

— Нет, в Питере, точнее — в Ленинграде. Потом ещё долго жил в Швейцарии; лет пять назад окончательно переехал в Москву.

— Что заставило тебя переехать из Швейцарии в Россию?

Марк смотрел на дорогу и ничего не говорил. Не стоило задавать этот вопрос — возможно, он пока не хочет рассказывать слишком подробно. Не дождавшись ответа, я проговорила с улыбкой:

— Знаешь, во Владивостоке я, например, считала, что Москва — это вообще другая планета. У нас даже говорили: «В Москву едут или с планом, или по любви, или с полным отчаянием». Я выбрала первый вариант… но всё время ловлю себя на мысли, что и второе может догнать.

Я рассмеялась легко, будто не было никаких неловких пауз. Марк тоже улыбнулся и бросил взгляд на мои длинные ноги в капроновых колготках.

— А как давно ты работаешь в отеле?

— Два года, — ответила я. — Мне нравится: там красиво, а я люблю всё красивое. Глаз радуется.

— Это ты красивая, а не отель, — вдруг проговорил Марк.

— Я? Спасибо за комплимент.

— Это правда. Ты украшаешь этот отель. А твой голос – услада для ушей.

— Мне часто это говорят, но от тебя это слышать особенно приятно, — сказала я серьёзным тоном.

— Почему же?

— Ты производишь впечатление серьёзного человека, который не станет разбрасываться словами. — Я слегка склонила голову и посмотрела на него. — А таких, знаешь, не так уж много.

Марк задумчиво улыбнулся и поправил очки.

Мы приехали на подземную парковку небоскрёба. Марк вышел из машины, открыл мне дверь и подал руку. Его рука была мягкой и тёплой.

— Спасибо, как приятно, когда мужчина — настоящий джентльмен. Это редкость.

— Это простые правила приличия, — пожал Марк плечами.

Мы вошли в лифт, который повёз нас на сорок второй этаж.

— Я в предвкушении, — мечтательно улыбнулась я. — А ты здесь уже был?

Марк покачал головой:

— Нет ещё, как-то не довелось, хотя слышал о нём от знакомых.

— Тогда это будет первый раз для нас обоих.

Мы вошли в ресторан; нас сразу встретила хостес.

— Здравствуйте, вы бронировали?

— Нет, — ответил Марк, — у вас есть свободные столы у окна?

Хостес посмотрела в какую-то тетрадь и замялась.

— Буду очень благодарен, если найдёте. Выбрали ваш ресторан в последнюю минуту; у нас сегодня особенная дата. Меня к вам посоветовал Игорь Мещанинов: сказал, у вас точно есть свободный стол с отличным видом.

Я заворожённо слушала, как Марк общался с хостес: вежливо, но с небольшой давящей ноткой. В итоге она сказала:

— Да, найдётся видовой стол. Оставьте, пожалуйста, одежду в гардеробе, и я вас провожу.

К нам тут же подскочил сотрудник, готовый помочь раздеться. Но Марк сам снял с меня куртку и отдал её гардеробщику.

— Мерси, — мурлыкнула я.

Хостес взяла меню и сдержанно пригласила нас пройти. Пространство было залито мягким тёплым светом — неярким, но акцентным, так что каждая деталь интерьера выглядела будто с обложки журнала.

Панорамные окна от пола до потолка открывали завораживающий вид на ночную Москву — город, словно рассыпанный миллионом огней, с пульсирующим движением, уходящим куда-то в бесконечность. С высоты всё казалось замедленным, как будто мы на миг оказались выше суеты, ближе к каким-то другим правилам.

В зале играла тихая фоновая музыка в стиле нео-джаза, а персонал двигался так, будто был частью хореографии. Мебель — минималистичная, но дорогая: кресла с обивкой цвета кофе с молоком, столы из полированного дерева без скатертей, но с идеальной геометрией сервировки. На одной из стен — винная инсталляция в стеклянных нишах, свет внутри которых мерцал, как драгоценности.

Марк отодвинул кресло, чтоб я села, и в этом изысканном интерьере я почувствовала себя важной персоной. Никто не знает, кто я. Пусть эта хостес обзавидуется, что я пришла в такой ресторан, куда ходит губернатор и местная элита, да ещё с красивым мужчиной. Так же, как я иногда завидую постоялицам отеля.

— Какой шикарный вид! — восхитилась я. — Ты с такой лёгкостью добился, чтобы нам дали стол у окна, хотя я слышала: здесь нужно бронировать за месяц.

