ГЛАВА 14

Джейсин

Ох, ёх… что это было?

Я пикнуть не успела, как лисьи грабли меня хвать и утащили из главзлиного шатра. А главное, когда мы оказались уже в своей палатке и я смогла оглянуться на своего похитителя, у Сан Линя вид был не менее ошарашенный, чем у меня. Он хлопал глазами и словно прислушивался к себе. А потом гневно погрозил мне пальцем, словно это я во всем виновата, и выскочил вон, на бегу велев Баосы стеречь и не пущать. Никого никуда.

Ну и что это было?! Не, меня вот эти хватания за лапку от Гу Юнженя тоже… настораживают, как бы. И не по сюжету вообще, и просто вообще! Но с лисом-то какая пердимонокля приключилась, что он на начальство нарычал?

И еще странность. Почему у меня так и не отобрали рюкзак? Даже не проверили, что у меня там. Такое впечатление, что окружающие его видят, но не заостряют на нем внимание, тут же забывают. Взгляд соскальзывает. Сан Линь даже не спросил, откуда я достала лишние ханьфу и куда их поутру спрятала.

Неужели Сиян расщедрился? А как давно? Или он ничего нарочно не делал, просто это что-то типа базовой характеристики таких саморасширяющихся сумочек? Ладно, без разницы. Что толку гадать, лучше порадоваться. А то полез бы лис в мешочек и как вытащил оттуда… что-нибудь. Главу академии, например. Вот бы оба удивились!

До самого выхода в сторону лабиринта меня больше никто не беспокоил. Даже Баосы вылез из палатки и «сторожил» меня снаружи. Я успела умыться, причесаться и вообще привести себя в порядок.

Поэтому к входу в лабиринт я прибыла при полном параде. И злющая, как шершень в дождь. Потому что главзло — вот оно, дисциплинированное и послушное, пришло куда надо. А главгероиня и Ко где?

Ну знаете, кто не успел, тот опоздал. Мой последний пузырик-подгляделка на компании Пылинки сдох еще ночью, так что я понятия не имела, где носит героическую команду. Но то, что у входа в лабиринт ни одной звездной Ланлинь не наблюдается, — это я сейчас видела собственными глазами. Правда, для этого приходилось вставать на цыпочки и вытягивать шею, что тому страусу. Потому как вредный лис, которого с утра чуть не женили насильно, упорно задвигал меня себе за спину и вообще шипел, чтобы не высовывалась.

Ага, как же! Как же тут не высовываться?

Нет, в целом все пока в рамках сюжета, в дораме Гу Юнжень тоже пришел к лабиринту первым. О, кстати! Если вспомнить виденное на экране, то Пылинка и ее компания тоже здесь, но не на открытой местности, а сидят где-то довольно высоко в кустах и оттуда наблюдают. Может, и в реальности все именно так обстоит? А-а-а, я даже не могу проверить, запустив незаметных микроскопических шпионов! Цепь-то с меня так и не сняли, разве что теперь она была обернута не вокруг моей шеи, а вокруг талии. И второй ее конец больше не был пристегнут к сбруе Баосы. Его намотал на руку паршивец-лис и таскал меня за собой, как болонку на поводке.

И получается, сейчас эти молодые герои видят меня в моем натуральном виде и на цепи! То есть в плену. Ой, колбочки мои, реторты. А если им в голову придет меня спасать? Это ж…

А тут еще призрак коммунизма, в смысле артефакта. Я даже со своего места, очень неудобного для наблюдения за входом в лабиринт, отчетливо вижу перламутровый дымок, который начинает сгущаться в тени каменного навеса над пещерой. И опять же, прямо седьмым чувством улавливаю брюзгливо-недовольное выражение на лице бородатого стихоплета. Он что, собирается послать Гу Юнженя куда подальше, на хутор рисовых бабочек ловить?! Вроде как не должен, все претенденты могут попробовать свои силы в честной схватке с испытаниями.

А этот чего, решил, что я ему нравлюсь больше всех, и собирается шугать остальных обладателей древней крови? Ну точно же, точно! Рожу скривил как на заказ, всем подряд сообщать, какие они недостойные ничтожества. А сам, свинтус полупрозрачный, так и косится в ту сторону, где я устроила себе временное логово.

Поняв, что сейчас случится что-то ну совсем нехорошее и абсолютно мимо сюжета, я сделала все, что от меня зависело: высунулась из-за спины лиса как можно дальше, поймала взгляд призрака и свирепо погрозила ему кулаком. А потом быстро ткнула пальцем в сторону Гу Юнженя и еще раз погрозила.

