Глава 45

Якуб

Я быстро попрощался с братом и полетел к Мии, которая выглядела немного растерянной и без конца терла глаза.

– Ну как? – спросил я, сгорая от нетерпения, остановившись рядом с ней. – Беременна?

Она быстро-быстро закивала, вытирая слезы, без конца текущие по лицу и сунула мне в кулак палочку какую-то.

– Вот, он положительный! Вернее, все они положительные!

Я покосился на палочку с двумя красными полосками.

– Вот значит, как это выглядит! – сказал как можно сдержаннее.

– Ты рад? – задержав дыхание, поинтересовалась Мия.

– Я охренеть, как сильно рад! – ответил и осторожно обнял Мию, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее с поцелуями посреди торгового центра.

Однако через секунду плюнул на правила приличия, поднял ее в воздух и закружил, целуя.

– Якуб, Якуб, я сейчас упаду! У меня голова кру-у-у-ужится! От любви!

Я успел заглянуть в ее увлажнившиеся глаза и вдруг увидел в них целый калейдоскоп, даже показалось, что это я ее кружу, а она моим сердцем ловко жонглирует, и мы оба летим, сливаемся неразрывно!

– Люби меня крепче!

– Люблю…

И я ее безумно, а от мысли, что у нас будет малыш, радостью рвет все преграды и сердце готовится лопнуть от счастья.

* * *

После посещения торгового центра, имея на руках все доказательства беременности Мии, я сразу же напомнил ей:

– Увольняйся.

– Может быть, хоть немножко? Хоть капельку? Самую малость?

Мия сделала умоляющие глазки и посмотрела на меня. Я едва не дрогнул, просила бы она в этот момент о чем-то другом, разрешил несомненно! Но сейчас речь шла о жизни и здоровье нашего малыша, а работу Мии нельзя назвать спокойной. Черт подери, по моему мнению, женщина при своем мужчине вообще работать не должна, а в беременность – тем более. Поэтому твердо ответил:

– Нет. Сама знаешь, это не просто прихоть, а необходимость. Так будет правильно. Так нужно, Мия.

– Хорошо, – закивала она. – Но чем же я буду заниматься? Просто понимаешь, последний год я жила в адском напряжении, буквально каждую минуту я была занята чем-то, крутилась, как белка в колесе, и просто так оказаться без работы мне очень непривычно.

– У тебя будет работа, – заверил я. – Но приятная и необременительная. К тому же ты глубоко ошибаешься, будто думаешь, что тебе нечем заняться.

– А чем же?

– Чем?

– Да, чем? Уборка, готовка, само собой. Кстати, я даже не знаю, что ты любишь есть, и…

– Не суетись, – успокоил ее. – Все придет со временем. На вопрос, чем тебе заняться, накидываю тебе два варианта, которые, клянусь, отнимут у тебя немало времени. А – свадьба, Б – детские комнаты. У меня несколько комнат пустует, надо понять, какую из них первой стоит превратить в детскую, придумать дизайн… Решить, где во дворе устроить детскую площадку. Дел по горло, – подвел итог.

– Пожалуй, ты прав. Дел хватает, – прошептала Мия.

Поэтому она больше не стала спорить, поехала в офис, написала заявление по собственному желанию и простилась с трудовой деятельностью, загрустила немного.

Невольно я немного напрягся, заметив, какой она стала задумчивой. Вдруг дело во мне? Вдруг она не хотела детей так быстро, а я… не просто хочу, но жажду семью, детей, всю эту радостную кутерьму. Едва узнал, что Мия беременна, как ощутил небывалый душевный подъем, испытал желание и почувствовал в себе силы, способные горы свернуть.

Мне это уже надо, просто необходимо осесть и остепениться. Тяга… Возраст, если уж на то пошло. Сколько можно скитаться? Когда рядом появилась Мия, моя жизнь преобразилась и, поняв, что она – та самая, моя крепость, мой центр вселенной, я не стал теряться и ждать чего-то.

Мне это жизненно необходимо, связать с ней судьбу и укрепить основы, заложить фундамент, родить сына, ведь все остальное у меня уже есть.

– Ты хочешь того же самого? – задал вопрос. – Только честно?

– Что?!

Мия удивленно захлопала длинными, черными ресницами и посмотрела мне прямо в глаза.

– О чем ты спрашиваешь, уточни!

– О твоем состоянии. Ты выглядишь грустной с того момента, как получила подтверждение своей беременности. Хочешь повременить с детьми?

– Нет-нет, все не так, Якуб. Я хочу этого, не меньше тебя хочу. Грущу немного, да… Но это светлая грусть и больше просто мысли, можно даже сказать, тревога небольшая из-за того, справлюсь ли я с ролью мамочки.

Услышав ее признание, я выдохнул с облегчением:

– Справишься. Я буду рядом.

– Всегда?

– Всегда, – заверил ее. – А теперь давай не будем терять время зря? Хочу позвать близких друзей этим вечером.

– Кого позовешь? Я их знаю?

