Глава 21 — Все старания вознаграждаются

— О чем? — мне не понравилась такая секретность. Если он скажет мне, что я не могу выйти отсюда, будет побоище. Мышцы на руках сжались, как перед ударом. Я отслеживала его эмоции, но пока там не было ничего определенного.

— Ты же знаешь, что врачи ничего странного не нашли. Но я просто чувствую, что с тобой все не так просто. Можешь мне пообещать, что больше не будет никаких выходок? Из-за тебя теперь внимание направлено и на Лену, а меня это очень раздражает.

— Обещаю, ты знаешь насколько мы близки, и ни за что не сделаю ей больно!

— Очень на это надеюсь, — он устало поднялся и внес из коридора сумку, — Там одежда и всякое. Лена собирала вчера…

— Спасибо!

Я быстро втиснулась в любимые джинсы и едва смогла застегнуть пуговицу. Погрозив в пустоту кулаком, я закончила одеваться и натянув куртку подошла к двери. Меня ждал улыбающийся Артур.

— Ссылка и репрессии закончены? — он отобрал у меня сумку и нажал кнопку вызова лифта.

— Шутник фигов, из-за вас я тут и оказалась!

— Сейчас ты хоть сама на себя похожа, а неделю назад в парке я увидел костлявое существо с черными от боли глазами. И не говори мне ничего! Я же не дурак!

Я удивленно на него посмотрела, неужели он что-то чувствует ко мне? Он смутился и отвернулся. Но было поздно, я успела заметить его интерес. Мне стало неудобно, мало того, что я сломала ему привычный образ жизни, так еще и эта влюбленность.

— А что я могу сказать? Насильственное перемещение кого угодно сломает пополам.

Артур фыркнул, моя отмазка выглядела жалкой и нелепой.

Лифт открылся, а я с облегчением шагнула в него, надеясь больше не поднимать этот разговор.

— Я буду ждать, сколько потребуется, — тихо прошептал Артур, наклонившись ко мне.

Я решила промолчать, боясь ранить его своим отказом. Не хватало еще обиженных мужиков под боком. Я и так хожу по минному полю и понятия не имею, как вытащить свою и Ленкину задницу.

Он смотрел на меня и ждал реакции, поэтому я кивнула, словно соглашаясь с его обещанием.

В молчании мы доехали до больницы в которой лежала Ленка.

— Обратно можешь добраться сама? У меня работа, — Артур слегка улыбнулся. Он знал, что такая одинокая прогулка явно поднимет мне настроение.

— Спасибо, — я улыбнулась ему в ответ и вышла из машины.

Ленка лежала в отдельной палате, когда я пришла подруга уплетала мороженое, смотря телек в наушниках.

Едва она меня увидела, то прижала палец к губам и указала на кресло за дверью. Неизвестным образом изогнувшись, там спал Коля.

Я жестами указала на коридор, подруга понятливо кивнула и выползла ко мне, распугивая посетителей больничной рубашкой невыносимой поросячьей окраски.

— Ну ты чего? — Ленка заметила мои покрасневшие глаза, — Сама ж говорила, что не убивает нас, делает сильней. Просто заболел живот, а Коля так перепугался, что притащил меня сюда. Единственный плюс мороженое вкусное…

Раньше бы я поверила этому ее трепу, но теперь я чувствовала ее состояние, и оно мягко говоря было не очень.

— Зубы мне не заговаривай, что доктор сказал?

— Ребенок очень крупный, скорее всего будут делать кесарево.

Ритка, ты же знаешь, как я боюсь врачей! А тут еще и под наркозом буду, а если ребеночек будет похож? Они же его отберут! Мне никто не поможет! А потом скажут что умер! Я никому не верю здесь!

Подруга всхлипнула и опустилась на стул рядом со мной.

— Накрутила себя, черт знает как! Будем решать проблемы по мере их поступления, с врачами можно договориться, пусть партнерские роды устроят, Коля будет снимать на камеру, я за ручку держать. Времени еще вагон!

— Не вагон, Ритка. Уже не вагон… — Ленка странно побледнела, а поросячья рубашка промокла в районе подола.

— Ты чего? Твою мать! Врача сюда быстро! — я заорала так, что вокруг затряслись стены. Из палаты выскочил заспанный Коля, мигом оценил ситуацию и побежал в начало коридора. Я схватила Ленку за руку и крепко сжала.

