Глава 13 Кто мне нужен?

Карина Лазарева

Утром проснулась в объятьях бывшего мужа, сладко потянулась, и взглянула на спящего красавца. Провела нежно по щеке и положила голову на грудь. Лёша покрепче прижал к себе, и продолжил спать. Интересно, почему сегодня ночью я не пошла к Рагнару? Может, пошла, а Лёша меня вернул? Почему вообще Лёша остался в квартире? Я задумалась, вдыхая запах любимого человека. Высунула нос из-под одеяла и посмотрела на часы — время было семь утра. Чёрт, на работу опаздываю! Я завозилась, пытаясь аккуратно выбраться из кокона рук. Лёша замычал и только сильнее стиснул.

— Не пущу, — выдохнул он мне в затылок, и притянул обратно, впечатывая в свою грудь.

— Я на работу опоздаю, — улыбаясь, прошептала я, потираясь, словно кошечка.

Муж минуты две подумал, потом всё же выпустил, падая лицом в подушку, и прижимая мою. Я поцеловала его в щёку и понеслась в ванную.

Переделала мыльно-рыльные процедуры и надела строгую чёрную юбку и белую рубашку в тёмно-синюю полоску. Полюбовалась на себя в зеркало, и вышла на кухню. Рагнар уже готовил завтрак — видимо, услышал, что я встала. Определённо есть что-то сексуальное, когда утром тебе готовит завтрак мужчина в одних джинсах на голое тело. Я рассматривала смуглую спину мужчины: как перекатываются его мышцы, поясницу, спустилась взглядом на попу и немного залипла, любуясь округлостями. Так увлеклась, что не заметила, как мужчина повернулся ко мне лицом, лишая такой красоты. Медленно подняла глаза и наткнулась на насмешливый взгляд Рагнара.

— Доброе утро, — улыбнулся он и поставил передо мной тарелку с оладьями.

— Доброе, — согласилась я, — как спалось?

— Не спал вообще, — ответил он, — ты на работу? Подброшу тогда.

— Да, на работу, но отвозить не надо — я прогуляюсь, тут недалеко, через парк.

— Там дождь идёт, — обратил внимание Рагнар на погоду за окном.

— Да? Я что-то я не обратила внимания, тогда…

— Возьми зонт, — перебил он меня и, допив свой чёрный чай, направился одеваться.

Вот ведь вредный товарищ Фельдман Р.С.! Ну и ладно, мы люди не гордые, в отличие от некоторых. Я вкусно позавтракала, убрала грязную посуду в посудомойку. Накрыла остатки блинчиков для Лёши, положила корм Ириске и сменила котёнку лоток. Чмокнула две сонные мордочки, и унеслась на работу. Как я и думала, Рагнар из вредности укатил без меня, поэтому у подъезда было пусто. Со вздохом открыла зонт, поёжилась от зябкости и, стараясь обходить лужи, медленно направилась в сторону работы.

Я почти добралась до здания компании — осталось только перейти дорогу — как какой-то дятел проехал мимо меня на большой скорости и окатил грязной водой из лужи. Лицо и туловище успела закрыть зонтом, но колготки и ботильоны были безнадёжно испорчены. Я так разозлилась на водителя, что возмущённо посмотрела на машину мерзавца. Та сразу же начала вилять, а затем раздался громкий хлопок из-под капота, и автомобиль врезался в столб, а мой зонт вспыхнул огнём. Люди, которые стояли рядом со мной, вскрикивая, отбежали от меня. Я стояла и пыталась потушить несчастный зонт, дёргая из сторону в сторону — под дождём, ага.

Неожиданно кто-то накрыл меня своим большим чёрным зонтом и, схватив мой, прекратил внезапное возгорание. Подняла глаза, встречаясь с серо-голубыми глазами Большого Босса.

— Доброе утро, — пропищала я, ещё не отойдя от стресса.

— Ваши силы проснулись? — спросил шеф, выкидывая сгоревшую вещь в урну.

— Иногда они вырываются из-под контроля, ничего не могу с этим поделать, — пожала плечами.

— С этим я могу вам помочь, — улыбнулся мне начальник, открывая дверь своей машины.

Ивар Маркович повёз меня домой, чтобы я переоделась, и остался ждать внизу. Я снова забежала в квартиру, пронеслась мимо спящего мужа. Вот ведь соня.

— Ты же ушла на работу? — хрипло спросил Леша, открывая один глаз, и кладя подбородок на подушку.

