Глава 13

Мила покупала подарки к Новому году заранее, знала, что в последний месяц у управляющей универсамом не будет свободного времени, так и случилось. Декабрь пролетал в хроническом цейтноте. Мила пыталась успеть везде – на работе, с Лизой, Русланом, в итоге толком нигде не успевала. Пропустила одно из выступлений Лизы и не виделась с Русланом, пока вечером не раздался звонок от него:

– Я хотел спросить, Лиза хорошо спит? Крепко? – спросил он в трубку, после приветствия.

– Да, а что? – немного напряглась Мила.

– Я соскучился, давай, я приеду.

– Ты что! – Мила по-настоящему опешила, от неожиданности повысила голос.

– Что? Я не стану звонить в дверь, подъеду, позвоню по телефону, ты откроешь, – озвучил свой нехитрый план Руслан.

– Лиза спит со мной.

– У тебя же двухкомнатная квартира, Мила. Есть вторая комната, кухня, ванная комната. Серьёзно, я скучаю, на стену готов лезть.

Мила помолчала, задумалась с минуту. Лиза спала крепко первую половину ночи, а значит, они с Русланом вполне могли уделить время друг другу, более того, ей безумно хотелось этого. Между работой и учёбой Лизы терялось желание быть с мужчиной, но баритон в трубке возрождал, превращая в острую потребность. Всего три минуты назад единственное, что хотела Мила – спать, стоило услышать голос Руслана – картинка менялась на противоположную.

Так и поступили. Руслан подъехал, Мила открыла ему по звонку телефона. Лиза даже не пошевелилась в своей комнате, продолжила крепко спать после насыщенного дня второклассницы.

– Масипусечка моя, – шептал тихо Руслан, сидя на её диване. – Мила, я балдею от тебя, так бы и затискал.

– Затискай, – в шутку согласилась Мила, откинувшись на подушку. Закрыла глаза, легко и довольно улыбнулась.

– Затискаю, – Русна наглядно продемонстрировал, как намерен затискать. Нарочито медленно спустил шёлковый халатик по плечам Милы. Оголи грудь, которая вздымалась небольшими холмиками. – Мила, я обожаю твою грудь. Идеальная форма. Ты вся от пяток до макушки – произведение искусства.

Руслан закрывал рукой Миле рот, когда она вздыхала и вскрикивала от его толчков. От поцелуев и поглаживаний, откровенных прелюдий и порой агрессивных ласк. От всего, что делало её счастливой.

На самом деле невыносимо острое чувство, которое рождалось рядом с Русланом пугало, но в то же время Мила не могла отказаться от этого, никак не могла. Как не старалась себя уговаривать себя порвать с Русланом – ведь отношения не могли закончиться ничем, кроме горького разочарования.

Встречи в ночи тихой квартиры Милы стали регулярными, и их становилось мало. Руслан отчётливо понимал, что ему мало несколько часов в неделю на территории Милы и пары дней в несколько месяцев, когда она была только с ним, целиком и полностью в его распоряжении.

– Мила, послушай, может, всё-таки как–то скажем Лизе про нас? – спросил он однажды.

– Как? – Мила привычно нахмурилась.

– Не знаю, что ты дружишь со мной?.. Знаешь, Таня сказала Лизе с Максимом, что она дружит с Сергеем, её нынешним мужчиной, и этого объяснения вполне хватило. Дети пока не задают вопросов, а потом, может, просто-напросто привыкнут к нему и ситуации.

– Ты настолько легко рассуждаешь об этом Сергее… – пробурчала Мила.

Она на такое лояльное отношение была не способна. Тема бывшей жены Руслана по-прежнему была болезненной для неё. Даже само по себе имя «Таня» вызывало в ней отторжение.

– Что поделаешь. Я бы предпочёл, чтобы в жизни моих детей был один мужик – я. Только кто виноват, если случилось иначе? Точно не мои дети. Я подстраиваюсь под обстоятельства, стараюсь сильнее не разрушить их мир, не дать запутаться в новых обстоятельствах, в которых взрослым-то порой трудно разобраться.

– Твоя Лиза знает, что у неё есть папа, – вздохнула Мила, подумав о своём.

Маленькой дочке Лизе ни к чему тянуться к некоему Сергею, испытывать чувство привязанности, ведь у неё есть свой, родной отец. День, когда Сергей исчезнет из жизни Тани, Лиза даже не заметит. А что будет с Милиной Лизой, если она привяжется к Руслану? А скорей всего именно так и случится. Девочка тянется к мужчинам, ей хочется иметь если не отца, то взрослого мужчину-друга.

– Лиза не помнит отца? Совсем? – Руслан задал вопрос, и готов к ершистому ответу Милы, случалось всегда, когда кто-то пересекал границу личного пространства.

– Лизе было три месяца, когда он умер, – понуро ответила Мила.

– Прости. Ты сильно переживала? Переживаешь до сих пор? – произнёс Руслан вопрос, который неминуемо у него возник от одного вида Мила.

– Скорей всего сильно. Я понимала, что именно так случиться, этим закончится. Было плохо всегда, но в последние месяцы жизни стало невыносимо. Понимала, но не верила. Считала, что любовь самое сильное чувство на свете. Она спасает, помогает, творит истинные чудеса. Что она сильнее болезни, зависимости, сильнее всего. Теперь точно знаю – не сильнее.

– Любила его… – тихо, про себя, буркнул Руслан.

– Теперь уже не знаю, любила ли. После похорон, казалось, что моя жизнь закончена, что я тоже умерла. Санька с женой забрали Лизу, потому что я была не в состоянии заботиться о ребёнке, о себе не могла думать. Лежала и форменным образом умирала – не ела, не пила, могла бы не дышать – не дышала. Саня старался, убеждал, что у меня всё ещё будет. Говорил, что я обязана бороться за свою жизнь и жизнь Лизы, а я не могла. Совсем. Мечтала умереть, закрыть глаза и уже не открывать, настолько он казался хорошим… Сейчас же Лиза стала подрастать, и я отчётливо стала видеть, какой он был тварью! Я же девчонкой была, совсем глупой, неопытной, а он использовал меня. Деньги постоянно требовал, даже когда на хлеб не хватало. Несчастный… всегда несчастный, а я, как дура – спасала и оправдывала его. Потом, пока долги за него возвращала, вертелась между работой и Лизой забыла, любила или нет. Всё забыла. Помню лишь бесконечное враньё, изо дня в день, каждый день. Даже после смерти выяснялось то одно, то другое. Кредиты, воровство, женщины… Теперь я думаю – не любила я его никогда, зависима была. Созависимость это называется, кажется.

– Ты справилась, молодец. – Руслан прижал к себе Милу, но не сказал ей то, что вертелось на языке.

Сейчас, спустя годы, Мила так же не верит, ждёт подвоха. Ежедневно, ото всех, по любому поводу. Она ищет признаки обмана и фиксируется на нём накрепко, как на хороший клей.