Глава 25. Совместимость

Диана

— Тер ди Саор. Я вас ждал, — сказал пузатый индивид с зеленовато-коричневой кожей и толстым брюшком. — Вы хотите, чтобы я осмотрел и вашу спутницу на предмет совместимости? — раскладывая у смотрового стола какие-то жуткие приборы с иглами и датчиками.

Прибор знакомо пикнул, вызывая у меня воспоминания о жуткой боли и, как результат — паническую атаку. Стараясь скрыть своё состояние, я загнанно дышала, стараясь сосредоточиться на чём-нибудь.

— Нет! Никаких осмотров. Вы её пугаете, — сказал Айтан, пряча меня в своих объятиях.

— Но я ничего не делал. Все процедуры безболезненны. Здесь нечего бояться, — смущённо пробулькал толстячок.

Я вдыхала запах своего мужчины и успокаивалась, испытывая чувство стыда за устроенное представление.

— Я зайду к вам позже. Сейчас неудачное время для визита, — сказал Айтан, намереваясь покинуть врача, но я упёрлась, отрицательно качая головой.

— Что не так, малышка? — спросил Айт.

Я кусала губы, думая, как объяснить, не разрушая легенды. Едва заметно я кивнула Айтану в сторону доктора, надеясь, что он поймёт мой намёк. Блондин не подвёл, он внимательно посмотрел мне в глаза, а потом бережно усадил в одно из кресел.

— Диану не нужно осматривать. Только меня, — сказал он, проходя вслед за существом в отдельную кабинку.

За стенкой противно жужжали приборы, и внутри всё сжалось в ожидании боли. Я тяжело дышала, пытаясь отогнать страх. Сердце бешено стучало в груди, как будто намеревалось сломать рёбра, но время шло, а ничего не происходило. Постепенно я расслабилась и даже открыла глаза.

Через несколько минут Айтан вышел из кабинки.

— Всё прекрасно, тер ди Саор. Все инъекции я ввёл. Теперь вам нужно жить активной половой жизнью, в попытке зачать наследника. Думаю, при ваших показателях это не займёт более двух лет, — довольно раздувая толстое горло, сказал доктор, передавая Айтану колбу с какой-то прозрачной жидкостью. — Принимать по одной мере каждые три дня, — проинструктировал он его насчёт лекарства.

Путь домой не занял много времени. Мы напряжённо молчали. Вернее, молчала я, а Айтан неловко шутил, пытаясь меня разговорить, но это было бесполезно. Мне было стыдно за своё поведение. Не перед доктором. Какое ему дело до чьего-то безумного питомца? Стыдно было перед Айтаном.

Я должна научиться контролировать свои эмоции, но… это оказалось сложнее, чем я предполагала.

Мелодичным сигналом флайт известил о прибытии в пункт назначения. Уже свечерело, а в доме мягко и уютно горел свет.

— Поговори со мной. Прости, я не подумал о том, что тебе будет тяжело оказаться у врача. Мне не стоило тебя брать с собой, — расстроенно сказал мой блондин, крепко прижимая меня к себе.

— Не говори глупостей. Я не думала, что среагирую на это. Мне нужно это как-то перебороть. Не хочу бояться, — сказала я, обнимая мужчину в ответ.

— Нужно поговорить с Леем или Мери. Уверен, они что-нибудь придумают, — заверил меня Айт.

— Обязательно, — улыбнувшись, сказала я.

— Ты проголодалась? — уточнил блондин, пропуская меня в спальню.

— Нет. А что за лекарство тебе дал доктор? И почему два года? — спросила я, толкая Айтана на диван, чтобы сесть к нему на руки.

— Два года… ну, женщины совместимых с нами видов готовы к зачатию примерно один раз в год. Две попытки, а лекарство… — тут блондин немного смутился и не закончил фразу.

— Ну, у меня ежемесячный цикл развития яйцеклеток, поэтому у нас будет более двадцати четырёх попыток за отведённый срок. Так что там с лекарством? Ты так забавно реагируешь на упоминание о нём, что я сгораю от любопытства, — сказала я, наблюдая за тем, как на лице Айтана сменяются эмоции.