— Рита, ты проследи, я не могу… — она обмякла у меня на руках.

— Какого хрена?! Ленка! Дура, очнись! Где этот ваш врач?

— Я как знал, что нельзя было тебя сюда пускать! — Коля уже бежал с каталкой, сзади него семенили трое врачей.

— Это я сейчас виновата? Кто ее всю накрутил? Будем присматривать за тобой и за ребенком? — я передразнила его.

— Молчать! — рыкнул на нас врач, — Отношения выяснять будете дома! Отошли в сторону, быстро!

Мы с Колей синхронно захлопнули рты и отошли к стеночке, наблюдая как белую как мел, Лену кладут на каталку и уносятся с крейсерской скоростью в реанимацию.

Туда нас естественно не пустили, не помогло ни положение Коли, ни мои угрозы оторвать голову всем тут присутствующим, подкрепленный демонстрацией сгибания железной ножки от стула.

— Какая от вас там польза? Только помехи! — старый врач недовольно фыркнул. Я вывернула шею, пытаясь рассмотреть что-то за дверями, в момент когда он входил. Но кроме медсестры стоящей возле двери, ничего не увидела.

— Прекрати мельтешить перед глазами, — рыкнул Коля, — Посиди!

— Не могу, — от наплыва разнообразных эмоций меня начало штормить, так что предложение посидеть было не лишним.

— Почему не могу? — по его лицу было видно. еще пара мгновений и он закипит по полной.

— Стул сломала, — от его ошарашенного лица я хихикнула, потом подавилась воздухом и закашлялась.

— Ей богу! Как тебя только Артур терпит?

— Молча! — отрезала я, мысль об Артуре заставила меня скривиться. Хотя потом я уцепилась за нее со всей силы, пытаясь переключиться от происходящего в реанимации.

Я чувствовала холод от Ленки, страх и волну непонимания от врачей. Каждую дурацкую эмоцию!

В таком режиме прошел час, может два, я не заметила. Я сидела на полу возле дверей, вздрагивая каждый раз, когда слышала чьи-то шаги внутри. Благо Коля понял, что сейчас не лучший момент для препирательств и великодушно заткнулся.

Артур ехал в больницу, попутно отбиваясь от звонков и претензий начальства.

А я просто ждала.

Доктор осторожно выглянул из-за двери и покашлял, привлекая внимание.

— Что? — Коля успел первым подскочить к нему, пока я пыталась встать на затекшие ноги.

— Ребенок для своего возраста относительно здоров, но вот состояние мамы вызывает опасения. Кровотечение не прекращается, к тому же она никак не приходит в сознание.

Мне очень жаль, мы сделали все что смогли.

— Да я тебя сейчас… — Коля с бешеными глазами рванул на доктора, но я поймала его и сжала, заставляя тихо ойкнуть от боли.

— Мы можем ее увидеть?

— Конечно, — испуганный доктор скрылся за дверью, оставив нас вдвоем с медсестрой.

Я продолжала держать Коля за руку, медленно входя в коридор, где сильно пахло антисептиками. Наша палата была самой первой, сквозь стекло в двери я видела Ленкино лицо.

— Почему у нее такие бледные губы? — тихо спросил Коля, заходя внутрь.

Два врача молча вышли, активно источая сожаление. Меня резануло внутри, но я держалась. Зачем мне ваше сожаление, если вы не можете ее спасти?

— Лена! Ленка! Просыпайся, зараза такая! Тебе же ребенка сейчас кормить принесут, — я подошла и взяла ее за руку. Такие холодные пальцы!

Коля молча опустился перед ней на колени и взял ее за другую руку.

— Соня ты моя, никогда утром встать не могла нормально, — я вспомнила все наши приключения и в глазах защипало. Неужели сейчас все закончится? Ярость полыхнула внутри, я схватила ее за плечи и хорошенько встряхнула.

— Ну нет, ты сейчас не умрешь! Помнишь ты спрашивала, почему я такая радостная? Логтум жив, а если он жив, значит и ронмир тоже. Хочешь помереть не показав ребенка родному отцу? А когда они придут сюда, что я им скажу? Умерла?! Ну уж нет, одна я это дерьмо расхлебывать не собираюсь!