И спряталась обратно. Только одним глазком отслеживала, что дальше будет.

Призрак мою пантомиму очень даже заметил, судя по тому, что подавился заготовленным пафосным стишком и совсем не величественно забулькал, прикрывая призрачную бороду призрачными руками.

От неожиданности настороженный и готовый ко всему будущий император (пока в своих мечтах) Гу Юнжень тоже растерялся и даже попятился. Всего на полшажочка, надо отдать ему должное. Все же главзло у нас не из трусливых. Быстро взял себя в руки и вежливо, с достоинством сложил руки в традиционный крендель. Поклонился призраку и выдал:

— Потомок древней крови приветствует хранителя. Будет ли позволено недостойному войти в лабиринт испытаний?

Пользуясь тем, что все напряженно вытаращились на слишком долго молчавшего хранителя Мерцающей Звезды, я снова немного высунулась из-за лиса и скорчила самую страшную рожу, какую только могла себе представить. Я так грозно не смотрела даже на студентов, которые на зачете не могли вспомнить, какого цвета в этом семестре методичка по лабораторным.

— Вот именно что недостойному, — внявший моим гримасам стихотворящий призрак вдруг заговорил обычной прозой. В его голосе отчетливо прорезались ворчливо-брюзгливые нотки. — С чего ты взял, смертный, что сможешь пройти испытание? Наверняка только загадишь лабиринт своими смердящими останками, а мне сто лет ждать, пока они сгниют окончательно и превратятся в прах.

Гу Юнжень напрягся. А следом за ним по цепочке напряглись и все остальные, включая моего дикого лиса. С ума сошли? Они что, собираются драться с призраком?

Нет, все же главзло у нас более-менее взрослое и вменяемое. Когда не пьет. Поэтому сделал легкий знак рукой, и все навострившие мечи сопровождающие расслабились, вроде как команду «вольно» получили.

— В моих жилах течет кровь древней династии, поэтому, многоуважаемый хранитель, я имею право войти в лабиринт испытаний. А там пусть судьба решает, достоин ли я силы великого артефакта, или гнить моим костям бесславно до скончания времен.

Ага. Призрак у нас пафос растерял, зато Гу Юнжень подобрал и юзает. Заразился?

Гу Юнжень продолжал препираться с призраком Мерцающей Звезды, но я уже отвлеклась на другое. Вдруг пронзило ощущение пристального взгляда в спину — даже между лопатками зачесалось. Едва подавила первый порыв развернуться и пристально всмотреться в заросли там, откуда я этот взгляд почувствовала.

Почему подавила? Да вот мысль меня вовремя догнала. Кто у нас может в кустах таиться? Правильно, Ланлинь со товарищи. Не хватало только выдать их месторасположение главзлу, не та пока весовая категория у троицы, чтобы всерьез воевать с этим соперником. Лучше пусть дождутся, когда отряд втянется в лабиринт, и разбираются с хранителем отдельно, может, их он пустит без лишних препирательств. А там, внутри лабиринта, соперников так просто убивать уже нельзя — Звезде не нравится. На это, собственно, и расчет.

Все же мне удалось развернуться боком к нужному месту и, прикрывшись широким рукавом ханьфу Сан Линя, скосить глаза. Черт! Точно, вон кусты шевелятся. Куда смотрят домашний лис и медведь?! Почему не соблюдают конспирацию?!

И тут меня пронзила ужасная мысль. Елки-горелки! Я же без маскировочного пузыря. Что они видят? Их шицзе, да на цепи, прикована к помощнику главзла! Не иначе как коварно взяли в плен и мучают!

И это значит что?! Это значит, что два долбоклюя сейчас кинутся в битву, спасать меня! А-а-а-а-а, что же делать?! Их ведь от дуроического порыва даже Пылинка не удержит, у нее лотос поломался.

Мысли прыгали в голове как блохи в банке с дустом, лихорадочно и смертельно. Ну ни-че-го-шеньки умного не придумывалось, хоть умри. Наверное, поэтому я и решила вести себя как законченная идиотка: прижалась к лисьей спине, потерлась о него всей собой, обреченно вспомнив, что груди у меня — примерно столько же, сколько умных мыслей. Но с другой стороны, ведь другим девушкам в Китае это не мешает? Они тут все плюс-минус нулевого размера…

Обняла Сан Линя за талию и томно (а еще громко) пропела на все ущелье:

— Ми-илый, долго еще? Ты обещал, что если я устану, то понесешь меня на руках в самый центр волшебного храма! Ведь у меня должны остаться силы на три поклона перед древним алтарем!

