Глава 10

– Когда подаем заявление? Еще не передумала?

Виталий пришел уже в одиннадцать вечера, когда все дети улеглись спать. Тихо постучался в дверь, почти поскребся, и долго извинялся за поздний визит.

Соня вздохнула:

– Заходи!

Мужчина оглянулся на свою дверь:

– Не, мои открытые остались. Давай тут поговорим.

– В подъезде освещать эти темы я тоже не хочу. Иди запри дверь и забегай. Можем в прихожей поговорить, если хочешь.

– Уговорила!

Заперев свою дверь, Виталий зашел в прихожую и сел прямо на пол, вытянув длинные ноги.

– Садись на банкетку! – нахмурилась Соня, но тот помотал головой.

– Нет, все нормально. Мне здесь удобнее! Судя по твоему лицу, ты уже пожалела о своем согласии?

Он усмехнулся и устало потер виски.

– Боюсь, что пожалеешь ты, – качнула головой женщина.

– О как! Почему?

– Я еще не уверена полностью, но есть подозрения, что я беременна, – выдохнула Соня.

Взгляд Виталия невольно уперся в ее живот. Не плоский, как бы Соне хотелось, но и ничем не намекающий на беременность.

– Мм… Боишься проблем с отцом ребенка?

– Нет, – удивилась женщина. – Думаю, что от меня не будет толку.

– Почему? – теперь удивился Виталий. – Какая разница? У меня уже есть трое, плюс двое твоих. А где пятеро, там и шестеро!

– Ты говоришь, прямо как моя подруга! – прыснула Соня.

– Значит, мы правду вещаем! – хмыкнул он. – В общем, ты думаешь, что проблема будет во мне? Даже не заморачивайся тогда! Буду рад твоему малышу. Заработаю и на него! Но… – Виталий с сомнением взглянул на нее. – Ты сама потянешь столько детей? Физически, конечно. У меня бывают дни, когда я дома с утра до ночи, а бывают, когда подряд идут корпоративы. Я могу только ночью приходить или вообще под утро.

Он задумчиво потер подбородок, но тут же махнул рукой:

– Нет, и здесь выкрутимся! В конце концов, няню тебе в помощь можем нанять.

– Я сегодня сдала кровь, завтра будет уже точный результат.

– А ты сама хочешь ребенка? – поинтересовался Виталий.

Соня пожала плечами и вздохнула.

– Сложный вопрос. Ребенок – это здорово! Просто…

Она замялась и замолчала.

– Что? – Виталий не дал уйти от ответа. – Из-за меня и моих детей? Смущает многодетность?

– Нет. Не в этом дело. Проблема в его отце. Не уверена, что хочу от него детей. Нет, не так! Уверена, что не хочу. Мы и не собирались этого делать.

Женщина чуть порозовела. Ее смущал разговор на такую тему с почти незнакомым мужчиной.

– И что отец?

– Сказал, что не хочет ребенка. Но он изначально так говорил. Может, потому со мной и связался, что у меня уже есть дети, и больше не планировалось.

– Ясно, – коротко отозвался Виталий и никак комментировать не стал. – Так что с заявлением? Идем в загс?

– Ну, если тебя не смущает моя возможная беременность, то идем. Правда, я своим детям еще не говорила. Закрутилась с новыми событиями.

– Будут против?

– Не знаю.

– А давай устроим им знакомство? – вдруг загорелся Виталий. – Я сам детские мероприятия не провожу, но друзей полно, кто с детьми работает. Давай сварганим праздник?

– Идея классная! Но повод какой? – заинтересовалась Соня.

– Зачем нам повод? – мужчина подскочил и начал мерить шагами коридор. – Просто мы позовем вас на праздник! А вы просто согласитесь.

Он остановился, что-то обдумывая, и снова начал бродить.

– Так! Я даже сообразил, где провести и кого позвать ведущим! Осталось найти день, свободный для всех.

Соня с улыбкой наблюдала за соседом. Он полностью погрузился в свою идею. Казалось, что даже искры вдохновения закружились над рыжей головой. Будто Виталий буквально загорелся. А Соня всегда любила людей, увлеченных своим делом. Сама, когда погружалась в творчество, забывала про все остальное.

– Надо мной смеешься? – улыбнулся и Виталий, заметив ее взгляд.

– Нет, не смеюсь – восхищаюсь!

– Чем? – изумился мужчина.

– Вокруг тебя почти фейерверки взрываются. Ты сам – ходячий праздник! – прыснула Соня. – Детям наверняка нравятся все твои задумки!

– Есть такое, – усмехнулся мужчина, взъерошивая себе волосы. – Все говорят, что я просто сам застрял в детстве.

– Думаю, моим детям ты тоже понравишься, – уже серьезно сказала Соня.

– Надеюсь. Ладно, – он взглянул на часы, – время позднее. Я пойду, а то опять скажут, что дети одни дома. Завтра тебе сброшу, какие дни свободны для праздника, а ты среди них выберешь удобный. Договорились?

– Договорились, – кивнула она. – А заявление можно подать завтра. Ты свободен?

– Найду время. Спасибо!

В карих глазах засияли медовые искорки, и Соня загляделась на них, как на картину в музее. Не сразу заметила, что и сама является объектом внимания.

Виталий уже взялся за ручку двери, но вдруг спросил:

– Ты представляешь, насколько ты красивая женщина?

– Я? – брови Сони подпрыгнули. – Самая обыкновенная!

– Кто тебе сказал такую глупость? – покачал головой сосед. – Не слушай их! Просто посмотри в зеркало! Будь я художником, обязательно заманил бы тебя себе в модели.

– Обычно я слышу другое, – тихо призналась женщина.

– Я так и понял, поэтому и решил сказать правду! А мне незачем тебе врать.

Он улыбнулся, помахал ей рукой, пожелал спокойной ночи и скрылся за дверью. А Соня подошла к зеркалу и уставилась на свое отражение. Пожалуй, последнее время она действительно смотрела на себя глазами Толика. Толстая, замученная, немодная. Но Виталий увидел ее другой. Какой?

Женщина прищурилась, чуть отошла и окинула себя взглядом художника. Да, полновата, но пышную грудь и бедра ценил даже Толик. И кто сказал, что нужно обязательно быть худой?

Соня провела рукой по толстой косе, лежавшей у нее на груди, осторожно поправила облако светлых кудряшек возле лица, рассмотрела яркие глаза, длинные ресницы, румянец на щеках.

Она хотела и боялась понравиться сама себе. Но слова Виталия продолжали звучать в ушах. Что, если прав он, а не Толик?