Коля пытался отогнать меня от нее, но я вцепилась как клещ.

— Вставай, кому сказала! Да отойди ты! — я отмахнулась ногой от врача, помогающего Коле разжимать мои руки.

— Дай поспать, — вдруг выдохнула она и открыла глаза.

— Ленкааа! — я почти упала на нее, слезы заливали глаза, в горле стоял комок. Вокруг кровати столпились врачи и бледно-серый Коля. Пока я была в таком состоянии, меня все же оттащили от подруги и вывели в коридор, сдав на руки ничего не понимающему Артуру.

Я просто сползла по нему на пол и окончательно расплакалась от облегчения.

Из палаты вышел Коля и бесцеремонно схватив меня за руку, потащил за угол.

— Больше никаких пришельцев? А эту информацию ты решила в секрете хранить? Пока они не явятся и снова устроят тут тарарам?

— А если они не явятся? Порталов больше нет! Я не уверена, что они живы! Может это у меня психоз открылся на нервной почве?

— Ты была такой уверенной в этом, — прошипел Коля сжимая мою руку еще сильнее.

— Ребят, что происходит? — Артур заглянул к нам.

— Сгинь! — рыкнули мы на него и снова уставились друг на друга.

— Я тебя на пушечный выстрел не подпущу к ней! Даже и не мечтай!

— А тебя спрашивать никто и не будет. Надумаешь мне помешать, убью, — я мигом успокоилась и смотрела на него максимально холодным и честным взглядом. Хватку на своей руки я разжала даже не напрягаясь, а если бы переборщила, то раздробила бы ему кости в ладони.

От него снова поползла волна страха. Страх это хорошо, им можно управлять.

— Ну и как тебе ситуация, когда мышка оказалась гораздо зубастей самой кошки? — я ухмыльнулась надеясь что это выглядит достаточно устрашающе.

— Неприятно, — Коля отпустил меня и отошел в сторону, вытирая вспотевший лоб.

— Запомни это ощущение, и передай наверх, если я увижу хоть одного военного человека рядом со мной или Леной, полетят головы. Подсказать, чьи?

— Мне не поверят.

— А ты будь поубедительней, а теперь пошли отсюда. Артуру ни слова! Если эта информация просочится куда-то еще, то… — я многозначительно провела пальцем по горлу.

Коля нервно сглотнул и кивнул, и мы под ручку, сверкая натянутыми улыбками вышли из закутка.

— Так вы чего?

— Поссорились на почве нервов, все уже хорошо, — я улыбнулась и отодвинув врача вернулась в палату.

Дальше время полетело невероятно быстро, я не успела оглянуться, как прошел Новый год, Рождество, 8 марта и наступила долгожданная весна. Сына Ленка назвала Ромкой. Несмотря на все наши опасения, он родился обыкновенным, без копыт и хвоста. Мы ждали практически до последнего, но никаких вестей от Логтума не было, поэтому пришлось называть на свой лад, без учета желаний семьи или каких-либо демонических традиций.

Сначала подруга интересовалась, почему Коля так резко пропал из нашей жизни, но я предпочитала отмалчиваться. Он звонил ей, они довольно часто общались по телефону, но даже на выписку из роддома он не пришел.

Я прятала глаза от Ленки, было ужасно стыдно. Мне удалось напугать до смерти даже такого непробиваемого мужика, как Коля. Артур исправно ходил к нам нянькаться с ребенком, дарил цветы и смотрел на меня влюбленными глазами.

А я снова покрывалась пятнами и отводила глаза, ну не могла я. Пока во мне живо ощущение голода и я чувствую эмоции, значит надежда на возвращение Логтума есть!

Коля держал свое слово, и за это время я не увидела ни одного наблюдателя. Видимо начальство решило доверить эту почетную миссию Артуру.

Вот только на работу пришлось вернуться мне, из-за осложнений, Ленка очень плохо ходила. Я каждый день мужественно затаскивала на четвертый этаж детскую коляску, инвалидную коляску и саму подругу.

— Может ты перестанешь уже? Мне стыдно каждый раз, когда ты пыхтя тащишь это все на себе. Почему Коля не появляется?

