Часть 19

— Вадим? — пытаюсь привлечь к себе внимание. Громко вздыхаю от негодования. — Чего ты молчишь?

В ответ я не получаю ничего, даже его голубые глаза устремлены на дорогу. Я вижу лишь, как сжимает челюсти.

— Язык проглотил? — подаюсь вперёд. — И где друг Игната, который должен был меня подбросить? Макс?

— Они уехали раньше, — проговаривает он.

— М-м-м, супер. Подстроили всё с Игнатом. Ох, вот же засранец у Фаи жених, — фыркаю и откидываюсь на спинку.

Ладно. Раз хочет меня отвезти домой — пусть везёт. Я не стану сопротивляться.

— Ну, и зачем это всё? — спрашиваю, не надеясь получить ответ от него.

Он громко выдыхает и смотрит на меня через зеркало заднего вида. Голубые глаза прищуренные, и выражают только раздражение. Вадим продолжает молчать. Громко фыркаю:

— Ну, и не отвечай! Больно надо, — надеваю наушники и демонстративно отворачиваюсь к окну, рассматривая зелёные поля и деревья.

Делаю безразличное лицо, а у самой в груди настоящий ураган из эмоций!

И гнев, и негодование, смешанное с трепетом! Поездка наедине с Вадимом и в его машине нагоняет волнение. Сжимаю руками ручку сумки и стараюсь выровнять дыхание, но выходит не особо.

Душу рвёт на части. И кажется, я зря вчера позволила ему быть у меня первым. Хоть и сама себя убеждала, что не буду сожалеть об этом. А в итоге, я своими же необдуманными порывами заставила разрастись этим чёртовым чувствам.

И вроде бы я знаю, что он козёл и мудак, но меня всё равно не покидает влюблённость.

Разве такое возможно?

Мы замедляемся, и я не сразу понимаю, почему. А после вообще останавливаемся на обочине. Перевожу заторможенный взгляд на Вадима, который сжимает с такой силой руль, что я вижу вздыбленные вены на его руках.

— Почему мы остановились? Что-то с машиной? — интересуюсь.

— Нет, — раздражённо отвечает и смотрит через зеркало заднего вида на меня.

— А что тогда?

Он снова молчит и прожигает меня взглядом, а затем произносит:

— Ответь честно. Ты специально всё это устроила?

Моргаю пару раз.

— Что «всё это»?

— Хотела, чтобы я почувствовал себя конченым мудаком? Я ощущаю это в полной мере. И меня это бесит, — пыхтит он.

— У меня не было такого плана. Ты сам виноват, что напридумывал обо мне невесть что! — вскипаю. — Хочешь сделать виноватую меня?

— А ты не могла хотя бы попытаться объяснить мне, что я ошибаюсь?

— Ещё чего! Я не собираюсь какому-то мерзавцу что-то доказывать, — отворачиваюсь к окну и скрещиваю руки на груди.

Слышу, как открывается его дверь, а в следующую секунду он оказывается на заднем сиденье рядом со мной. Хватает огромной ручищей за локоть и тянет на себя, заставляя повернуться.

— Отвали! — вскрикиваю и толкаю его.

Он перехватывает мои руки и злобно цедит:

— Маша, не беси. Иначе будет хуже.

Встречаемся взглядами, и между нами начинает искриться воздух.

— Будет хуже? — шиплю я едко. — И что ты сделаешь?

Он сжимает челюсти до такой степени, что желваки начинают ходить ходуном, а ноздри раздуваются от порывистого дыхания. Но меня его состояние только подстёгивает ещё больше.

— Пошёл к чёрту! Чего ты ко мне привязался? Трахнул, сделал, что хотел, ну, и отвали уже от меня!

Дёргаюсь в его хватке. Вырываю одну руку и замахиваюсь, царапаю этого гада ногтями по щеке. Он звереет ещё сильнее, обхватывает мой затылок пятернёй и рывком притягивает меня к своему лицу. Нагло врывается в мой рот поцелуем, проскальзывая языком, который я сразу кусаю до крови. Он отстраняется и морщится.

— Отпусти, — злобно шиплю ему в губы.

Его рука сильнее стискивает мой затылок, уже зарывается в волосы, и оттягивает их силой. Тяжело дышу, пытаясь испепелить гада взглядом.

— Что ты хочешь?.. — шепчу срывающимся голосом.

— Давай встречаться.

Сердце пропускает пару ударов, и грудь сжимается от спазма. Вглядываюсь в его голубые глаза, пытаясь отыскать в них подвох.

— Серьёзно?.. — усмехаюсь. — Думаешь, я стану встречаться с таким, как ты?

— Маша, — выдыхает он, блуждая по моему покрасневшему лицу. — Я серьёзно.