– Игната ты точно знаешь. Помнишь же, я обещал ему шашлык? Пора бы исполнить свое обещание! Не то меня в балаболы запишут, а я этого позволить никак не могу. Надеюсь, ты не против небольшой собирушки? У Игната отличная семья, тебе понравится, а Богиня – так вообще, мировая! – ляпнул, не подумав.

Но Пчелка напряглась мгновенно и спросила с подозрением:

– Богиня?!

Ревность в голосе Мии была острой и ничем не прикрытой. Более того, девушка остановилась, скрестила руки под грудью.

– Богиня, значит. Признайся, у тебя с ней было что-то?!

Я закашлялся, подавившись собственным вдохом.

– С кем? С Ариной? С женой Игната? Нет!

– Но почему ты ее Богиней называешь?

– Потому что она роскошная женщина, – честно ответил я. – Игнат от нее без ума, а я в свое время помогал этому дурню осознать свои чувства! – добавил я и вдруг рассмеялся, до слез.

– Что? Тебе смешно, что такую глупость сморозил и пытался скормить мне это как будто правду? – нахмурилась Пчелка.

– Нет, Пчел. Мне от другого смешно. Я над другом прикалывался, подтрунивал постоянно. Каюсь, я себя вел иногда так, чтобы вызвать у него ревность, поиграть на чувствах собственника, но при этом не замечал сам, как попал в тот же капкан чувств, оказался влюбленным в тебя по уши и… не признавался в этом долгое время!

– Это правда?

– Это стопроцентная правда. Впрочем, вечером ты и сама все увидишь! – заверил я Мию. – Игнат свою женушку бережет, как зеницу ока. У них близнецы-пацаны и еще одна девчонка на подходе. Уверена, ты полюбишь их семью.

* * *

В итоге на небольшие посиделки народу собралось больше, чем планировалось изначально. Я пригласил еще пару знакомых приятелей с работы, Мия, подумав немного, позвала на вечер тоже девушку с новой работы, риелтора, с которым общалась больше всех остальных. Та пришла с мужем и ребенком. В целом, компания набралась приличная!

Вечер устроили во дворе, под специальным навесом. Большая территория двора наполнилась запахами жареного мяса, свеженарезанной зелени, легкого дымка. В воздухе витал легкий шум разговоров и звонкий детский смех. У кого-то из парней с работы ребенок совсем крошечный – то и дело начинал агукать. Каждый раз при таком звуке мое сердце начинало шалить, подпрыгивать нещадно и клинить: я начинал представлять, что у нас с Мией будет малыш и неожиданно сильно волновался.

– Якуб, переверни мясо! – загрохотал над ухом голос Игната.

Через миг на плечо легла его здоровенная ладонь.

– Нормально все с мясом!

– Не нормально, вот-вот спалишь! – спокойно возразил Игнат. – Не могу спокойно смотреть, как хорошее мясо горит! Ты задумчивый какой-то… Сгубишь всю еду. Подменить тебя у шампуров?

– Руки прочь. Тут все по рецепту!

Я оттолкнул приятеля, внимательно присмотрелся к мясу, внутренне признавая, что появление Игната было как раз вовремя. Иначе бы точно крайний левый шампур подгорел: там снизу жара было больше, чем везде.

– Ну вот, другое дело! – выдохнул Игнат. – А то я начал бояться, что не поем долгожданного и так давно обещанного мне шашлычка из нежного барашка. Что с тобой? – поинтересовался Игнат. – Сам на себя не похож, в облаках витаешь. Не балагуришь, не рассказываешь басни…

– Не та компания, чтобы байки похабные травить! – возразил я. – Повод для задумчивости тоже личный. Так что, будь другом, проследи, чтобы там не начинали байки травить про похождения по бабам, идет?

– Типун тебе на язык. Я же с Аришкой и детворой. Если кто-то похабщину начнет нести, первым пострадает. Ну и я потом следом, само собой! – усмехнулся. – Арина за воспитанием пацанят бдит, как коршун. Мамочка заботливая и строгая, бля, я аж дымлю! – признался и начал искать взглядом свою жену, помрачнел через секунду. – Опять рядом с ней хер какой-то ошивается! Сейчас я ему наваляю...

– Спокойно! Ты же видишь, что он всего лишь стулья расставляет для детей. Вон, своего привел. Остынь, бля, это чел с моей работы. Администратор. Женат, толковый мужик! Да, рожей он посимпатичнее тебя будет! – рассмеялся я. – Но это не повод бить морды. Как бы тебе сказать, здесь все мужики, хоть немного симпатичнее тебя!

– Да пошел ты!

– Ты смотришь на всех волком, оттого у тебя лицо кирпичом. Несимпатичное! – снова рассмеялся я. – Расслабься, здесь угрозы для твоей жены нет!

– Ладно, – отозвался Игнат с облегчением, когда понял, что его ревность безосновательная. – Ладно… А что с тобой, дружище?

– Ничего. Все отлично. На мази!

– На мази? А с Мией у тебя как?

Вместо ответа я так широко заулыбался, чуть щеки не треснули.

– Аааа, – протянул Игнат понимающе.

– Она беременна, – выпалил я, не утерпев.

