Глава 21
Сидела на паре и пыталась не уснуть. Преподаватель так скучно рассказывал предмет, и я кое-как держала равновесие, чтобы не свалиться кубарем под стол. Подняла руку, чтобы нормально зевнуть в ладонь, но тут услышала вибрацию. Осторожно подтянула к себе телефон и посмотрела на экран. Звонила двоюродная сестра, Ира Савина.
Странно. Была очень удивлена. Вот кого не ожидала услышать, так это Ирину.
Преподаватель нахмурился и начал придирчиво поглядывать на студентов. Вероятно, услышал вибрацию моего телефона. Поспешно сбросила входящий, озадачиваясь звонком.
Что случилось? Почему она звонит?
К Ирине у меня не было неприятных эмоций. Нет, я бы сказала, что она узница в своем доме. Милая, даже немного забитая девочка, которая стесняется, боится всех, больше чем ребенок. Сколько помнила, она всегда сидела взаперти в комнате и читала книги. Младшая Савина не блистала красотой как мать и старшая сестра, поэтому отец не мог ее выгодно продать, а значит, совсем не замечал.
Хотя… он ее использовал в работе. Ирина очень умная, начитанная, вежливая, но до ужаса пуглива и растеряна в обществе. Даже не побоюсь слова «замкнута», идеально подходит. Насколько знала, Ира работала у отца в фирме переводчиком, занимаясь переводом документации. Сидела в маленьком кабинете, подальше от чужих глаз. Никто не знал, что она дочь Савина. Во всяком случае, сам дядя об этом совершенно не помнил.
Вдруг пришло сообщение. Пиликнуло. Посмотрела по сторонам, отмечая, что некоторые, в отличие от меня, не стесняются спать на партах, а кто и сопеть, и осторожно нажала на просмотр.
«Женя, можно с тобой сегодня встретиться?»
Закусила губу, понимая, что не могу отказать, и написала:
«Что-то срочное?»
Ответ пришел незамедлительно.
«Да. Очень важно. Не знаю, что у вас произошло, но отец решил отыграться на мне».
Да, дядя мог. У него Ирка вечно как груша для битья. Если я была насмешкой, позором семьи, то она нечто вроде домашнего уродца. Ее не трогали, просто не замечали. И если она так написала, в этом можно было не сомневаться.
«Где встретимся?» – спросила, зная, что в городе она разбирается так же, как я на немецком языке шпрехаю. Совсем никак, совсем немного, когда слушала ее бубнение темной ночью. Ее возил охранник и всегда по одному маршруту: дом и работа.
«Можешь подъехать к работе? Там есть уютный ресторанчик. Примерно через час».
Прикинула по времени, что успеваю, и начала печатать:
«Договорились. Жди».
Думала, что больше не напишет, но тут услышала писк.
«Я не надеялась, если честно. Спасибо!»
Ирина всегда что думала, то и говорила. Вероятно, еще поэтому она не подходила на роль покорной невесты. И еще ее вкус в одежде оставлял желать лучшего. Как будто специально напяливала на себя все мешковатое, страшное, чтобы отпугивать. А эти волосы… в разные стороны или крысиный хвостик были ее визитной карточкой.
Улыбнулась. Было удивительно, когда за столом сидели две сестры: одна утонченная и элегантная, вторая – Ира, серенькая в парашютной одежде с очками, пихающая в себя как можно быстрее неважно что, чтобы сбежать в свою комнату.
Но это раньше. Сейчас, вероятно, она изменилась.
Ладно… через час я все узнаю.
* * *
Вышла из автобуса и не спеша поплелась к ресторанчику. Как-то там раз была, с дядей беседовала. Зазвонил телефон. Увидела, что это Никита, и улыбнулась. Все так хорошо складывалось, что боялась сглазить. Но сейчас решила не отвечать. Уже опаздывала.
Подошла к зданию и увидела Ирину. Она стояла в куртке, на три размера больше, чем положено, и в черных брюках. Смотрелось довольно пугающе. И как визитная карточка – на голове маячил хвост. Длинный до поясницы.
Совершенно не изменилась.
На мгновение представила, что если привести ее в порядок, и загрузилась. А ведь ничего так получится. Тогда зачем себя так уродовать?
Вероятно, есть причина.
Подошла ближе и улыбнулась. Как давно не видела ее. Целую вечность. Иру позже дядя отправил к родственникам жены по работе. И когда ее увезли… меня совсем заклевали.
– Привет, – сказала и обняла ее.
– Привет. Спасибо, что пришла, – взволнованно прошептала она и огляделась по сторонам.
Кивнула и спросила:
– Туда или прогуляемся?
– Лучше прогуляемся, но ты, скорее всего, голодная. Можно зайти в ресторан. Хотя это сильно сказано. Кафе, так больше подходит.
– Даже если так, все равно откажусь. Мне бы домой… – довольно пропела, замечая, что сестра с грустью за мной наблюдает.
– Тогда пройдемся?