— Нужно знать, на что надавить, — усмехнулся Марк, но я видела, что ему польстило моё замечание. — У меня большой опыт переговоров.

— А чем ты занимаешься? — спросила я между делом, открывая меню.

— Бизнес в сфере строительства, — сказал Марк кратко и тоже принялся изучать список блюд.

Цены здесь были космические, поэтому я и не решалась прийти сама. Не хотелось целый вечер сидеть с чашкой чая и круассаном за девятьсот рублей, а люди, готовые оплатить твой счёт, попадаются не каждый день.

— Выбрала что-нибудь? — спросил Марк.

— Ещё нет, глаза разбегаются.

Я нашла самое дорогое блюдо — «Филе миньон с соусом тоннато». Не знаю, что в нём особенного, но нужно проверить, готов ли Марк его оплатить.

— Очень хотелось бы попробовать филе-миньон с соусом тоннато. Что скажешь?

— Конечно. — Марк и глазом не моргнул. — И всё? Ты, наверное, голодная после работы.

— Тогда ещё пиццу с чёрной икрой. Представить не могла, что такие существуют.

Марк улыбнулся:

— Я, если честно, тоже.

— У нас много общего.

Мы засмеялись. Подошёл официант и записал заказ.

Возникла пауза. Затем я обвела зал взглядом и проговорила:

— Вот в таких местах я понимаю, почему уехала из своего города: здесь я даже ощущаю себя по-другому.

— Никогда не была в таких ресторанах? — поинтересовался Марк.

— Нет. Да мне и некогда, — пожала я плечами. — Работа, тренировки, хобби…

— По тебе видно, что ты много занимаешься спортом, — отметил он.

— Спасибо. Я даже думала участвовать в конкурсе фитнес-бикини.

Марк откинулся в кресле и одобрительно закивал:

— Мне кажется, у тебя все шансы победить.

— Да нет, — я отмахнулась, — мне ещё работать и работать, особенно после того, как съем пиццу с чёрной икрой.

Марк улыбнулся.

— Восхищаюсь теми, кто регулярно занимается спортом: тут нужна сила воли.

— Да, без этого никак. Но главное – мотивация.

— Да, — согласился Марк и спросил: — А какие у тебя ещё увлечения?

— Я дизайнер по образованию. Никогда не работала по специальности, но люблю читать про модные тренды в интерьере, смотреть фотографии и визуализации… Своей квартиры у меня пока нет, чтобы её обставлять, но я уже представляю, как и что в ней будет.

— Это прекрасный настрой. А вообще хорошего дизайнера сложно найти — знаю не понаслышке. Мы строим жилые комплексы, и с нами иногда хотят сотрудничать дизайнеры интерьеров… — Марк покачал головой. — Бывает, вытворяют такое: они думают о красоте, но не всегда о функциональности.

Я кивала с заинтересованным лицом.

— А почему не работала по специальности? — спросил Марк.

— На тот момент в моём городе не было спроса на такие услуги, а когда переехала в Москву, столкнулась с огромной конкуренцией. Некогда было медленно пробиваться: нужно было срочно искать работу, чтобы оплачивать жильё.

— Ты очень целеустремлённая, — похвалил Марк.

Я улыбнулась и поправила волосы.

— Но у меня ещё есть другие увлечения: обожаю петь…

Марк поднял брови.

— Как бы я хотел послушать. У тебя такой завораживающий голос, когда ты говоришь — что же будет, если ты запоёшь?

— Может быть, когда-нибудь я и спою для тебя, — проговорила я, будто смущённо.

Потом достала телефон.

— Извини, но я просто обязана сфотографировать этот вид из окна.

— Хочешь, сфотографирую тебя?

— Да! — обрадовалась я.

Он сделал пару кадров и, прежде чем показать, задержал на мне взгляд — такой, от которого тепло расползается по коже.

— Знаешь, ты мне напоминаешь одного человека…

— Правда? Кого же? — удивлённо спросила я.

— Неважно, — отмахнулся Марк.

— Вау, да ты сделал идеальные фото! — удивилась я. — Обычно у мужчин с этим проблемы.

— Я тут ни при чём: это просто ты украсишь любую фотографию.

Отлично, он делает мне комплименты.

Официант принёс блюда, бутылку вина и неалкогольный напиток для Марка.

— Жаль, я сегодня за рулём, - проговорил он.

Официант налил вино в мой бокал.

— Ну что, Яна, давайте выпьем за наше знакомство.