— Во первых, это мне полезно. Я жру как лошадь и уже скоро перестану помещаться в твои шмотки со времен беременности, — я присела на стульчик в прихожей, стаскивая сапоги, — Во вторых, ты для меня и не такое делала. В третьих, ты уж прости, но Коля скорее всего больше не появится.

— Почему? Что с ним? — подруга выплыла из кухни, в кенгурятнике на ее груди сидел Ромка и весело гукал, сжимая в кулачке пачку от майонеза.

— Напугала я его, тогда в больнице. Почти до смерти. Или ты думаешь нас так просто отпустили? За красивые глаза?

— Ой, да ладно! Напугала, скорее всего осознал, что чужие дети это сильно раздражающий фактор. И пока я еще была беременной, он это мог скрывать, а вот потом понял. Я ему даже кольцо не вернула, надо хоть через Артура передать…

— Кстати про Артура, ты как смотришь на то, чтобы переехать в деревню? Там сейчас красота будет, да и Ромке полезней на свежем воздухе побыть, — я озвучила мысль, которая уже месяц вертелась у меня в голове.

— А работа? — растерянно протянула Ленка.

— Что тут я на рынке вещами торгую, что там. Не пропадем! — я не стала озвучивать, что в крайний момент всегда можно надавить на больших начальников и выбить материальное пособие. Тем более мне положено! Я можно сказать ветеран инопланетных войн! А Ленка так ваще жертва боевых действий!

— Я тоже об этом думала, может и мне полегчает. Повожусь на огороде, расхожусь глядишь, — Ленка привычно загрустила. К началу второго месяца нашей с ней совместной жизни я научилась не только чувствовать эмоции, но и частично их забирать. Поэтому я осторожно подменяла ее грусть и обиду, на надежду. И мысленно материла этих врачей-коновалов.

Ей сделали все обследования, все анализы, но ничего не нашли. Она может нормально ходить, а через минуту пластом упасть на пол. Синдром внезапной парализации, или как-то там еще по научному.

— Ну так что? Переезжаем? — я отобрала у Ромки яркий пластик. Весь в отца пошел, вся упаковка обмусолена.

— Переезжаем! — сверкнула глазами подруга и пошла собирать детские вещи. А я вздохнула и принялась звонить Артуру.

Уже через неделю мы въезжали в мой домик, отремонтированный экстренной бригадой рабочих. Коля постарался, крыша была перекрыта, внутри косметический ремонт, а клининговая компания вычистила все до состояния стерильности.

Мы с ним после того злополучного разговора в больнице даже словом не обмолвились. Все просьбы и решения передавались через Артура. А вот он был очень доволен возвращением в привычную среду.

На работу я все же устроилась! В тот самый магазин, менеджером по продажам, а по нормальному продавщицей.

Ленка вроде почувствовала себя лучше здесь, все время возилась с цветами и обустраивала сад. Я ей не мешала, только ругала если она слишком долго работала.

Майские праздники мы провели вчетвером, Артур на правах единственного взрослого мужчины заведовал мангалом, обжаривая мясо и овощи. Я уже приготовила несколько ведер шашлыка, зная о своей особенной прожорливости, но что-то пошло не так, после второго куска я перестала хотеть есть.

— Пойду полежу, устала я сильно, — я почти бегом скрылась в спальне и повалилась на кровать неистово рыдая. Последняя ниточка связывающая меня с Логтумом порвалась! Значит это просто был нервный синдром? А приступы гнева и эмоции?

Чуть успокоившись, я потянулась к сидящим во дворе, Артур светился любопытством, а Ленка тревогой. Мне немного полегчало, но беспокойство клубком свернулось в груди.

— Рит, ты как? — Ленка проводила Артура и пришла ко мне.

— Плоховато, видимо перегрелась на солнышке, — после того, как она услышала это, у подруги появился виноватый вид.

— Я хотела завтра в город съездить, питание Ромке купить и еще по мелочи. Артур согласился отвезти… Ну и ладно тогда, хоть с тобой побуду, а он сам там по списку купит.

— Поезжай, я Ромку возьму с собой на работу, — у нас эта схема уже была отработана, я брала его в переноске, сажала за прилавок и спокойно работала. Да и Ромке было веселее, все покупатели обязательно разговаривали с ним, махали руками и умилялись его розовым щечкам.