— Каждый месяц?! — удивился мужчина.

— Ты же видел тот отчёт аукционистов, — растерянно сказала я, не понимая, рад он этому обстоятельству или нет.

— Я не смог досмотреть его до конца. Это слишком… трудно, — признался Айт, сжимая меня в судорожных объятиях.

Не желая грустить, я перевела тему:

— Ты так и не ответил про лекарство.

— Это стимулирующее, — сказал Айт, стараясь выглядеть невозмутимо.

Видимо, за непостижимую для моего ума прорву своих лет моему блондину не приходилось пользоваться чем-то подобным.

— Зачем? Ты и так очень… активный любовник. Боюсь, ещё больше будет непросто для меня, — призналась я, вспоминая неуёмный темперамент астарца.

— Я только с тобой такой ненасытный, но вопрос даже не в этом. Лекарство повышает шансы на зачатие. Это что-то типа традиции, — сказал Айтан, вызывая на моём лице коварную улыбку.

— А ты уже принимал его? — спросила я, красноречиво двигая бёдрами.

— Да, — выдохнул Айт, подаваясь мне навстречу.

Последние сутки выдались напряжёнными не только для меня. Мы оба нуждались в этой близости. Хотелось стереть переживания, заменив их нежностью объятий, вкусом губ и тихими стонами.

Запустив руки под рубашку, я потянула полы, чувствуя, как магнитные застёжки послушно расстёгиваются, обнажая тело моего мужчины.

— Диана… — простонал блондин, возбуждая меня только своим хриплым голосом и умоляющими нотками.

— Да? Чего ты хочешь, Айтан? — спросила я, заставляя его зашипеть, осторожно сдавив между пальцами напряжённые бусинки сосков.

— Тебя. Хочу тебя, — прохрипел он, поднимая длинную юбку фиолетового платья.

Немного отодвинувшись, я ловко расстегнула брюки, и с помощью Айта немного приспустила их вместе с бельём.

Крупный член астарца уже был каменно-твёрдым и пульсировал, когда я обняла его ладонью, чтобы приласкать.

— Так сильно хочешь? — издевалась я, медленно двигая руку, при этом играя большим пальцем на самых чувствительных точках.

— Не играй. Прошу, — сквозь зубы прошипел Айт, вскидывая бёдра в такт движения ладони.

Раздался треск ткани и очередные кружевные трусики пали жертвой страсти моего блондина.

Нетерпение Айтана передалось и мне. Я говорила нежность? Наверное, не сейчас. Оставив прелюдии, я нанизалась на упругий член, вырывая наш общий стон удовольствия.

Резко. Почти грубо. Серебристые пряди сжаты у меня кулаке, а я жадно, на грани безумия, целую Айтана, начиная бешеную скачку. Он отвечает мне так же страстно, почти до боли сдавливая длинными пальцами мои ягодицы, подталкивая ещё ближе к себе.

Наши стоны больше похожи на рычание. От каждого удара плоти о плоть слышался пошлый хлюпающий звук, заводя ещё сильнее. В этой близости было что-то животное, но именно эта развратность позволяла отпустить себя, сбросить напряжение, что угнетало нас сотней и тысячей «но» нашего непростого положения.

Приближающийся оргазм почти болезненно сжал мои внутренние мышцы, делая размашистые движения рваными и дёрганными, пока первый спазм не накрыл меня яркой вспышкой наслаждения. Моему крику вторил Айтан, выгибаясь подо мной, приподнимая над мягкой поверхностью дивана.

Подняв моё лицо ладонью, Айтан хотел мне что-то сказать, но я прикрыла его губы ладонью, призывая молчать. Его тяжёлое дыхание, горящие страстью и нежностью нечеловеческие глаза, гулко бьющееся в груди сердце всё сказали за него, а слова в тот момент были лишними.

— Пойдём в кровать, — сиплым голосом сказала я, вставая на дрожащих ногах.

Наша ночь только начиналась. Не важно, что будет завтра. До утра у нас было время, и я не собиралась тратить его на разговоры.