Глава 29

Глава 29

Ольга

- Жень, а тебе никто не говорил, что ты храпишь?

- Нет, все стеснялись, - пробормотал он сонно, но попу мою нашел метко и угнездил на ней лапу. – Делов-то, перекати на бок, если что.

Не прошло и пары минут, как в моей постели оказался рычащий бульдозер. И как его только в казарме не придушили? Хотя там, наверно, все отрубаются по команде «отбой». Выбравшись из капкана, я осторожно повернула Женьку на бок и пристроилась вдоль его спины в качестве подпорки.

Это было так приятно – лежать, прижавшись к нему всем телом, уткнувшись носом в спину и положив руку на живот. Когда я последний раз засыпала вот так – блаженно улыбаясь? С Кириллом хоть и спали под одним одеялом, но никогда в обнимку. С Ромкой, если оставались у кого-то из нас на ночь, и вовсе каждый под своим одеялом, иначе он стаскивал его с меня и заворачивался в кокон.

Волшебная зыбкая грань между явью и сном, когда уже почти спишь, но еще о чем-то думаешь, плавно перетекая из одной мысли в другую. Ночер получился сказочным, но я невольно возвращалась к нервному дню и напряженному вечеру.

***

...Обычно я оставляла дверь своего аквариума нараспашку, но тут за Людиной спиной прикрыла плотно. Села за стол, ей кивнула на стул с другой стороны. Так ее лица не было видно из спейса, а мое заслоняла она.

- Ну что, Люда, - сказала вполголоса, - я правильно поняла, что это ты Андреичу сообщения в воцап пишешь?

Мысль такая у меня мелькнула сразу, когда Федька об этом рассказал. Вспомнилось, как она сказала задумчиво на следующий день после корпоратива: а он, вообще-то, неплохой мужик. Промелькнуло что-то такое и на лице, и в голосе. И когда у меня в гостях была, парой слов о нем упомянула, причем совершенно без необходимости. И сейчас вдруг рванула грудью на амбразуры. Разумеется, уверенности не было, но хотелось посмотреть на реакцию.

Люда покраснела… нет, стала бордовой, как свекла.

Ну ясно все с вами, девушка.

Я вполне представляла, что она сейчас подумала. Что я как минимум Федькина любовница. Иначе откуда мне знать об этом? Ну и домой он меня тогда увез. Платонов? Ну так это было давно, аж в прошлом году. А раз любовница, значит, или выцарапаю ей глаза, или цивилизованно уволю.

- Люда, выдохни, а то лопнешь. Он мой двоюродный брат. Учти, об этом знает только Володя, водитель. Если узнает кто-то еще, то от тебя. И тогда я тебя точно выгоню. Как не прошедшую испытательный срок.

Людмила молчала, как партизан. Только глаза под стеклами очков подозрительно поблескивали.

- Ну и что дальше? – поинтересовалась я. – Зависит от того, чего ты хочешь.

- Не знаю, Оль, - вздохнула она. – Просто поздравила с Новым годом, ничего такого. А потом… как-то само.

- Само, - хмыкнула я. – Само пишется. Ну что за детсад, а? Он тебе нравится?

- Ну… да. Но на работе…

- Знаешь, ты уже определись, шашечки тебе или ехать. Узнать хозяина номера очень просто. Если Федька этого до сих пор не сделал, то только потому, что ему пока не надоела такая игра, а вовсе не потому, что не может. Ты, конечно, вправе считать, что я стерва и лезу не в свое дело, но давай так. Первый вариант: я притворяюсь слепоглухонемой, а ты все это прекращаешь. Второй: мы вместе думаем, как выйти из сумрака. А вот так мужику голову морочить – не надо. Мы не в пятом классе.

Я вовсе не собиралась играть в бабку-сводницу. Но и такая тупая ситуация мне тоже не нравилась. Федька и так после истории с кошатницей Любой пребывал в хандре, ему только всяких стеснительных золушек не хватало, которым и хочется, и колется, и мама не велит. Не мальчик как бы. А так-то против Люды в качестве его потенциальной дамы сердца я ничего не имела – она мне нравилась.

