Глава 7. Цветы раздора

После короткого перерыва в кабинет ворвался запах антисептика, трав и чего-то коричного. Я сразу поняла, что прибыл доктор Мортимер. Он появился внезапно, портал открылся прямо из медицинского крыла в мой кабинет. Сухонький, в халате, который на нём висел мешком, все еще в ярко-зелёном колпаке, на котором красовался дракон, и пятнами чего-то красного на рукавах. Неужели до сих пор не смыл? Или это новые? На лице доктора была довольная, почти просветлённая улыбка человека, который спасает жизни по десятку раз на дню.

— Ах, мисс Эверхарт! — радостно воскликнул он. — Прекрасно выглядите для человека, которого вчера отравили. И смотрите-ка, еще не умерли от шока! Ваш организм — просто чудо адаптации.

Он небрежно передал мне папку.

— Истории болезни ваших клиентов. Обоих вернул в целостности. Сшил, восстановил, склеил — как новенькие. Хотя, признаюсь, мистер Гривз жаловался на зуд в месте крепления головы. Возможно, немного перетянул нитку. Завтра все равно швы снимать, так что это так, на всякий случай, если магия засбоит.

Я моргнула, стараясь не представлять процесс пришивания головы.

— Спасибо, доктор Мортимер, — выдавила я. — Надеюсь, вы не прикрепили иллюстраций к отчёту.

— Увы, отдел этики против. — Он расстроенно вздохнул, наверняка раньше продвигал идею рисунков или фото в историях болезни, и повернулся к выходу. — Если что, я сегодня до девяти. После с признаками смерти обращайтесь в больницу Нечистого Азазеля.

Он ушёл, оставив за собой запах лекарственных трав, мрачный оптимизм и мистера Гривза с Марком за его спиной. Оба выглядели… Собранными. В прямом смысле. Голова Гривза была аккуратно пришита, тонкий шов серебрился под подбородком, а Марк, хоть и выглядел целым, держался за шею и ухо, где виднелись бинты.

— Приступим, — сказала я, усаживаясь за стол. Джек устроился сбоку с папкой, Сайра стояла рядом, скрестив руки. Мои охранники встали позади — два гиганта в строгих костюмах, от которых веяло сдержанной угрозой и чем-то хищным. От их присутствия даже воздух в кабинете стал плотнее.

— Итак, — начала я, открывая историю болезни. — Согласно медицинскому отчёту, у мистера Марка было обнаружено огнестрельное ранение уха и загривка. Это верно?

Марк кивнул. Его глаза блестели искренностью, почти детской наивностью. Он снова мял кепку в лапах и, казалось, готов был извиниться даже за использование кислорода в моем кабинете. Но ответить первым решил мистер Гривз.

— Ага, потому что он ворвался на мой участок и стал топтать мои грядки, высаживая свои цветики! Я ему сказал: “Убирайся, пока не поздно!”, а он рычать! Вот я и взял ружьё! Предупредил! Он не ушёл! Что мне оставалось делать, защищался как мог!

Он уже начинал распаляться, переходя на фальцет, когда я почувствовала, как от усталости начинает болеть висок. Тир, стоявший за моей спиной, издал низкий, гортанный рык — короткий, тихий, но такой, что звук, кажется, заставил сам воздух дрогнуть. В комнате сразу наступила тишина. Даже муха, если бы решилась пролететь, застыла бы на месте.

— Благодарю, Тир, — спокойно сказала я, не оборачиваясь. — Продолжим.

Я обвела взглядом клиентов и позволила себе мысленно вздохнуть: «Господи, первый день — и уже разборка между садоводами-убийцами. Где мои студенческие лекции, когда всё, что нужно было, это учебник, тетрадь и перо? Вот он, мой научный путь. Не конференции, не академические споры, а медведи, ружья и головы».

— Итак, — я посмотрела на Марка, — расскажите, что произошло с вашей стороны.

— Я... Просто садил цветы, — произнёс медведь глухо. — У меня есть хризантемы. Люблю их. Не знал, что граница участка проходит там. Земля мягкая, удобная. Я, наверное, посадил чуть дальше. — Он почесал шею, опустив взгляд. — Когда мистер Гривз начал кричать, я хотел подойти и извиниться. Сказать, что пересажу. Но он достал ружьё. Выстрелил. Я не сразу понял… В голове загудело, заболело, а потом...

Он замолчал и беспомощно развёл лапы.

— А потом я очнулся, а он уже такой лежал… Без головы.

Гривз мгновенно взорвался:

— Это ложь! Я защищался! Этот медведь рычал, навис надо мной, он собирался напасть!

— И поэтому вы выстрелили? На опережение? — уточнила я.

— А вы бы не стреляли?! — взвился он. — Он же... Огромный! С лапами!

— Простите, но наличие лап не считается основанием для нападения, — ровно сказала я. — Особенно, если объект просто сажает хризантемы.

— Ха! — вспыхнул Гривз, вскакивая. — Просто сажает! Да он меня чуть не сожрал! Я видел этот взгляд! Вот этот звериный! Это было нападение! Чистое нападение!

— Мистер Гривз, — устало сказала я. — Сядьте.

— Это давление на потерпевшего! — пискнул он, но сел, заметив, как Бран слегка наклонил голову и прищурился.

Я сделала пометку в отчёте.

— Значит, по факту: спор из-за хризантем, выстрел в соседа, случайная потеря головы.