— Да, но при входе на работу один урод окатил меня грязью, — пожаловалась я.

— Давай я тебя подвезу? — предложил бывший муж, — а вообще, надо тебе машину купить.

— Не надо, меня Ивар Маркович внизу ждёт.

Лёша напрягся и недобро посмотрел на меня.

— Лёш, он просто мой начальник, который любезно помог мне, не пойду же я от работы домой в грязных вещах и мокрой обуви!

— Сегодня же съездим и купим тебе машину, — пробурчал Лёша, — заехать хоть вечером за тобой можно, или это тоже проходит по статье "ущемления прав"?

— Можешь заехать, — согласилась я, — предварительно позвоню, когда освобожусь.

Я быстренько переоделась в другую юбку и свитер с запахом, подхватила сумочку и другие ботиночки, чмокнула мужа, который всё это время пожирал меня глазами, и умчалась вниз.

— Спасибо, Ивар Маркович, — поблагодарила я мужчину, устраиваясь на пассажирском сиденье.

— Не за что, Карина Викторовна, — он оглядел меня с ног до головы и, удовлетворённо хмыкнув, выехал со двора.

Мы за считанные минуты доехали до офиса, поднялись в лифте с такими же опоздавшими на свой этаж. В приёмной нас встретила Ленка.

— Доброе утро, Ивар Маркович! — поприветствовала блондина шефа, — Карина Викторовна!

— Доброе утро, — хором ответили мы, и синхронно улыбнулись.

— Как командировка? — спросила Ленка, передавая шефу на подпись документы и отчёты.

— Нормально, — ответил Горыныч и, забрав почту, скрылся в кабинете.

— А ты лиса, Каринка, ой, лиса! Про то, что развелась — рассказала, а то, что снова вышла замуж — нет, — стукнула секретарша легонько линейкой по моей руке.

— А ты откуда знаешь? — удивилась я.

— Константин Андреевич кому-то по телефону сказал, Вика услышала, — пожала плечами коллега.

Хлопнула себя по лбу и зашла в кабинет. Всегда знала, что большой коллектив — это массовое скопление сплетен, которые распространяется со скоростью света. Я занялась утренним разбором документации, написала отчёт по командировке. Перевела два договора, которые прислал Босс, и отправила их на проверку юристам. До самого обеда бегала по поручениям Горыныча по разным отделам.

В обед к нам зашли девочки и утащили взмыленную меня в столовку.

— Понедельник день тяжёлый, — вздохнула я, устало откидываясь на стул.

— Да, есть такое — скоро тендер, вот и гоняет всех Горыныч в хвост и гриву.

— Как командировка? — Женя напряжённо буравила меня взглядом, размазывая по тарелке рис с подливкой.

— Нормально, — пожала плечами, — Ивар Маркович показал себя очень подкованным в своей сфере. Уверенно вёл презентацию. Удалось заключить несколько важных сделок.

— А после конференции вы никуда не ходили? — перебила меня Женька.

— Женя, — осадила Лена девушку, — что ты набросилась на неё? Она, между прочим, замужем. У неё такой муж, рядом с которым Горыныч так — сопливый мальчик. А ещё и бывший ого-го.

Я удивлённо уставилась на коллегу по работе.

— Ой, Рагнар Северович давний партнёр Горыныча, а твоего бывшего только слепой не знает, — пояснила Лена.

— Партнёр, говоришь… — в моей руке согнулась вилка.

— Ты не знала? Я решила, что ты поэтому к нам и устроилась, по протекции мужа — Фельдмана Р.С., - захлопала растерянно ресницами Ленка.

— Что? — возмутилась я, и тут же в столовке замигал свет, несколько ламп с хлопком разбились, осыпая обедающих стеклянной крошкой.

Девочки испуганно вскрикнули и потеряли ко мне интерес, оглядываясь. Я постаралась взять себя в руки, вернула вилке первоначальный вид. И опустила глаза на свою тарелку.

— Прости, Кара, я не хотела набрасываться на тебя, просто Ивар не звонил мне все выходные, и в пятницу вы не вернулись, — примирительно заговорила Женя, — мы собирались на выходные съездить к нему на дачу, поесть шашлыка, потусить вдвоём и провести время вместе..

Я резко встала и направилась на выход. Слушать планы дракона и его любовницы не хотелось. Я ревновала. Да, дура, знаю. И что права не имею, тоже знаю.

— Зря ты ей сказала, что её муж устроил, она, видимо, не знала, — услышала я шёпот Маши за спиной.