- Хорошо, Оль… я подумаю, - она поднялась. - Спасибо.

- Да не за что… пока. Если кто начнет спрашивать, мы о работе говорили. В каком отделе ты будешь работать.

Люда ушла, а я занялась базами. Надо было прикинуть, кто отправится через коридор, чтобы не по симпатиям-антипатиям, а по клиентуре. Просматривала, делала себе пометки, а настроение тихонько опускалось, как ртуть в градуснике. Все смешалось в кучу: и безобразная сцена, и Люда, и…

Я понимала, что разговора с Женькой не избежать, хочу этого или нет. Иначе так и останется заноза в заднице. Разумеется, не про Тиндер-шалости, это все мимолетное. Его наверняка должен был напрячь Федька. Так же, как меня напрягала норка, вопившая под дверью, что я трахаюсь с ее мужиком. Что там между ними было раньше, не слишком беспокоило, даже если они уже подали заявление в загс. Я надеялась, что они расстались, как и мы с Платоновым. Но если меня угораздило вклиниться в рядовую ссору двух голубков…

Тогда уж лучше закончить это сейчас, пока не втюрилась по уши.

Я всегда считала, что проблемы надо решать оперативно, а не ждать, пока они превратятся в нарыв и лопнут сами, разбрызгивая кровь и гной. Но с Кириллом так не получалось. Когда мы ссорились, он мог дуться неделю, старательно уходя от моих попыток поговорить. Чаще всего это была классика по формуле «сам придумал – сам обиделся», и обиды свои он пережевывал, строго следуя рекомендациям стоматологов: по одному разу на каждый имеющийся зуб и по два – на каждый отсутствующий.

Мне казалось, что Женька не такой, но… я не представляла, как начать этот разговор. Просто рассказать что-то про Федьку? Или спросить про норку? Без повода? Или все-таки лучше дождаться повода?

То, что он чем-то раздражен, я поняла сразу, как только вышла из парадной. Или его что-то беспокоило? Как бы там ни было, это состояние передалось мне. Разговор не клеился, ни по дороге в ресторан, ни за столом. Словно воздух между нами сгустился так, что стало трудно дышать. Хотелось сказать, что разболелась голова – может, не будем ждать полуночи, пойдем домой?

Но тут позвонил Федька, и я поймала взгляд – испытующе-холодный. Сбросила звонок, написала сообщение, что не могу говорить. Получила ответ: «Ок, со Старым Новым годом!». И снова напоролась на такой же взгляд.

***

Я полдня мучилась, не зная, как подобраться к щекотливой теме, а все получилось легко и просто. Как будто показали друг другу по прочитанной странице в своих книгах и перелистнули их. Звонок Федьки оказался настолько кстати, что теперь я просто обязана была отомстить, поучаствовав в обустройстве его личной жизни. Ну… если, конечно, Люда не спрячется обратно в скорлупу офисной мыши и мамы-одиночки. Я даже примерно представляла, что могу сделать, нужно было только подумать над технической стороной.

Вот тут мои мысли окончательно спутались, и я провалилась в сон, из которого буквально через секунду выдрало верещание будильника. Пока с закрытыми глазами шарила по тумбочке в поисках телефона, Женька выбрался из-под одеяла и пошлепал к окну. Когда я наконец смогла приподнять веки, он стоял ко мне спиной и тянулся, закинув руки за голову.

Это вот что такое? Это как называется? Показывать такое кино женщине, которой надо на работу! Глядя на его задницу и на то, как перекатываются мышцы на спине, я злобно зашипела – но лучше бы этого не делала. Потому что Женька повернулся ко мне фасадом во всей утренней красе.

- Здоров, народ!

Ну нет, гад болотный, ты точно издеваешься!

- Как тебе такой план? Я иду в душ, ты готовишь завтрак. Ты идешь в душ, я ем. Ты ешь, я иду к себе переодеться и собраться. Вместе выходим и едем на работу.

- Дурак ты, боцман, и план у тебя дурацкий, - надулась я.

- Почему?

- В нем есть катастрофический пробел.

- Женщина, а ты будильник переставила в метрорежим? – скептически поинтересовался он, медленно-медленно подходя к кровати.