— Я тоже серьёзно! — хочу оттолкнуть его свободной рукой, бью по плечу. — С ума сошёл?.. Отпусти! Я не буду встречаться с тобой!

— И почему же? — обвивает мою талию другой рукой, всё ещё удерживая меня за волосы и не давая возможно отстраниться. — Я предлагаю тебе отношения со мной, Маша. Я ещё никому такого не предлагал.

Стискивает челюсти и злобно смотрит на меня, а затем снова настойчиво целует.

— Перестань, — немного отстраняюсь от его губ. — Это всё из-за твоих заблуждений по отношению ко мне, — выдыхаю. — Ты думал, что я… шлюха. А оказалось всё по-другому. И теперь ты подсознательно испытываешь вину. И хочешь загладить её таким образом.

— Нет, Маша, — его рука настойчивее стискивает мою талию.

— Да!

Снова дёргаюсь.

— Хватит нести чушь. Я хочу, чтобы ты была моей девушкой.

— А я не хочу быть твоей девушкой! Ты… забыл, какими словами обо мне отзывался?..

— Чёрт возьми, Маша. Хочешь, чтобы я ползал у тебя в ногах? Чего ты добиваешься своим отказом? — тяжело дышит. — Я мудак.

— Ничего я не добиваюсь. Я лишь повторюсь в сотый раз: оставь меня в покое, пожалуйста. Я не хочу и не буду с тобой встречаться. Просто забудь обо всём и живи дальше.

Он прожигает меня мрачными голубыми глазами, на дне которых проскальзывает тень. Он резко отпускает меня и порывисто покидает машину. Пересаживается на водительское сиденье и заводит машину и газует по асфальту наверняка стирая резину.

До моего дома мы больше не говорим друг с другом. Даже когда он останавливается рядом с моим подъездом, я быстро открываю дверь и вылетаю из машины. Не оборачиваясь, несусь к двери и скрываюсь за ней.

До понедельника пребываю в состоянии раздрая. После бурных выходных, которые вымотали меня настолько что как, только приехав, я закрылась в своей комнате и не выходила весь вечер, валялась и смотрела новый сериал. Не хотела думать об этом идиоте, который неожиданно понял, что был мудаком и решил загладить свою вину нелепостью! По-другому я никак не могу назвать такое его поведение.

Предложил мне встречаться! Вадим!

Тот, кто никогда не предлагает девушкам ничего серьёзного, после ночи с ним. О да, слышала о нём слухи, где девчонки с его курса в женской раздевалке перемывали ему косточки. И даже окрестили «козлом»! Хех, а с их мнением я согласна.

И всё же, было неожиданностью услышать от него ТАКОЕ предложение. Даже удивительно. Нет, я понимаю, от эмоций крыша у парня поехала. Наверное, впервые лишил девушку девственности и поплыл. Типа, почувствовал ответственность за содеянное. Но мы живем в двадцать первом веке, сейчас необязательно жениться, если ты девчонку обесчестил.

Предложил бы мне встречаться на его место кто-то другой, я бы, скорее всего, подумала. Но Вадим… Я не знаю, чего от него ожидать. Поэтому, лучше сделать вид, что между нами ничего не произошло.

На парах Фая своими намёками пытается выведать, при каких обстоятельствах этот гад оставил на мне засосы. Я молчу как партизан. Как-то мне стыдно рассказывать девчонкам, что мы делали с Вадимом, пока они все были в сауне. Я лишь мельком упомянула о том, что мы слегка повздорили снова.

Возможно, будь я не такая упёртая, и характером доверчивее, к примеру, как наша Лиза, то у Вадима — был бы шанс. Но нет. Я человек злопамятный, и всё, что он мне наговорил за всё время нашего знакомства, никогда, скорее всего, не смогу забыть.

В столовке к нам подсаживается Стас и сразу целует Лизу в щёку. Как удивительно, сегодня Вадим не таскается как прилипала за своим другом. Остался сидеть за их столиком, даже не смотрит в мою сторону. Возможно, после близости потерял интерес. Хоть я добивалась именно такой реакции, но почему-то мне от этого всё равно больно.

И в следующие дни Вадим меня избегал, будто бы забыл. Я для него стала невидимкой. За всю неделю он кинул мне лишь короткий кивок и слово «Привет». Больше мы никак с ним не контактировали. Он не смотрел на меня, как раньше. Можно сказать, теперь его взгляд был всегда отстранённый.

С одной стороны — я была рада. Но с другой — какая-то пустота всё же в груди меня терзала. Хотелось вновь ощутить те эмоции, которые я испытывала от наших перебранок. Почувствовать на себе его внимание, хоть оно и было вечно пошлым и колким.

Что ж…

Наверное — это конец. Пора бы мне забыть о нём раз и навсегда.