– С удовольствием, – воодушевленно согласилась и дала ей возможность пройти вперед.
Так мы и шли по дорожке мимо магазинов и торговых центров. Чувствовала, что ей тяжело собраться. Ирина постоянно сжимала руки, дергала куртку, не зная, как начать.
– Что случилось? – не выдержала и начала первой.
Девушка тяжело вздохнула и призналась:
– Мне нужно сбежать.
Сказать, что она меня удивила – это ничего не сказать. Она просто убила меня. Даже не думала, что услышу от послушной дочери дяди такое.
– Почему?
Она вздохнула и закрыла лицо руками.
– Я не знаю, но так вышло, что я… – она стала тяжело дышать, почти задыхаться.
– Так, – схватила ее за руку и усадила на скамейку, удачно оказавшуюся на нашем пути, – рассказывай.
– Был праздник, юбилей головной фирмы, и я решила быть… как все.
Не понимала немного, но хотелось знать, что дальше. Заинтриговала.
– И…
– В общем, так получилось, что я выпила один бокал шампанского и меня… развезло. Проснулась я не одна. Но не это важно…
– И кто он?
– Да не знаю… какой-то гость, наверное. Не в этом суть. У меня до сих пор в голове каша, не могу нормально соображать, все сгребаю в кучу.
– Тогда в чем?
– В отце! Он продал меня старикану, который погасит долги фирмы. Белова столкнула его со всеми клиентами, и теперь мы не работаем, а лишь терпим убытки.
– Подожди, не торопись. Объясни, как ты и этот мужчина связаны?
– Отец сказал, что раз ты все загубила, исправлять буду я. Пришло время платить за его доброту.
– Но почему ты?
– Он видел меня, узнал на празднике.
– Подожди, ты ведь можешь отказаться.
– Я? Могу, но последствия такие, что мне нужно время.
– Ты говоришь загадками… Объясни!
Она прикусила губу и тихо спросила:
– Ты знаешь, что моя мать не Лариса?
Ошарашенно застыла, переваривая информацию. Не знала, но стоило догадаться. А почему? Да потому что не зря ее отсылали и держали как Золушку в доме. Благо прислуга была, а то бы ждала та же участь ее… и меня.
– Отец… имел неосторожность переспать с наивной секретаршей, моей матерью. Она забеременела и родила. А потом… она сильно заболела и привезла меня к ним в дом. Так я и осталась там.
– А как сейчас твоя мама себя чувствует?
– Плохо. У моей мамы болезнь Альцгеймера. Сейчас она в хорошем пансионате, за ней присматривают, ухаживают, наблюдают. Я постоянно приезжаю к ней.
– Но…
– Если я не выйду замуж, то отец перестанет оплачивать счета, а мне нужно устроиться на новую работу. За это время у меня не было никаких сбережений, мне ведь он не платил. Я прошла несколько собеседований и почти устроилась. Мне нужно время, чтобы устроиться и взять все расходы на себя. Понимаешь?
– Понимаю, – ответила и чтобы не ходить вокруг да около, не гадать, задала конкретный вопрос: – Чего ты хочешь от меня?
– Я… – она замялась, – хочу попросить у тебя немного времени.
– У меня?
– Твоя связь с Беловым… – Тут раздался тяжелый вздох. – Я прошу временно уйти от него, оставить.
– Ты шутишь? – не верила словам. Какой-то бред.
– Если нет, мне придется уйти. И я не знаю… смогу выплыть из этого ада. Моя мать болеет, я без жилья. Мне даже некуда податься, чтобы перевезти ее к себе. А занять… тоже не вариант. Я не знаю, как смогу отдать, ведь не работаю. Если у меня получится, и мне дадут работу, я очень быстро встану на ноги.
– Почему ты думаешь, что отец отстанет от тебя, когда я… – даже не хотела говорить об этом. Да, у нас с Никитой было не все так стабильно, но все же я не желала потерять то, что было у нас. Он мне нравился. Очень.
Почему должна? Неужели нет других вариантов?
– Я уверена, он сразу остынет, а у меня будет время все провернуть и встать на ноги. В противном случае я ничего не смогу. Ничего. Пожалуйста.
– Я не знаю… – была растеряна.
– Мне больше не у кого просить, это единственный выход. Вчера отец четко объяснил, что и как.
– Но на свадьбу нужно время…
– Не будет свадьбы. Договор. Потом я не смогу отвертеться, понимаешь? Никак. Я читала его… отец полностью позаботился о себе, напрочь забыв про меня, продав на пять лет.
Смотрела на нее и пыталась понять. Да, понять… Но черт, это так сложно! Почему жизнь этой девушки и ее матери зависит от меня? Почему?
Отвернулась, устремляя взор на противоположную сторону, наблюдая, как там в стороне гуляет парочка. Словно специально попали на глаза. Они ласково сжимали руки и тихо ворковали, а потом она засмеялась и рванула от него. Парень секунду наблюдал за ней, а потом бросился следом, захватывая в плен своих рук, прижимая к груди и нежно целуя в губы.