Вроде мы договорились с Мией, что никому не будем рассказывать раньше времени. Договорились! И сам я пообещал, слово дал, что трепаться не буду! Но как так вышло, что не смог умолчать: ни перед Адамом, ни перед Игнатом. Черт, я был готов на весь мир кричать о том, как я счастлив!

– Поздравляю!

Игнат стиснул меня так, что кости затрещали.

– Поздравляю, дружище! Ты это заслужил, как никто другой! От всей души поздравляю!

– Только никому не говори! – просипел я сдавленно. – Мия просила раньше времени не говорить.

– Пошел этап суеверий, – понимающе кивнул Игнат. – Дальше – больше!

– А что дальше?

– Не буду портить тебе сюрприз! – ухмыльнулся друг. – Но беременность – та еще пора! Главное, чтобы все между вами с Мией было нормально, чтобы ребенок твой появился на свет здоровым, а со всем остальным, уверен, ты справишь, и твоя женщина будет под надежной защитой и заботой.

– Уверен?

– Ты больше десяти раз к ней под разным предлогом подходил за последние полчаса! Трогал, касался, обнимал… Кстати, для всех может быть, уже не такой страшный секрет, что она беременна!

– Как такое может быть?! – удивился я.

– Очень просто! Ты постоянно ладони у ее плоского живота греешь! Ну… – рассмеялся Игнат. – Тут всем станет ясно, что к чему. Тем более, коллектив собрался опытный, семейный… Люди хорошие, все понимают и рады за тебя.

– Мия к Арине приревновала меня перед встречей.

– Богиней назвал?

– Оговорился, млин. Я немного переживал после этого, как они будут между собой общаться. У Пчелки характер огненный! Но теперь вижу, что переживал зря. Вроде нормально общаются. Видишь, как щебечут наши красотки?

Я посмотрел в сторону Мии, которая о чем-то активно болтала с Ариной. Внезапно, как по команде, девушки посмотрели в нашу с Игнатом сторону и захихикали, начали перешептываться, отвернулись, как две заговорщицы.

– Подружились! – подтвердил Игнат. – Косточки нам перемывают!

– Ох, бля…

– Держись, дружище. Если Мия с Ариной сдружилась, то обрела в ее лице обширный фронт поддержки! Во всем… – подчеркнул. – В любом споре примет ее сторону. Это же гремучая смесь! Если кто-то из нас с тобой накосячит, будет хана! Вторая своему мужику всю плешь за подругу проест… Женская солидарность!

– Пусть так, – кивнул я. – Приятно знать, что Мия встретила хорошего человека и нашла общий язык. Я за нее переживал, признаюсь. Как найдет себя в новом коллективе, как будет общаться. Для нас компания привычная, а для нее – новая. Она сама по себе жила последнее время, в лишениях, даже не дружила толком ни с кем.

– Поверь, тебе не о чем беспокоиться! Если и были у нее проблемы, то лишь временные и из-за ситуации, в которой она оказалась, благодаря бывшему. Но ты эти сложности устранил, и теперь по ней заметно, как она вдохнула жизнь полной грудью, расцвела. Она яркая и общительная, найдет друзей! Вернее, уже нашла! – еще раз усмехнулся Игнат и покачал головой, глядя на наших женщин. – Предложение сделал?

– Перед фактом поставил.

– Но планируешь сегодня официально, перед всеми припасть на колено?

Я замер, пораженный проницательностью друга.

– Что?! Откуда? Как ты…

– У тебя карман брюк топорщится. Ты к нему прикасаешься едва ли не чаще, чем к своей Мии. Ясное дело, там кольцо!

– Кольцо! – рассмеялся я.

– Забавный ты, Якуб! – хмыкнул Игнат. – Проницательный, с ясным взглядом. Но от любви слепнешь, даже за собой многое перестаешь замечать!

– Если ты решил сказать, что я кретин влюбленный, прямо так и скажи.

– Вот ты и сам сказал, мне даже говорить не пришлось.

– Я чертов счастливчик! Сам себе завидую…

– Я за тебя рад!

За разговором я дожарил мясо и попросил Игната помочь отнести большую порцию к столу, расставить так, чтобы всем было удобно.

– Кстати, где Адам? Не вижу твоего брательника! – поинтересовался Игнат.

– Оооо… – протянул я. – Адам. Адам зависает с одной девушкой. Сразу ясно, что у него там закрутилось не по-детски!

– Вот видишь, о чем я тебе говорю! – рассмеялся Игнат. – Ты за другими проницательный! А в себе ничего не видишь!

Но вопреки моим словам, едва мы подошли к собравшимся, пригласили их к столу, как обнаружили… моего старшего брата. Адам неторопливой походкой приближался к столу и нес для себя дополнительный стул.

– Адам? – удивился я.

– Здорово, Якуб. Давай я тебе помогу!

Брат поставил стул, забрал у меня большое блюдо, начал помогать как ни в чем не бывало, не придал своему появлению особого внимания. Но я-то знал, что он собирался покутить со своей Евой, уйти в отрыв вдвоем.

– Ну? – спросил я его, когда мы отошли за порцией напитков. – Говори, что случилось.