— Ох, спасибо, чтобы я без тебя делала, — подруга обняла меня и ускакала собирать посуду в саду. А я перевернулась на спину и так и пролежала до самого утра, сон совершенно не шел. Утром я тихонько встала, собрала Ромку и аккуратно прикрыв калитку пошла к магазину.

Как всегда пара местных алкашей уже гипнотизировали дверь, я вздохнула и пристроив переноску на подоконник, открыла дверь, сняла сигнализацию и включила кассу.

— Мне Жигулевского… — проблеял алкаш, но был отодвинут в сторону мощной рукой. Он хотел возмутиться, но когда увидел мужика целиком, заткнулся и свалил в конец очереди.

— Леденцы есть? — у меня дернулся глаз, было что-то в голосе этого незнакомца до боли знакомое.

— Вам какие? — как назло Ромка закашлялся и я повернулась к нему, поправляя ему нитку с погремушками и меняя соску.

— Любые, да побольше. Сколько их у вас всего?

— Пара коробок, но там же больше двадцати килограмм будет…

— Ты чего тут застыл? — на прилавок перед моим лицом опустились десять ведер с майонезом, второй огромный мужик стоял и ухмылялся смотря на меня.

— Ребенок твой? — севшим голосом спросил первый.

— Племянник! — отрезала я, — Вы будете свои леденцы брать или нет?

Мужики переглянулись, а Ромка громко заорал. Я повернулась к нему и с ужасом увидела, как его ножки трансформируются в копыта, комбинезончик рвется на попе и оттуда вылезает маленький хвостик, свернутый колечком.

Алкаши перекрестились и тиканули из магазина, оставив меня один на один с этими пришлыми. Я грудью заслонила Ромку, судорожно ища телефон под прилавком.

— Вышли отсюда и забыли все! — я рыкнула на них, а потом до меня дошло. Я подняла глаза и увидела как личина рассыпается и передо мной появляется мой родной демон! Потрепанный, весь в шрамах, но живой!

— Логтум! — я просто выломала дверку у прилавка, выбегая в зал и хватая эту несносную ящерицу прямо за хвост. Он обхватил меня лапищами, что-то сопя мне в районе уха, но я рыдала и не могла ничего сказать.

Ронмир осторожно подошел к Ромке, потыкал в него кончиком хвоста и заорал от ужаса когда его сыночек решил попробовать этот самый хвост на зуб.

— Ритаааааааа! — он стал гоняться по магазину держа в лапах сына и восторженно завывая.

— Гарыую вам в глотки! Где же вы были? Почему так долго? Я же думала вас убили! А тут столько проблем, а Ленка чуть не умерла! Логтум!

Я обнимала его, прижавшись щекой к шершавой груди и слышала как внутри у него бьется сердце.

— Мама спасла, когда нас уже почти на куски порвали, у нее хватило сил сделать еще один портал и закинуть нас с Ронмиром туда.

— Да погоди рассказывать, это мой? Это реально мой? — Ронмир тряс Ромку уже над головой, а тот счастливо улыбался и пускал слюни.

— А чей же? Шесть лап, два копыта и хвост! Однозначно твой! — хмыкнул Логтум, прижимая меня к себе хвостом, — Потом мы отлеживались, обрастали хитином и разбирались куда нас закинуло и как нам оттуда выбраться.

— А Батя и Мона? — я решилась спросить, хотя примерно чувствовала ответ.

— Нет, только мы и то чудом…

— Никогда не поверю, что эта хитрая демоническая харя, в миру наш батя, сгинет вот так, попомни мое слово, отлежится как и мы и выползет! — хмыкнул Ронмир разрушая мрачность момента, — Пошли домой, я …

— Жрать хочешь? — одновременно с Логтумом мы закончили предложение.

— Не, к Ленке хочу! Хотя и жрать тоже!

Я закрыла магазин и нагрузила демонов пакетами с продуктами. Сегодня у нас большой праздник, поэтому гуляем до утра! Логтум живой, здесь, со мной! И больше от меня никуда не денется, уж я об этом позабочусь.

Ленка открыла нам дверь и тут же упала на руки Ронмиру, задыхаясь от слез. Тот потащил ее в спальню, неся Ленку на руках, а переноску с Ромкой, на хвосте.

Я улыбнулась и потащила своего демона в свою спальню!