На кухне, мимо которой я проходила, что-то взорвалось, и мат повара заглушил дальнейшие слова девочек.

А ведь всё сходится. Почему я раньше об этом не подумала? Ивар взял меня к себе в ассистенты не за мои качества, не за знание китайского или опыт работы. Меня взяли потому, что я ведьма. И как в мою тупую голову не пришла такая идея?

Чёртов дракон. Нет, увольняться я не буду, не дождётся. Наберусь опыта и сил, и устрою дракону сказочные рабочие будни. Я вернулась в свой кабинет, сверилась с расписанием и занялась рутиной.

Горыныча не было весь остаток дня, он приехал только в шесть часов. Я собиралась домой и как раз хотела зайти спросить, можно ли уходить, или будут ещё поручения, как в это же время в приёмную забежала окрылённая Женя и, оттеснив меня, впорхнула в кабинет, виляя бёдрами.

— Я ушла, и ты иди, они там надолго, — подмигнула Ленка, размазывая помаду по губам перед зеркальной стеной.

— Я мужа жду, — пробухтела я, буравя взглядом закрытую дверь кабинета Горыныча.

— А, ну тогда пока, — Ленка схватила свою сумочку и убежала.

Я пыталась унять свою проснувшуюся злость. Какое мне дело, что делает Женя в его кабинете? У меня есть Лёша, у меня есть Рагнар. Я считала до десяти и глубоко дышала, как учил фиктивный муж, но успокоения это не приносило. Я злилась, в голове одна за одной проносились картинки, как Ивар нежно целует Женю, раздевает её и ласкает, и во мне просыпалось что-то страшное, что-то первобытное и дико злое. В приёмной одна за одной начали лопаться лампы, затем задымился Ленин компьютер, задребезжали стёкла. За стенкой я услышала вскрик Жени и рык Горыныча. Схватив сумку, я выскочила из приёмной и бросилась к лестнице — в лифте ехать побоялась, понимая, что не контролирую силу. Пробежала несколько этажей и запыхалась. Сердце билось как заполошное — но физическая нагрузка немного успокоила нервы и я остановилась между этажами, пытаясь отдышаться, прижавшись лбом к холодной стене. Чувствуя, что не хватает воздуха, развязала свитер, распахнув его почти до бюстгальтера, подставляя прохладе грудь. Кто-то коснулся моего плеча.

— Кара, — привлёк моё внимание Ивар Маркович, — что случилось? Что тебя так разозлило?

— Ничего, — ответила я, скидывая руку шефа с плеча.

— Держи, это должно помочь, — произнёс он спокойно, не обращая внимания на мой грубый тон. В его руках был круглый серебряный медальон небольшого размера, с вырезанной внутри семиконечной звездой и различными узорами.

— И как медальон мне поможет? — спросила я, вертя в руках украшение.

От прикосновения моих рук серединка звезды засветилась, будто нагревшись, и начала постепенно увеличиваться в размере, пока все части не соединились друг с другом, и звезда засияла красным цветом.

— Септаграмма, амулет ведьм. Пока они неопытные и не умеют контролировать свою силу, носят такой амулет, сливая негативную энергию в него. Он накапливает энергию и рассеивает в пространстве, — объяснил Горыныч. — Почувствовав, что сила бунтует — просто сожми его в ладонях и сосредоточься.

— Спасибо, Ивар Маркович! — я подняла на него глаза, рассматривая такие почему-то родные черты лица.

Неведомая сила потянула меня к шефу, он удивлённо посмотрел на меня и склонился, накрывая мои губы поцелуем. Я зарылась пальцами в волосы на затылке, притягивая ближе, углубляя поцелуй. Ивар прижал к себе крепко, прогибая меня в пояснице, впечатывая в своё тело. Мы целовались как сумасшедшие, мне было наплевать, что мы стоим на лестнице, где нас могут увидеть сотрудники и коллеги, и поползут сплетни. Я нуждалась в его поцелуях — жарких, сладких, вызывающих в теле искорки наслаждения.

Где-то далеко в голове набатом кричал внутренний голос, что это неправильно, что надо отцепиться от Босса и бежать. Но тело меня не слушалось.

Я разорвала его рубашку и ногтями провела по горячим плечам. Ивар Маркович зашипел мне в рот и, схватив за руки, прервал нас. Я посмотрела на его обнаженную грудь — на ней были багрово-красные полосы от моих ногтей с кровоподтёками.