- Нет, - хихикнула я, расплываясь в улыбке.

- Это значит, что у нас есть полчаса. Цигель, цигель, айлюлю.

Убежало одеяло, улетела простыня… Нет, простыня осталась, но как-то жутко скомкалась, потому что я сгребала ее всеми двадцатью пальцами, пока военный инспектор проверял, все ли стратегические объекты на месте и в боеготовности. Его объекты выглядели вполне так готовыми, но я все же предпочла убедиться в этом тактильно, аж двумя способами, чтобы уж никаких сомнений не осталось. В итоге напроверялись до того, что сама военная операция уложилась в несколько минут, но это уже никого не огорчило. Так громче, музыка, играй победу, мы победили – и враг бежит, бежит, бежит!

Чертовы стулья, секс с утра – это, конечно, бодрит и дает заряд энергии, но как после этого думать о работе? Хочется эту энергию удвоить… или даже утроить, если сил хватит. Сил, наверно, вполне хватило бы, а вот времени – нет. Кстати, заначку мою из тумбочки распатронили еще в субботу, и ее не мешало бы основательно пополнить.

Или, может, на таблеточки перейти?

Мысль была такой сладко-соблазнительной, что в животе снова заныло. А что делать, если в начале отношений эта сторона бытия заслоняет собою все прочее. Пришлось напомнить себе: надо хотя бы убедиться, что это долгоиграющий проект. Я надеялась, но мало ли.

План, разумеется, пошел лесом. Завтрак готовили в четыре руки, ели вместе, потом Женька поднялся к себе, а я снова замазывала тоном раздражение на физиономии. Чего ж они все колючие-то такие? Была бы уж тогда нормальная борода, что ли, а то щетина эта трехдневная – просто ад. Хотя выглядит, конечно, вполне брутально.

Что мне понравилось, так это как Женька вел себя в толпе в метро. Где-то придержать, где-то собою прикрыть, чтобы не толкнули. Причем так естественно, не задумываясь. Казалось бы, мелочь, но очень показательно.

- До вечера? – спросил он, когда я собралась протискиваться к выходу. Ему нужно было дальше, до «Фрунзенской». Так спросил, словно само собой разумеющееся. И добавил, поцеловав меня и отодвинув какого-то типа, пытавшегося пролезть вперед: - Буду ехать домой – позвоню.

На эскалаторе парень, едущий вниз, посмотрел на меня с недоумением, и я сообразила, что улыбаюсь во весь рот. От счастья буквально распирало во все стороны, и остальное казалось таким мелким, неважным. А ведь всего неделю назад ехала из Таллина и думала уныло-обреченно: ничего мне не надо, ничего не хочу.

Люда уже сидела за своим столом, и я по пути к себе вопросительно приподняла брови. Чуть помедлив, она кивнула с каким-то растерянно-смущенным выражением. Я разделась, достала телефон и отправила ей сообщение:

«В обед давай в кафешке за углом».

Наши ходили обедать в столовую или в буфет, так что риск спалиться был минимальным.

- Короче, смотри, - начала я, когда мы устроились за столиком и сделали заказ. – В субботу мне будут менять ламинат. Бригаду подогнал Федька, поэтому приедет с ними, проследит и оплатит. Твоя задача – прийти около двух часов дня. Ну типа шла мимо, решила заглянуть. Ой, здрасьте, Федор Андреич. А дальше – сама-сама, я просто даю тебе возможность для первичного контакта. Так… только не говори, что некуда деть Кешку.

- Оль, некуда, - вздохнула она. – Вот реально – некуда. Родители в Мурманске живут, свекровь с ним видеться не хочет, бывший тем более, только алименты шлет.

- А подруги?

- Да нет у меня таких подруг, которые посидели бы.

- Ну вот что… пока ты дождешься, когда его можно будет одного оставлять, климакс начнется. Приходи с ним.

- А как же?.. – Люда обалдела захлопала глазами.

- Что как же? – я начала злиться. – Ты что, прямо там с Федькой трахаться собираешься? Наоборот – сразу карты на стол. А вообще он к детям хорошо относится.

- Ну… ладно, - решилась она. – Придем.