Мы чокнулись, улыбаясь. Я перевела взгляд на еду.

— Надо оценить этот шедевр.

Взяла нож и вилку, не торопясь. Филе легко поддалось лезвию, розовый срез был идеален — как будто его нарисовали. Я поднесла кусочек ко рту, позволила себе закрыть глаза на секунду. Соус тоннато оказался нежным и пикантным, с лёгким солоноватым шлейфом — он будто дразнил вкус, не раскрываясь сразу. Я распробовала его медленно, будто хотела запомнить, как это — есть дорогое, красиво поданное мясо, сидя напротив мужчины, который раньше казался недосягаемым.

— Честно? — я открыла глаза и посмотрела на Марка. — Это почти неприлично вкусно.

Он усмехнулся:

— Так едят только те, кто умеет ценить.

Я улыбнулась, отложила вилку и облизала губу кончиком языка — не нарочно, просто рефлекс. Или не совсем.

— Вкус не в цене, а в ощущении. Но ты это, кажется, и так знаешь.

Мы смотрели друг другу в глаза; Марк медленно потянулся к моей руке, лежащей на столе, и прикоснулся к ней, всё так же не отрывая взгляда. У меня внутри всё затрепетало.

Вдруг он резко убрал руку, нахмурился и достал вибрирующий телефон из портфеля.

— Извини, по работе звонят, — сказал он чуть сухо и, быстро встав, отошёл к окну в дальней части зала.

Я почувствовала дискомфорт от смены его настроения, будто меня выдернули из волшебного сна. Марк вскоре вернулся к столу и тут же сделал глоток вина, не глядя мне в глаза.

— Всё в порядке? — спросила я участливо.

Марк помолчал несколько секунд, будто раздумывая над ответом, потом поднял глаза и проговорил:

— Да, всё отлично. На чём мы остановились?

Он снова взял мою руку в свою.

— Не буду скрывать, ты мне очень нравишься. А твой голос… я пропал, как только его услышал.

У меня сердце застучало быстрее — я даже потеряла дар речи от такого резкого признания.

— Ой, Марк, спасибо… Очень приятно это слышать от такого мужчины, как ты.

Я опустила глаза, вспоминая, чему учила тренер Ольга Мэй, и выдала:

— Честно, от тебя за километр веет мужской энергетикой: сразу виден стержень. Сидя здесь с тобой, я чувствую себя по-особенному. Я даже забываю о проблемах…

Марк заулыбался.

— А какие у тебя проблемы и заботы?

Я слегка повернула голову к окну, устремив взгляд на огни города:

— Мне всё приходится решать самой. Нет, я не жалуюсь… — я замолчала, поджав губы, будто мне тяжело говорить. — Я большая девочка. Но иногда так хочется почувствовать себя слабой.

Марк не отрывал взгляда.

— Неужели ты тянешь всё на своих плечах? Может, нужна помощь?

— Знаешь, я не люблю просить. Но всё же время от времени хочется, чтобы кто-то сказал: “Расслабься, я рядом”.

— Понимаю, — кивнул он.

Телефон снова завибрировал, он глянул на экран, но не ответил.

— Прости, пора заканчивать — завтра утром важная встреча, — проговорил он, не глядя на меня, и подозвал официанта.

Я разочарованно вздохнула: хотелось провести здесь ещё немного времени. Будет ли следующий раз?

— Я отвезу тебя домой? — сказал Марк, когда мы выходили из ресторана.

Я округлила глаза:

— Вот спасибо! Ты такой заботливый.

— Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось по дороге.

Я посмотрела на него с улыбкой восхищения и села в машину.

— Куда ехать?

Я назвала адрес.

— Далековато, — Марк поднял брови. — Как ты добираешься на работу? Часа два-три выходит?

— Вот так вышло… — вздохнула я. — Хотелось квартиру с хорошим ремонтом. Не могу жить в плохих условиях, а по приемлемой цене всё далеко от центра.

— Ты прям героиня. Уважаю.

— Приходится чем-то жертвовать.

Марк то и дело бросал взгляды на мои ноги, а потом вдруг невзначай положил руку чуть ниже бедра. Я слегка вздрогнула, но не отстранилась; наоборот — сделала вид, что не заметила, только поправила волосы и отвернулась к окну, давая ему время осознать свою смелость.

— В жизни вообще всё через жертвы, — продолжила я между делом. — Но я думаю, что рано или поздно это окупается, особенно когда рядом появляется тот, кто может… облегчить путь.