Глава 23

Далее Амина выбрала одну из женщин и научила её отсчитывать секунды. На каждой секунде та должна была загибать один из десяти пальцев, а когда все окажутся согнутыми – разгибать. И делать это до тех пор, пока Амина не остановит. Потренировались, всё получилось как и задумано.

Дальше Амина стала считать пульс у Захры и смотреть на отчёт секунд. К её радости пульс был почти в норме, значит сердце справляется. И время у Амины и у Захры есть.

Амина пробовала посчитать время между схватками, но получалось что схваток почти нет. Или очень слабые потуги.

Принесли воду, Амина отлила немного в неглубокую миску и сыпанула туда соли. Хоть что то. Потом тщательно помыла руки. К этому времени принесли плетёный топчан и ткань из грубого некрашенного льна. Амина скомандовала застелить топчан и полностью раздеть роженицу. После чего её аккуратно уложили на топчан.

Амина провела осмотр – организм готов к родам. Но ребёнок не выходит. Причин может быть великое множество, от неправильного положения до запутывания. А в этих условиях причину не выявить и следовательно не помочь. Гадкое положение.

Принимать роды Амине в прошлом уже приходилось, когда она работала в женской исправительной колонии. Конечно к моменту родов готовились и старались отправлять рожениц в специализированные родильные дома. Но жизнь вносила свои коррективы в виде стремительных родов. Когда от момента первых схваток до появления младенца проходило два-три часа. Куда везти роженицу в момент родов? Да и бригада скорой помощи не возьмётся. Вот и приходилось самой принимать. Но стремительные роды это скорее исключение.

А что делать здесь? Хорошо бы адреналинчика Захре поставить, но где взять? Или…  Может поступить не совсем гуманно? Адреналин вырабатывают надпочечники. И имеют такую особенность: им не важна природа возникновения ситуации, похвалили человека или поругали. Гормон будет выплеснут в кровь. Поэтому у Амины возник план.

Она отвела мужа Захры в сторону и спросила, чего боится Захра? Вот прямо сильно и до истерики. Мышей, змей, крокодилов? И оказалось что кошек. Её в детстве пугали, что если она будет себя плохо вести, Миу её не пропустят в другой мир. Конечно нехорошо играть на детских травмах, но Амина потом извинится и всё объяснит. А пока, где там Муся? И да поможет Амине богиня Сехмет!

Амина взяла кошку на руки и осторожно зашла в комнату роженицы.

– Захра! Смотри кого я принесла! – А затем на вытянутых руках Амина продемонстрировала Мусю. За этот поступок она ещё долго потом себя ругала. Но реакция оказалось именно та, что и требовалась.

Роженица истошно закричала, Амина отпустила Мусю на пол и опустила руки в свою чашу с водой и солью. Всё это промелькнуло в одну секунду, а затем начались хорошие схватки. И Амина только командовала, дыши ртом, или тужся, в зависимости от момента.

Очень скоро ребёночек показался. Он шёл ровно, как по учебнику. Приняв ребенка Амина одним движением перерезала пуповину, и на последней схватке, что было сил надавила на живот роженицы. Потом внимательно осмотрела целостность последа и устало опустилась прямо на циновку.

– Поздравляю Захра! У тебя родился сын!

Дальше она следила как обмывают и заворачивают младенца. Потребовала обмыть маму и поменять ей бельё. Хорошо бы льда. Но увы. Поэтому Амина приготовила слабый раствор уксуса и велела им обтирать маму.

Проверила пульс – сердце билось ровно. Немного слабо, но что вы хотите после родов?

– Захра, прости меня за Миу, но поверь мне, это было жизненно необходимо. А сейчас отдыхай. Я зайду к тебе вечером. – Амина снова тщательно вымыла руки и направилась к выходу.

– Спасибо тебе, – услышала она тихий голос за спиной. И это был один из самых счастливых моментов в её жизни. Такие моменты она бережно складывала в копилку памяти, чтобы обращаться к ним, когда уже ничего не помогает. И негде взять сил чтобы жить дальше.

В соседней комнате, прильнув к стене, застыли её мальчики. Кафири держал в руках рулон ткани, а у его ног стояла “тревожная корзина”. На ней сверху лежало нечто среднее между сигаретой и сигарой. Амина вопросительно посмотрела на нее, потом подняла взгляд на детей.

– Это Мэти передал. Сказал поджечь и вдыхать через рот. – Ои всё объяснил. Точно! Амина и забыла, что сама посылала младшего за обезболивающим.

– Спасибо мои хорошие. Вы всё сделали правильно! – почему то на глаза навернулись слезы и захотелось обнять детей.

После обнимашек, слëз и соплей, Амина, несмотря на протесты, отдала ткань семье. Им сейчас нужнее. А у них есть Анхер. Он ещё заработает. И Амина сможет ему объяснить причину своего поступка.

Корзину с Мусей вызвался нести Кафири:

– Ты еле на ногах стоишь, – обосновал свои действия он. Амина пробовала протестовать, но сама понимала – очень устала.

Поэтому Кафири нес и переноску и “тревожную корзину”, а Ои вёл Амину за руку и старался поддерживать. Хорошие у неё дети растут, неожиданно промелькнуло в мозгу и Амина заулыбалась.

Неторопливо и почти молча они дошли до дома, где паника набирала обороты. Анхер в прекрасном настроении вернулся домой, а служанка с круглыми испуганными глазами ему рассказала, о том что совсем недавно прибегал испуганный Кафири, схватил рулон ткани и корзину Амины. На все вопросы отвечал – Амина его послала, она там рожает или вроде того. Некогда ему, потом она сама расскажет.

Прибегал один, без брата и Амины. А утром ушли все вместе. И кто рожает? Амина? Одним словом больше вопросов, чем ответов.

Поэтому когда вся троица устало ввалилась в дом, на них обрушился шквал вопросов. Амина попросила принести им с мальчиками холодного чая и подробно рассказала как все было на самом деле.

Потом пошла смыть с себя остатки грязи и пота. Этим же занялись мальчики. А все вместе снова они встретились за столом. И оказалось что сильно проголодались. Ещё бы. День склонялся к вечеру, а ели они утром. За столом Амина пересказала и другие новости. Как они посещали жреца и Мэти. Что оба в хорошем состоянии. Жрец через неделю будет здоров, правда шрамы, наверное, останутся. А вот Мэти ещё долго лежать и ждать выздоровления.