Вот уж не знаю, кто охренел больше: я сама, уже во время произнесения последнего слова сообразившая, что именно говорю; окружающие силы главзла; само главзло, обернувшееся на мой возглас и скептически изогнувшее бровь; призрак Звезды, прищурившийся на это представление с большим неодобрением; затихшие от потрясения силы добра в кустах… или, наконец, сам Сан Линь.

Дикий лис буквально окаменел. Я тихо порадовалась, что не вижу сейчас его лица — что-то страшновато стало. Поэтому и вцепилась в жертву изо всех сил, не давая Линю возможности сцапать меня за шиворот и вытащить пред ясны очи.

Ага, ему только позволь. Прибьет — и как на самом деле зовут, не спросит. Даже Козявкин спасти не успеет. Кстати, последний подозрительно довольно прядает ушами и, судя по всему, вот-вот огласит ущелье громким мурлыканьем. Хорошо ему. А мне что делать?!

Спасение пришло оттуда, откуда я его точно не ждала. Как хорошо, что я эту тварь не убила! Потому что слегка паленая обезьяна с крыльями и хищным клювом внезапно заорала, вылетая из-за утеса в сопровождении еще десятка родственниц, и спикировала прямо на меня.

Во всяком случае, мне показалось, что на меня, хотя стая просто неслась в нашу сторону, разинув клювы, растопырив когтистые лапы и мерзостно вереща.

Мама дорогая! Тут уж стало не до маскировки. Пусть лучше меня узнает Сан Линь, чем сожрет клювастая мартышка. Да и вообще, сдаваться без боя — не наш метод.

Вокруг царил звездец и хаос — Гу Юнжень и его люди довольно бодро отстреливались от чудовищ разной убойности заклинаниями. Козявкин бился высоко в небе — оттуда периодически слышался его ликующий мяв и сыпалась обгорелая обезьянья шерсть. Но паленая мстительница, чтоб ее, времени зря не теряла: такое впечатление, что она потратила время, прошедшее с нашей последней встречи, на то, чтобы облететь всю округу и собрать родственников, знакомых и вообще любую тварь, которой повезло мимо проходить. Так что сколько бы образин ни сбивали на подлете, из-за скал и деревьев все лезли и лезли новые нападающие.

Ну я что? Я тоже поучаствовала. А то лис, конечно, очень бодро нас защищал, но даже он не мог успеть везде. Та самая паленая гадина на лету словила в разинутый клюв шарик с перцовым газом и заорала, пытаясь отплеваться и выцарапать самой себе язык. Повезло, что шарики у меня в рюкзаке были заготовлены заранее, ци-то заблокирована цепью!

— Джейсин! — почти таким же возмущенным тоном завопил Сан Линь, который засек мою артиллерию. По глазам было видно — подозревал, гад. А теперь уверился полностью. Узнал то есть. И орет так, словно это не обезьяне в клюв перцу насыпали, а ему под хвост.

— Да, дорогой, — машинально отозвалась я, стараясь улыбнуться как можно обольстительнее.

Как раз в этот момент родственники обезьяны в кустах маленько закончились, стало чуть тише, и я поняла — упс, пора рвать когти. Потому как обольстительность моя подействовала на дикого лиса странным образом — кажется, он меня собирался сожрать в полном согласии с обезьянами. Э нет, так мы не договаривались.

Похоже, пора пускать в дело секретное оружие. Ущелье возле входа в пещеру лабиринта узкое, благодаря чему, кстати, мерзким крылатым тварям не удалось нас окружить. И совсем рядом тот незаметный отнорок, где я устроила себе логово. Если не знать заранее, что он тут есть, — фиг найдешь. К тому же это не просто пещерка, это щель, так что вполне можно выбраться из нее с другой стороны горного склона.

Когда произошло нападение, Сан Линь поневоле отстегнул мой поводок — он здорово мешал ему драться, еще и ци блокировал, не сильно, но тут уж любое лыко в строку. Поэтому он свой конец отцепил, и мне оставалось только живенько смотать цепь и перекинуть через локоть, словно элегантный длинный шарф.

А потом дело техники. Смешать два ингредиента так, чтобы они вступили в бурную реакцию с большим выделением газа, — для химика раз плюнуть. А если все это богатство приправить жидким розовым мылом…

— Пока, дорогой!

…то мы имеем полное ущелье шикарной пены — аж на несколько метров поднялась! Я знала, в какой момент задержать дыхание и в какую сторону шмыгнуть. А лис не знал.