Так романтично, что у меня защемило сердце. Сразу вспомнила своего Белова.
Сглотнула и тихо проговорила:
– Нет гарантии, что от моего отказа, мать успокоится и перестанет травить дядю. Да и он, уже понял, что тебя можно выгодно продать.
– Компания является филиалом крупной компании. Отец продает меня, чтобы погасить все долги и оправдаться перед грозным директором. Насколько знаю, он должен на днях приехать. Поэтому все решается быстро и конкретно.
Молчала. Слова глушились на выходе. Не могла ничего выдавить из себя.
– Женя, я понимаю, что прошу о многом, но поверь, у меня нет выхода. Как только Белова начала душить компанию, отец стал паниковать и совершать ошибки. Все очень плохо, ему не выкарабкаться.
– Сколько тебе нужно времени?
– Не больше месяца. За это время я точно смогу уйти и окрепнуть. Пожалуйста. Временно, – хрипло выдавила, с надеждой всматриваясь в мое лицо.
Настроение упало ниже плинтуса.
– Когда у тебя событие?
– Через пять дней.
– Это значит…
– Да, времени совсем нет… – печально призналась она.
Взгляд упал на фонтан. Внимательно смотрела, а потом прошептала:
– А если я найду деньги? – не знала как, но думала рассказать все Белову. Или не стоило? Почему-то верила, что нравлюсь ему, и он подскажет. И в то же время опасалась.
– Отец не даст мне нигде работать. Да и с матерью… – тут она полезла в сумку и достала файл. – Вот, возьми. Не думай, что я обманываю.
Не хотела смотреть, но все же взяла. Внутри оказался договор на содержание Котовой Натальи Олеговны, где указывался перечень услуг и цены, а также были прикреплены чеки. Скажу так, недешевое удовольствие.
– Мне больше не к кому обратиться. Конечно, я понимаю… что это наглость, – она схватилась за голову, – я не могу выйти замуж. Это приговор. Но если ты не готова, я пойму. Подписание в пятницу. Самый крайний срок.
– И ты согласишься?
– У меня разве останется выбор? Я не смогу осилить такие расходы на этой работе. К тому же… еще у меня есть брат. Непутевый, но родственников не выбирают.
– Согласна… – прошептала, понимая ее как никогда. – Мне нужно идти.
– Я… понимаю… – тихо сказала она, делая свои выводы, и поспешно пролепетала: – Спасибо, что выслушала. Знаешь, тяжело, когда постоянно одна.
– Знаю…
– Жаль, что мы с тобой не подружились…
– Да… – искренне согласилась, понимая, что этого не могло случиться. Ее мучили родственники жены отца, а меня семья дяди. Каждый боролся как мог. Когда вспоминала, видела нас загнанными зверьками.
Тихо пошла по дорожке, чувствуя взгляд. Не могла повернуться, как и сказать, что буду делать.
Сейчас было очень тяжело. Я представляла, в каком она ужасе, но и мне было сложно.
Нужно успокоиться и немного прийти в себя.
* * *
Нежно обнимала Никиту, сильнее прижимаясь к его груди. По телевизору шла комедия. Я не смотрела. Не могла. Прошел день, а я до сих пор не представляла, что буду делать. Меня трясло только от одной мысли о расставании. И одновременно я не хотела оставлять сводную сестру в том омуте, куда ее утаскивало благодаря дядиной заботе, и не могла оставить своего мужчину.
Не было мне покоя.
Тем более все было так хорошо.
Сильнее прижалась и закрыла глаза.
– Что-то случилось? – услышала я вопрос.
– Почему так решил?
– Ты второй день молчишь…
– Вроде как обычно.
– Нет, я чувствую. Что случилось?
– Я… – закрыла глаза и спросила: – Если задам вопрос, честно ответишь?
– Конечно.
– Если ты можешь помочь родному человеку, но для этого должен на некоторое время отказаться от того, что делает тебя счастливым.
– Ты про что?
Замялась, не зная, как объяснить еще.
Тут он задумался.
– Другие варианты не рассматриваются?
– Нет, только этот.
– Насколько родной человек?
– Роднее некуда… – призналась, тут же поторапливая его: – Так что?
– Ну, если другого выхода нет, то я бы сделал то, что должен. Хотя… – он рукой провел по моим пальцам, заставляя мое сердце стучать сильнее, – всегда есть несколько вариантов.
– А если нет?
– Подробнее сказать можешь? Ничего конкретного нет…
– Нет, – тихо выдала.
– Не наделай только глупостей, – вдруг произнес Белов и притянул к себе, накрывая мои губы в сумасшедшем поцелуе.
Когда смогла оторваться, улыбнулась и прошептала:
– Легла на тебя, наверное, все болит?
– Когда ты со мной, у меня открывается второе дыхание.
Ласково провела по его губам пальцем и сама подалась вперед, к нему, накрывая рот, с огромным наслаждением погружаясь в сладостный омут.