— Простите, — пискнула я, на секунду вернув мозги на место. Соединила края свитера руками, и побежала вниз.

— Карина, Карина Викторовна, — кричал Ивар, запахивая рубашку и стремительно догоняя.

Навстречу нам поднимались сотрудники из других отделов, и Ивар остановился, позволяя мне убежать.

Я выбежала из зеркального здания и собиралась продолжить забег до самого дома, но меня остановил Лёша.

— Что? Что случилось, малышка? — спросил он, встряхнув за плечи.

— Ничего, — восстанавливая дыхание, солгала я, — к тебе торопилась.

От своего вранья жутко покраснела, но Лёша принял это за смущение и, улыбнувшись, обнял меня.

— Я тоже соскучился по тебе, — сказал он, целуя в висок, — ты голодная?

— Нет, очень устала. Лёш, давай отложим покупку машины, я хочу домой, сегодня немного перенервничала, — тараторила я, отводя глаза.

Лёша напрягся, но ничего не сказал — открыл дверь машины, и мы молча поехали домой. Всю недолгую дорогу я напряжённо думала. Может, шеф применил ко мне какую-то свою магию? Почему я полезла к нему целоваться? Он мне даже не нравится. Вру. Нравится. Волнует. Возбуждает. Наравне с Лёшей. Но почему? Это неправильно, это аморально. Лёша убьёт и меня, и его. Да даже если узнает, что я прихожу ночью спать к Рагнару — убьёт и бросит. Я падшая женщина. Мне нужны они все. Мне нужны эти трое мужчин. Разве может быть такое? Нет, нет, я просто запуталась. Я люблю Лёшу. Двум остальным нужна не я, а только моя сила. Нельзя предавать Лёшу. Надо покаяться, чтобы он не узнал от них. Возможно, он простит, поймёт. А мужчин надо забыть. Да. Нет!

Машина вильнула и резко остановилась посреди дороги.

— Кара, — позвал меня мой демон.

— Прости, это опять я?

— Да. Скажи мне, что всё-таки случилось? — он обеспокоено развернулся ко мне.

— Ничего, я просто устала, — снова солгала я, вытащила из сумки медальон и зажала между ладонями, — едем?

Он завёл машину со второй попытки и тронулся. Мы доехали до дома, и зашли в подъезд. Пока стояли и ждали лифт, который медленно ехал вниз, Лёша нежно гладил меня по пояснице, отчего мурашки пробегали по телу, ещё возбуждённому от поцелуев Ивара.

Из лифта вышел сосед, но я даже не ответила на приветствие. Толкнула мужа в лифт и набросилась на его губы. Он не ожидал такой прыти, но быстро включился. Подхватив под попу, прижал к себе, а я обвила его спину ногами и вцепилась за шею, впиваясь ногтями. Я как голодный зверь клеймила его губы поцелуем, прикусывая почти до крови. Лёша развернулся и прижал к стене, склонился к шее и стал спускаться к груди, покрывая её поцелуями. Я же, как кошка, тёрлась о бывшего мужа, пытаясь добраться до оголённой кожи. Лифт приехал на наш этаж.

— Потерпи, малышка, — прошептал Лёша, и понёс к себе в квартиру. С трудом оторвавшись от меня на мгновенье, дрожащей рукой открыл входную дверь, и тут же снова подхватил под попу, захлопнув дверь ударом ноги. До комнаты мы не дошли, я с силой разорвала на муже рубашку, а он чуть более аккуратно снял с меня свитер, поскольку уже в лифте распахнул почти до конца. Яростно целуясь, в перерывах Лёша задрал юбку вверх на талию, а свои джинсы успел только расстегнуть и приспустить. Даже толком не раздевшись, мужчина просто взял меня в прихожей.

— Да! — вскрикнула я, наконец получив желаемое.

Лёша грубо таранил меня, держа на весу. Я царапала в кровь его спину и плечи, просила ещё сильнее, ещё жёстче. До самых искр из глаз. Он дал мне всё, что я просила, и вскоре я забилась в его крепких руках от непереносимого наслаждения. Лёша продлевал моё удовольствие, нежно целуя в шею и губы. Он стянул с меня бельё, бросил в сторону свою пришедшую в негодность рубашку и избавился от своих джинсов, которые болтались на коленях. Снял с меня ботинки и понёс в комнату. Я положила голову на плечо мужчины, вдыхая любимый запах.

— А теперь я жду от тебя ответа, что на самом деле сегодня произошло, — жёстко спросил он, кидая меня на кровать, и нависая сверху на локтях.

— Ничего, — напряглась я.

Лёша резко перевернул меня и вошёл сзади, до конца, схватил меня за шею и поднял, припечатав к груди. Он был грубым и жёстким. Будто наказывал меня. Сжимал мне шею и рычал в ухо. Я снова взлетала до небес, хрипло крича от каждого толчка. Задрожала, Лёша остановился и особо громко рыкнул, сжав руку на шее. Я перевела взгляд на зеркальную дверь шкафа-купе.

Моё лицо выглядело так, будто по венам вместо крови текла жидкая лава, отчего лицо, шея и всё остальное тело были в красно-оранжевых узорах. Глаза потемнели, стали совершенно чёрные. Посмотрела на отражение Лёши — его глаза горели ярким огнём. Он перевернул меня и, уложив на спину, снова сжал мою шею.

— Ты никогда не врала мне, Кара! — грубый рычащий голос Лёши возбудил меня ещё сильнее и сорвал тормоза страха.

— Я поцеловала дракона, — призналась я хриплым голосом, вонзая ногти ему в грудь.

Лёша частично трансформировался — кожа покраснела, выступили рога и когти. Он разозлился — нет, он был в бешенстве! С глухим рыком накинулся на мои губы, грубо вторгаясь в лоно своим органом. Сжимал мои волосы на затылке, тянул их. Слитным движением закинул мои ноги к себе на плече, чтобы входить ещё глубже. Я задрожала, освобождение накрыло меня с головой, я вскрикнула и громко закричала. Лёша не останавливался, и через несколько минут заполнил меня всю. Прижимаясь горячим лбом между плечом и головой, он откатился от меня и, закинув руку за голову, закрыл глаза. Я почувствовала себя использованной. Или я использовала Лёшу? Повернулась на бок и свернулась калачиком.

— Ты спала с ним? — тихо спросил муж.

— Что? — разозлилась я.

На себя или на него? Даже не знаю. Я сама себя не понимала, почему мне нужен ещё третий мужчина — но вопрос выбил почву из-под ног. Как он может так обо мне подумать?

— Да как ты можешь такое спрашивать! После всего, что между нами сейчас случилось?!

Я вскочила с кровати и завернулась в первую попавшую вещь. В покрывало.

— Ты спала с Иваром? — повторил вопрос Лёша, поднимаясь, — простой вопрос, Кара.

— Нет!! — рыкнула я как самый настоящий демон и, развернувшись направилась на выход.

Подхватила сумочку, открыла дверь, прошла подъездную площадку и зашла к себе в квартиру. Хлопнув дверью перед носом Лёши.

— У Горыныча в офисе дресс-код поменялся? — выгнув бровь и прислонившись к косяку, спросил муж мой, фиктивный который.

— Да пошёл ты! — сорвалась на нём, и закрылась в спальне.

Я легла на кровать, укрылась одеялом и заорала в подушку. Мне стало так тошно от всего. Я не могла сама себя понять. Меня волновали все три мужчины. Я знала, что люблю Лёшу. Он — моя первая любовь и я думала, что последняя. Он — первый и единственный мужчина. Кроме него, у меня никого никогда не было. Да и не смотрела я больше ни на кого. А теперь я, словно похотливая кошка, лезу сразу к трём мужчинам. Целую несвободного мужчину — начальника. Ночью лезу в кровать к фиктивному мужу, которому я нужна, как собаке пятая нога, у него таких, как я — пачками. Вон как Ленка о нём отзывалась.

Что же со мной?

И Лёша не зря спрашивал про Ивара, он правильно заподозрил неладное — я никогда не набрасывалась на мужа вне дома. Это он мог проявить инициативу и затащить меня в туалет ресторана, или прямо в театре интимно гладить меня, я же стеснялась даже целоваться в людных местах. Высунула нос из-под одеяла и набрала Сабинку. За выходные подруга так и не позвонила мне, а сейчас она нужна была мне, как никто другой. Автоответчик ответил, что подруга уехала к бабушке в деревню, и предлагал писать письма в вайбере. Вздохнула, отложила телефон. Нужно привести себя в порядок, хотя вставать жуть как не хочется. Нужно с Лёшей поговорить… Не сегодня… Уволюсь… Завтра…

Я откровенно трусила выходить в гостиную к мужчинам — скорее всего, Лёша сидит и ждёт меня, ещё и Рагнар… Нет… Останусь жить в этой комнате… Сама не заметила, как провалилась в беспокойный сон.